Адюльте́р

- Где ты научилась так готовить? Она ополоснула руки в холодной воде и оторвала бумажные полотенца, перед тем, как развернуться к нему. - Разве этому нужно учиться? Прошло два часа, как они приехали к ней в резиденцию. В просторной кухонной уютной лаунж зоне витал приятный сливочный запах в перемешку с запеченным сыром из духового шкафа. Приглушенно над ухом шумела ненавязчиво вытяжка. Лола сдержала свое слово и приготовила ужин, тот самый, который иногда любил есть Лёша. Стейки из семги, сливочный домашний соус, креветки, пармезан, розмарин и тимьян, с лимоном для отдельного вкуса, который обожал Узенюк. Прошло много времени с того момента, когда Лёша должен был вернуться…Но как написал, в последнем своем смс: «Приеду после полуночи, можешь не готовить, ложись спать». Она не стала спрашивать, где он находится и почему он задерживается. И приедет ли вообще? В прошлом она привыкла не спрашивать его о таких вещах. Скорее мелочах…знала, что если бы Лёша хотел ей об этом поведать, то сообщил бы свое местонахождение. Но что есть, то есть. Однако. Однако. Лола нервничала. Немножко, но злилась на Лешу. И будь она совсем без сил и ярого желания на готовку, после долгого перерыва браться за нее, специально переборола свое сонное состояние и сделала, то что обещала ему с утра. Только вот Узенюк не сдержал своего обещания и не вернулся к нужному времени в их «общий дом». Хасанова приготовила это блюдо не из-за совести, чтобы показаться на первый взгляд ему: хорошей домохозяйкой, внимательной, показывая, что она ждущая верная жена у порога двери, а всего лишь из-за - вредности! Да, из-за гонимой женской вредности. Чтобы пристыдить его исчезновение и испортить его настроение! Чтобы он ощутил вину за свое отсутствие. Чтобы он подумал о том, что его все еще ждут, что он не «просто есть». Но почему она так злилась? Если не злилась на расстояние с которым они жили длительное время??? Ведь она совсем не была против его отсутствия в своей жизни. Это нормальная практика, для таких медийных людей как они. Лола безуспешно пыталась отогнать самый мрачный сценарий, который мог произойти. В конце концов, она сдалась, опустила руки и пустила все на самотек. В любом случае, если что-то все-таки ее муж скрывает от нее она - узнает. Они мало виделись за этот год. Потерялись во времени. В жизни. Потеряли общие интересы. Привычки. Работая и зарабатывая себе на двадцать жизней вперед, но при этом не перестали думать друг о друге. Она привыкла жить без второй половины. Это делало ее стержень сильнее в плане карьеры, не отвлекаясь на слабые чувства. Но когда Узенюк соизволил внезапно приехать к ней в Грузию, то должен был, хотя бы постараться уделить ей максимальное внимание! Лола не была уверенна в Леше до конца. Употреблял ли он наркоту или нет. Изменял ли он ей или нет. Лола и не переставала ему недоверять. И нервы конечно давали о себе знать. Пришлось принять сразу двойную дозу таблеток, чтобы расслабить свои напряженные извилины. Сердце щебетало под грудной клеткой, и все время на протяжении этого вечера кусала нервно губы, чувствуя раздражающее дергание жилки под нижнем веком. Она чувствовала, что что-то не так… В отличии от Сереги, который расслабленно почти полулежа сидел на против нее в кресле, вытянув одну руку на мягкую спинку, в другой руке держал вино, смакуя на языке дорогое Киндзмараули. Не ощущал и не знал - тревоги. Да ему попросту было очень хорошо и спокойно находиться в ее компании. Как бы это странно не выглядело, но он не торопился уходить. - Я мужик и за меня обычно всегда готовит прислуга или девчонки. - Ну, оно и понятно. - ухмыляется она. Лола устала стоять на ногах. Вообще усталость давала о себе знать. Она часто наблюдала за собой, как организм истощался, но не придавала этому значения, это же потребность человека, энергия, когда ей нужно было работать. И она надеялась, что больше ни кого не испугает своими нервными приступами от истощения, и в больницу не попадет…Тем самым не заметила, как появилась бессонница… и что удивительное… уже поздний час на часах, а она еще не хочет спать. Не понятно почему… может дело все же в переживании об отсутствии любимого человека? Лола подошла к стеклянному не высокому столу и присела рядом за большой белый диван, подгибая под себя одну ногу. Она набросила на себя ярко оранжевого цвета плед и тихонечко выговорила: - Можешь налить мне. - бросая взгляд на подвесные бокалы в стороне от себя. Чертков без лишних вопросов и раздумий молча встал и поделился винным напитком отдавая ей в руки бокал. - Спасибо. Она отпила глоток, прикрывая глаза. Почувствовала долгожданное умиротворение. Словно так и должно быть. Ощутила конец. Тишину. - Включи мою волну. - сказал приглушено он. Заиграла спокойная мелодия из умной колонки. Транс. Это то, что предпочитала слушать Лола. Серега все еще был для нее отталкивающим звеном. Она ждала от него какого-то подвоха или скрытой подковырки. Ведь, в ресторане он произнес правду: «меня тянет к тебе». После чего парень к ней не прикасался и не затрагивал темы о ее личном с Лешей. Вел себя с ней аккуратно, обходительно, что не могло не радовать Хасанову. Дальше они разговаривали о простых нейтральных темах: о том где он сейчас живет, где путешествует и что происходит в кругу их лейбла и пиарющих начинающих артистов. Рассказывали друг другу, как росли и жили в семьях, перебивая, не замечая как летело время. Она удивлялась как его культура отличалась от ее мировоззрения. Затронули темы фестиваля и дальнейших планов на его дизайн проект. Рассказывал какие то сторонние истории о компании, Лола очень внимательно его слушала, особенно, когда касался диалог о Леше. И в моменте поняла, что ей нравилось его слушать. Ей нравилось слушать забавные истории связанные в кругу их друзей, ведь она отреклась от них на год, и только сейчас поняла свою ошибку. Зачем она закрылась от них? Если раньше они постоянно общались? Засосало под языком от отсутствия стабильной нити взаимодействия друзей. Она правда завидовала тем людям, у кого были настоящие друзья, с которыми комфортно было находится и доверять им свои секреты, говоря о чем болит, вести себя расслабленно и не думать о том, что выглядит как то глуповато. Но Лола всегда была закрытой стеной и держала в себе все что ее беспокоит, старалась самостоятельно выкручиваться со своей жизнью, а не с помощью советов «лишних». Даже когда они собирались с Аделиной и Тиной, после ее открытия выставки в день рождения, она не чувствовала себя с подругами искренней до конца. И это напрягало ее. Хасанова недоговаривала подругам, скрывала свои эмоции и чувства. Да и что говорить? Она по сей день не говорила Тернер о том, что их брак с Лешей всего лишь фикция, красивая картинка, макет. Но скорее всего Тина поняла это по тем взволнованным ответам и вопросам, которые постепенно утихали в сети... Аделина Авдеева, видела, что было с Лолой в первом браке с Лешей, что происходило и как он к ней наплевательски относился. Естественно поверхностно. Конечно же по началу, подруга уговаривала бросить общение с музыкантом. Хотела помочь забыть о нем, разными способами: шоппинг, уютные вечера, йога, медитации и путешествия, круизы. Но девушка знала, что Лола сама себе на уме и ни кого ни когда не слушает и не спрашивает советов, Аделина отдалилась и не стала маячить собой. Аделина перестала на Лолу давить и как то повлиять своим фоном, а просто молча поддерживала подругу, скрывая за языком свое мнение о ее громком воссоединении с известным рэпером во второй раз. Если в первом союзе у них были хорошие отношения, какое то время, то во второй росписи не чувствовалось - любви. От слова совсем. На этой почве Лола не могла расслабиться и довериться подругам. Возможно ей стыдно, потому что ее могли осудить… и вот что удивительно… С Чертковым девушка не заметила того, что начала ощущать себя «в своей среде», его пошлые шутки и подколы не смущали Лолу. Да и в прошлом ее это не смущало, скорее не заостряла внимание, так как всегда был кто то еще из компании рядом…. Сережа старался держать тактичную дистанцию. И она видела по нему, что ему это давалось тяжело. Дискомфортно. Почти напряжено. Это чувствовалось в воздухе. В интонации и его голосе. Лола не заметила для самой себя, как положила взгляд на мужской сексуальный голый спортивный торс, на мускулистые плечи и шею, пока тот что-то эмоционально говорил, жестикулируя руками. Загорелая кожа. Черные красивые чернила на груди и рукавах. Внешняя картинка затягивает, но внутри сплошной яд, если кто то подойдет ближе. Отравиться и умрет. В буквальном смысле. Время от времени, диджей комментировал ее слова и колко подшучивал, но из этого всего ушла былая неприязнь. Она перестала обращать на это внимание, а наоборот начала в ответ шутить над ним. Возможно Лола уже привыкла к его манере общения и стала принимать, как обычное поведение нормального свободного бабника…Известного холоста среди селебрити и страницы форбс листов. Он в нем состоял не из самых последних рядов, а скорее с начала…Она старалась не зацикливаться больше на нем… Лола не отталкивала его и не показывала себя слабой. Сегодня много, что произошло. Много, что увидела лишнего и совершила. Именно поэтому она держала расстояние, причем не столько из-за боязни того, что она не сможет себя сдержать, а из-за своей боязни испытать «что-то» внутри, ощутить «что-то» теплое в душе. Под словом «что-то» имелось ввиду чувства, похожее на влечение, как к интересному привлекательному человеку… И в моменте Хасанова осознала, что ей нравилось с ним общаться. Он располагал к себе. Он умел увлеченно говорить и отвлекать. Лоле нравилось ему открываться и поддерживать разговор. Но самое страшное или невероятное… Ей нравилось, что Чертков открылся ей настоящим. Она стала его понимать. Почему он стал таким циничным. А вот Сереге нравилось, смотреть на нее. Издалека. Бросая игривый взгляд, улыбаясь в ответ и смеясь о том, как Лола рассказывала о веселой истории из жизни, когда опоздала на самолет в бизнес классе. Потеряв паспорт и все документы. А потом выяснилось, что она оставила документы в гостинице. А вернувшись туда, Лола психанула и заказала чартерный рейс отдав 8000$. Потому что как она сказала, деньги и заказы не ждут и ей срочно нужно быть в Майами на рассвете, иначе она потеряет дорогой и выгодный контракт. Он смеялся. И ему это нравилось, отдаваясь всем эмоциям. И гори оно все огнем, он не думал о том, что подставляет своего друга. В нем в данный момент четырнадцать градусов от алкогольного, стало внезапно очень, очень сильно плевать! - Кстати! - воскликнул он внезапно перебивая девушку, - Хотел все сказать тебе, что это не моя тачка, она в аренде, взял у одного знакомого чувака, занимается приватными перевозками. В Грузии у вас. Лола наклоняется к бутылке и аккуратно наливает себе. - Ну ты даешь, - улыбается она, - а хотел разбить. - Ничего страшного. - Даже совесть бы не мучила? Это же каен, - она отпила глоток. Он убрал мешающие блондинистые волосинки со лба и рассмеялся. - Пусть совесть мучает тех, кто отдал мне машину. Я бы не расстроился, и выкупил бы весь бизнес у них. - Коварный план, не всегда хорош. - она хмельно улыбнулась. - А тебе нравится твоя? Что он взял тебе? Насколько знаю, ты у нас не любительница немцев, никогда не видел тебя за рулем, кроме американцев. - Пойдет. Он задумчиво поболтал бокалом в руке и спросил: - Не хочу говорить о твоей профессии но, где ты берешь вдохновение? - Смотря для чего. - Например в картинах своих. Многие холсты свыше моего роста. Сколько по времени ты их пишешь? - Если накатывает волна, то могу за месяца два закончить или за неделю, а могу начать и год к картине не прикасаться, но потом резко закончить. Это непроизвольно получается. Я не знаю. Что сидит в голове, то и делаю. Я всегда любила рисовать это отвлекает от реальности. - У меня точно, так же. - Что так же? - Точно так же с музлом и в других проектах. Если сильно захотеть - можно в космос улететь. Внезапный сигнал от таймера на ее телефоне обозначает, что пора бы вытаскивать с печи приготовленный поздний ужин. - Я сейчас подойду. - Беги, - он весело подмигивает провожая взглядом девушку в сторону кухни. Он не хотел издалека всматриваться в ее рост и модельную походку. Не хотел честно, рассматривать, как она кропотливо вытаскивала из печи белокаменный противень выгибаясь в спине очень медленно, почти вызывающе, показывая свои милые ягодицы, еле-еле прикрывающих черным пеньюаром. Тут он подумал, что Лола спецом с ним таким образом как то заигрывает, но резко обрубил эту мысль, списав все на выпитый алкоголь. Но не удержавшись, он положил глаз еще и на грудь. Зачем и для чего он поглядывает на нее? Ее стройные босые ноги по мраморному полу, смотрелись очень откровенно возбуждающе. Плавные движения не давали покоя в его бушующих извращенных мыслях. Он ее представил снова обнаженной, но в этот раз мозг преподнес менее приятный расклад, она двигалась на его члене, а не на своем мужчине. Почему он в прошлом не замечал, что она для него привлекательна? И пока он об этом думал, вспомнил, как они лет восемь назад начали свое первое знакомство с не очень хорошей ноты: - А ты кто? - он зашел в студию звукозаписи с четырьмя стаканчиками в руках для себя и своих коллег по лейблу. Он помнил, что не выспался, коматозное состояние после ночных тусовочных сетов, стало обыденным делом. К тому же похмелье еще не отходило на задний план. Она стояла в коротком нежно-розовом платье, в высоких туфлях и рассматривала помещение. Картины. Граффити на стенах. Розовые, зеленые, фиолетовые, синие цвета и рисунки. Гирлянды висевшие на черных стенах. Окон в этом помещении не было, для создания эха. Творческий хаос. Впрочем как и все работающие люди в команде 143. Колонки, мощная аудиосистема, место для микрофона. Ей здесь было уютно. Она развернулась на голос и всмотрелась внимательнее на вошедшего. Поправила на плече тонкую бретельку от платья, что сползла вниз. Здесь он разглядел ее цветные татуировки на обоих руках, видя то что они еще на начальной стадии создания, потому что оба предплечья обернуты в прозрачную пленку отдавая синеватыми красками контура. Ее темные волосы заплетены в одну небрежную выпуклую косу, а в нее вплетены белые тонкие атласные ленточки. - Лола. - добрая лучезарная улыбка на устах, не осталась равнодушна для него. Но все же он вскипел. Полный вдох. И медленный выдох. Это же не то, о чем он сейчас думает…? Внезапная догадка обездвижила диджея на пару секунд. Она дружелюбно вытянула ладонь для рукопожатия, держа какое то время в воздухе. А парень замер в пространстве. Все еще не понимая, что ему делать. Он растерялся, голова гудела после похмелья и недосыпа. Поэтому его настроение держалось на волоске от хорошего, оно скорее раздражительное, и дерганное. Она увлекла этой эмоцией всю пустую аудиторию и даже его. Как же в данный момент она напрягала. Желания общаться и знакомиться с кем то не было. И не имело значения, что ее привлекательная внешность симпатична. То ли испанка, то ли русская, или армянка или грузинка. Какая то странная смесь. Он нахмурился осматривая ее вдоль и поперек, вспоминая, где мог ее видеть раньше? И сделав быстрый вывод, понял, что Чертков ни разу ее ни где не встречал. С ее запоминающейся внешностью она могла претендовать на лицо известного модельного журнала “VOGUE”, или как вариант по подиуму ходить. Но и на семейство Кардашьян тоже не похожа. Так, кто же эта девушка? Он ее точно не знал. - Привет, Лола, - хрипловато произносит он, делая ломаную интонацию, затем пару раз кашляет. Он помнил, как был ошеломлен, даже, через чур разряжен, обездвижен во времени. Он не спеша подошел ближе к ней, все еще держа картонный поднос из черных стаканов кофе в одной руке. Он с не охотой протянул свободную для знакомства ладонь, беря ее теплую миниатюрную в свою. Она легонько сжала ее в знак знакомства. - Сергей. А ты как сюда пробралась? Тебе автограф надо? Фотку хочешь? Как тебя охрана сюда пустила, хулиганка? Давай быстрей, потому что мне сейчас не до тебя, - он взглянул на нее очень скептически, но с ухмылкой. Серега поставил напитки на стол. Между ними. Лола искренне рассмеялась отходя на шаг от него. - Я здесь не первый раз, поэтому тебе придется привыкнуть к моим внезапным вторжениям. «О, нет!» - кричал внутренний голос в протесте у молодого диджея. Если это то о чем он думает… То это полный пиздец. Это крах. - Слишком много дерзости в твоих выражениях, Лола, - нараспев произносит ее красивое и необычное имя, - Не соответствуешь внешнему фантику, а огрызаешься... Смекаешь? Берега не путай, не рекомендую тебе со мной выебонить. Он пытался говорить как можно более развязнее, показывая свой статус в стенах своих владений. Но грубая отталкивающая субординация была уже его неотъемлемой частью жизни. Обычный слой отторжения, от личной жизни, чтобы не давать пробраться к нему под сердце. - А ты…Лешин звукарь? - как ни в чем не бывало отреагировала она на его недовольство, фильтруя озвученное им невежество. Ее легкие постукивающие прогуливающиеся шаги откликались у него в подсознании, взбудораживая его твердый фундамент на что то такое…похожее на неприязнь, почти брезгливость. - А ты сама кто будешь? - Я думала здесь будут со мной общаться повежливее. Но видимо у певцов свои закидоны, да, Сереж? - с издевкой спросила она окидывая его взглядом через плечо. Блять. Это что такое? Это. Что. Такое?! Что это значит? Кто она такая, чтобы его ставить на место? У него что появился соперник в виде слабого пола? Ну, уж нет. Его звездная болезнь уже давно прогрессирует вверх, поэтому он чувствует свою невидимую «корону», которая сдавила череп. С хера ли она не визжит от его божественного вида и не дрожит, не теряет сознание? Не смущается его? Ведет себя слишком уверенно и легко. Он к такому не привык. - Так, - он скрипнул зубами и присел в кресло напротив своей аппаратуры, включая компьютер . - давай проясним для начала, что ты здесь делаешь? И кто тебя впустил? Ее красивая загадочная улыбка невероятная, но в то же время за ней можно было разглядеть поверхностный лик стервозности. А эта девочка умела защищать свои границы. - Она со мной, - грубый голос за спиной, дал раставить все точки над «и». После чего парень понял, что Леха втрескался по уши в священную икону. В икону: стиля женственности и обложку эстетичности. Так и начались их натянутые отношения. С тех пор, Чертков, невзлюбил ее, потому что Лола являлась самой большой обузой для Леши! Ибо на самом пике музыкальной карьеры, лучшие друзья пообещали себе, что никаких серьезных отношений между девчонками не будет, пока они продвигаются в сладкие сливки общества и стоят первые в чартах. Ведь все знают, что внимание поклонниц прежде всего нанесет траурный вред их репутации, и начнет отпугивать их интерес с наличием «официальной» девушки, означало что может произойти хейт и пропасть к их персонам интерес! У них был уговор у обоих, что никаких отношений до того, момента, пока популярность растет. Во- первых - популярность это ответственность. Во-вторых - популярность не вечная, поэтому с ней нужно аккуратное общение… Но черт, Лёша таскался за ней, словно слепой слюнявый щенок не видя никого вокруг. Чертков ни когда не принимал ее «за свою» в компании друзей, не доверял, и тем более не проявлял к ней ни каких теплых эмоций. Время шло. Годы летели. Лёша сильно отвлекся от написания третьего альбома. Серега бесился, что все идет не по плану. Он пропадал с ней и забывал о работе. - О чем ты думаешь? - а когда Сережа не проявляет никакой реакции добавляет: - почему ты так смотришь на меня? - Лола насторожилась и зажмурила глаза. - А ты помнишь, как мы с тобой познакомились? - выныривает из своего подсознания, залитая в реальность вопросом, который его мучал. - Да-а, - тянет гласные колебаясь, - ты подумал что я одна из твоих заблудившихся поклонниц, ты бы видел свое лицо в тот момент. - с ехидством прохохотала она. - а почему ты вспомнил об этом? - Да просто так. А внутреннее эго кричало: «Лжец!». - Я все хотел спросить….почему та картина не продается? - чуть помедлив произнес Чертков. Девушка медленно села, поджав под себя ноги, размещаясь поудобнее на большом диване. Возникла неловкая пауза между ними. Каждый сделал небольшие глотки из своих бокалов, даже не замечая, что этим они хотели продлить время, проверенное с друг другом… В нескольких секундах тишины напротив двоих мягко хрустнул электрический камин, что привлекло мгновенно внимание обоих глаз на приятные звуки. Глухое потрескивание, будто настоящая влага внутри древесины превращается в пар и возвращается наружу. Словно с ними сидел кто то третий и ломал невидимые поленья, где-то внутри очага. Камин был установлен больше не в качестве источника тепла, а для интерьерного уюта. Красно-оранжевые языки пламени плавно танцевали закалённым стеклом. - Ты про какую? - она задумалась не отводя взгляда от жерла, и посмаковала напитка, смачивая горло. - В день твоей выписки из больницы, когда мы остались одни в твоей мастерской. - он понизил голос и встретил ее моментальный взгляд на себе, - Помнишь? Ты сказала, что она не продается. На ней изображена голая девушка за столом, с разрезанным гранатом, а из него вытекал…сок….много красного сока…ну…кажется сок? Я ведь, правильно понимаю? Воровато оглядевшись по сторонам она пыталась придумать что сказать, кусая нервно щеку с внутренней стороны. - Я понял. Ты не желаешь о ней говорить. Тогда… - Нет. - Эм, что нет? - Я расскажу. Она смотрит на него растерянно, а парень понимает, что поставил ее в не совсем комфортное положение. Лола одергивает себя внутри за то, что откровенничать с Сережей не стоит. Но молчание порой отравляло ее, душило похлеще, чем ее отношения по расчету с Лешей. Лола на себя злилась, что не осмелилась ни кому рассказать про тот дерьмовый день. Лола копила в себе все переживания, эмоции, особенно ей было тяжело осознавать, что ее могли за это пристыдить, раскритиковать и в худшем - оскорбить. За эти громкие мысли, Лола не заметила, как разозлилась на себя, кусая нервно уголок губы. И правда, в последнее время она стала слишком закрытой и не раскрывалась даже с подругами…И на сердце ощутила мощные гири от тишины, которые давали о себе знать с годами… Чертков не торопил, он умел помолчать, когда видел что тема щепетильна и за ней скрывалась темнота. Но интерес парня закипел, и поглотить в себе не удается. Проведя такое тесное время с девушкой, не мог ничего с собой поделать. Но и не позволял себе большего... Лола молча смотрит на его расслабленную позу в кресле, когда тот лениво болтает в руке фуршет, а затем смакует вино неразъеденяя с ней зрительного взаимодействия. Ждет. И на чуточку ей захотелось приоткрыть дверь не потому, что он внушал доверия. А потому что незнакомцам легче рассказать все переживания, что съедают ее внутренности внутри. Хотя бы самую малость открыть свой шкаф с привидениями и показать любопытному свою личную жизнь. А не тот счастливый фальшь, что пишут о ней в биографии в интернете как она стала успешной молодой бизнес-леди и счастливой женой известного рэпера. - Я скажу почему. Я тебе скажу почему. Но только потому, что ты мне рассказал обо всем в ресторане. - О, как, типа око за око, - он поднял в удивлении брови вверх создавая глубокие морщинки на лбу, - ну давай, валяй. Она сделала глубокий вдох собирая мысли в центр. - Она была написана мной в переломный момент. Это как что-то между стадией «до» и «после». Когда я разочаровалась в нем как в партнере. Я висела, будто в прострации, не зная, что мне делать и как быть. Когда перестала видеть его в будущем вблизи с собой. И мне давалось очень тяжело это решение, когда я все таки…подала на развод. Потому что, то что я испытала на себе, знала что я больше не хотела видеть его рядом после того, что…он сделал… - Лола понуро свесила нос пряча стыдливо взгляд в пол, чувствуя сухость на слизистой, вспоминая этот страшный случай. Смотря на свои пальцы, ощущала приятный материал вязанного винтажного пледа, когда перебирала его подушечками пальцев успокаивая себя. Сережа ощущал напряг всем телом и слишком встревожился за нее. Он не хотел нарушать тишину откровений, и торопить ее. Он пододвинулся в кресле бесшумно к краю, наклоняясь к Лоле чуть ближе, облокачиваясь локтями на колени. Парень чувствовал, что эта история не предвещала радости и счастья. - Я помню, как я пришла в студию, и я просто сидела за столом, смотрела напротив стены на белый холст. У меня не было сил и желания писать. Я долго сидела, думала о том, что он сделал с собой. Как он терзает себя, как страдает. А потом как то все стихло внутри и я ощутила себя первый раз пострадавшей. Что я чувствую себя жертвой насилия…и я не хотела больше этого… - А дальше? - А дальше. - она печально ухмыльнулась, вспоминая что то в голове, поднимая на него нефтяные черные глаза, - а дальше, всего лишь за один вечер в этом состоянии я написала ее. - она через всю силу боли попыталась улыбнуться. Ее признание, словно глоток свежего воздуха. - Так… - он странно нахмурился прочищая внезапное першение в горле кашлем, - и как связана эта девушка с насилием? Я запутался. Подробности умалчиваются? Она глубоко вздохнула. - Я знала, что я в любом случае справлюсь и приму это как испытание. Но пока не понимала, как я буду жить дальше без родного человека рядом, когда он убит от трагедии. - девушка прикоснулась дрожащими пальцами к виску и почесала тонкую кожу, искоса повернув осторожный взгляд на сидящего рядом парня, он наблюдал за каждым ее неловким движением, впитывая каждое слово, - образ не пришлось искать, ведь это была я. - на тихом тембре проговорила Лола. - Это ты на картине!? - уточняет он, не скрывая удивления в голосе. - Не похожа? - с ухмылкой спрашивает метиска. - Если честно, нет, у тебя сиськи так не висят и кожа потемнее, а там как будто мертвец белый…да и ты посимпатичнее будешь… - Сережа блин. - если бы взором можно было убить, то диджей сейчас размяк бы в кресле, а бокал бы разбился об пол. Под руками находит маленькую интерьерную желтую подушку, которую запускает в него через столик напротив, но он ловко ее ловит и прячет за собой хитро улыбаясь. - это не стиль реализма и тем более не портрет с натуры, он и не должен быть один к одному, понимаешь? Это как представление той меня, что олицетворяет мое состояние на тот момент. - Вы посрались? Семейные терки? Или что произошло? Почему ты сравниваешь себя с жертвой? В чем насилие? Лола слабо рассмеялась и сказала: - Это не срачь, это позор. - фыркает она. - Позор? Тогда я тебя не понимаю, - он сузил на ней глаза. - Слушай дальше и не перебивай меня. Парень показал жест, что застегнул себе рот и проглотил в себя ключ. Не говоря ни слова он просто кивнул улыбаясь, чтобы та продолжала. Лола же, закатила в раздражении глаза. - Ну так вот. Я тогда резко встала из-за стола, потом поставила перед собой холст, и взялась за работу. Без наброска, без идеи, без эскиза. Мне было все равно что получится в финале, я отключила голову. Я не придерживалась рамок и перспективы. Я не следовала правилам построения пространства в своем листе, не искала композиции и горизонта. Рука с кистью летала по холсту и делала смелые мазки. Я была так счастлива в тот момент, когда создавала ее, потому что меня отпустила боль на него. Я была будто, не создателем, а наблюдателем. Она сделала паузу посмотрев на сидящего слушателя и продолжала: - Темно фиолетовый фон с яркими и резкими синими мазками обозначает безысходность или тупик. Поза сидящей за столом, внушала надежду на новую жизнь, на борьбу с собой и со своей привязанностью. Девушка заявляла решимость, надежду, жить дальше, несмотря на причиненную и невыносимую боль. Расколотый гранат, который ты увидел прежде всего и запомнил в картине, второстепенный элемент, который отвлекает зрителя, от главного плана... Но и в тоже время позволяет почувствовать разбитое сердце той девушки, которая сидела за столом. И да, в картине я изобразила не просто так вскрытый гранат и не просто так из него вытекает сок…но для меня это был не сок… скорее кровь. - Кровь? - он искоса взглянул на Лолу. - Угу. - Почему именно кровь? Как она связана с тем, что случилось? - А ты больше ничего не заметил на полотне? - спрашивает загадочно Лола с интересом осматривая собеседника. Сережа задумался, вспоминая что-то на уме. Что ему больше всего запомнилось, но к сожалению ничего не приходило из памяти. - Порез слева на шее, маленький, неглубокий. Его хотелось скрыть, сделать менее деликатным и неприметным, чтобы он был заметен только лишь внимательному человеку…скорее только одному…который знает кто его сделал… - Я его видел, у тебя, - диджей молчит пару секунд, переваривая услышанное и добавляет: - вчера. Лола замерла. Проследив за его мрачным взглядом, как он наклонил голову ища то самое место. Лола моментально ощутила спазм сожаления и огорчения, что рассказала не близкому человеку о семейных бытовых ссорах с Лешей. Да даже об этой сердечной ситуации она не вспоминала с мужем. Однако, вынесла эту стыдную компрометирующую ситуацию на поверхность. Не маме, не подруге, а тому кто вообще ей не являлся преданным другом. Тому, кто сейчас не должен вообще ввязываться и разбираться с этим. Волноваться и переживать за нее. И точно не тому кто хотел ее защитить, да и не о защите шла речь… Лола едва ли сдержалась от того, чтобы спрятать стыдливые глаза, потому что это было бы явной причиной нервов. Ее плечи ни на градус не сместились назад, когда она раскрыла эту больную тему о домашнем насилии. Ведь, правда, Чертков не знал, какой гнусный поступок совершил Узенюк. Парни об этом не общались. В том месте моментально припекло. Она нервно отодвинула волосы в сторону показывая ему блеклый рубец в районе сонной артерии. - Он… - Он это сделал, потому что ему не понравилось, что я слила в канализацию всю дурь. - Не понравилось???!!! - взревел внезапно тот, от чего Лолу слегка подкосило в сидячем положении, - Ахуеть, блять, только из-за этого?! - Из-за этого. - робко отвечает Лола пожимая худощавыми плечами. Его взгляд ощущался, словно стальные горячие цепи. Контрастная тишина тянула помутненный разум Лолы. Она медленно повернула голову в его сторону. В мужском взгляде четко читалась тревога за нее, на что Лола не была готова получить напрямую в глаза, словно в раскрытую ладонь. Не была готова принимать такую огромную поддержку и видеть соболезнования пережитым ощущениям безнадежности… Серега тяжело выдохнул, надавливая до боли двумя пальцами на верхние веки, а затем увел руку в мелированные волосы. Она в который раз за вечер покусала нижнюю губу, закрывая длинными волосами тонкую шею. И именно в тот миг она ощутила себя виноватой за то, что раскрыла Лешу, в моменте самого низкого его качества, как мужчины. - Почему не сказала ни кому? - спрашивает чуть тише хрипловато парень, хмуря брови. Лола чувствует очередной заботливый взгляд на себе от чего перехватывает воздух. - Лол, я спрашиваю, почему не сказала?! - говорит громче с нажимом и тверже, отрезвляя ее нутро, при этом чувствуя как слегка трясет ее лодыжки от паники. - Лол, так нельзя… - Да, нельзя, я согласна, что нельзя молчать, но… - Но ты же понимаешь, что Леха поступил как последнее ебаное хуйло с тобой? - Не говори так о нем. Мало ей было за последнее время нервных срывов от стресса. Мало ей слабости от низкого давления и обмороков, так теперь придется еще переживать за этот сраный разговор…еще ей не хватало тошнотворного чувства вины и головокружения, которое настигает посекундно. Напрямую смотреть девушка не решалась, чувствовала злость от наблюдателя, поэтому опустила взгляд на наполненный бокал. - Почему ты его выгораживаешь?! - спрашивает на легком взводе парень, готовый взорваться вот-вот. Лола замечает, как его правая ступня на носке нервно двигается, то вверх, то вниз по полу. - Я не… Договорить и закончить слова не успела, летит новая порция раздражения: - Он мог тебя покалечить. Почему не сказала нам? Почему??? Почему молчала? - Я знаю. Я знаю, что он мог сделать. - торопливо отозвалась та, стараясь отогнать волнение. - Тогда почему ты не сказала ни кому??? - Не бери в голову. - Хуя се, не брать в голову, Лол, ты понимаешь что он сделал? Поебать было это в прошлом или нет, сам поступок был очень хуевастым. - Да, но, - делает паузу, от не знания как начать и как продолжить, - Не осуждай его. Мне кажется, бросить его одного было бы несправедливо. - Че-го? - Сереж, я хотела сохранить свою семью до последнего. Он замирает и заслуживает в сердцах Лолы уважение, за то что понял ее так быстро. На это она и рассчитывала. Однако не надолго умиротворение пришло к парню, сдерживая его вспыльчивые эмоции. Лола ощутила как вкус безысходности беспощадно сжирал ее. Как страх быть пойманной и задушенной от своего надзирателя. Она не могла выдать больше звука, не могла глотнуть воздуха, когда громкая интонация напротив зазвучала у нее в ушах, словно курок от атомной бомбы: - Какая нахуй, блять, семья, ты о чем!? Очнись! Какая семья! Алё! - прыснул он мерзко в сторону, словно вот вот его могло стошнить и она могла поклясться, что Серега закатил раздраженно глаза, - у вас детей нет, какая нахуй семья?! Лола сделала полный вдох. - Не надо кричать, когда ты даже не знаешь наши личные отношения… - сухо ответила она, смотря в нескольких метрах от бешенного безумца. Здесь она могла разглядеть как его острый кадык от злости прыгает, а челюсть как и кулаки плотно сжались. Лола настороженно посмотрела на друга. - Да, я, не знаю, но ты приоткрыла рот, так что, если сказала начало, то договаривай конец. - Это не твои проблемы, хватит… - отмахнулись она, жалея о всем своем сказанном. - Хватит? - Чер, прошу… - Это надеюсь было один раз? Девушка растерянно молчит, глотая непроходимые булыжники, тогда Сережа сам додумывает и заключает: - Это пиздец. - Конечно, нет! - протестующе прикрикнула на него, - Нет, он меня не трогал, это был единичный случай. - От этого все равно ничего не изменится. - Теперь когда ты знаешь мою тайну, а я знаю твою. Давай тему сменим? - нетерпеливо спрашивает девушка ерзая нервно бедрами, переплетая влажные пальцы на коленях, надеясь на то что диалог будет закрыт. Он долго молчит. Лола кусает губы, мысленно ругая себя, за то что винила себя, выставляла себя слабой тряпкой, по отношению к мужскому полу. - Нет. Объясни мне, как ты могла молчать и не говорить? - Все просто. Когда причиняешь боль близкому, когда получаешь боль от близкого, язык не повернется рассказывать об этом всем. О насилии никто ни когда не говорит ни с кем, потому что это может разочаровать других. Например как сейчас - тебя. И я сейчас жалею, что рассказала тебе, - Лола нервно заправила выбившуюся прядь за ухо. - Да забей, я не буду тебя упрекать в этом. Я знал, что наш Леха больной шизоид, но не до такой ведь степени. - Но сейчас ему лучше, ты сам видишь, что он изменился. И в конце концов, это наши семейные дела и тебе не нужно заморачиваться из-за них и заступаться за меня. Теперь это выглядело как отступление от главной части рассказа, будто Лола умывала руки и хотела отмыться от всей грязи. Диджей нервно повел плечами убирая со лба выступившую испарину от злости. - И не важно, есть дети или их нет. Ты не поймешь. У тебя не было опоры, надежной поддержки от своего близкого человека. Я не говорю о родной семье в которой ты рос с детства. Я говорю сейчас о той семье, которую ты бы хотел создать. Я говорю сейчас о той ячейке, о какой ты сам мечтаешь внутри себя. Понимаешь??? Серега поколебался, через силу сдерживая гнев и ответил: - Ты права, я согласен что у меня нет своей семьи, но я никогда не тронул бы свою жену из-за ебаной наркоты, причиняя ей боль из-за своего желания. На девичьих губах проскользнула кислая усмешка. - Ты так думаешь. - Тебе не нужно было скрывать это. - серьезнее повторяет он. - Тебе тоже. - переводит резко стрелку на его курс. - У каждого есть свое темное прошлое . - односложно отвечает Чертков. - И поэтому ни кто из нас его не понимает. - Слушай, ломка, ломкой, но башкой то думать надо. Зачем ты с ним до сих пор? Я никогда не поверю в то, что ты с ним из-за чувств. Он тебе чем то угрожает? Лолу позабавил последний вопрос. Она открыто рассмеялась, отставляя свой допитый бокал на журнальном столике. - Я сама не знаю почему я с ним. - Ты боишься? - Его? - Да. - Ни сколько. - ухмыляясь ответила она. - Так, по чесноку, мне показалось что тогда на фесте, ты была сама не своя. - Ты забыл что я больна? - хмыкнула она, - я чувствовала слабость, поэтому перенервничала. Это не из-за Леши. Это мое истощение и диагноз. - Точно? - Да. Только пожалуйста ни слова о том, что я тебе сказала. - Да делать мне нехуй поднимать эту тему при нем. Сейчас тишина была верным спутником в заключении их разговора. Лола наконец-то расслабилась. Откинувшись на спинку дивана, она накрыла свои голые ноги пледом, а затем мягко прикрыла глаза. Только сейчас поняла, что приятная музыка все еще играла в пространстве. Серега глядит на Лолу, и видит как отпечатался груз от прошлого, что уже не может носить в себе. С первого взгляда она находилась в статусе сильной и успешной. Но все грехи, которые бережет под черепом и таит в себе, наносят ей огромный ущерб, в частности тяжелой вины. Девушка, которая боролась за семью, которая пережила страшный эпизод, только парень знает, что ей его не удастся забыть или стереть, ибо все пережитое этим крепким прекрасным созданием испортила себе всю психику. - Ты страдала, - разрывает сокровенную тишину, Лола глаза не открывает, только слушает краем уха мужской голос. - Это моя вина. Это все из-за меня. - Не начинай. - пробормотала полушепотом. - я не злюсь на тебя. Мы же на мизинчика помирились. - она подняла правую руку в подтверждении своих слов, покрутила им тихонечко смеясь. - Рад слышать, - хмыкнул он. - А я и не знала, что ты такой эмпат. - Редко, но бывает. Повисает пауза и он вдруг произносит: - Знаешь, я думал, что вы расстались в первый раз из-за Кристины. Она распахнула глаза в потолок и резко выпрямилась в спине. Они практически синхронно обернулись друг на друга и замерли. - С чего ты это решил? - кривя уста в уголок спросила метиска, она почти вздрогнула с омерзением об упоминании его бывшей ненавистной пассии. - Крис, часто с нами тусовалась раньше кое где, ты сама знаешь…ходила с нами на вечеринки всякие… - Она пустое место для него, и мы все знаем для чего она нужна. А она не занимает ни малейшего моего волнения ради того, чтобы портить свои драгоценные нервы о ней, у меня их и так почти не осталось. - проворчала брюнетка, умещаясь обратно поудобнее на диване. - А почему ты так уверенна в этом? - он с интересом наклонил голову в бок. Лола приторно улыбнулась, наклоняя голову в бок на него в искаженные пьяные зрачки диджея. - Каждый раз когда Кристина пыталась с ним сблизиться и подставляла ему любезно себя, в его жизни всегда была я. А теперь, где она, а где я. - Боже правый! А ты раскрываешься с лучшей стороны, - растягивая постепенно губы сказал он. - и эта сторона меня так заводит. - С какой? - С породистой сучьей. - смеясь озвучил Серега, хмельно улыбаясь. Лола в негодовании покачала головой, но все же не смогла сдержать искреннюю улыбку. - Кристине ни когда не понять и не пережить весь ужас, что ощутила я. Ей ни когда не понять, когда человек за которого ты переживаешь, пытаешься сделать все, чтобы он чувствовал себя лучше. - Лол… - Ей ни когда не понять, когда ты возвращаешься домой и гадаешь всякий раз, а что с собой мог сделать он в этот раз? Что он мог принять, чтобы потом рассказать все медикам, когда они его будут откачивать. Ей ни когда не понять и не ощутить себя любимой, потому что когда он падал на дно он всегда звал меня на помощь, чтобы ощущать свет. - Лол, тормози… Но Лола не слышала его, и не заметив продолжала говорить на каком то не понятном надломе, с тревогой в голосе сверля взглядом потолок: - Ей ни когда не почувствовать, когда ты видишь его в передозировке, на грани жизни и смерти. Передозировка к которой был причастен сам. - Лола… - со вздохом произносит он, но она его кажется не хотела слушать. - Ей ни когда не ощутить, когда буквально вся семья рушится по осколкам, но ты не знаешь как ее склеить, потому что у тебя блять даже инструкции нет! - Лол, остановись. - Да, что?! - раздраженно выплевывает свой вопрос сквозь зубы и взглядывает на него. Она даже не заметила как у нее появилась отдышка в несколько панических стадий от страшных воспоминаний, а сердце туго застучало в сумасшедшие ритме разрывая плоть. Чертков ни разу в жизни не видел ее такой подавленной и в тоже время сильной духом. Хасанова пытаясь не подавать виду что разнервничалась и словила паническую атаку вместе с аритмией в груди, внимательно осмотрела его вблизи собой, нависая над ней в полулежащей позе. Сколько по времени он уже сидит с ней рядом? Не отводя взгляда от ее лица, накрывшая тяжелая ладонь, будто ошпарила ее. Лола вздрогнула, но не оттолкнула от себя. В горле зачесалось, но она не болела, и уж точно не простывала. Она нахмурилась и опустила взгляд на его большую татуированную кисть, которая до мурашек приятно ощущалась на своем теле. - Можешь не рассказывать, я знаю о его суициде. - прошептал тихонечко около уха. - мы все испугались за него. - Ужасно…помнить об этом, но еще страшнее…я просто не могу забыть. - Я вижу. - Вдруг он… - Он не будет тебя расстраивать. - успокаивающе поглаживает ее руку. - Откуда ты это знаешь… ты же не бог какой-то чтобы видеть будущее, - ухмыляется Лола. - Просто знаю, поверь. Пару секунд они неловко оттягивали тишину как не спеша проговорил Серега: - Лол, слушай, на нем свет клином не сошелся. Ты ведь не знаешь будет лучше или нет. Не будь полностью в нем точна. - Я знаю, а еще знаю, что ты с Кристиной все еще на связи, - Лола видит очумелый взгляд парня, и он сразу же узнает: - Ты что подписана на нее в инсте? Шпионишь? Ага!!! Вот ты и попалась!!! - улыбаясь во все зубы, словно он ее застал врасплох. Лола спокойно восприняла его догадки. Лола весело хохочет, на автомате сжимая его ладонь в своей и с хмельной улыбкой до ушей говорит: - Нет. Но я на тебя подписана. - подмигивает ему. - Теперь понял, извини тупой был вопрос, видимо вино действует и снижает мой айкью. - И чтобы тебя не задеть, все же …Давай по факту, Кристина была обычным товаром, но связавшись с ним, он сделал из нее мировую звезду. - Верно. - довольно кивает бородатый. - И поэтому мне нет смысла думать о ней и о нем, что между ними все еще может быть какое то общение…я же права? - Ага. - Ты уверен что хотел это сказать? Они смотрят друг на друга слишком долго, прежде чем он издает напряженный вздох. - Да! Да, и еще раз да, блять, Лол че доколупалась до меня? - Ну раз так. - она выпрямляет голову и плечи, - Я ему все равно не доверяю, и он это знает. Но я знаю наверняка, что эта шаболда ему не нужна. - проговорила со всей своей высокомерностью и быстро высвободила ладонь, что стала какая то скользкая от волнения, отодвигаясь на расстоянии от теплого сближения. - Как твое самочувствие? - Хорошо, спасибо что спросил. - она улыбнулась ему. - Могу сказать одно, что Леха стал сильно все контролировать. - Да ты это уже говорил. - Да, блять, этот придурок, сука, бесит всех в лейбле! Ты бы знала как. - Ох, не говори…меня тоже… - Так же могу, сказать что ему, требуется все его самообладание, чтобы не потерять свой контроль над собой. И я как почти его братан, очень рад за него, конечно до того как ты мне рассказала ваши тайные отношения. Я до сих пор в ахуе. Теперь я его даже презираю, но это не надолго так что расслабься, - с ироничной улыбочкой сказал Сережа и мягко коснулся ее плеча слегка сжимая, чтобы подбодрить ее унылое настроение. Она схмурила брови в непонимании и полезла напролом, будь что будет: - Ему сложно? Скажи честно, я правда не проболтаюсь ему. Вы же часто вместе видитесь, расскажи он…он… - Ну не так уж и часто. - Ну скажи, у него были срывы? Он глубоко вздыхает. - Я честно не знаю, Лол, я за ним не слежу. Меня больше женщины интересуют, чем бывшие торчки, - шутя ответил он, чтобы хоть как то стереть кислую мину с девичьего фронта. - Ладно… Как только он начал говорить, он тут же видит ее глаза, они смотрели почти с надеждой, готовясь получить всю информацию. Ему хотелось ее пожалеть. - Но знаю, что при мне он не принимал. Блять, че вообще за допросы пошли с твоей стороны с какими то пристрастиями. Ну ка, все давай, закругляем кружок откровений и вешаем свои тряпочки с растоптанной гордостью на веревку. Давай посмотрим сериал. Мне скучно. Лола рассмеялась. - Какой? - Фоллаут. - Интересный? - Обижаешь, - ответил он ухмыляясь. Она подлила себе ловко вина из темного горла, не заметив того, как Сережа быстро нашел пульт от телевизора, а она отпила сладкий красный глоток, смотря на плавные переходы оранжевого огня в каминном экране напротив. «Пьяные загоны, пьяные разговоры и откровения» - она ухмыльнулась всплывшим мыслям. А ведь это так будоражит, когда ты его. Когда ты полностью и целиком принадлежишь ему. И ни кому не понять, не ощутить. Лола не забыла об актрисе. И ни когда не забыла о стабильной второстепенной подстилки, в роли которой служила Кристина Лунник. И будь она трезвее сейчас, то зациклилась в серьез на бывшей шлюхе своего мужа, но в главный момент, Лола не мозолила ей голову. Все-таки лекарства и спиртное, сдерживали невроз… о таких пустяках… Подумаешь… И зря. Через двадцать минут после просмотра сериала, Лола потеряла нить сюжета. Лола погрузилась в себя, кутаясь в теплом пледе по самые плечи. Она глядела в разноцветные картинки, чувствуя в голове размягченную пустоту. А Сережа время от времени поглядывал на нее проверяя ее состояние. В последний раз повернув взгляд увидел, что девушка прикрыла веки, тогда тот заботливо убавил звук на две йоты, чтобы ее не будить. День, когда Узенюк взял в руки раскладной нож стал переломным. Это сейчас больше волновало ее мысли, чем его одноразовая девочка для развлечения. На самом деле, толчком агрессии Леши, послужила ее искренняя забота о нем. Узенюк впервые ощутил, что он безжалостный насильник. Лола же хотела, чтобы Леше было лучше. Легче. Чтобы он перестал употреблять. Она устала его спасать от ломки. Но одно Хасанова не учла, что когда висящий зависимый человек под белым мелом не получает должного, то приходилось страдать. Лола в тот день была на него очень зла. Удивительно, что после тех многочисленных измен, которые происходили на глазах ее, Лёша хотел повторять и повторять. А Лола смотреть и смотреть издалека, не решаясь присоединиться к игре... Но музыкант, не желал прикасаться к ней, не хотел причинять боль. Пугать своим невменяемым поведением. И пришлось припугнуть, чтобы Лола, не мешала ему разрушать свою никчемную безликую жизнь. Чтобы Лола не подходила к нему близко. Лёша боялся, что Лола станет такой же как он. Что будет с ним употреблять, как другие бляди. Поэтому оберегал ее от себя, причиняя ложный эффект от насилия. Выстраивая вокруг своего поля, кровавое месиво, из ее страха, недоверия, заставил остерегаться себя. Однако, Лоле нужно было прибегнуть к крайним методам, дабы спасти свою семью, на что та решилась и слила всю наркоту в унитаз, что находилась в их доме. И это решение оказалось роковой ошибкой. Лола понимала, что все пойдет под откос и что Лёша сильно взбесится. Но дело дошло до края апогея. И ведь действительно, как такое могло произойти, чтобы молодой парень у которого есть все возможности достать без лишних траблов дозу, зарезать ее только за какую то легкую секундную эйфорию в своих извилинах??? Нужно быть очень жестоким эгоистом, чтобы играть на чувствах той, которая ценит его, дорожит, уважает его как личность. Человек, который привязал к себе с силой другого ни когда не будет чувствовать вину за свой поступок. Но одно Лола, не понимает…. у нее не складывается в голове мысли о том, что Лёша ведь заботится о ней и волнуется. По настоящему! Ну просто он не мог быть таким… Осознать… Она сама хотела себе такую не идеальную семью. И Лола ее создала. За те два года, когда они были женаты девушка не осмеливалась признаться внутри себя, в том, что она может когда-нибудь подвергаться издевательствам со стороны своего мужчины. Боялась. Да, а когда это все же случилось, Лола подала на развод и он его принял без возражений. Но Лола ощущала дискомфортную вину за то, что оставила больного психически неуравновешенного бывшего одного на распутье судьбы и разбитого сознания. Среди слабости, похмелья, отчаяния. Лоле было все равно, что Лёша мог ее убить и углубить порез глубже, всего лишь надавив чуть сильнее в ее кожу, вспарывая ножом ее шею, делая перпендикулярный ровный разрез. Ее волновала не рана, или останется ли шрам, а то что, он не сможет найти себе «такую», правильную которая будет держать его атомные тайны за языком. Которая была удобная, нужная, терпеливая, податливая для таких вещей. Чтобы ни кто не распространял о нем слухи и лишнюю информацию о личном в СМИ. Только поэтому Лола все еще с ним. Ему было страшно от мысли только за то, что Лола его могла не простить. Но она простила… Лёша, заставил ее с силой опасаться его агрессии, заставил уважать и заставил привязаться, через страх и гнев. Но такой жестокий человек не должен быть таким аморально заботливым и чувственным по отношению к той, кто оберегает по сей день…И Лола только сейчас это поняла, что Лёша ей дорожит. Лелеет и ценит. Хасанова ушла от Леши один раз. Держала обиду, злилась, ворошила мысли вдоль и поперек, но все же вернулась к нему, потому что чувства не обмануть, словно горькая черная известь застрявшая в горле, как ком.

***

«Не хочу, чтобы ты меня видела таким…» - Каким? - задал себе вслух вопрос Лёша, пока в одной руке удерживает телефон, а в другой крепко держал руль. Непостоянным? Непредсказуемым? Невыносимым? Взбешенным? Из-за Кристины. Он не закончил свою мысль и не решился отправлять последнее сообщение Лоле. Лучше ни как и не обратно. Лучше сейчас и в моменте. Лучше оставить все как есть сейчас. И умолчать. Не сказать. Скрыть. Как обычно. Через час, а возможно меньше он благополучно добрался до Анаклии. Лёша вышел из машины и пока шагал на ватных ногах по ступенькам в высокую двухэтажную виллу, вспоминал с омерзением, как жестко ее поручил. Парень весь час думал о своих словах, что сказал актрисе, и надеялся что по утру она все забудет. Не запомнит. Но сейчас эта была не главная проблема чтобы о ней беспокоится. За прошедший суетной день он только сейчас ощутил сильнейшую усталость. Голова раскалывалась и болела. Ему нужно было выпустить пар. Он мечтал только о горячем душе и прохладной постели. И не было бы ошибкой сорокаградусный коньячок для расслабления. Чтобы смыть картину чертового клуба, блядских фотографий, которые все еще детально разглядывал, и видеозапись ее унижений, почти изнасилования. При повторном просмотре видео Лёша испытывал смешанные чувства: удовлетворение и отрицание. Возбуждение и омерзение. Он убрал подальше телефон во внутренний карман и разблокировал дверь. Как только он переступил порог, еще сильнее ощутил слабость, как его кости поднывали, а зрение от долгой езды расплывалось от перенапряжения в ночное время. Проходя мимо зеркала он увидел свой изможденный вид, но как только он хотел снять с себя кожанку, услышал в глубине дома тихий отдаленный звук. Лёша прошел в комнату отдыха…глаза лицезрели безмятежно спящую королеву на коленях у друга, где служил для нее удобной подушкой. Интересно. Похожую сцену он видел в точь-в-точь как в прошлую ночь. Дежавю? В глазах парня мелькает холодный блеск и вкус собственничества. Укрытая оранжевым пледом до самых ушей, разместилась практически на мужских коленях. Ее голова съехала на живот, одна рука выглядывала из под угла покрывала и невесомо пальчиками касалась внутреннего мужского сгиба колена. Чертков так же спал, отклонив голову вправо и тихо посапывал, руки расслабленно лежали по бокам. Лёша заострил взгляд на накрытый стол. Перед ними стояла выпитая бутылка вина, два бокала обозначающие сразу же о том, что Лола выпила, что не понравилось Леше, еще сырная тарелка и мед в красивой сервировке. Работал тихо телевизор. Леша переместился за спинку дивана и с любопытством осмотрел сверху вниз спящую «парочку». Лёша разместил руки перед собой опираясь над его головой. Сережа обнаженный по пояс, что не удивляет Лешу и его тупой привычке, ходить везде полуголым когда была возможность покрасоваться перед девочками, особенно когда выступал на сцене всегда раздетый. Чувствительное место искать долго не пришлось. Прикоснулся к голой шее, собрал кожу и сдавил до боли между двумя пальцами. Чувствуя мгновенную мышечную напряженную реакцию, парень с напором убирает больной щипок оттягивая вверх. - Ай! Блять! - ругается сквозь помутненный разум, а когда видит нависшее над ним не совсем доброе лицо Леши, слегка отстраняется. Прижимает на автомате ладонь к ноющему щепку. - за что, бля? - Ты слишком старательно воспринял мои слова, чтобы ее отвлечь от дел, тебе так не кажется? - сказал Лёша с неким раздражением, смотря сразу же в широко распахнутые медовые радужки. - Ой, Лех, не душни. - зевая отвечает тот, моргая пару раз, разминая затекшую шею то влево, то вправо от неудобной позы. - Ответ не верный. Сережа обвел взглядом дальнейший путь Леши молча. Некоторое время диджей не двигался и пытался взбодриться. Зевнул. Непроизвольно задержал дыхание, а когда ощутил на своем теле постороннее присутствие опустил взор ниже. И немного оцепенел. Царапнул взглядом по милому личику и не смог не ухмыльнуться. Очевидно, что для Черткова увиденное сразило на повал, почти удивило. Она как мышонок подползла и легла на него? Когда это случилось? Было ли это осознанно или случайно? Потому что когда его разморило от сна и спиртного, монотонного звука от сериала, помнил что засыпал вообще то в одиночестве… Он практически боялся к ней прикасаться, да и двигаться в данном случае тоже была идея так себе. Девушка могла проснуться. Серега аккуратно отодвинул рассыпчатые темно-шоколадного цвета волосы, что немного закрывали ее изящные контуры личика. Сережа провел пальцами по брови, проводя легкую линию, как будто водил перышком по скулам, а затем через чур сильно увлекся в разглядывание пухлых приоткрытых губ, что не выдерживает и обводит большим пальцем по нижней покусанной, поворачивая ее подбородок легко к себе. Дальше все происходит за считанные секунды. Рэпер прошел к креслу, а когда нашел в кармане связку ключей, швыряет ее со всего размаху на стеклянный стол. Сотрясая воздух. От громкого лязганья металла и внезапного погрома, почти что разбитого стекла от пустых хрустальных бокалов остается неприятный звон в ушах. Одна единственная бутылка, которая прокатилась до самого края, готовая упасть и разбиться, Сережа молниеносно ловит и ставит на пол у своих ног. Вздрагивает не только Сережа, но уже и девушка. - Ты че ёбнулся?! - орет в него басом. - А ты хотел продолжить ее трогать при мне? - спрашивает Лёша, зная что Лола не понимает, не слышит в полудреме. - Блять, ты придурок, - Чертков все понял по его состоянию, поднял руки в капитулирующем жесте. Художница резко просыпается в коматозном состоянии, находя опору под ладонями садится прижимая колени к груди. Сонные глаза видят весь хаос. Дизайнером которым стал Узенюк. Зарывшись тонкими пальцами под затылок, ощутила зудящие спазмы от своего глупого поведения. Она переводит фокус на Лешу. - Что происходит? - с каким то испугом спрашивает она моргая, немного дезориентированная от сна и легкого похмелья. У нее закружилась голова. - - Видимо ничего хорошего, да Лол? - цедя каждое слово сквозь зубы проговорил Лёша и спокойно присел в кресло напротив. - Лех, ты даун? Че ты здесь устроил то? - ругался диджей осматривая беспорядок. - А ты, я смотрю, все таки свой «план-еблан» доводишь до завершения? - выгибая одну бровь сказал Лёша, поворачивая голову с интересом в бок. - Что? - непонимающе смотрит Хасанова на музыканта, и переглядывается то на одного, то на второго, - что значит «план-еблан»? - Да забей. - отвечает ей сразу же Серега. - он хуйню у нас любит нести, не знаешь его что ли? - не отводя пристального взгляда от Леши. - Не сегодня. - бросает между делом Узенюк. Серега всасывает губы в себя и стреляет тут же глазами намекая на потерянную Лолу, давая понять, что ему лучше молчать. Однако на Лешу это не действует. Лола молчала переваривая все что только что услышала и увидела. Она была еще не готова. - Зачем ты это сделал? - вопрос адресован мужу, но он повисает в воздухе на время и очевидно без ответа. Она проглатывает тягучую слюну и смотрит сначала косо на мужа, наблюдая за его без эмоциональной холодностью, от чего сердце болезненно ёкает. Лёша выглядел как всегда в своем стиле - то есть устрашающе великолепно. На нем черная футболка, платиновая жирная цепь и черная кожаная куртка с объемными карманами, с такими же черными джинсами карго. В этот момент она даже сожалела, что не видела его утренние сборы, когда он покинул ее виллу. Тут в груди остро прижгло, от сожаления, что она скучала по их совместной жизни…Безумно скучала по регулярной заботе, о банальном. Как бы она ему говорила перед выходом из дома чтобы он не забыл кошелек или сигареты. Это были такие мелочи… но они создавали иллюзию любви и внимания, к нему. А она бы в свою очередь ощущала трепет от каждого его взгляда, когда Леша подвозил бы ее до главного штаба «Эскиза». Приятные воспоминания. Это было очень давно… Лицо Леши измотанное, скорее всего из-за отсутствия банального режима сна. Лола не заставляла себя так быстро двигаться, или говорить, она не настолько отчаянная. Она с ним ни когда не была смелой. Особенно, когда видит его плохое настроение так сказать на лицо, в буквальном смысле. Берите и смотрите. Он злился. Только не понимала на что? Его глаза сужаются на ней. Лоле показалось, что он ее мысленно отчитывал, будто ругал. Ее передернуло, от этих мыслей. Когда художница начинает разглядывать его по детально, не решаясь начать диалог. Тишина висит долгое время она делает глубокий вдох и поворачивает голову вправо на диджея. Тот только беззаботно пожимает плечами. - Ты давно приехал? - вдруг заговорила Лола на каком то нервяке, приводя порядок на журнальном столике, чтобы уже хоть как то разрядить обстановку. - Нет. Тишина затягивается в сотню крепких узлов. Напряжение электризуется даже в кислороде. Лола встает на ноги распрямляя шелковый черный пеньюар от сбуробленной памятой драпировке на своем животе. Девушка чувствует легкую сонную эйфорию и алкогольное опьянение, она выпила два бокала вина, почему это так сильно влияет на ее состояние? - Понятно. Вы тогда сидите, а я пойду спать. - Лола в этот момент была готова провалиться сквозь землю, напрямую в Ад. Она проклинала свою трусливую дрожь в голосе, проклинала тремор в руках, пока брала оба бокала и тарелку с едой. Парни молчали и следили за уборкой со всех сторон. Это невыносимо раздражало и нервировало. В своем доме она хозяйка, но власть в данные обстоятельства не чувствовала. Она ненавидела себя за это. Ненавидела за слабость и податливость перед Лешей. И не могла даже посмотреть ему открыто в глаза. Особенно в присутствии Черткова, который сверлил точно ее спину взглядом на дальнейшие действия. - Принеси мне воды, - внезапная хватка с сильным сдавливающим эффектом на предплечье перехватывает дух. Она не могла доделать шаг. Скосив взгляд на сгиб локтя, чувствуя огромное напряжение и тяжесть давления от мужской кисти, которая все еще держала. Она чувствовала все больше и больше сжатие. - Хорошо. Есть хочешь? - с хрипловато-писклявой интонацией лепечет Лола, не смея двигаться. - Нет. - Но я приготовила ужин. - уста дрогнули в ироничной улыбке. - В другой раз. - выговаривает Леша, вкладывая в интонацию всю беспечность. Ей в эту же секунду хотелось бы прыгнуть в Ледовитый океан, чтобы остудить возбуждающую злость. Он…он… вообще понимает что он сейчас делает? Он вообще понимает как ей это обидно слышать??? Ей нужно просто успокоиться и успокоиться… «Вот же сволочь!», - думает Хасанова глядя враждебно на Лешу. Сдавив свою челюсть до скрежета зубов, деревянная менажница и бокалы, которые держала перед собой слегка столкнулись в воздухе от наклона. Она тут же освобождается из его капкана, проходя быстрым шагом в сторону кухонной зоны, проклиная и матеря всеми возможными ругательствами, которые остались не озвучены! А как хотелось высказаться! - Почему ты все еще не уехал? - спрашивает Узенюк провожая ленивым взглядом девушку. - Я подумал, что ты хочешь посмотреть сюрприз. - тот задорно поиграл бровями растягивая хитрую улыбку. - хочешь шоу? Лёша откидывает голову к потолку и закрывает глаза на секунду. Он знает о чем он говорил. Черт, как ему все уже надоело. Этот день когда нибудь закончится? - Не сегодня. - Ой, блять, - гримасничает диджей пыхтя, вальяжно откидываясь назад в подушки, - неужели тебя терзают душевные переживания от встречи с Кристиной, которая прошла не так как ты ожидал? - Сантименты это твоя тема, - отвечает Лёша в свое оправдание и раскидывает широко руки потягиваясь, заводя их под шею. - Так и? Как дела у нашей подружки? О чем говорили? Или не…. - Потом. - отмахивается Лёша слегка разрезая воздух ладонью, - сюрприз я так понимаю, заключается в том, что ты мне написал, это правда? Серега качает головой. Леша переводит взгляд за спину собеседника, всматриваясь в приближающуюся девушку. Повисает тишина. Узенюк не спешит забирать запотевший стакан, который держит в руке перед ним. - Можешь поставить туда, и принеси мне черную папку с машины. Лола невозмутимо смотрит, но пока молчит. Делает то что сказал, но перед тем как развернуться и выйти на улицу говорит: - Где мне ее искать? - выгибая возмущенно бровь спрашивает она и скрещивает руки на груди. - На заднем. - Ладно. - Оденься, там прохладно. - слышит его грубоватый голос в спину. - и сиги захвати, ты знаешь, где они лежат. Но еще чего. Сама разберется! Что за дичь происходит с ним? Если он думает, что эта поверхностная забота, сгладит ее раздражение, то Лёша очень сильно ошибается. От одного его высокомерного взгляда у нее все внутри кипит, бурлит волной несправедливости! Какого черта она идет у него на поводу и молча выполняет его какие то странные просьбы? Ладно. Ладно. Нужно остыть. Возвращаясь обратно, она со страшным грохотом кидает папку на стол, как и красную пачку Мальборо демонстрируя все свое недовольство и вредность. Во время ее небольшой прогулки Лола только сейчас осознала, почему он повел себя как сущий болван. Взаимный ответ поступил сразу же. Она скрещивает руки на груди принимая неприступную позу. - Мне в руки. - в приказном тоне говорит Узенюк. От такого выпада у Лолы слегка перекосило лицо. - Чего еще пожелаете? - произносит с язвительной издевкой. - может быть низкий поклон сделать? Или на колени упасть? А? - Нет. - Ну и отлично, я пошла на вверх. - Нет, Лол, ты сделаешь то, что я тебе сказал. Отдашь мне папку в руки. Его острые графичные и эстетичные скулы всегда нравились Лоле, да и сама его внешность была необычная. Но сейчас, когда он сказал эти слова на полном серьезе, а желваки на щеках играли от напряжения, просто спровоцировали в ней взрыв негодования: - Да ты издеваешься?! - не выдержав выпаливает Лола с психу и осматривает вскользь Серегу, который спрятал смех в ладонь. - Слушай, что с тобой не так? Время три часа ночи. Ты без настроения. Ведешь себя странно. Ворвался сюда как маньяк, чуть не разбил все здесь, меня напугал и разбудил. Отказался от еды, ты вообще знаешь что я тебя ждала?! И ты прекрасно это знаешь! - Закрой. Свой. Блять. Рот. - огрызается Лёша, одаривая ее жестким взглядом снизу вверх. - с чего ты взяла, что сейчас можешь повышать на меня голос? Лола замерла, словно деревянный солдатик ошеломленная, тем что он ей только что велел. В горле тут же пересохло…И только заметила, как в глазах Леши сработал детонатор. - Лех, ты бессмертный что ли? Давай поспокойнее, - предупреждает Сережа наблюдая с азартом за разгорающимся конфликтом. Лола делает глубокий вдох через нос. - Потому что могу! Понятно? - упрямо бросила в ответ, видя его наглую ухмылку на губах, - Да как ты смеешь мне грубить при…нем? Оскорблять? Как ты смеешь затыкать мне рот? - Лола говорит это без агрессии, но четко и холодно. За веками наворачивались слезы от обиды, от необоснованных обвинений. Пытаясь вызвать хоть какой-то отклик вины от парня. Хотя бы показать ему, что она чувствует себя некомфортно. И уже подавлено. Осадок в груди становился тяжелее. У них происходила подобная ситуация, да и не одна, и они обсуждали ее, но сейчас это просто невозможно терпеть! Лола не понимает почему он смотрит так, словно этого не было и ему плевать на ее мнение? Лёша пододвигается к краю кресла ближе и протягивает руку, так как она стояла вне досягаемости. - Подойди ко мне ближе, малышка. Она смотрела на раскрытую ладонь с опаской. Она вообще не хотела здесь больше находиться и выяснять что с ним не так. Почему он себя так ведет, и почему разозлился. Почему он проявляет агрессию, относится к ней как к пустому месту в присутствии своего друга. Проявляет неуважение и наплевательство. Она же не дура, и понимает что не совершила безрассудство, чтобы он думал о ней в левую сторону. Лола сделала аккуратный шаг вперед. - Еще ближе,- он поманил ее кончиками пальцев. - Что тебе нужно? Я не понимаю. Что я сделала? Я не буду играть в твои игры. - морщится она в протесте. Останавливаясь на месте. Лёша смотрит мельком на Серегу и отвечает: - Но я так понимаю, это ты первая открыла эти игры, разве нет? О боже! О боже! Нет… Как стыдно…Как страшно, осознавать если он знает. Она одергивает себя и сжимает кулак, впиваясь с силой ногтями в кожный покров до боли. Она почувствовала что все внутри рухнуло в пятки. Словно ее прокатили по американским горкам. Она делает глубокий вдох и выдох. Уши зажгло от стыда, ощущая как кровь приливала к кончикам. Наверное будь бы дневное освещение парни бы заметили ее розовый окрас на щеках, но благо работал, лишь телевизор и слабое освещение от камина. Она делает еще один вдох, успокаивая нездоровое клокотание в груди от сердца. Это же не то о чем она сейчас думает? - Лол, подойди ко мне. - Нет. - Ты хочешь узнать, причину почему я грублю тебе? Да, черт… Это все манипуляции, чтобы в очередной раз показать ей что она не права. Только в чем? Он спокойно принял ее ладонь, и мягко усадил на свое колено. Лола протестовать не стала, послушно села. Чувствовала, что вторая рука медленно поглаживала вдоль спины. Лола напоминала себе, что он не будет делать ей больно, он не будет таким как раньше. Он обещал. Он не употреблял. Тесная близость в данный момент выбивала из колеи, особенно с третьими лишними глазами, которые не отрываясь наблюдали. Ее кинуло в жар, от своего необдуманного решения, а еще больше от его сумасшедше нежных прикосновений. От него приятно пахло парфюмированным свежим ароматом, не типичным для него... Лола пыталась расслабиться, но когда бедро случайно съехало между его ног, она поняла что Лёша был чертовски возбужден. Не велико было, то что она возможно ошибалась…Но что-то внутри подсказывало, что Лёша - хотел. Тишина затянулась еще на несколько секунд. Когда она оглянулась на Серегу через плечо он скучающе наблюдал на них из далека, подперев под челюсть ладонь. Потом Лола ощутила, как Леша игрался с ее струящиеся длинной волос, и медленно пропускал их сквозь пальцы. Наслаждаясь какой, она открылась ему с другой стороны. Особенно то, что ему рассказал Чертков. Ему нравилось как она в данный момент принадлежала ему, ему нравилось показывать диджею что тот не имеет на нее ни какой собственности. Что он не может трогать ее при нем, так как он. Нравилось, как поддавалась его желаниям. Леше нравилось, как предоставляла себя Лола и еще больше - не сопротивлялась. Леше нравилось, что она чувствовала его, и не возражала, даже после того что наговорил с горяча. Он в последний раз провел снизу вверх по роскошным черным волосам пальцами, осматривая с восхищением свою королеву. Словно прихорашивал ее к кому то и готовил к чему то. От последних мыслей у Лолы в страхе скрутило живот. - Леш, пожалуйста скажи, что происходит, - тихо шепчет только ему, поворачивая мягко его голову, чтобы взглянуть на прямую в глаза, она нежно обхватила его щеку. - Не волнуйся, тебе нельзя волноваться. Ты приняла таблетки? - Перед сном забыла. - признается честно, поджимая виновато губы в себя. - Но винчик, то не забыла выпить. Лола убирает руку и бормочет: - У меня выдался тяжелый день. От выговоренных слов, девичье тело невольно содрогается, когда Леша беспардонно врывается в ее рот и захватывает в поцелуй, сначала облизывает мокрым языком верхнюю губу, закусывая нижнюю, чувствуя красное сладкое. Она медленно отстраняется, томно дыша. Ей не хватало воздуха, даже когда сделала глубокий вдох через рот. Потому что его бережные касания всегда затуманивали рассудок, тем более Хасанова - немножко подшофе. Его пальцы не спеша гладили сквозь тонкую материю поясницу, то круговыми движениями, то зигзагами, а потом когда ладонь скользнула ниже, он приподнял сорочку обнажая паховую область, она сжала ноги закрывая себя. И еле еле прошептала, чтобы было слышно только Леше: - Я ничего не делала. Лёша прилепляется горячими губами к разукрашенным с тату рукам девушки, невесомо чмокая пару раз, чуть вдавливаясь гладким подбородком. Взбудораживая ее кровь. - Я знаю. Настойчивая вторая ладонь с дерзостью отодвинула обратно ее ногу в бок, чтобы она не закрывала себя. Лола опустила взгляд на его кисть с черными тату, где на пальце было пару красивых дорогущих перстней. - Что ты делаешь? - прошептала она взглядывая с ужасом на его действия. Затем ладонь аккуратно скользила по внутренней стороне бедра. Останавливаясь недалеко от черного кружевного флерового белья. Вместо ответа, его шершавые пальцы проскользили от колена до центра, на прямую к паху, гладя чувствительную плоть, сквозь трусики. Лоле не давало покоя, что эти ласки видны были Сереже, ведь они сидели напротив него, и их раздел всего лишь один ебаный кофейный столик… А потом он надавил сильнее на клитор и следил как та рвано выдохнула. Она закусила нижнюю губу. Не стесняясь откровенной постельной сцены перед «третьим». Лёша ощутил, как она корябнула ноготками его за плечо через кожаную куртку, озвучивая мягкий терпкий хруст. Лёша не сводил взгляда с приоткрывших губ, пока он невесомо поглаживал круговыми движениями твердеющий бугорок. - Прекрати… - тягостно со стоном выдохнула девушка пряча стыдливо глаза в его шею. Лёша не останавливался. Он продолжал ее ласкать слегка надавливая, то вверх, то вниз, зажимая между пальцев клитор. Периферийным зрением Лола видела плотоядный мужской взгляд, который следил за всеми манипуляциями. И это помогает придти в себя. - Я…не могу так. - останавливает, отодвигая его руку. - Да? Странно, я думал, что ты разрешила себе позволить эти игры. Ты же хотела этого? - спрашивает тихо Лёша. Лола чувствовала как ее прошибает пот, как дрожат коленки. Как пульсирует артериальная венка на шее, в том разрезанном месте. Но она не могла уже двигаться. Она так возбудилась, что потеряла голову. - Нет, о чем ты вообще? - Я тебя не понимаю до конца. - ответил спокойно Узенюк, глядя в ее помутненные радужки. - Как ты могла ему довериться, а мне нет. - Я…о господи… - встать и выбраться резко из плена рук попытка оказалась неудачна, Лёша это предвидел раньше, прежде чем она попытается сбежать. Сильные руки с силой стопорят за талию окантовывая живот, она падает полностью под его контроль, он прижимается сильнее грудью к ее спине. Теперь девушка сидела между его ног. - Ты…это все ты… - шипит она захлебываясь от ярости, глядя на второго блондина нервно дыша, не в силах подобрать слова. Чертков коварно ухмыляется взглядывая исподлобья: - Вы такие кайфовые ребята, - говорит наслаждаясь зрительно картиной. - Ты обещал что… - Лола теряется в словах, но Сережа перебивает: - Лол, я свои обещания держу в себе. Я здесь не при чем. Это ты сама, я только подтолкнул тебя. - Отпусти меня! - визжит девушка, топая по полу с бешенностью ногами. - Леш, сейчас же отпусти меня! - брыкалась, словно сумасшедшая. Но руки сильнее сцепились в замок вокруг тела, его горячие губы сзади прижались к правому уху размеренно говоря: - Лоли, успокойся. - Отпусти! Отпусти! - Лол, тише, успокойся, если будешь сопротивляться будет больнее. - Но… - Расслабься. - отвечает Лёша чуть мягче, однако девушка неугомонно дергается пытаясь выбраться. - Я хочу уйти! - Успеешь, сейчас я хочу разобраться с тобой в одной ситуации, которую мне нужно понять, - продолжает тише Лёша. - Прошу, я не хочу в этом участвовать… - Не хочешь учавствовать? А что ты сегодня делала? - он облизывает свои губы пододвигаясь к ее уху, говоря тихо тихо, так чтобы не слышал Сережа. - Помнишь, мы поклялись ничего не скрывать друг от друга? И это не только твоя карьера, но и наша постель. Как оказалось ты кое что от меня скрыла. Но почему я узнаю это не от тебя, а от него? - Что? - она округляет глаза перед Лешей, молясь в себе, чтобы просто держать себя в узде, чтобы не разбить ни тому ни другому рожи, потому что в данный момент желание было только такое, - Ты… самый лживый …двуличный… - это она уже ругалась в голос на Сережу, когда тот незамедлительно встал с дивана и пошел к ним, вступая в разговор: - Я не был бы двуличным, и ничего бы этого не случилось, если бы ты не пялилась на меня, как озабоченная. И зачем нам скрывать, от него, - Сережа глянул быстро в глаза Леши говоря: - зачем скрывать, что ты любопытная девочка. Это самый неловкий момент… У нее словно выбили почву из под ног. Она не могла верить в такое… - Не было ничего такого! - кричит ему. - Как ты смеешь на меня клеветать!? - Лол, я не осуждаю тебя за твои фетиши, наоборот это очень даже приятно. - мурлыкает он нараспев останавливаясь перед ее лицом. - когда такая, как ты оценивала меня. - Хватит! Лола похожа сейчас на разъяренного быка, ей только покажи красную мулету и она набросится. Лола отклоняется назад на столько на сколько это могло быть возможно, ведь Лёша все еще сидел сзади, подпирая ее и держал в своей клетке. - Отвали! Нет! Не подходи ко мне! - Ну и к тому же, у тебя не было ко мне ни каких претензий к нашему поцелую. Ты ведь, сама ответила взаимностью. - он смаковал слова, словно возвращаясь к воспоминанию в машине. Она раскрыла рот в ужасе, как он смело озвучивает находясь в одной комнате с Лешей. Без страха и стыда. - Из меня дерьмовый друг сегодня получается, - хмыкнул он. - но ты умница. - Ты не имеешь права, меня в чем то обвинять! - кричит она на него. - Или что? - спрашивает диджей, опуская расслабленно руки в карманы бежевый домашних шорт. - Или я готова на все! Забудешь о моем сотрудничестве, и пожалеешь! Он страшно хохочет от невинной «угрозки», пропитывая все пространство вокруг своим бархатным смехом. Лола пристально смотрит на него. Ощупывает под пальцами теплые родные руки, находя их золотой совместный символ «любви». - Спокойной ночи, красивая, увидимся. - подмигивает ей и легкой походкой удаляется из комнаты. Ее рваное и возбужденное дыхание могло разрезать все легкие. Спустя миг почувствовала легкое прикосновение кончика носа к затылку. Узенюк вдыхал ее приятный запах, по самые легкие, вшторивая похлеще синтетики или кокса. Его размеренное дыхание все еще опаляло ее шею, разнося рой мурашек по всему телу. Губы Леши поцеловали в углубление между соединением плечом и тонкой шеей. Разум пытался оттолкнуть приятный отклик ощущений, но она не могла его испарить. Лола была девушкой. Обычной. Обычной женой сверх статусного мужчины. Она податливо откинула голову на мужское плечо позволяя ему целовать, так как он хочет. Не замечая как глаза закатились под веки. Ощущая в себе приятную истому опускающуюся к низу живота. - Лёша…Лёша, пожалуйста хватит… - Скажи правду, ты любила смотреть? - сильная хватка углубилась вглубь волос, захватив до боли затылок, стягивая в натяжении. Шея хрустнула от резкого наклона. Она принужденно смотрела в его темные, как настоящая ночь глаза. - Нет… - Он мне рассказал, что ты подглядывала за ним во время секса, зачем? - Я…не делала этого, он это придумал. - Еще одна ложь и я могу очень сильно разозлиться на тебя. - сквозь зубы говорит Лёша, когда Лола прижимается сильнее к его телу, практически всхлипывая и дрожа от страха разоблачения. - Он говорит чушь… - Лол, не ври мне блять! Только мне сейчас не ври! - он сорвался, тряся её голову в своей ладони. Пальцы впивались. Она зашипела от боли, теряя воздух в грудине. - Я не знаю что на меня нашло…это просто случайность… - Ты хоть понимаешь во что ты влезла? - Это все случилось неожиданно…я была растеряна и… - Почему не ушла? - Я не искала этого…я не хотела чтобы так произошло… - Есть границы, которые нужно соблюдать. Но ты их перешла не думая обо мне. Как мне сейчас понимать твои действия? Что это, блять, было? - Прошу я не знаю… - почти с мольбой лопочет Лола, и в эту же секунду ощущает себя виноватой, когда Лёша устремляет очень злой взгляд в ее лицо. - Я…я была в шоке…мне очень стыдно перед тобой. Мне стыдно перед собой. Он приблизился, навис, словно отрезая пути к отступлению. Вторая рука легла под подбородок, держа крепко ее голову в таком положении. - Ты была рядом когда я принимал и при тебе занимался этим с другими? Ты всегда это делала? - Ты этого просто не пытался скрыть, ты всегда был на виду в том доме… не думая о том, что я могла быть дома…тебе было плевать видела ли я тебя когда ты трахался с ними… - Ты лжешь! - крикнул он в лицо, зарываясь сильнее в ее пряди пальцами, от чего Лола закряхтела от боли и боялась даже произнести слово. Ее тело было очень маленьким, еще немного и она могла превратиться в раздавленного человека. Лёша был не просто в ярости он находился в состоянии страшного, неконтролируемого бешенства. И не только из-за того, что его королева позволила себе интерес к личной жизни Черткова. Гораздо сильнее его выворачивало изнутри другое. Когда Лёша читал сообщение от друга, он испытывал лишь омерзение. От осознания того, что Лола ответила на поцелуй. В момент, когда ей стало плохо от стресса. Когда она нуждалась в поддержке, в помощи и Чертков, разумеется, эту помощь ей «оказал». Удобно оправдав всё тем, что испугался за неё и просто решил успокоить. Лёша знал Серёгу. Знал, что тот никогда не имел на Лолу серьёзных взглядов или намерений. Никогда не планировал ничего большего. Сережа сам по себе такой человек, которому нужно много веселья и он искал это веселье именно в женском внимании. Но Лола его жена дала слабину. И именно этим дала ему право воспользоваться своим положением. Леше без разницы, было ли это в состоянии приступа, стресса или в срыве. Он сделал вывод, что Лола не должна была целовать его. Вот что волнует Лёшу изнутри. Не близкий друг. А её слабость. - Зачем ты ответила на поцелуй? Лола знала, по привычному сжатию рук что Лёша все еще был зол и раздражен. До безумия. До чертиков. - Лол, я ненавижу когда ты молчишь! Ненавижу!!! Мужские глаза осматривали ее лежащую на его ногах, она сжалась всем телом. Он видел как ей страшно. Леша не хотел усугублять ситуацию до такого накала, не хотел срываться и показываться таким сумасшедшим. Но когда видит ее лживую реакцию, не может спокойно думать и держать себя в рассудке! - Я не знаю…я… - Если этот поцелуй и интерес к его личной жизни был по настоящему искренним. То знай, я могу расценивать это как предательство. - Нет…нет я бы никогда так с тобой не поступила. Правда! Леш, господи мне так стыдно! Мне ужасно стыдно за это…я потеряла голову и мне было не по себе… - Ты думала что ты имеешь что-то своего? Ты думала что я не узнаю? Ты думала я вообще ничего не могу знать? - с жарким пылом прошептал он. А девушка испуганно застыла с кошмаром в глазах. - запомни, что свое я никогда никому не отдам. Для тебя важно запомнить, раз и навсегда что ты только моя, когда ты подарила свою невинность мне. Ты принадлежишь мне и подчиняешься мне. И даже если у нас когда-то не будет законных отношений в будущем, ты все равно остаешься матерью моих детей. Ты моя первая Жена - и это статус, первая жена - это сердце любого мужчины, который будет владеть только своей вещью. Поняла меня? И никто кроме меня, никогда, ни при каких обстоятельствах не должен тебя касаться, если я не разрешу. И ты должна это усвоить. Если я еще раз подобное это услышу или увижу от кого либо, то ему будет очень, очень плохо. Ты меня поняла? Она нервно кивнула. - Почему ты не злишься на него? - Виновата ты. - Ты поцеловал на публике, на сцене, на виду журналистов и своих фанатов…ты…ты… Сам заставил меня задуматься над тем, что мне нравится чтобы…чтобы на меня смотрели. Ты же хотел, чтобы я была такая… я видела тебя когда…ты предавал… - Да никогда в жизни я не хотел, чтобы ты перед кем то показывала себя! Я никогда не хотел, чтобы ты следовала за мной! Тем более лизаться с моим другом, ты че вообще охуела?! В себя приди! - Я не лизалась! - заорала она в ответ. - Я была в херовом состоянии! Мне было плохо, ты вообще это понимаешь?! Мне было страшно, меня трясло, а тебя рядом не было! Ты свалил куда то с утра, не сказав мне даже куда! Ты сам себя вообще слышишь? - Потому что тебе дано знать, то что ты должна поняла? Лола ничего не сказала, только мстительно смотрела в глаза, скрипя зубами от несправедливости. Леша взял ее подбородок к себе поднося ближе осматривая губы. В моменте представляя, как она вообще могла оказаться в таком положении и засосаться с Серегой? У Леши не складывалась даже эта мысль в голове адекватно. - А он, значит, оказался рядом? - зло усмехнулся Лёша, обводя мягко большим пальцем ее нижнюю губу. - Удобно. - Он просто подвозил меня до выставки. - она почти плакала от страха. - И я не просила его лезть ко мне. Я не просила целовать меня. - Но ты ответила, - процедил он с раздражением, сжимая вновь грубо ее кожу на щеках. - И этого достаточно. - Потому что я человек, чёрт возьми! - Лола ели как ударила ладонью по его груди. - я не вещь, не статус, не твоя грёбаная собственность! Ты сам столько раз стирал все границы, что теперь орёшь на меня за то, что я запуталась?! Посмотри на свои подвиги, можно такими темпами попасть в книгу рекордов, по предательству! - Не перекладывай на меня свою ошибку женушка, - холодно сказал он. - Ты не тупая. Ты знала, где ты. С кем ты. И что делаешь. Мы сейчас говорим о тебе. - А ты знал, что делаешь, когда унижал меня перед ним? Когда трогал меня только что при нём? Когда делал вид, что мне это должно нравиться? Он замолчал. Секунда. Вторая. - Я делал это, потому что мог. Тишина ударила сильнее крика. - Ты не лучше меня, - она покачала головой, чувствуя покалывание в глазах от накативших слез, - у тебя у самого много тайн и секретов, о которых я никогда не узнаю. - Ты всё ещё не понимаешь, - медленно произнёс Лёша. - Ты не имеешь права искать поддержку не у меня. - Потому что ты сам делаешь так, что к тебе страшно подойти… - шёпотом бросила она отводя взгляд. Леша задерживает глаза на бьющиеся жилке в районе века у девушки, так как от такого положения сосуды начали набухать. Ее веки воспалились, она могла вот вот заплакать. Но ее гордость была сильнее ее положения. - Ты сам перед ним показал меня, перед его глазами, - напомнила опять она вдруг, Лёша внимательнее осмотрел ее наклоняя голову в бок. - ты дотрагивался меня при нем там… показал как ты ласкал меня и трогал перед ним…что это тогда было? Зачем? - Потому что я могу, - процедил он. - Потому что это моё право. Если я захочу я тебя подложу под кого угодно, ты будешь выполнять мои желания, будешь жить так как я этого захочу. - Я не буду это делать. Он наклонился ближе, сжимая её волосы сильнее, почти впечатывая в себя. Лола зашипела от боли, ее руки вцепились в его ладонь. Она запыхтела и задышала сильнее. Губы сложились в одну строгую линию, что означало что Хасанова терпит его насилие. - Поживем увидим. - зарычал он с угрозой, не отводя взгляда от девушки. - Я показал тебя не ему, - жёстко продолжил он. - Я показал себя. Показал, что ты со мной. Что ты моя. Что ты принадлежишь мне. И без моего согласия и разрешения, он не имеет никакого права играть на твоих чувствах, как сегодня. Она замерла. - Тогда почему… - выдохнула она. - Почему это выглядело так, будто… - Будто я тебя предлагаю ему с тобой покувыркаться? - перебил он резко. - Нет. Это выглядело так, чтобы ты ощутила себя грязной никчемной шлюхой, чтобы ты понимала, что я делаю с такими девушками. Я не нежен, я бы просто смотрел как кто нибудь тебя ебал, пока ты будешь лежать под другим членом. И я вижу что тебе не очень понравилось такое услышать? Он посмотрел ей прямо в глаза. Ее лицо побелело. Она не ответила сразу. Не потому что не было слов потому что слишком много слов рвались наружу одновременно, переплетались, пугали её саму. Лола смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то болезненно сжимается и одновременно тянется к этому краю. К той грани, где стыд и притяжение существовали рядом. Его слова ударили точно в то место, которое она годами старательно прятала… даже от самой себя. Она не хотела быть грязной. Не хотела быть никчёмной. Но мысль о том, чтобы быть аморальной в его глазах, пугала и манила одновременно. Иногда, в редкие моменты тишины, когда Леша был холоден или отстранён, она ловила себя на фантазиях, в которых переставала быть правильной образцовой женой, статусом, именем рядом с ним. В этих мыслях она была другой без защиты, без достоинства, без роли. Не потому что ей хотелось унижения, а потому что в этом было освобождение, не держать лицо, не быть сильной, не соответствовать. Она никогда не говорила об этом вслух. Никогда. Потому что знала, Лёша бы ее не понял. Он бы так бы разозлился на нее. Она боялась что могла ощутить его сильные руки на себе. Она боялась его вспыльчивости, тому подтверждение многолетний шрам на шее. Художница боялась, что если произнесёт свои фантазии словами, он не поймёт почему. Поймёт только как использовать исправить ее. И она не знала какой он может предпринять способ чтобы ее наказать. Её пугало не то, что он мог бы отвергнуть её за такие мысли. Её пугало, что он может принять их слишком буквально. Она фантазировала не о том, чтобы быть униженной. А о том, чтобы перестать всё время быть собранной, обязанной, правильной, выдержанной. О том, чтобы хоть раз не контролировать, не анализировать. Чтобы кто-то увидел в ней не жену, не девушку при нём, а её тень черную похотливую сторону ту, которую она сама боялась разглядывать слишком долго. И сейчас, глядя в его глаза, она ясно понимала: он говорил о грязи как о наказании, а она как о признании собственной тёмной стороны. Именно поэтому её лицо побелело. Не от страха. От осознания, что между тем, что она чувствовала, и тем, как он это понимал, лежала пропасть, через которую она никогда не решалась сделать шаг вслух. - Разница между мной и им в том, Лол, что я имею право тебя трогать когда хочу, целовать где хочу, имею возможность выслушать тебя и твои тайны. Ты можешь делиться со мной своими переживаниями и чувствами. А он нет. И никто не имеет право лезть в наши личные дела, до того момента пока я сам этого не захочу. И если ты этого не понимаешь, значит, мы говорим на разных языках. Она сглотнула. - Запомни, наш брак - не пустышка. Не забывай, ведь я тебя имею. И да, развода не будет. - Я поняла, отпусти меня, - она схватилась за уши руками, а потом пыталась отодвинуть его ладонь с макушки. Она прикусила верхними зубами нижнюю губу терпя боль, но слова того самого запоминающегося голоса продолжали отдаваться в слухе: - Но ты повелась на его фокусы. - Леш… - Что? - Мне б-больно… Ему следовало отпустить ее, но он знал что это очередная попытка убежать от признания. Он взглянул на все еще проигрывающий раздражающий телевизор, когда картинка начала воспроизводить следующую серию какого то сериала с заставкой. - Иди и открой папку с документами. - он толкнул ее от себя, когда та еле как удержалась на ногах, чуть не упав от неожиданности. Лола успела в последний момент опереться ладонями о кофейный столик когда он ее толкнул к нему, но ноги подкосились и она упала коленями на пол. - Что там? - Открой и посмотри сама. Лола нарочито медленно раскрывает обод толстого корешка, затем ей попадает на обзор первая страница. Ее глаза быстро гуляли по страницам, она молниеносно считывала черно-белую информацию. Пальцы одним за другим нервно перелистывали глянцевые файлики. Папка была толстая в сантиметров десять. Устав. Учредительный договор. Свидетельство о регистрации. Протоколы общих акционеров и главных лиц. Договор о создании компании. Затем она перехлестнула к самому главному содержанию. От чего сердце в страхе сжалось в тиски. Потому что не могла поверить прочитанному. Документы, подтверждающие право собственности: «Вся 100% доля компании «Эскиз» принадлежит и является полностью правообладателем …Узенюк Алексей Константинович.» Следующая страница была также быстро прочитана и понятна. Финансовые и бухгалтерские документы. Важные договоры и контракты. Отчетность и внутренние дела организации. Документы об индивидуальной собственности и деятельности. Юридические документы. Банковские заграничные счета. И везде фигурировала не ее фамилия, а Узенюк. - Это подделка. - говорит Лола верят головой. - Подделка, до того момента, пока ты не подпишешь мне каждый листок, лично. - Когда ты успел это сделать? - В самые короткие сроки. - Зачем? - но когда не слышит ответа, оглядывается с пустыми залито мокрыми белками до краев к нему, - Зачем? Сердце словно сжали в руке, вырывая из груди. А затем ритм просто перестал биться. Внезапная резкая боль пронзила от правды. - За тем, что ты полностью моя, и все что является твоим полностью принадлежит мне. - Лёша удовлетворенно выдохнул, спокойно опустошая гниющие легкие. - я не потерплю больше твоих попыток корчить из себя лучшую для всех, чтобы понравиться всем. Она подняла глаза с бумаг на кресло где сидел Лёша, но его там не оказалось, перевела взгляд на лестницу, где Леша потихоньку поднимался вверх. - Завтра вечером, мы улетаем. - Куда? - Домой. В Россию.