Sexuality Conspiracies (Сексуальные интриги)

Началось все достаточно безобидно. Мина настояла на том, что они все вместе должны сыграть в игру и подбивала всех присоединиться к ней. Они расселись все вместе в общей комнате на диванах и на полу, а Мина осталась стоять, где была. — Итак, я решила, что мы будем играть в «Я никогда не»! — воскликнув, Мина чуть подпрыгнула, вскидывая кулачок вверх. — Я нахуй ухожу, — Бакуго начал подниматься, как Мина выставила руку. — Нет уж. Если ты уйдешь, то я не буду покупать тебя еду, которую обещала. К тому же, нам будет весело! Бакуго простонал и плюхнулся обратно рядом с Киришимой, нахмурился, сложив руки на груди. Он попытался скинуть руку Киришимы с себя, когда тот перекинул ее через его плечи, но Киришиму это не отпугнуло, так как он уже привык к этому. — Давай, бро, повеселись хоть раз, — Киришима сжал своего друга, игнорируя приглушенные проклятия, посылаемые в его сторону. — Окей, все знают, как играть? — Мина остановилась взглядом на Тодороки, замолчав, и указала пальцем в его сторону, — Ты просто говоришь то, что ты делал или нет, и если ты делал что-то такое, то загибаешь один палец. Это просто, когда видишь, как это делают все. — Я знаю, как играть, — Тодороки сказал спокойно, смотря на нее. — Я тебе не верю! — Мина хлопнула в ладоши, прежде чем плюхнулась на диван напротив Урараки, — Все должны говорить только правду. Мы можем поклясться, что все сказанное тут, никуда не просочиться. После того, как все согласились, она начала. — Я первая. Я никогда не пила в общежитии, — и за этим она загнула палец, Бакусквад, кроме Бакуго, последовал ее примеру. — Естественно вы пили! — воскликнула Урарака, как Иида сразу заговорил о следовании школьных правил, что все проигнорировали. — Мы позовем тебя в следующий раз, если староста класса не донесет на нас, — сказал Каминари безо всякой злобы, просто любя поддразнивая Декусквад за то, какими невинными они были, — Окей, дальше я. Я никогда не списывал на тестах. Он загнул палец, наблюдая за тем, как Мина, Серо и Урарака загнули свои. Головы всех были повернуты в сторону Урараки, чье лицо покраснело. — Это было в средней школе! Я абсолютно забыла подготовиться к экзамену! Это было ровно один раз! — Урарака отчаянно пыталась оправдаться, полностью смущенная. — Это нормально, Очако, мы все понимаем, — утешили ее Тсу, когда Мина кивнула и погладила ее по спине. — Не переживай об этом, Урарака, — Деку тепло согласился, так будто он когда-то всерьез думал о списывании. — Кири! Теперь ты! — сказала Мина Киришиме, что все еще приобнимал Бакуго. — Окей, я никогда не…целовал кого-либо в общей комнате, — он хмыкнул на свое собственное заявление, с чистым желанием увидеть, кто это делал, как его глаза выкатились, когда Бакуго загнул палец, — Бро, что?! Кто?! — Я бы не подумал, что Бакуго поцелует кого-нибудь хоть когда-то, — сказал Серо, заметив после еще несколько загнутых пальцев, — Мидория, Иида и Урарака тоже? Какого черта, ребят? Киришима был слишком занят тем, что пытался вытащить из Бакуго, с кем же тот целовался, в то время как остальные трое были полностью покрасневшими. — Вау, староста, так держать, чувак! — подбодрил его Каминари, из-за чего Тодороки и Тсу засмеялись. — Ты не знаешь, о чем говоришь, — сказал Тодороки, и Тсу содрогнулись так, будто видели то, чего бы не хотели видеть. — Поцелуи не запрещены, — сказал Иида решительно, смотря на Тодороки. — Хотели бы мы, чтобы они были, — высказались Тсу, встряхнув головой, и Урарака захлопнула ладонью им рот с широко распахнутыми глазами. — Погодите, я хочу знать, с кем вы все целовались! — Мина почти прокричала, подпрыгивая и одновременно немного треся Урараку, — О боже мой, ты целовалась с Мидорией? Урарака и Деку оба пропищали: «Нет!», — что вызвало еще больше шума, который был прерван Бакуго. — Заткнитесь нахрен, идиоты, моя очередь! Он смотрел на них угрожающе до тех пор, пока все не утихли, все были и вправду заинтересованы, так как Бакуго, казалось, сам хотел задать вопрос. — Окей, массовка. Я никогда не сражался с злодеем в одиночку, — Бакуго было немного больно говорить это, но его взгляд был обращен на Деку, что загнул палец. — Мы загибаем палец, если мы делали это в общем или на каждого из злодеев отдельно? Серо чуть просмеялся: — Естественно Деку делал это больше чем один раз! — Погоди, Иида?! — Киришима глазел на старосту класса. — Становится все интереснее и интереснее, — Каминари хмыкнул, смотря на Ииду, — Расскажи нам все, староста. — Мне жаль, но мне запрещено это рассказывать. Я сожалею об этом и однозначно проиграл бы, если бы мне не помогли в тот момент, — он бросил взгляд в сторону Тодороки, а затем и на Деку. — Окей, что-то произошло между вами троими, и я зла, что не могу узнать что! — Мина скрестила руки на груди, взирая на них. Они продолжили в том же духе, пока очередь не дошла вновь до Каминари, с гордостью загибающего палец: — Я никогда не занимался сексом в общежитии! Каминари думал, что только он делал это, пока не завопил от шока, увидев, как Деку медленно загибает палец, а потом и второй раз, когда услышал, как Киришима вскрикнул, увидев, что Бакуго тоже загнул палец. — Каминари, маленькую шлюху, я понимаю, — начала Мина, игнорируя возмущения самых невинных, что сидели рядом, — Но Бакуго и Мидория? Какого черта? Тодороки смотрел то на Бакуго, то на Мидорию, медленно складывая два и два, пока все остальные были в панике. — Если кто-то из вас скажет хоть слово, я вас подорву. — Продолжим, — сказал Киришима, стараясь не быть подорванным, так как сидел рядом с Бакуго. Он очень долго смотрел на Бакуго, прежде чем выдал: — Я никогда не целовал парня. — Не то чтобы ты не хотел, — издевательски протянул Серо, смеясь, когда Киришима издал жалобное «Хэй». Мина, Урарака и Каминари загнули пальцы, но все смотрели на Бакуго, что также загнул палец. Он хмурился, переведя взгляд в сторону от ребят, пока его лицо краснело. Прежде чем кто-то смог что-то сказать, он проворчал: — Вы все, блять, чертовы гомофобы. — Бро, целовать парня — это по-мужски. — Оу, Бакуго, ты должен был рассказать раньше, — Мина проворковала, — Я бы составила список потенциальных парней, вместо того, что у меня уже составлен. — Я, блять, знал это. Вы видели, как он был заинтересован, когда мы смотрели фильм на той неделе? Я клянусь, он даже не моргал, когда тот парень стянул с себя футболку, — Каминари хмыкнул сам себе, — Я чувствую квиров, как только их вижу. Мы распознаем друг друга. — Эй, я вообще-то гетеро, — ответил с возмущением Серо на заявление Каминари. — Это только сейчас. Давайте лучше поговорим о Мидории. Он темная лошадка. Целовался с парнем, но я не думаю, что он гей. Ты тоже би, бро? Все заметили, что Деку загнул палец, и Урарака возмутилась: — Стоп, Деку, что? Ты никогда ничего не говорил! — Он никогда и не говорил, что он гетеро, — отметил Тодороки. — Ты знал, а мы с Иидой нет? — Урарака выглядела немного оскорбленной, приоткрыв рот и нахмурив брови. Казалось, что Деку уже не смог бы вернуться к своему естественному цвету лица, вспыхивая буквально всю игру: — Ну, я не могу сказать точно, кто я, я не задумывался об этом настолько. Я только, эм, целовался с одним парнем. Но, я думаю, что девушки мне тоже нравятся. Но, я никогда не целовался с девушкой или что-то в этом роде, так что, получается как-то так. — Заткнись, Деку, — Бакуго прервал размышления Деку, — Разбирайся с кризисом своей ориентации как-нибудь в другой раз. — Ревнуешь, что он целовал какого-то другого парня? — подтрунивал Каминари, выводить Бакуго из себя было одним из его любимейших занятий. — С какого хуя мне ревновать? Мне похуй, с кем там целуется чертов задрот! — Бакуго попытался дотянуться через Киришиму до Каминари, но Киришима активировал причуду, чтобы остановить его. — Давайте дальше двигаться, пока не стало хуже. Иида, твоя очередь, — сказал Киришима, пропуская ход Бакуого, чтобы тот успокоился. Они легко проскочили через Ииду и Серо, но когда настала очередь Тодороки, тот спросил без всякого сомнения: — Я никогда не целовался с Бакуго. Бакуго почти сразу же подскочил с дивана, в его руках потрескивала его причуда, пока Киришима отчаянно старался его унять: — Какого черта, Тодороки, хочешь, чтобы тебя подорвали? — спросил Серо, пока Бакуго не мог его атаковать. — Нет. У меня есть теория, — он глянул на Деку, что спрятал свое лицо, но загнул один палец. — Мидория? — Иида был в шоке, смотря то на Деку, то на Бакуго. — Стоп, стоп, стоп, — глаза Мины расширились, — Какого черта? — Но они же были друзьями с детства, — отметили Тсу, — Это могло быть тогда? — Да, целовать друзей, когда вы маленькие это не странно, — согласилась Урарака. Деку закрывал теперь свое лицо двумя руками, впервые будучи очень тихим. — Но он слишком смущен, — высказалась Мина, — Он никогда не смущается, когда говорит какой Каччан восхитительный. — Я говорил вам всем не называть меня так, — взорвался Бакуго теперь уже в сторону Мины. Каминари простонал: — Камон, почему Деку может так называть тебя, а все остальные — нет? — Закройся нахрен, Пикачу! — Тсу, — прервал их Тодороки, — Твой черед. Ты знаешь, что спросить, не так ли? Тсу кивнули, соглашаясь с Тодороки, и как только все немного поуспокоились, они сказали: — Я никогда не целовался с Деку. Они оба смотрели на Бакуго, что выглядел по-настоящему удивленным впервые в жизни, а Деку все еще прятал свое лицо: — Боже мой, — промямлил Деку. — Давай, Бакубро, мы обещали говорить правду, — сказал Киришима, дергая Бакуго до тех пор, пока он не плюхнулся обратно на диван. Он отвернулся ото всех, но загнул палец. Как только все начали терять самообладание, он сказал: — Эй, Лягушка сказали сами. Мы знаем друг друга с детства. — Тогда почему ты покраснел?! — Мина спрыгнула с дивана, только чтобы упасть обратно из-за взгляда, что был направлен на нее. — Я не покраснел, идиоты! Отьебитесь! Далее была очередь Урараки, ее глаза были размером с тарелки, пока она смотрела то на Деку, то на Бакуго. — Не может быть… — Урарака, пожалуйста, не надо… — Даже не думай об этом, Круглолицая. — Я никогда не встречался с Бакуго! — выпалила Урарака, сразу же захлопывая свой рот ладонями. Все замолчали, смотря на Деку, который, казалось, не хотел ничего, кроме как слиться с полом. — Все нормально. Все были удивлены тем, что Бакуго заговорил, но он сам смотрел только на Деку. — На удивление, идиоты осознали это. Естественно, что мы бы не смогли держать это в секрете всегда. Деку, наконец-то, убрал руки со своего пылающего лица: — Но Каччан… — Все нормально, — Бакуго повторил, — Иди сюда. Деку без колебаний встал, подходя на слегка трясущихся ногах к Бакуго. Как только он подошел поближе, Бакуго притянул Деку к себе за бедра, так, чтобы он оказался у него на коленях лицом к нему. Он взял Деку за щеки и без предупреждения затянул его в поцелуй. Это всех вывело из ступора, и по комнате начали разноситься возгласы и улюлюканья, Мина собирала деньги с ребят, и, возможно, Киришима плакал. Бакуго отодвинулся так, чтобы касаться лбами с Деку, чуть поддразнивая своего парня из-за слез: — Ты такой плакса, — он пробормотал, вытирая слезы большим пальцем с его щек. — Я же говорил тебе, что им будет без разницы, Каччан, — прошептал Деку, нежно улыбаясь, повернув притом голову в сторону их друзей, что уже во всю праздновали. Внезапно на них набросились с крепкими объятиями: — И вы, ребята, ничего мне не сказали? Мне очень жаль, что казалось, будто я вас не поддержу. Я так рад за вас! — Возьми себя в руки, Дерьмоволосый, — сказал Бакуго, отталкивая Киришиму, хотя он ничего такого не имел в виду. — Вы все на нас поставили? — поинтересовался Деку, видя, как все отдают деньги Мине. — Ага, — высказал Каминари, — Мина поставила на то, что вы уже трахались, хотя я не думаю, что это считается, потому что она говорила про агрессивный трах. Я поставил, что у Бакуго кризис ориентации и, что вы не сойдетесь до тех пор, пока это не закончиться. Тсу поставили, что этого не случиться до тех пор, пока мы не выпустимся. — Мне похую, кто из вас на что ставил, Спарки. Если кто-то из вас еще хоть раз поставит на мои отношения, то я вас убью. — Они просто радуются за нас, Катс, — мягко сказал Деку своему парню, и Бакуго растаял от этого голоса, вновь утягивая его в поцелуй. — О боже мой, Бакуго рохля! — вскрикнул Серо, подпрыгивая и отлетая в сторону Каминари, чтобы они могли стукнуться кулачками. Мина теперь заплакала на пару с Киришимой, затем она засетовала: — Они такие милые! Я тоже хочу влюбиться! — Тодороки, ты знал обо всем этом все это время? — Иида спросил его с неверием, все еще с распахнутыми глазами от всего происходящего. Тодороки повел плечом: — У меня появилась мысль. Я знал, что они нравятся друг другу, но не был уверен над статусом их отношений. Также, Мидория постоянно ходит в засосах. Никто из вас этого не заметил? На это Деку зарылся лицом в шею своего парня, вновь смущенный, а Бакуго глянул на Тодороки: — Если я поймаю тебя пялящимся на него, то я убью тебя. Мне плевать друзья вы с ним или нет. — Кажется, что Бакуго станет еще более ревностным и оберегающим, — сказали Тсу, по большей части Урараке, хотя остальные засмеялись. — Да как же. Я не самый ревнивый из нас двоих, — сказал честно Бакуго, сжимая бедра Деку, что сел нормально наконец-то. — Возможно, если бы ты не выделывался своим телом на постоянной основе, Катсуки, мне не из-за чего было бы ревновать, — четко высказал Деку. — Не удивительно, что он зовет его Каччаном, Катсуки звучит похабно, — отметил Каминари. Киришима ткнул его, чтобы он заткнулся, но Бакуго был слишком занят тем, что Деку назвал его по имени. Его рука переместилась на его затылок, вовлекая его в более горячий поцелуй. — Как бы это не было горячо, я не уверен, что кто-то из нас готов видеть их ебущимися, — сказал Каминари. — Согласен, — Иида на секунду остановился, прежде чем исправлять вышесказанное, — Я согласен со второй частью предложения. Будем считать, что время расходиться. — Мы можем устроить вечеринку завтра вечером по обсуждению наших гендерных идентичностей и ориентации, — высказалась Мина, — Мы должны разузнать все оставшиеся сюрпризы. К тому же, я смогу составить для каждого из вас улучшенный список потенциальных партнеров. — Перестань пытаться сводить нас с людьми, Мина. — Но Тсу! Послушай, зай, — Мина нагнала Тсу ближе к лифтам, и Урарака пошла за ними. — Меня не нужно ни с кем сводить! — вскрикнула Урарака, из-за чего Мина начала кричать о парне. — Несмотря на то, что та думает Каминари насчет моей ориентации, у меня нет ни капли интереса, чтобы смотреть на то как они занимаются сексом, — Серо встал, идя к лифтам, делая вид, что не заметил, как Деку просунул свою руку под рубашку Бакуго. Как только все ушли, Каминари стал единственным, что остался, говоря следующее: — Хэй, если вы хотите побольше разнообразия, Хитоши и я-, — его прервал взрыв, что был направлен в его сторону, и он помчался в сторону лифтов, смеясь и говоря остальным подождать его. — Что, не хочешь оргии с Каминари и Шинсо? — подстебнул Деку, целуя Бакуго в подбородок, а после в шею. — Если мы открылись другим, это не значит, что все должны увидеть тебя обнаженным, гребанный задрот. — Именно поэтому ты залез мне своим языком в глотку перед нашими друзьями? — Тц. Давай. Мы идем наверх. Деку вцепился в руку Бакуго, пока они шли к лестнице, и он просто светился изнутри: — Неужели это значит, что мне больше не нужно проникать по-тихому в твою комнату и также уходить из нее? — Это значит, что завтра у меня под дверью утром будет стоять весь класс. Дам им хотя бы быть уверенными, что ты хорошо оттрахан. — Подожди пока они узнают, кто чаще всего внизу. — Изуку, я клянусь, я надеру тебе задницу. Деку остановился на половине пути на ступенях, чтобы прижать Бакуго к стене, проговаривая: — Мне больше понравилось бы, если бы ты сделал что-то другое, — прежде чем впиться своими губами в его.