Алёна

Алёна Мой Илья сегодня в казарме. Как и завтра. Как и послезавтра. Хотелось сказать, что и все последующие недели и года он проведёт там, но ведь это не так. Уже завтра моего возлюбленного ждёт погибель. Его отправят на верную смерть – идти умирать за страну. – Дайте мне с ним поговорить! – кричала я надрывистым голосом, хватаясь голыми руками за ледяные прутья. – Мне хоть увидеть прядь его волос и я буду уже счастлива. – я хотела уже снова начать кричать, чтобы меня впустили, но ставни калитки со скрипом открылись и строгим голосом, пузатый мужчина сказал: – Заходи, женщина. Только не смей соблазнять наших. – его суровый взгляд скользнул по своему объёмному платью, словно я выглядела пошло и отошёл в сторону, пропуская меня вперёд. Я моментально юркнула мимо него, проходя по узкому коридору небольшого кирпичного здания. Вокруг пахло поношенным нижним бельём, дешёвыми микстурами и напряжением. Стоило мне пройти мимо возле молодых солдат, как ощутила тяжёлое прикосновение на правом плече. – Куда путь держишь, барыня? – солёно спросил мужчина, сжимая мозолистую руку на моем светлом платье. – Неужели к кому-то из наших? Или ты это.. – он сделал паузу, заставляя повернуться к нему лицом. Второй же солдат, пожёвывая небольшую палочку, почти чёрными зубами. – подпольно-полевая? – мужчина наклонился, пытаясь посмотреть мне в глаза. – Я к Илье. – несмотря на страх и отвращения, довольно твёрдо ответила я. – Дамаскин Илья Фёдорович. – нахмурившись, я отстранилась, сбрасывая руку парня со своего плеча. – Невеста я его. На свою фразу я лишь получила громкий смех, словно надо мной они издевались. – Ну, ты смотри, как помрёт, приходи к нам в гости, мы тебя пригреем. – солдаты говорили что-то ещё, но я быстро ушла от них, пытаясь не слушать их. Мой Илья не умрёт. Он ведь меня и Ксюню однажды на руки поднял. Сильный. Тяжёлая зеленоватая дверь с шумом скрипнула, и я уверенно зашла, начиная: – Илья Дамаскин здесь? – последнее чего мне хотелось, так это показывать мужикам свой страх. Ведь только они это заметят, набросятся, уверена, даже не выслушают. Но бояться, оказалось было и нечего. В просторной комнате с десятками кроватей было лишь четверо. И один из был мой Илюша, обритый, исхудавший. Да что же это такое делается? У него ведь зрение плохое, а у него очки забрали… – Алёна. – прошептал Илюша, подрываясь с места. – Зачем ты сюда пришла, дура? – он схватил меня за воротник платья, начиная трясти. – А что мне ещё оставалось?! На связь ты не выходил! А мужики из деревни вообще сказали, что значит, тебя вообще забили до смерти ещё до фронта. Что мне нужно было ещё делать?! – кричала я, обеими руками схватив возлюбленного за предплечья. – Думаешь, я просто из прихоти пришла в это место, Илюша?! – несмотря на мой громкий голос, последняя фраза оказалась на удивление мягкой, почти просящей прощения. Товарищи Ильи быстро обогнули нас, со всей силы ударяя по спине парня. – Ты это, не обижай её, она вообще-то подвиг совершила. Был бы я на её месте, ни за что не пошёл полную мужиков казарму. – высокий, рыжий и бледный юноша улыбнулась, оголив зубы и подгоняя товарищей, удалился из комнаты. – Алён, – начал Илья, разжимая руки на моём воротнике. – Ну что Алёна?! За что ещё будешь ругать меня? – прикрикнула я, ощущая, как мои пальцы пробила дрожь, а в уголках глаз появились слёзы. Я думала, что снова получу выговор или Илья просто замолчит, но такого не произошло. Его тонкие пальцы быстро схватили моё лицо, заставляя меня подняться на цыпочки, и смазано поцеловал. – Береги себя. КОНЕЦ