Отдел не заботы о клиентах

Когда Нарасхватов перебирался в отдел не заботы о клиентах, то был на все сто уверен, что единственным его делом будет росчерк в табельном журнале при выходе и входе в офис. Он даже придумал себе красивую каллиграфическую подпись с завитушками и точечкой. Но звёздное расположение оказалось не в его пользу, и сейчас он ломал голову над тем, как в срочном порядке довести до ума недоделанное предшественником: не помешать одному индивиду покончить со своей жизнью. Ибо ещё в прошлом квартале за не услуги отдела от анонимного не заказчика на счета компании поступила кругленькая сумма. Билеты на подобные зрелища раскупались мгновенно. Ожидалось фееричное мероприятие с предсмертной речью и прыжком с многометровой высоты в смородиновые воды. Но дело в том, что курирующий Нарасхватова дроид не сообразил заблокировать его органы чувств. И теперь в Нарасхватове пробудилось сочувствие к ближнему, и он категорически не мог допустить летального ухода клиента. «Может слегка покалечить?.. пролить масло... а дальше по ситуации...» Сказано – сделано. Местом подобных действ обычно становилась Набережная Плача. Нарасхватов ещё издали заметил, как живое море волнообразно ударялось о кварцевое ограждение и отбегало обратно к трибунам. Клокочущий рёв стихии, резонируя, смешивался с людским, отражался от хромированной поверхности защитного купола и мурашками расползался по возбуждённым телам. При виде главного не исполнителя толпа расступилась. Он выдвинулся в образовавшийся проход, но что-то пошло не так. Откуда-то появившаяся чайка зловеще рассмеялась ему в лицо и с размаху влепила крылом пощёчину. От неожиданности Нарасхватов уронил бутыль с маслом. Оступился, упал и ударился головой о точёную балясину. В глазах тут же потемнело, из носа потек ликвор, а с ним вытекла и надежда выжить. Толпа исступлённо взвыла. Последнее, что перед отключкой расслышал Нарасхватов, были слова дроида: — Капризный клиент пошёл. Передумал топиться, травиться будет. На следующее утро Нарасхватов снова оказался в офисном кабинете. Перед ним лежало дело о ночном отравлении с летальным исходом. Лаборантам-дроидам ещё предстояло выяснить, каким образом в дыхательные пути пострадавшего попали капли оливкового масла. Нарасхватова сей факт не волновал. Органы чувств у него были заблокированы. Только голова побаливала.