Там, где бушует гроза

Над лесом — в том числе, и над маленьким мотелем, выделяющимся из общей массы ровных столбов деревьев — нависает ночь. Минни лениво помешивает сахар в своей кружке, подпирая щеку рукой и безразлично смотря в окно, на темно-зеленую гриву ближайших деревьев. Честно говоря, это занятие нравится ей гораздо больше, чем слушать телефонную болтовню той девушки за соседним столиком. Да, у нее приятный голос — мягкий и достаточно мелодичный — но это не значит, что ей хочется слушать про каких-то ее подруг. Минни, по идее, вообще не должна тут быть. Виновата в этом была Юци, проспавшая до полудня и напрочь забывшая разбудить ее. Да-да, именно Юци, а не сама Минни, до двух часов просидевшая за какой-то онлайн игрой, именно Юци… Как итог — выкинутые в помойку четыре утренних часа, которые можно было потратить на дорогу и приехать до полуночи. Но, увы, шанс упущен, а Минни приходится ночевать в первом попавшемся на пути мотеле. Не то, чтобы она не могла переночевать в машине — просто погода обещала испортится, обрушившись на землю яростным ливнем. И грозой. Минни поднимается с насиженного места и проходит к лестице на второй этаж. Она замечает заинтересованный взгляд девушки за столом, но предпочитает проигнорировать ее. Да, она красивая, но сейчас Минни гораздо больше заинтересована в том, чтобы, прийдя в номер, пластом рухнуть на мягкую кровать, расправляя уставшие в долгой дороге мышцы. Номер освещает слабый свет электрической лампы. За окном сгущаются темно-серые тучи, заполоняя собой небо, тяжело нависая над землей. Сквозь открытое окошко пробивается сырой холодный ветер, и Минни, поежившись, закрывает его. И лишь сейчас падает спиной на кровать, раскидывая руки по сторонам. Светлый потолок грустно смотрит на нее сверху-вниз. Будто бы сочувствует тому, что Минни осталась тут почти одна, в сопровождении лишь персонала и той девушки. Хотя… Минни не жаловалась. Одной тоже быть хорошо. Гораздо лучше, чем с матерью, проедающей все мозги своей сварливостью и больными ногами. Но это — завтра. Сейчас нужно сосредоточится на отдыхе. Минни прикрывает глаза. Раздается стук в дверь. Минни протяжно выдыхает. Но послушно встает с кровати и плетется к двери. За ней стоит девушка — та самая, сидевшая за соседним столиком. На ее лице натянута дружелюбная улыбка. Минни моргает. И с чего бы? — Привет, я твоя соседка, — выпаливает она прежде, чем Минни успевает что-то сказать. — Я думаю, нам следует познакомится. Можно я пройду? Ее голос звучит выше, чем звучал на первом этаже, а еще он как-то странно дрожит. Да и взгляд… странный. Что-то тут не так. Но Минни, окидывая ее взглядом, все равно кивает и отходит в сторону, давая новой знакомой пройти. Та быстро проскальзывает мимо ее плеча в комнату… и почему-то замирает на месте. Будто фарфоровая фигурка. Минни делает пару шагов по направлении к ней, пытаясь понять, что происходит. Девушка не сводит глаз с окна. Ее губы плотно сжаты, а грудная клетка часто вздымается — чаще, чем темп дыхания нормального человека. А в глазах ее застывает… Возможно, Минни только кажется, но в глазах ее застывает бесцветный страх. Но девушка тут же будто отмирает, услышав звук шагов Минни. Она натягивает улыбку, словно повседневную одежду, и моргает. Но страх из ее глаз никуда не исчезает, оставаясь прежним. И чего — или кого — тут можно боятся? Минни? Персонал мотеля? Леса? — Меня зовут Миен, — говорит девушка. Минни замечает, что ее уголки губ подрагивают. Она протягивает руку для знакомства — и Минни пожимает ее. Ее рука мокрая от холодного пота. — Зачем ты пришла ко мне? — внезапно спрашивает Минни. Взгляд Миен испуганно метается по комнате. И Минни, честно, не хочет ее пугать, но сейчас ей кажется, что знать правду важнее. — Ты ведь не познакомится хочешь. У меня есть ощущение, что ты… чего-то боишься. Миен отступает на пару шагов. Ее губы дрожат — она хочет что-то сказать, но ее прерывает звук столкновения дождевых капель о оконное стекло. Миен вздрагивает, переводит взгляд на окно — и вновь застывает. Минни начинает понимать. — Я боюсь грозы, — говорит Миен тихо, ее почти не слышно из-за дождя за окном. — Но когда я с кем-то, мне спокойнее. А тут из посетителей никого, кроме тебя, нет. Вот и все. Миен хочет выглядить спокойной — но ее выдает тон кожи, почти сравнявшийся по цвету с серой штукатуркой стен. Она сглатывает. Минни замирает в неловкости. Она не знает, что делать. Совсем. Дар утешать людей ей дан свыше не был. Максимум, что она могла — это в попытке на утешающий жест похлопать по спине и сказать «не волнуйся». С некоторыми — например, Юци — прокатывала стратегия «разбавляй печаль глупыми анекдотами», но тут эти способы, очевидно, не помогут. Миен тем временем начинает дрожать, будто осиновый лист. Минни понимает, что дело плохо, когда она соскальзывает по стенке вниз, и оборачивается, лихорадно размышляя, чем тут можно помочь. В конце концов она садится рядом и осторожно, мягко трогает ее за плечо. Миен не реагирует, и Минни, прокашлявшись, решает начать: — Слушай, ээ… Миен, — говорит она неуверенно. — Не бойся. Гроза — за окном, она тебя не тронет. Все будет хорошо. Миен на эти слова слегка приподнимает голову. Ее взгляд кажется мутным и расфокусированным, но когда она отвечает, то ее голос оказывается вполне четким. — Я понимаю, — отвечает она слабо. И замолкает, переводя взгляд куда-то вперед. На Минни опускается тревога. Она чувствует, что ее старания не приносят видимых результатов, и замолкает, решая, что так будет лучше. Но Миен спустя полминуты сама поворачивается к ней. — Поговори со мной, — просит она. Ее глаза похожи на черные блестящие камни. — У тебя приятный голос. — Ну… эм, для начала, меня зовут Минни, — говорит она, ощущая собственную неловкость. Но губы Миен трогает сдержанная улыбка. — Красивое имя. — Спасибо, — Минни прокашливается. Миен смотрит на нее внимательно — складывается ощущение, что ее боязнь грозы выдуманная, и сейчас она полностью спокойна, но выдают ее вздрагивающие плечи при каждом ударе грома. — Давай-ка пересядем на кровать? На полу сидеть на очень удобно. — Давай, — Миен, покачиваясь, встает первая и идет к кровати. Минни невольно замечает, что ее колени слабо сгибаются: Миен еще не до конца может контролировать собственный страх. Матрас кровати скрипит, когда Минни присаживается рядом с ней. — Расскажи еще чего-нибудь о себе. Пожалуйста. Минни глубоко вздыхает. Они с Миен сидят близко-близко, плечом к плечу, а за окном шумит дождь и раздаются раскаты грома. Внезапно на нее накатывает странное ощущение того, что они, запертые в этом ничтожно маленьком мотеле посреди грозы, одни на свете. Это ощущение резво пробегается по спине непослушными мурашками и остается, повисает в воздухе. — С чего бы начать, — Минни выдыхает. Миен не сводит с нее взгляда, и от этого становится по-странному трепетно. — Я еду в родной город. Вообще, останавливаться тут я не планировала, но… я проспала. Она невольно хихикает. Миен повторяет за ней. Кажется, на ее кожу возвращается здоровый румянец. Минни, обнадеженная этим, уже хочет продолжить, но ее прерывает молния, сверкнувшая за окном — а через пару секунд яростно гремит гром. Миен дергается и всем телом прижимается к ней. Минни замирает. Миен дрожит неконтролируемо сильно. Минни нерешительно дотрагивает до ее плеча — и она резко оборачивается. — Обними меня, пожалуйста, — кажется, на ее длинных ресницах застывают маленькие капельки слез. — Мне страшно. Минни слушается. Она руками аккуратно прижимает Миен к себе, ладонями поглаживая ее по спине. Та утыкается лбом в ее плечо. Дрожь утихает. — Спасибо, — говорит Миен приглушенно. Минни неловко кивает. — Я могу еще про что-то рассказать, — предлагает она внезапно. — Да… давай, — отзывается Миен. Она приподнимает голову, чтобы взглянуть Минни в глаза, и от этого та чувствует неожиданное ободрение. И Минни рассказывает. Рассказывает много о чем: о своей учебе в колледже, об их жизни с Юци — ее соседкой по комнате, о всяких мелочах по типу слишком требовательных учителей или забавном котенке, которого она вчера нашла на улице и пристроила знакомым. Миен слушает внимательно. Она и хмурится, и улыбается, почти смеется. Конечно, периодически она вздагивает во время особо громких раскатов грома, но все равно видно, что в чужих объятиях Миен намного спокойнее. Рассказ Минни прерывает внезапный вопрос: — Ты знаешь, что сегодня гроза будет всю ночь, — на кивок Минни Миен отводит взгляд, прикусывая губу. — Я вот подумала… может, ты хочешь спать, а я тебя отвлекаю. Может, мне лучше уйти? — Можешь остаться, — брякает Минни, но только после этих слов чувствует внезапно накатившую усталость и сонливость. — Можешь остаться и… поспать со мной. На губах Миен появляется почти что шальная улыбка, а на щеках Минни — предательский румянец. — Ты сама это предложила, — замечает Миен и отпрокидывается назад. Вокруг ее головы ореолом лежат густые черные волосы. Минни привстает, чтобы выключить свет, а когда она неловко пристраивается рядом с Миен, та вновь прижимается к ней. Минни затаивает дыхание. — Слушай, а ты… не думаешь, что я глупо себя веду? — внезапно спрашивает Миен. Минни хмыкает. — Ну, в плане, бояться грозы же… по-детски немного. — Нет, наверное, — Минни пожимает плечами. — Страх естественнен. Я вот тараканов боюсь. Если бы меня поместили в ванну с тараканами, то мне бы тоже было бы… страшно. Миен хихикает. — Ты первый человек, кто так говорит, — признается она. В ее голосе Минни чувствует долго скрываемую горечь. — Обычно все считали меня из-за моего страха… ну, трусихой. — Ты не трусиха, — возражает Минни. Почему-то эти слова вызывают в ней резкий протест. — Наверное, эти люди тоже многого чего боятся. — Когда мне было семнадцать, я с школьным классом пошла в поход, — внезапно начинает рассказывать Миен. Тон ее голоса холодеет: неприятные воспоминания. — Тогда была гроза. У меня случилась истерика. Пришлось все отменить. Миен невесело усмехается. Минни в попытке подбодрить похлопывает ее по плечу, но Миен будто не обращает внимания на этот жест. — Меня тогда все буквально ненавидели, — говорит она. — Называли истеричкой. И так — до конца школы. — Идиоты они, — бурчит Минни. В ее душе зарождается неприязнь к этим глупым, не видящим дальше своего носа людям. Миен хмыкает и двигается ближе. Так они и лежат — вместе, почти в обнимку, сопровождаемые шумом дождя за окном. Минни слышит ровное дыхание Миен — похоже, ей уже не страшно. Эта мысль заставляет ее улыбнуться и умиротворенно прикрыть глаза. Начинает клонить в сон: тепло тела Миен невольно убаюкивает. Наконец, когда Минни уже наполовину погружается в мягкие объятия сна, ей кажется, будто Миен чуть привстает. Кажется, что она смотрит на нее пару секунд, а затем… касается — робко и нежно — ее губ. — Спокойной ночи, — шепчет Миен, укладываясь обратно. Или Минни только кажется?

***

На следующее утро Минни настигает внезапное (и неприятное) открытие: Миен рядом с ней нет. Часы показывают девять утра, и Минни невольно усмехается: новая знакомая, оказывается, ранная пташка. Она устало встает. Вчерашние события будто бы смазываются в одно пятно. Но… Минни помнит поцелуй на своих губах — призрачный, почти невесомый, но поцелуй. Ей хочется узнать, был ли он правдой, не померещилось ли ей, поэтому она поспешно выходит из номера. Соседняя комната заперта. Минни стучит в нее костяшками пальцев, но она остается безмолвной. Чувствуя себя по-идиотски, Минни не придумывает ничего лучше, кроме как спуститься на первый этаж, к стойке администрации. Мотель выглядит уже не таким пустующим, как вчера. Рядом с ней устроилась шайка шумных подростков с громким смехом, а в углу мирно уселась пожилая пара. Но одно ей ясно: Миен здесь нет. — Ээ, здравствуйте, — начинает она. Девушка за стойкой регистрации поднимает глаза. — Вы не знаете, есть ли тут девушка, которая была вчера? Ее зовут Миен. — Чо Миен? Да, была такая, — отзывается девушка. Минни слухом цепляется за слово «была». — Она уехала буквально час назад. — Спа… спасибо, — благодарит Минни, а сама чувствует себя паршиво. Выходит, Миен просто… упорхнула, улетела от нее, даже не попрощавшись! Это… определенно неприятно. Минни чувствует обиду, горчащую на языке. Она входит в свою комнату. Теперь все напоминает ей о Миен, она будто бы своими прикосновениями оставила особый след везде. Минни тоскливо падает на кровать, только теперь — лицом в подушку. Кажется, что даже на ней остался запах волос Миен. Минни обнимает подушку, желая утолить странно сильное желание обнять хоть кого-то, но внезапно натыкается пальцами на что-то бумажное. Вытаскивает это «что-то», и… На бумажке стройным рядком выстраиваются нацарапанные карандашом цифры. У Минни что-то перещелкивает в голове. Она смотрит на эту ничтожно маленькую бумажку секунд так пять, а потом хватает телефон, вбивает номер в книгу контактов и только после этого чувствует удовлетворение. Правда, связи тут нет — но это ничего. Ведь впереди ее ожидает новая ступень жизни, полная милой девушки, которая боится грозы.