Как давно тебе семнадцать?

Утром Лань Ванцзи чувствовал себя ещё более разбитым, чем вечером. Всю ночь он провел в медитациях, и если тело его более или менее восстановилось и отдохнуло, то вот разум за всё это время так и не успокоился. Множество вопросов роились в нем, подобно пчелам в улье, не знающим ни сна ни отдыха. В конце концов, Ванцзи пришёл к выводу, что он потерял либо память, либо здравый рассудок.  Иначе он никак не мог объяснить происходящее.  К середине следующего дня они добрались до Облачных Глубин. У самых врат Вэй Ин спешился и снял поводья с ослика, отправив того пастись на один из лугов, окружающих Облачные Глубины.  Оглянувшись на своего спутника, Ванцзи вошёл в Облачные Глубины, рассчитывая, что Вэй Ин останется ждать его здесь, однако довольно быстро услышал звук шагов позади себя. Обернувшись, он увидел, что Вэй Ин, как ни в чем не бывало, прошёл через врата и следует за ним.  – Как?  – А? Ты о чем? – Вэй Ин непонимающе хлопнул глазами.  – Как ты прошёл через ворота? – Так же, как и ты, – ответил Вэй Ин и продемонстрировал Ванцзи нефритовый жетон. Лань Ванцзи лишь нахмурился и, ничего не сказав, пошёл дальше. Нужно было как можно скорее поговорить с дядей. Он точно сможет развеять все его сомнения.  – Любовь моя, а куда ты направляешься?  Ванцзи лишь судорожно выдохнул. Кажется, даже если Вэй Ин будет называть его так постоянно – он не сможет привыкнуть, настолько эти слова волновали душу. И как же не хотелось списывать их на обычную шутку.  – К главе клана.  – Тогда ты не туда идёшь.  Бросив на Вэй Ина очередной холодный недовольный взгляд, Лань Ванцзи лишь взмахнул рукавом и продолжил путь.  – Лань Чжань, я серьёзно. Ты не туда идёшь! Там ты не найдешь главу своего клана!  Ванцзи прикрыл глаза, молясь небожителям, чтобы те даровали ему терпения. Рядом с этим человеком своих запасов ему не хватит.  Дойдя до нужного строения, Ванцзи постучал и, услышав позволение войти, открыл двери и прошёл внутрь, на ходу бросив Вэй Ину: "Останься снаружи".  Сделав несколько шагов, Лань Ванцзи склонился в приветственном поклоне. Лань Цижэнь поднялся из–за стола и вышел навстречу племяннику.  – Ванцзи! – поприветствовал он и, переведя взгляд за его спину, устало добавил, – и Вэй Усянь.  Лань Ванцзи склонился в ещё более глубоком поклоне. – Простите, что привёл его.  – Я уже почти привык, – тяжко вздохнул Лань Цижэнь. – Что с вашей миссией?  "Вашей?" – удивился Ванцзи, но вслух сказал лишь: – Дядя, я...  – Тварь, которая беспокоила жителей, оказалась слишком могущественной, – продолжил вместо него Вэй Ин. – Нам пришлось использовать один из моих ритуалов.  Лань Цижэнь угрожающе выдохнул.  – И?  – С тварью мы справились, но Лань Чжань пострадал.  – Сколько раз я говорил, что твои тёмные ритуалы до добра не доведут?! – воскликнул Лань Цижэнь, возмущённо взмахнув рукавом.  – Тёмные? – Ванцзи не следовало говорить в такой момент, но его удивление было слишком велико. – Вэй Ин, ритуал был тёмным?  – Не притворяйся, будто первый раз слышишь о том, что твой... – Цижэнь едва заметно поморщился. – Так называемый муж использует тёмные техники!  – Муж? Тёмные техники? – Ванцзи, да что с тобой? – Кто–нибудь в этом клане может уже дослушать меня до конца?! – повысил голос Вэй Ин, обращая таким возмутительным поведением все внимание на себя. – Благодарю. Да, Лань Чжань пострадал. Он... Он потерял память о примерно последних двадцати годах своей жизни. Но эффект временный. По моим расчетам, память вернётся через пару дней.  Лань Цижэнь продолжал недоверчиво смотреть на Вэй Ина, однако по всему было видно, что он услышал и воспринял его слова, а потому повернулся обратно к племяннику.  – Глава клана знает об этом?  Лань Ванцзи непонимающе моргнул.  – Вэй Ин ведь только что вам всё рассказал.  – Так вот о чем ты, – вздохнул дядя, бросая на Вэй Ина понимающий взгляд, и добавил, – приведи Лань Сичэня. Нам нужно тщательно обследовать Ванцзи.  Лань Сичэнь пришёл так быстро, как смог. Он подошёл к брату и положил руку ему на плечо в жесте немой заботы. Безграничное спокойствие Сичэня всегда внушало Ванцзи чувство безопасности, и даже сейчас смогло позволить ему немного выдохнуть. Когда все были готовы, приступили к обследованию. Лань Ванцзи сидел между братом и дядей, сконцентрировавшись на собственной памяти, подводившей его вот уже два дня. Лань Сичэнь играл на флейте, дядя – на гуцине, Вэй Ин же просто стоял в стороне, прислонившись плечом к стене и с волнением наблюдая за происходящим. В процессе ритуала Ванцзи ничего не почувствовал, что было довольно странно, ведь обычно он легко ощущал движения энергии вокруг, поэтому, когда мелодия стихла, он выжидающе взглянул на брата.  Лань Сичэнь отложил флейту и, вздохнув, сказал: – Повреждения не серьёзные. Искажения Ци нет. Тёмная энергия повлияла лишь на разум, и то временно. Через несколько дней ты будешь в порядке.  – Значит... – начал Ванцзи неуверенно.  – Да, всё так. Всё, что говорил тебе господин Вэй – правда.  – Всё? – лёгкий ужас отразился в глазах Лань Ванцзи.  – Не думаю, что твой дражайший супруг стал бы тебе врать, – улыбнулся Лань Сичэнь.  – Всё же... Супруг?  Брат кивнул.  – Несколько лет назад вы совершили три поклона в храме предков, и господин Вэй был принят в клан Гусу Лань, – Сичэнь объяснял брату всё с таким удивительным терпением, будто ему попался самый недоверчивый и упрямый ребёнок, которого только можно найти в Поднебесной.  – Без моего одобрения, если тебя это волнует, Ванцзи, – добавил Лань Цижэнь.  Ванцзи шумно выдохнул. Ему нужно было очень многое обдумать.  Лань Сичэнь взглянул на Вэй Ина, а потом и на дядю.  – Пока память не вернётся, Ванцзи лучше избегать потрясений и лишних волнений. Для его состояния будет лучше, если память в нужный момент вернётся к нему сама.  Услышав это, Вэй Ин переглянулся с Лань Цижэнем, и, казалось, между ними произошёл какой–то мысленный диалог, не закончившийся ничем хорошим.  – Ванцзи, – обратился к брату Лань Сичэнь, – тебе нужно больше отдыхать и медитировать. Ты понял меня?  Ванцзи послушно кивнул.  – Вот и чудесно. А теперь мне нужно вернуться к делам, – сказал Сичэнь, поднимаясь на ноги. – Дядя, господин Вэй, оставляю Ванцзи в ваших руках. Позаботьтесь о нём.  Следом за Лань Сичэнем дом покинули и все остальные участники происходящего.  – Ванцзи, ты слышал своего брата, – обратился к племяннику Лань Цижэнь. – Пойдём, я провожу тебя до твоего цзинши.  – Ну, что вы, учитель Лань, – приторно улыбнулся Вэй Ин. – Не надо себя так утруждать, я сам провожу своего мужа до _нашего_ с ним цзинши.  – Вэй Усянь... – угрожающе начал Цижэнь, но не успел закончить.  В этот момент к ним подлетела пара молодых учеников клана Лань. Они оба выглядели взволнованно, и во все глаза смотрели на Лань Ванцзи.  – Простите, – сказал один из них под строгим взглядом Лань Цижэня, и оба юноши склонились в почтительных поклонах. – Мы услышали, что с Ханьгуан–цзюнем приключилась беда, и поспешили справиться о его здоровье.  – Вы... – Лань Ванцзи нахмурился, вглядываясь в абсолютно незнакомые ему лица. – Вы члены клана Гусу Лань?  – Лань Чжань, – вмешался Вэй Ин, – позволь тебе представить. Это Лань Цзинъи, а это Лань Сычжуй. Он же, кстати, наш...  – Лучший ученик, – недовольно перебил его Лань Цижэнь. – Лань Сычжуй ваш лучший ученик. Познакомишься с ними потом, Ванцзи, – он подхватил племянника под локоть, уводя прочь.  Цзинъи и Сычжуй удивлённо посмотрели на Вэй Ина.  – Я вам потом все объясню, – пообещал он и поспешил следом за Цижэнем, уводящим Лань Ванцзи.  – Понимаешь, Ванцзи, – поучал его в этот момент Цижэнь, – твой, к сожалению, муж, не понимает, что такое "избегать лишних потрясений".  – Это ещё почему? – недовольно уточнил Вэй Ин, оказавшись по другую сторону Лань Ванцзи.  – Потому что он сам – одно большое лишнее потрясение, – ответил Цижэнь, буравя Вэй Ина неприязненным взглядом.  – Тем не менее, ваш идеальный племянник выбрал именно меня!  Ванцзи, совершенно не участвовавший в этом перебросе колкостями, просто переводил растерянный взгляд с одного на другого, сдерживая тяжёлый вздох.  Когда они, наконец, дошли до цзинши, Цижэнь открыл двери, пропустил внутрь Ванцзи и встал перед входом, непреодолимой стеной преграждая путь Вэй Ину.  – Пока Ванцзи не восстановится, господин Вэй поживет в гостевых покоях. – Это и мой дом тоже, между прочим!  – Все строения на территории Облачных Глубин принадлежат клану Гусу Лань. То, что ты, формально, являешься его частью, не делает этот дом твоей собственностью, – не сдавался Цижэнь.  – Да как вам не совестно разделять семью! – возмутился Вэй Ин.  – Мать Ванцзи и Сичэня видела своего мужа раз в несколько лет. Разделять семью – почти традиция клана Гусу Лань.  От взглядов, которыми буравили друг друга Вэй Ин и Лань Цижэнь едва ли не искрился воздух вокруг.  – Там, между прочим, мои вещи!  – Поживешь несколько дней без них. Ванцзи, – обратил Цижэнь к племяннику. – Закрой дверь цзинши со своей стороны, пожалуйста.  – Да, дядя, – покорился Лань Ванцзи, однако помедлил, с трудом отведя взгляд от Вэй Ина.  – Не волнуйся, Лань Чжань, твоему дяде не встать на пути у нашей любви!  – Хватит смущать моего племянника, Вэй Усянь. Ванцзи, дверь!  Пришлось подчиниться и закрыть двери, хотя расставаться с Вэй Ином, несмотря ни на что, Лань Ванцзи совершенно не хотелось.  Он пошёл вглубь цзинши. Всё вокруг выглядело знакомым и чужим одновременно. В целом, обстановка была похожа на ту, которую он помнил, однако то тут, то там лежали вещи, которых тут никак быть не должно. Например, пара пустых кувшинов из–под вина, стоявших у стола, стопка каких–то неизвестных бумаг, лежащая на самом столе, черно–красные одеяния, небрежно расположившиеся на полу возле кровати. Да и сама кровать была совершенно неподобающего вида: сбитые простыни, неровно лежащие подушки и свисающее на пол одеяло. Лань Ванцзи ни за что не оставил бы её в таком виде. Он подошёл ближе, подцепляя пальцами чёрное ханьфу, и сразу понимая, кому оно принадлежит.  Присев на кровать, Ванцзи сжал черную ткань в руках, пытаясь осознать происходящее.  Значит, он и правда всё забыл. Но не это было самым удивительным.  Они с Вэй Ином женаты! По–настоящему женаты. Вэй Ин любит его и не стесняется говорить об этом. Всё это больше походило на счастливый сон, о котором Ванцзи даже подумать боялся. Тем не менее, это было правдой. Доказательств этому достаточно. Даже дядя, чьё отношение к Вэй Ину известно всем и каждому, признавал, что он – муж Ванцзи. Уму непостижимо. Что же такого произошло за эти двадцать лет, что Ванцзи от неподобающих фантазий с участием Вэй Ина дошёл до их воплощения?  Какой стыд! Ему всё ещё неловко было о этом думать, однако возбуждение, вызываемое одними этими мыслями, было сложно не замечать. А сам Вэй Ин? Прошлой ночью он же... И Ванцзи мог...  В голове не укладывается. Надо было срочно отвлечься. Решив так, Лань Ванцзи занялся наведением порядка в своём цзинши. Убрал пустые кувшины, сложил все бумаги, лежавшие на столе, и оказавшиеся отчётами с заданий других членов клана Лань. Почему они у него? И исправления на них сделаны точно его рукой. Может быть, он, как и дядя, теперь обучает молодых заклинателей? В отличие от остального, в это поверить было легче всего.  Разобравшись со столом, он сложил вещи Вэй Ина, – в его цзинши, кто бы мог подумать! – и заправил постель. Больше делать было нечего, отвлечься уборкой надолго не получилось. Вздохнув, Ванцзи прилёг на кровать и не без удивления понял, что даже она пропиталась запахом Вэй Ина. Хотелось прямо сейчас выбежать, найти Вэй Ина и привести его сюда. Интересно, у него хватило бы смелости спросить обо всем? Нет, дядя и брат сказали, что ему сейчас будет лучше обойтись без лишней информации. Но ведь можно не спрашивать. Можно даже не разговаривать, можно...  Боги! Ванцзи уткнулся носом в подушку, чувствуя, как от новых неприличных мыслей горят уши. Погрузившись в них, Лань Ванцзи не заметил, как уснул. 

***

Когда Ванцзи открыл глаза вновь, за окном было уже темно. Он поднялся с кровати, ощущая, как слегка гудит голова от всех мыслей, свалившихся на него сразу после пробуждения. Дойдя до стола, он увидел поднос с остывшим ужином, который ему принесли, однако голода он совершенно не чувствовал. Он ощущал усталость, а потому никак не мог понять, что же именно его разбудило. И тут снаружи до него донеслись голоса. – Я слишком хорошо тебя знаю, Вэй Усянь, – это был голос дяди, звучавший у самых дверей. – Вы что, так и будете сторожить его всю ночь? Я его муж, и имею полное право разделить с ним постель! – веско заявил Вэй Ин. Как хорошо, что он сейчас не видел, какую реакцию его слова вызвали у Лань Ванцзи. Вот бы можно было его впустить, но Ванцзи никак не мог позволить себе идти против воли дяди. Впрочем, раз они с Вэй Ином женаты, однажды он уже это сделал. – Ванцзи сейчас всё равно, что семнадцать лет! Я не позволю тебе развращать его! "Ох, дядя, знал бы ты..." – подумал Ванцзи, но тут же укорил себя за эту мысль. – Кто ещё кого развратил, между прочим! Вы совершенно не знаете своего племянника, учитель Лань.  – Вэй Усянь! – в голосе дяди сквозило безграничное возмущение. – Ступай в свои покои! – Именно это я и собираюсь сделать, но вы стоите на моём пути! – Уходи и не смей возвращаться, пока Ванцзи не станет лучше. Мимо меня тебе все равно не проскользнуть, моё цзинши рядом, и я в любом случае тебя остановлю. На несколько мгновений воцарилась тишина, Лань Ванцзи даже показалось, что Вэй Ин ушёл, но тут до его слуха донёсся слишком характерный смешок.  – Что ж, учитель Лань, может быть, в прошлом вы и могли найти на меня управу, но сейчас мы ещё посмотрим, чья возьмёт.  Ванцзи невольно улыбнулся. Сколько бы лет ни прошло, Вэй Ин оставался всё тем же. Наглый, бесстыжий, решительный и смелый. Для него не существовало непреодолимых преград.  Наконец, звуки за дверью стихли, спорящие разошлись, и Ванцзи решил возобновить прерванный сон. Он лёг обратно в кровать, дрема уже медленно окутывала его своими объятиями, как вдруг сонливость развеял новый звук. Сначала он был едва слышен, но чем дальше, тем громче становился. И звуком этим была мелодия флейты. Некоторые её ноты казались отдаленно знакомыми, будто бы Ванцзи когда–то давно уже слышал её, но никак не мог вспомнить, когда и где.  Тем временем, она почти полностью заполнила цзинши. Приподнявшись с кровати, Лань Ванцзи понял, что доносится она откуда–то с улицы, проникая в дом через открытое окно. Тот, кто играл её, был определённо мастером, так красиво и искусно из всех, кого знал Ванцзи, играл только его брат. Наконец, не в силах сдержать любопытство, Ванцзи встал с кровати и подошёл к окну. В первый момент, он увидел лишь тёмный силуэт на крыше ближайшего строения. И лишь когда вышедшая из облаков луна, осветила его, Ванцзи узнал Вэй Ина. Он играл на ди, прикрыв глаза, а лёгкий ночной ветер развевал его непослушные волосы. Ванцзи, завороженный мелодией, замер у окна, невольно любуясь открывшейся ему картиной.  Вэй Ин играл великолепно, Лань Ванцзи даже не представлял, что он настолько искусен в игре на флейте. Мелодия лилась ровно, красиво, сливаясь с ночной тишиной, словно дополняя её. Она не прервалась даже когда Вэй Ину пришлось уклониться от летящего в его голову свитка. А потом ещё одного. Он даже не открыл глаз! И лишь когда мелодия подошла к своему концу, он отнял от губ флейту и с весёлой улыбкой помахал ей Ванцзи.  – Лань Чжань! Я тебя разбудил? Как тебе моя музыка?  – Вэй Усянь! – донёсся голос с земли. – Слезай с крыши моего цзинши, бесстыдник!  – Красиво, – еле слышно ответил Ванцзи.  – Тебе понравилось? – улыбка Вэй Ина стала счастливее. – Хочешь, я загляну к тебе, и мы сыграем вместе?  – Не посмеешь! – воскликнул Цижэнь, и Вэй Ину пришлось уклоняться уже от вазы, пролетевшей в цуне от его лица, и разбившейся вдребезги о стену за его спиной.  – Дядя против.  – Знаешь, – Вэй Ин хитро подмигнул ему, – раньше, когда мы с тобой играли в нашем доме ночи напролёт, тебя это не сильно заботило.  – Вэй Усянь!  Лань Цижэнь не выдержал и в один прыжок оказался на крыше позади Вэй Ина.  – Прости, любовь моя, мне пора, иначе ты рискуешь слишком рано стать вдовцом.  С этими словами Вэй Ин спрыгнул с крыши и был таков. Ванцзи с трудом сдержал улыбку под гневным взглядом дяди и, как послушный племянник, закрыл оконные ставни.  Теперь ему не терпелось дождаться утра, чтобы вновь увидеться с Вэй Ином. Кто бы мог подумать, что он будет с таким волнением ждать встречи с человеком, которого, по его мнению, всего два года назад видеть не желал?