Пусть крылья мои в адской бездне сгорят

      Как оказалось, на восстановление мне потребовалось намного меньше времени, чем я ожидала. Уже через пару часов благодаря каким-то чудо лекарствам, я смогла пошевелить крыльями. Хотя в первый раз не могла этого сделать неделю. Конечно дискомфорт был, но не такой уж и сильный. Сейчас я сидела в медпункте, нервно сжимая руками одежду. Я была в белой хлопковой рубашке, которую мне опять же таки отдал Киллуа.       Странная тенденция, что я ношу его одежду. Нежная хлопковая ткань чувствовалась приятно прилегающей к спине, где не было бинта. Рубашку правда пришлось немного усовершенствовать, чтобы крылья могли быть свободны. Сзади на спине были сделаны надрезы до самого низа. И по краям были сделаны пуговки чтобы застёгивать её. В общем-то я у мамы модельер. Хотя нет, вру, не я, а Калуто, который помог нам с этим в тайне от своей матери. Которая как стоило догадаться, была ох как не рада моему присутствию. Она запретила мальчику даже приближаться к непрошеной гостье, или же как она выразилось «опасной угрозе».       Как рассказал Киллуа, я умудрилась переполошить весь дом своими воплями. Очень неловко. После такого я должна поблагодарить хозяев за гостеприимство и не только. Теперь я была просто обязана принести дар для тех, кто помог мне в процессе оперения. Ещё одна традиция которая была данью уважения.       Обычно мы приносим дары тем, кто помогал нам в этом непростом деле. Как правило дарим перья из своих крыльев. Что-то мне подсказывает, что господам такой подарок придётся по душе. Так как наши перья очень острые. По сути своей тоже оружие которое мы не используем.       — Мне правда жаль, что вам пришлось увидеть подобное. Процесс оперения очень… неприятен. Прошу простить меня за неудобства, — говорю и кланяюсь господину Зено. Он как всегда спокоен; сидел напротив меня и Киллуа. В его руке была чашка горячего ароматного чая которая постепенно пустела. Напротив нас с Киллуа тоже стоял чай, который, судя по запаху, был не только вкусным, но и лечебным.       Я сразу не заметила, но в медицинском кабинете был очень сильный запах спирта и других лекарственных трав, что очень сильно давило на голову в виде фантомной боли в висках. Попросить переместиться я не решилась. Не хотелось быть слишком наглой.       Сильва похоже отправился на какое-то задание. Или же просто не горел желанием видеть нарушителя своего спокойствия. И я его понимала. Думая про то, сколько проблем я принесла семье Золдик, стыд проявлялся на моём лице слишком явно.       — Глупая девочка, в моё время то, что мы увидели называли одним из чудес света, — хмыкает Амикио, крутя в руках свою белоснежную флейту. Я заметила на ней множество красивых узоров, что были сделаны рукой мастера. — Считалось, что увидеть оперение птенца могли только его родственники. А если это удавалось посторонним, то для них это было благословение.       — Чушь, — говорю спокойно я снова, смотря в пустоту. Зено на некоторое время впадает в ступор, а потом похоже всё же вспоминает про мою способность.       — Она тут? — спрашивает Золдик, смотря в ту сторону куда смотрела я. Всё, что могу сделать — кивнуть. Подтверждая его правоту кивком.       — Она всегда рядом с вами, господин, — мой голос звучит хрипло и тихо после того, как я попросту сорвала его. В семье Золдик, врач был просто очень помешан на полном здоровье того, кого лечил. Так что противную на вкус настойку, которую я пить не хотела, ему пришлось в меня вталкивать. А Киллуа, предатель такой, ему в этом помогал.       — Думаю, мы уйдем сегодня, — говорит Киллуа, смотря на дедушку. Я сидела почёсывая осторожно крылья мокрой тряпочкой. Очищая их от крови. Совсем скоро перья стали белоснежно чистыми.       Я видела и понимала желание Киллуа покинуть отчий дом как можно быстрее. Его мать могла придумать тысячу и одну причину почему её сын должен сидеть дома.       Это косалось не только Киллуа, но и меня. В отличии от него у меня иммунитета к ядам не имелось. Так что пока мы были в доме его семьи, я не ела и не пила без разрешения Киллуа. Жуть.       «— Госпожа Золдик, и вы думаете о том чтобы я вошла в вашу семью? Да ваша невестка в первый же день отправит меня на вечный покой», — мысленно обращалась я к духу, которая продолжала надоедливо канючить про помолвку, замужество и милых крылатых детишек.       Я сама хотела поскорее свалить отсюда, но была одна маленькая дилемма. Я пока что не могу прятать своё дополнение в виде крыльев. Нужно, чтобы они хотя бы дня два были на свободе, привыкая. И спина должна зажить. Поэтому, решение того, что мы возвращаемся в мой клан на некоторое время было принято сразу.       Как-то доберёмся. Тем более как рассказал мне дедушка Зено (теперь я называла его именно так) в этом мире видели и не такое. Конечно будут смотреть удивлённо, но не более. Знающие люди так вообще подумают что это просто нэн маскировка. Но тем не менее, мою пернатую особенность стоило прикрыть. Поэтому на выручку пришла тёмная ткань похожая на фатин. Благодаря нескольким штрихам, кусок ткани стал напоминать плащ, который идеально закрывал крылья в опущенном состоянии. Их было даже не заметить. А всё опять же благодаря Каллуто. У этого мальчика ручки были золотые.       «— Надеюсь, что однажды смогу попросить тебя сшить мне платье», — с восхищением тогда сказала я, осматривая себя в зеркале чтобы убедиться, что ничего нигде не выглядывает. Тогда щеки мальчика умилительно покраснели. Все мальчики в семье Золдик такие милашки?       Хотя нет, вспоминая Иллуми и его ужасающую ауру точно понимаю, что нет, не все.       — Надеюсь увидеть тебя и главу твоей семьи у нас как почетных гостей. И будущих деловых партнёров, — говорит Зено, и я расплываясь в улыбке смотря на милого мужчину. Интересно в этой семье все такие двуличные? Сейчас мило улыбаются, а потом шпильку в голову. Возможно это только муж и жена одна сатана.       — Конечно, господин. Мы навести вас в ближайшее время. И я принесу свои искренние извинения за неудобство.

***

      Стоя в боевой готовности и готовясь покинуть чужой дом, я поправляла рюкзак. Забавно, что аптечка которую я носила с собой мне вообще не пригодилась. Доктор выдал мне моток бинтов и специальный раствор, которым я должна была обрабатывать раны для их скорейшего заживления. При этом, как правильно обрабатывать он рассказывал именно Киллуа.       Сейчас я стояла, смотря на бабушку Киллуа. Которая на нашу парочку смотрела с умилением.       — Береги моего внука, дорогуша. Буду ждать вас в скором времени для получения благословения на женитьбу, — похоже в этот раз сдержать смущения я не смогла. Щеки вспыхнули от прилипшего к ним жара.       — Хорошо, — спорить с призраком как горох об стенку. Легче уже согласиться.       — Лёгкого вам пути, дети мои.       POV: Автор.       — И куда мы отправимся теперь? — компания друзей, в составе пяти человек, сидели друг напротив друга в своеобразном кружке. На данный момент весьма логичный вопрос задал именно Гон.       Реакция у ребят на новый аксессуар Агаты была разной. Курапика некоторое время рассматривал перья, задавая изредка вопросы о том, болит ли у неё что-то? Или же касательно, а удобно ли с ними спать? Гон откровенно засыпал её вопросами по типу? "А как летать?" "А перья осыпались?" "А ты сможешь потом меня покатать?" И всё в таком духе. Леорио напряжённо молчал, явно подумывая о бизнесе который можно было бы провернуть с помощью такой особенности. Он всегда был очень предприимчивым парнем, ничего не скажешь. Ну, а Киллуа просто молчал. И это Агату немного напрягало. После разговора с своим отцом вечно ворчливый парень — был сам не свой.       Поезд равномерно покачивался из стороны в сторону убаюкивая Агату, которая положив голову на плечо Киллуа смотрела в окно. Он не сопротивлялся, хотя раньше точно бы начал ворчать и бухтеть о том, что девушка чересчур прилипчива.       — Дальше мы отправимся в мой клан. Я хочу познакомить вас с ними. Дедушка уже знает, что крылья я распустила. Так что если не явлюсь в ближайшее время, он сам за мной явится, а зная моего деда… Нет, лучше так не рисковать, — усмехнулась девушка, полностью расслабляясь. Никто спорить не стал. Каждому было любопытно, как могут жить люди с крыльями? Какой у них быт и обычаи? Всё это было очень любопытно. Особенно Гону, который хотел прокормить свой исследовательский интерес.       Агата лежала на плече Киллуа, смотря на прекрасные виды, что сменяли друг друга. Невероятно пушистые и красивые облака, на фоне светлого неба. Если присмотреться, можно было увидеть разные силуэты, что вырисовывали облака. Дорогие друзья, что были рядом, и самое главное чувство полного спокойствия от постукивания колес поезда — всё это успокаивало девушку и совсем скоро она окончательно оперевшись на плечо Киллуа, отправилась в мир Морфея. Сейчас она не волновалась ни о чëм.       Золдик смотря на сонное лицо, немного покраснел. Он потянулся и осторожно и даже бережно уложил Агату на свои колени, краснея ещё сильнее. Он не хотел чтобы огнекрылка потом ворчала о том, что у неё болит шея.       Парень ловит на себе хитрый взгляд Курапики, который химию между этими двумя заметил ещё очень давно. Да, кажется единственный, кто ещё не понимал что происходит, это был Гон, который не смотря на свою проницательность элементарного не понимал.       — Что? — задаёт вопрос Золдик, смотря на Курапику который только пожимает плечами.       — Ничего. Я за вас рад, — говорит Курута, замечая как Киллуа тут же краснеет. Это вызывает ещё большую усмешку на его лице.       — Не неси бреда! — смущённо говорит Золдик, смотря на девушку, которая продолжала тихо сопеть не подавая признаков пробуждения.       — Да ладно, Киллуа, всё и так видно, — хохочет Леорио хлопнув себя ладонью по колену, и тут же получает ладонью по голове от Курапики.       — Тише, — говорит блондин тяжело вздыхая, видя, как Киллуа загорается гневом. Он был зол, но сам не знал почему. Но если говорить откровенно, это было из-за смущения которое он испытывал.

***

      Чтобы добраться до дома девушки, много времени это у них не заняло. Как оказалось, место поселения Огнекрылых было недалеко от горы Кукуру. Агата отказывалась верить в совпадения, зная, что в случае с ними их точно не бывает.       Компания из пяти человек медленно пробиралась по лесу полному благословенной тишины. Казалось, что это место было переполнено силой. Словно живой источник, что бил ключём. Гону это ощущение было знакомо. Природа всегда была такой и именно по этому он её очень любил. За года жизни на Китовом острове он стал без стеснения говорить, что профи во всех аспектах поиска ягод, грибов, и познания птиц. Природа словно сама помогала ему. И находясь в таком месте он испытывал особое удовольствие. Словно домой вернулся.       Клан крылатых был скрыт от человеческих глаз густым лесом, куда обычно никто не заходил. А если и были такие, то они очень быстро забывали про существование дивного племени благодаря серебрянкам. Вообще не ясно, чтобы они не делали без их способностей.       Агата шла вперёд уже тревожно подпрыгивая от предвкушения встречи. Её кончики крыльев чуть дрожали вызывая шевеление под плащом. Было любопытно, как все отреагируют на её друзей? Был конечно страх, что дорогие соплеменники прикончат их, но если попробуют, девушка этого точно не позволит.       Совсем скоро они выходят на большую красивую поляну усыпанную ромашками. Поляна была свободной от деревьев позволяя увидеть постройки.       Можно было увидеть много разнообразных домиков сделанных из дерева. Некоторые из них были сделаны прямо на деревьях. Все эти постройки были выстроены ровно в ряд.       Огнекрылы с различным оперением бегали туда сюда. Были и взрослые, и дети, и даже старики. Каждый тут занимался своим делом, и в клане прямо-таки кипела жизнь.       Курапика смотрел на всё, что их окружало и находил невероятное сходство с… с его кланом… смех, суета, оживлённое веселье. Всё это напоминало прошлое, которое у него вызывало только боль. Ведь он всегда вспоминал то, что было потом. Кровь, боль и смерть тех, кто был ему дорог. Взгляд серых глаз опускается в пол, не желая причинять себе новую боль. В один момент в голове закралась идея о том, чтобы сбежать. Агата осторожно кладет руку парню на плечо, и нежно улыбается ему.       — Курапика, надеюсь мы станем твоей новой семьёй, — она говорила честно и искренне. И это у Курута вызывало дрожь.       Девушка выходит вперёд и очень громко, позволяя эху отбиться от лесной чащи кричит привлекая всеобщее внимание:       — Я дома!