Приятное ощущение ниже

Закончились очередные съёмки проекта «Реванш». Наконец-то члены жюри могут спокойно выпить кофе и расслабиться. Больше им не нужно оценивать, нести огромную ответственность, аргументировать свои оценки. — Ну и насмешил вас Пыжев сегодня… — начал Илья, с улыбкой вспоминая странную и непривычную работу участника проекта. — Это было нечто, согласен, — вспоминает Влад. — А я вот не понимаю этих гипнозов ваших вообще. Может быть потому что меня никто не пытался загипнотизировать? — у младшего Шепса остались какие-то двоякие чувства. — Если тебе интересна эта тема, то можно попробовать, — Ларионов за годы проекта стал верить во многое, пытался даже сам стать экстрасенсом без третьего глаза. — Илья любит таким баловаться, я знаю, — хитрая улыбка растягивается на всё лицо Череватого. Олег улавливает изменение в состоянии Влада и Ильи, но просто так не оставит это. Он хочет этого эксперимента. — Я хочу. Хоть прям сейчас, — соглашается Шепс на все условия. Илья приглашает их к себе домой. Ведёт машину сам иллюзионист, а рядом с ним устроился Череватый, вынуждая Олега остаться позади. Шепс чувствует все то же их состояние, оно даже немного увеличивается. Стараясь понять его, нужно сконцентрироваться, прочувствовать, но оно в нужный момент прячется от медиума. Медиум хотел скорее приступить к эксперименту, но сначала ему хотелось ополоснуть лицо прохладной водой. Пришлось оставить Илью с Владом в спальне, а самому ненадолго отлучиться. Олег посмотрел на себя в зеркало. Ему захотелось распустить хвостик и поправить волосы, уложить их в привычном стиле. Он тихо вернулся в тот момент, когда Илья уже отстранился от Влада, вытирая влажные губы после быстрого поцелуя. Так вот что за ощущение уловил Шепс от этих двоих… Давно брюнет стал догадываться о непростой дружбе между чернокнижником и иллюзионистом, вот только в искренность этих отношений верить совсем не хотелось. Неужели и в личном счастье Влад обошел его? Разве ему недостаточно победы в финале сильнейших? Зачем забирать ещё и Илью? Ладно эта статуэтка, пусть она стоит в готическом зале. Но Ларионова Олег так просто не отдаст. Но к помощи магии и ритуалов он прибегать не станет. Ему хочется искренности человеческой, а не потусторонней. Поэтому он и здесь, приходится делать вид о полном незнании о романтических отношениях между Ильёй и Владом. Хотя сам Олег множество раз замечал, как пристально наблюдает Ларионов за черными ритуалами, оправдывая своё внимание к чернокнижнику своим судейством. Вот только взгляд у него был влюблённым, залипал часто на руки, которые тогда ещё его не касались, смотрел за каждым движением тихого шёпота губ, которые в скором будущем шептали такие грязные словечки, что даже для темного колдуна это можно назвать перебором, бесстыдным и вульгарным. Влад давно заметил взгляды Ильи. Особенно на ритуалах чётко ощущал всё его внимание к себе, интерес, любопытство, некий восторг и восхищение от увиденного. После второго участия в битве экстрасенсов, когда Череватый стал обладателем синей руки, их общение стало намного ближе. Они часто общались, Илья обращался за магической помощью, правда верил в чудеса от Влада. С каждым приемом они становились ближе и ближе… На «Битву сильнейших» они вернулись в статусе секретных любовников. Но их отношения никак не помешали работе. Илья никогда не защищал Влада, не помогал ему на испытаниях. Ему хотелось честности, продолжать наблюдать за его эксклюзивными ритуалами и также восхищаться блестящими победами своего любимого. Ну а потом хвалить его в постели за проделанную работу. Всё верно увидела Лиза Петрова, кто-то темный стоит за Ильёй. Хорошо, что ее видение закончилось на этом моменте, не дойдя до раздеваний, поцелуев, сбившегося дыхания. Упала бы в обморок от увиденного наша святая дева. Не увидела она и того самого момента, когда Влад вошёл сзади в Илью и вытрахал из него всех бесов, что стали сходить по нему с ума. Ларионов даже стал думать о вероятности приворота. Кто знает, что может сделать Череватый ради победы? Приворожить может, влюбить в себя до беспамятства может, в постели быть классным любовником может, и даже может довести до такого оргазма, что никакой инкуб не сможет повторить. И это ради благосклонности скептически настроенного члена жюри? Эта правда разбила бы Илье сердце. Но никаких подобных просьб от Влада не поступало. Он проходил свои битвы сам, доказывал свой опыт помощью людям. А может он внушил эту самостоятельность? Вдруг на самом деле ведущий сам не понимая того, раскрывал тайны новых заданий? Ему стало казаться, что им крутят бесы. Череватый ли их ему подарил, или же они всё время были внутри него, никто не знает. Менталист хотел проверить себя, перестать утопать в темноте своей и своих желаний. За помощью он обратился к белой ведьме Николь. Вот только это общение не понравилось Владу. Ларионов вызвал ревность ещё на съёмках «Реванша», когда поддерживал рыжую девушку, ставил ей десятки. Череватый рвал и метал, когда эта бестия получила место в «Битве экстрасенсов». Хорошо что не к «Сильнейшим» попала, а то пришлось бы обладателю золотой руки возвращаться, чтобы задницу ей надрать за флирт и все эти милые касания, якобы случайные, заигрывания с его любовником. Череватый разозлился, когда Николь уже на Битве называла Илью сексуальным, смотря отрывок из ванной комнаты. И правда, Ларионов умеет соблазнить и завести, но никто не должен озвучивать это вслух в его адрес. Особенно Николь. Хотя она была права насчёт сексуального влечения и романтической обстановки, после съёмок дополнительного испытания для экстрасенсов, в эту комнату вошёл тот, кто и создавал это сексуальное напряжение. Очень долго Влад и Илья принимали ванну с пеной и при свечах, впервые решившись попробовать романтическую нежность, а не чертовскую страсть. Оказалось, что Влад умеет чувственно любить, медленно ласкать и сводить с ума новыми методами. Теперь похотливым животным стал Илья, пытаясь ускорить процесс проникновения… После такого вечера он перестал пытаться отыскать тот самый свет, а общение с Николь вообще прекратил. Может, Толик постарался в этом деле? Так вот, гипноз. Ради этого пришёл сюда Шепс. — Я предложу вам лечь на кровать и расслабиться. Слушать мой голос… — победители битвы сильнейших удобно расположились на кровати, делали всё, о чем попросил менталист и начинающий гипнотизёр. — Как там нужно говорить… Представьте себя на пляже. Солнечном и теплом, песчаном. Мелкий песок касается ваших рук, ног, спины. Вы полностью согреваетесь, расслабляетесь… — он внимательно смотрит на обоих парней. Шепс немного скептически хмурит свои густые брови, его ресницы немного дрожат. Он слушает Илью, также слышит медленное дыхание Влада рядом. На реванше он хихикал с гипноза Пыжева, а сейчас лежит спокойно, даже не улыбается своей дьявольской улыбкой. — Влад — ты греческий Бог любви, Олег — ты хищник, царь зверей. Вам становится тепло. Это тепло опускается вниз… Вы ощущаете приятное ощущение ниже… Ниже и ниже, пока не находит приятное место. Представьте, что теплая рука гладит вас там, где очень приятно… — Олег мягко улыбнулся, он представлял, что рука принадлежит Илье, именно он разжигает в нем горячий огонь страсти. Ларионов прошёлся мягкими пальцами по шее, вызвав мурашки, потом по груди. Замедлился и продолжил свой путь через живот. Ниже и ниже… Медленно и плавно… Приятное ощущение ниже превратилось в эрекцию. А в мыслях Илья почти там, рядом, скоро прикоснётся. Грудь Олега часто поднимается и опускается, он чувствует свой пульс, ощущает даже вымышленные касания менталиста. Ему так приятно, так хорошо… — Кажется у кого-то хорошо работает фантазия… — шепчет кареглазый на ухо медиума. Это так возбуждающе неожиданно. Он немного вздрагивает, когда понимает, что выдуманная в голове ласка от Ильи оказывается реальной. Олег в силах отличить вымысел и правду, поднимающуюся руку снова вверх по телу, так и не дойдя до того самого напряжённого места. И за что иллюзионист так жесток с ним? — Это всё в моей голове? — также шепчет Олег высохшими губами. — А ты как думаешь? — он сжал его грудь сильнее, намекая на реальную действительность. Илья давно хотел это сделать, чтобы потом почувствовать затвердевшие соски Шепса. Он даже их уже видел сквозь футболку также отчётливо, как и возбуждение в области паха. У Олега получилось открыть глаза. Он заметил этот изучающий взгляд, скользящий уже мысленно под одеждой. Ларионов даже не смутился, встретившись с серыми глазами. — Это нужно для гипноза? — он смотрит на всё ещё лапающую руку. — Нет, я просто давно хотел это сделать, — он нырнул под футболку, резко прошёлся по животу, вызвав мурашки снова. — А Влад? Ты же с ним… — А Влад спит, очень крепко, — Шепс посмотрел в его сторону. Это было правдой. Упускать такую возможность он не станет, раз Илья сам проявил инициативу. Хотя кареглазый и раньше мог сделать пару намеков, какие-то знаки внимания оказать. Олег даже почувствовал нотки пикантности, желания в нём, но знал, что они предназначены для Влада. Это ужасно бесило. Его главным желанием было ощутить нечто подобное в свой адрес. Шепс бы рассудок потерял, если бы Илья хотел его в готическом зале, гримёрке, даже на испытаниях в неудобном автобусе или подальше от свидетелей в лесу. Медиум бы пропитывался этой энергией, она бы его вдохновляла. Но вместо этого Илья ходил на прогулки после заданий с Владом, был с ним в лесу, был препечатан грудью ко многим деревьям, пока Череватый оголял его для понятных целей. В отеле Шепсу тоже мерещилось, что этот хитрый чёрт пробрался в номер к ведущему, чтобы заняться развратом. И кровать скрипела в его голове, и даже томные вздохи он себе придумал, но он не мог этого услышать чисто физически. Было невыносимо хотеть быть на месте Череватого, в объятиях Ильи, чтобы он целовал и раздевал, чтобы хотел и отдавался полностью. Шепс с ума сходил… Вот бы в номер к Илье, вот бы к нему в кровать, вот бы прикоснуться и даже больше… Его тело ещё немного слабое от влияния гипноза, но он может подняться на руках ближе к плоду своей симпатии, пусть и запретному. Олег хочет поцелуй. Он возьмёт эти губы сегодня полностью. Одной рукой он тянет его за затылок к себе, впиваясь в губы. Илья сразу начинает ему отвечать, позволяет сделать поцелуй мокрым, с языком. Шепс не переживает, что от этих невинных звуков проснется чернокнижник. Ему вообще плевать на своего конкурента, потому что его цель в его руках. Он готов взять своё. Для удобства он тянет кареглазого на себя, а тот с лёгкостью садится на него, продолжает поцелуй, ощущая вторую руку младшего на своей талии. Шепсу сложнее сохранять самообладание, когда Ларионов задевает его орган, продолжает гладить его сильные плечи, ужасно сладко целоваться. Их губы очень влажные, каждый раз громко чмокают, уже покраснели. Олег решил тоже забраться немного под одежду. Вдруг Влад проснется, а они так и не успеют везде потрогать друг друга? Очень смело медиум залез под футболку, пальцами нашёл соски. Почему-то он знал, что Илья сделает судорожный вздох, быстро укусит свою губу. — Тише… — шепчет медиум прям в губы. Теперь его серые глаза гипнотизируют гипнотизёра. Илья не издает ни звука, целует Шепса, чувствуя этот приказ в глазах. Он будет тише, хотя это невозможно, когда Олег уже под одеждой, когда его пах горит прям под его задницей. Сеанс гипноза зашёл явно не туда. Хоть Илья и пошутил, что Олег представляет себя львом, с его то шевелюрой, но он и правда диким зверем не целуется, а кусает губы, что так давно мечтал присвоить себе. Он хочет потрогать весь торс, хочет до шеи добраться своими укусами. В нужный момент Илья откидывает голову назад, чем и воспользовался младший. Мгновенно он целует нежное место, жарко дышит в шею и снова присасывается, чувствуя бешеный ритм пульса. Ларионов врывается в его темные волосы, сжимает у корня, очень часто дышит, начиная всё чаще и чаще намеренно надавливать на чужой стояк попкой. Слишком долго они оставались в одежде. Нужно эту ошибку исправлять немедленно. Начал Олег стягивать футболку с Ильи, нехотя пришлось оторваться от шеи. Зато потом его губам будет доступ к груди. Он приподнимает Илью, чтобы твердые соски оказались на уровне лица. Как-то неправильно, что больше пятая точка не давит собой на причинное место, становится как-то пусто. Сероглазый держит его попку и спину, вбирая по очереди твердые соски. Ларионов не знал, что он не захочет прекращать это действие, будет держать голову мага очень долго, прижимая к груди, лишь бы его горячий язык нарисовал ещё один круг, или кончиком прошёлся бы немного дольше. Олег воспользовался моментом и расстегнул джинсы любовника, давая свободу его возбуждению. А вообще ему надоело быть снизу. Заранее нужно снять джинсы с кареглазого, чтобы потом не париться. Уже голого он уложил Илью на кровать под себя. Тот пристально смотрел, как теперь Шепс быстро снимает одежду с себя. Да, он такой же красивый, как себе выдумал фокусник. В свободное время от магических практик Олег занимался в спортзале. Этому подтверждение его сильные руки, очень красивый пресс, широкие плечи. У Ильи даже немного голова кружится от такой красоты. Его черные волосы спадают на лицо, а взгляд умудряется раздевать даже когда человек уже остался без единого элемента одежды. Ноги сами раздвигаются, когда Олег приближается. Он ещё не поцеловал ему животик и попку не вылизал так, как умеет только он. Одной рукой он медленно мастурбирует пассиву, а второй отодвигает его ногу немного в сторону. Илья почувствовал райское наслаждение, когда язык Олега очень приятно прошёлся между ягодиц, а потом начал двигаться особым способом, доставляя неописуемые эмоции. Оказывается Ларионов такой эмоциональный, даже не прячет свои ощущения, говорит о них протяжными стонами. На пальцы он сам начал насаживаться, ну и на собственно язык медиума, который всегда помогал делать приятное. Илья помогал убирать и придерживать волосы младшего, чтобы они не мешали его пикантному процессу. Брюнет специально давил подушечками пальцев на простату, чтобы мужчина под ним выгибался, чуть не вскрикивал, хватался руками то за постель, то за Олега. В некоторых порывах он даже чуть бедрами не обнял лицо Олега, настолько он потерял контроль над своим телом. — Сколько ещё продлится гипноз? — спросил младший, выныривая между ног. — Не знаю… Мы должны успеть… — тогда пальцам уже здесь не место. Поцелуями вверх поднимается Олег. Илья сам открывает ему доступ ко всему своему телу. Одна рука служит опорой, а вторая гладит бедро, сжимает. Он хозяин. Он волен поцеловать, имеет право взять Илью в своё подчинение. Причём ему не нужны для этого ритуалы и черные пакости. — Олег… — прерывает его поцелуи в шею старший. — Что такое? — Шепс не хочет сейчас слышать, что Илья передумал. Только не это, только не сейчас… — Ты меня приворожил к себе? Почему я так тебя хочу и не могу без тебя? — спрашивает иллюзионист, разрушая опасения младшего. — Приворот просто улучшает секс, он не даёт никакой настоящей любви. Ни привязанности, ни глубоких чувств. А я могу дать хороший секс без приворота и сейчас это покажу… — он правда вывозит чисто на харизме, пользуется своей красотой. Олег внимателен к партнёру, может считать его желания. Шепс против всяких любятинок, когда отличный секс у него есть от природы. — А вообще приворот невозможен, если до этого секса не было, — Илья всё понял. Он самостоятельно влюбился в Шепса. — Может пойдем в зал на диван? — предлагает шатен. — Нет, я буду трахать тебя при твоём любовнике… Может, он даже что-нибудь услышит через гипноз? — теперь это его цель — довести до громких стонов Илью. На Влада плевать, ну и пусть он слышит, как умеет другой мужчина доводить до оргазма Илью. Первый громкий стон Олег получает сразу же при проникновении, очень плавном и сразу до предела. Илья даже немного морщится от размера и полного заполнения. У Череватого явно меньше в штанах, будет потом просторно себя ощущать в Илье, если тот конечно захочет продолжать с ним спать после секса с медиумом. Обычно после Олега всё не то и не так. В памяти своих партнёров он остаётся самым лучшим и незабываемым. Брюнет нежно целует губы. Тепло разливается по всему телу. Наконец-то… Шепс обнимает любовника, прижимает к себе, чувствует объятия в ответ. Приятное ощущение они разделили на двоих. Медиум понимает, что не только он один хотел этого. Илья также ждал этого момента, хотел его. Если бы было иначе, то сеанс гипноза не состоялся никогда. «А что если это всё-таки чертоги сознания… Вдруг это картины гипнотической магии…» — эти мысли не оставляли Олега. Реальными были лишь эмоции партнёра и его глаза. Илья каждым своим искренним поцелуем подтверждал взаимность, делал процесс реальным и настоящим. Илья постепенно привыкает, целуя его губы. Интересно, сам Олег знает, что он очень часто их облизывает и при этом выглядит так горячо? Наверняка знает и пользуется этим, причем против Ильи. Ведущий не единожды представлял эти губы, их мастерство, как они плавно будут скользить по его телу, пока он делает глубокие толчки. И вот он этого дождался. Довел Шепса и себя самого до безумия. Ну разве он не мог открыто признаться, не используя гипноз? Неужели он не воспринимал многочисленные взгляды Олега? Или медиум недостаточно открыто смотрел? Это уже не столь важно, когда они стали одним целым. Шепс помнит о контроле, нельзя оставлять засосы на мужчине, но он не может оторваться от его шеи. Он целует шевелящийся кадык, губами ощущает вибрацию стонов. Больше нельзя, кожа уже покраснела. Яркие засосы Шепс оставит тогда, когда Илья расстанется с Владом. Он видит это в ближайшем будущем. Илья обнимает его спину, ощущает все прекрасные мышцы, наслаждается его бархатной кожей. Как-то пусто, когда губы медиума исчезают вместе с его сбившемся дыханием с шеи. Хочется их обратно, Олега ближе. Темп увеличивается, Илье хорошо до мурашек по всему телу. Каждый толчок выбивал из них воздух, раскачивал кровать. Ноги Ильи уже на плечах Шепса, а тот всё не устает входить и входить. Илью не смущает рядом лежащий Череватый, он от избытка эмоций вскрикивает и называет имя Олега, просит и умоляет его о чем-нибудь с некоторой периодичностью. — Олег… Ах… Олег… — Ларионов как в бреду зовёт Шепса, а младший издевается над ним, увеличивая темп в такой момент. Частые проникновения током прошибают менталиста, он дрожит под ним, его имя на губах. Илья и думать не может ни о чём сейчас, медиум въелся в голову, проникает под кожу своими касаниями, пока кареглазый стонет и периодически выгибается от давления на простату. Медиум питается этим, наслаждается, пытается запомнить, как Илья его хочет. По просьбам кареглазого, его движения становятся грубее. Пальцы часто с силой хватают икры и бёдра, добавляя остроту резким движениям таза. Как прекрасно чувствовать себя желанным, нарушать запреты, осуществляя свои давние желания. Олег чувствует себя победителем, получая открытую душу Ильи. Нет чувства лучше, чем то что он ощущает сейчас. Он настоящий король, царь зверей. Его ногти царапают сладкую добычу, но он с любовью вонзает в Илью зубы и ногти. Со всеми чувствами он врывается раз за разом всё глубже и глубже, все громче сам рычит и стискивает зубы. — Я хочу… попрыгать на тебе… — признался Илья. Олег и сосчитать боялся, сколько раз он представлял это. Он вальяжно лежит на подушках, а Ларионов делает всё сам. Сначала подразнит его медленно, а потом сам опустится до конца с протяжным стоном. Шепс не хочет выходить, но нужно. Перед этим они долго целуются, позабыв об ограниченном количестве времени. Вот и сейчас, как в мире фантазий, сероглазый откидывается на подушки, внимательно глядя на объект обожания. Его мечты так похожи на реальность… А может это было ведение о будущем? В любом случае Илья отличный любовник. Словно тоже научившись читать мысли, он медленно обхватывает чужой орган рукой, плавно двигает вверх и вниз. Олега прошибает такая нежность и предвкушение исполнения давних желаний. Они смотрят друг другу в глаза, а Илья начинает наклоняться ближе. Он медлит, прежде чем прикоснуться губами к члену, облизывается, глядя в глаза. Только потом он аккуратно целует головку, спускается ниже медленными поцелуями. Он играет, он мучает, он издевается над экстрасенсом. Олег гладит его волосы, кусает губы. Ему так хочется большего… Илья тоже не хочет тянуть, ему хочется почувствовать Шепса у себя в горле, как он не может сдержать себя от автоматических движений тазом. Его влажные губы обхватывают головку и сразу насаживаются ниже. У Олега спирает дыхание, он поддается вперёд мгновенно. Младший разума лишится из-за этих влажных губ, мокрого язычка. У Ильи до сих пор заплетены косички, пальцы медиума не могут проникнуть в них. Он принимает решение распустить его волосы, а уже потом сжать пальцами волосы у корня. Кареглазый медлит в этот момент, аккуратно скользит губами, пока Шепс разбирается с его прической. Он хочет чувствовать тяжёлую и давящую ладонь на затылке. Ларионов хочет подчиниться, быть приятным во всех смыслах. С расплетением покончено. Теперь можно крепко сжать его пряди, пока Илья ртом творит чудеса. Его язык прошёлся по всей поверхности, губы давно доходили до середины, даже ниже могли опуститься. «Ниже…» — просил внутренний голос Шепса. Илья лишь хитро смотрел в глаза, оттягивая момент. Олег стонал в блаженстве, прикрыв глаза. Ему не хочется думать о том, что Влад каждый день получает такую прелесть, может толкать голову этого волшебного мужчины без его согласия, с применением силы. Но Илья сам может сделать горловой Олегу по своему желанию. Ох сколько раз он думал, что сдернет с него штаны, встанет на колени перед ним, начнет… — Ниже… Ниже… Ниже… — просит Олег. Он итак пережил столько мучений в этом наслаждении, уже заслужил. В пару движений Илья берёт всё, фиксируется у основания, сводя с ума сероглазого. Он никогда не хотел так кончить, как сейчас. Но иллюзионист же хотел оседлать его, пока рано. Им ужасно не нравится помнить о времени, но это необходимо. Хотелось бы попробовать всё, но сейчас нужно успеть хотя бы воплотить самые сокровенные желания. С громким хлюпом он вынимает член изо рта, на который сейчас сядет. Ларионову даже кажется, что у него всё горит изнутри, он хочет ещё сильнее. Он решил повернуться к Шепсу спиной, начал аккуратно насаживаться. Илья дрожал, опускаясь ниже и ниже с каждым сантиметром. Жаль брюнет не видел, как у того заказывались глазки. Всё тело током ударило, когда руки младшего взяли ягодицы. Олег оставил выбор Илье в темпе движения. Первые медленные минуты наслаждения они провели в медленном темпе. Ужасно медленном и сладком. Медиум любовался его попкой, ровной спиной, этим красивым изгибом в пояснице. Постепенно Илья ускорился. Опять он начал проговаривать его имя, пока быстро поднимался и опускался. Олег не может бездействовать. Он поднялся с подушек, прижался сзади. Ему хотелось со всей силы обнять любовника. Он уткнулся в шею, на которой практически прошли красные следы. Снова начал целовать, прижимая к себе и делая короткие быстрые толчки. Шепс целовал и плечи, пока его руки ласкали грудь. Илья стал ещё чувствительнее. Каждое касание было ярче в сто раз. Он был на пределе, но не хотел кончать. Лишь бы любовь с Олегом продлилась дольше. Но физические моменты никто не отменял. Хитрый Шепс рукой обхватил чужой орган, начал двигаться синхронно, доводя до слез ведущего. Ощущения его переполняли. Толчки внутри стали длинными и размашистыми, губы всё чаще хаотично касались всего тела. — Я боюсь, что услышу «три», открою глаза, а ты в одежде и никогда её не снимал при мне, — Олегу важно это сказать. — Что твои косички всё ещё заплетены нашими стилистами, а в твоих волосах никогда не было моих пальцев. Побоюсь на шею посмотреть и не увидеть красноты после моих губ. Я… боюсь… потерять… тебя… — он делает очень грубые движения на каждое слово, ощущая, как его ладонь намокла, а весь Илья сжался вокруг него. Олег не смог вытащить, заполнил собой любовника. Он прижался ещё ближе к нему, обнял до боли в рёбрах. Ларионов обернулся в пол оборота и нашёл губы. Олег жадно поцеловал, не желая прекращать это. Он ещё раз прошёлся чистой рукой по торсу, бёдрам. У Ильи глаза слезятся, он никогда не ощущал себя таким нужным, любимым…

***

Очень быстро они привели себя в порядок, поправили помятую постель. Илья вынуждено приложил холодное к шее, поправил взъерошенные волосы. Пришлось продолжить сеанс. Будто не было ничего пикантного между ним и Шепсом, обычным голосом Илья сказал: — На счёт три ты проснешься, — Олег тоже лежал рядом, но уже с открытыми глазами. Он не хотел, чтобы это три наступило. Но Илья досчитал, а Череватый мгновенно проснулся. — Всё херня ваши гипнозы. Я даже не отключился, — в этот момент парни замирают. — Ты был в сознании? — Ну да. Ты пошутил про бога любви и приятное ощущение ниже. А потом насчёт три проснись. — А я не понял, что вообще произошло… — притворяется Олег. Он отчётливо помнит, что было между ними. — Влад, я начал выводить Шепса раньше из гипноза. А он не хотел просыпаться. Даже паниковать начал уже, вдруг застрянет в таком состоянии, — объяснился Ларионов. — Может тебе нужно больше подготовки? — Вероятно, — согласился Илья с Владом. — Я бы ещё хотел проверить. Может другие методы только, а не поиск детей по возбуждённой матки, которой у нас нет, — серьёзно говорит Олег. — У тебя есть предложения? — Мне нужно знать, как сознание отвечает на один личный вопрос. Это вообще возможно? — Думаю это можно узнать, — поддержал иллюзионист. — Влад, ты бы не мог сам домой поехать? Просто у Олега вопрос личного характера, насколько я понял. — Да, Влад, без обид. Могу доверить только Илье, понимаешь? — Да без проблем. Только голова разболелась от ваших экспериментов, — Череватый ушел. А парням нужно поговорить, ну и минимум ещё раз провести сеанс гипноза, в котором приятные ощущения будут повсеместно.