С Днём рождения меня!

      Шум, доносящийся из комнаты, заставил меня в страхе открыть глаза. Часы на прикроватной тумбочке показывали 8 утра. Какого хрена происходит? В кои-то веке у нас выпал выходной и можно выспаться, а Сынмин там устроил погром.       - Эй, Мини, - я начал ругаться, ещё не встав с кровати. - Какого черта ты там делаешь? Ты время-то видел? Я же говорил, что хочу сегодня отоспаться перед тем...       Кажется, я что-то забыл, но что? Все дни слились уже во едино.       - Перед тем как... Да что я забыл? - я дернул ручку двери в свою комнату и вышел в зал. С двух сторон раздались хлопки и на меня посыпалось конфетти. Звук праздничных дудочек разрывал барабанные перепонки. Ах, вот что я забыл.       - С днем рождения, Ёнбоки! - закричали мемберы с забавными колпаками на головах.       - Спасибо вам, ребята, - я почувствовал, как щеки начали краснеть. - Я спросонья забыл даже, что сегодня пятнадцатое.       - Мы бы не дали тебе забыть про праздник, - ярко улыбался Чан, распахнув руки для крепких объятий.       - Расти большим, Ёнбока, - похлопал меня по пятой точке Минхо хён.       - Да, папа, буду стараться, - я шутливо поклонился ему, а затем обнял старшего.       - А мне вы вчера не сделали сюрприиииз, - заканючил Джисон. - Вот так вы меня любите.       - Эй, дурачок, мы весь день батрачили, а потом ты уснул, не дождавшись сюрприза, - Хенджин потрепал его по волосам.       - Давайте кушать тортик, - улыбнулся Чонин, кивая в сторону стола, за которым уже сидел невозмутимый Сынмин. - Хён, с Днём рождения!       Улыбка не спадала с моего лица, давненько мне не устраивали сюрпризов. Оказывается, это чертовски приятно. Чан протянул мне колпак, и я нацепил его на голову.       - Эй, а где Чанбин хён? - я только заметил, что его не хватает за столом.       - Он утром себя не очень хорошо чувствовал, - Хенджин уже чем-то набил рот. - Сказал, что зайдёт вечером поздравить, если хуже не станет.       Кивнув, я наконец-то сел за стол. Ребята подготовились, заказали кучу пиццы, накупили сока и газировки и конечно же не забыли про миленький торт со свечами.       - Так, ну, что, именинник, пришло время загадать желание? - Чан зажег свечи и придвинул торт ко мне. - Но сначала фоточку на память.       Все сгруппировались и сделали смешные лица, ожидая пока лидер нажмет на кнопочку.       - Ну, что, а теперь желание, Ёнбока. И ребята принялись напевать самую известную праздничную песню.       Что же загадать? Хммм... Мысли бегали в моей голове. "Хочу, чтобы я мог быть счастливым каждый день". Пламя на нескольких свечах колыхнулось, а затем потухло, унося моё желание.       Ребята громко захлопали и начали на перебой меня поздравлять.       - Спасибо вам большое, парни. Мы принялись за завтрак, поедая пиццу, а следом торт. Мне дарили подарки, которые я с радостью распаковывал. Ребята всегда тщательно подходят к их выбору.        Я люблю, когда мы вместе собираемся. Каждый смеется, болтает, иногда кто-то спорит. Мы похожи на большую семью. Жаль только Чанбина нет.       - И так, Феликс, если ты закончил праздничный завтрак, то мы хотим предложить тебе прогуляться перед эфиром.       Идея была хорошая. Как часто нам удаётся выбраться куда-то и хорошенько отдохнуть. Ребята подождали пока я соберусь, и мы двинулись отмечать.       Весь день прошёл в атмосфере веселья. Мы катались на аттракционах, сходили в кафе и смогли немного снять видео для влога. Несколько раз к нам подходили стей, поздравляли нас с Ханни с днем рождения. Давно нам не было так хорошо в выходные. Не хотелось заканчивать прогулку, но мне надо было выйти в эфир совсем скоро. Я отправился в компанию, а ребята решили завалиться к Чану и Чонину, чтобы еще немного отдохнуть.       -Эй, Ликс, - окликнул меня Сынмин, когда я уже садился в такси. - Мы не подарили ещё главный сюрприз. Он тебя будет ждать дома.       Что? Какой ещё сюрприз? Разве не все уже подарили? Любопытство съедало меня всю дорогу до компании и во время прямого эфира. Шарики, торт, подарки. Все, как и всегда. Задания от стаффа, которые хихикали за камерой.       Меня повезли домой с горой подарков. По пути я поговорил с мамой и сёстрами. Даже немного поплакал, когда они говорили, как соскучились.       День пролетел быстро и насыщенно. Мы подъехали к общежитию, когда на часах было одиннадцать. Поздновато.       Я отпустил менеджера, хотя он очень хотел помочь донести мне вещи. На прощание он сказал, что завтра у меня будет снова выходной, чтобы я мог отдохнуть. Такой вот подарок от компании.       Я прокручивал весь день в голове, пока ехал в лифте. Да, хороший получился праздник, хоть я и не планировал ничего такого. Столько человек меня сегодня поздравили, столько подарков надарили. Только один человек все ещё молчит. Тот, от кого я ждал поздравление, пожалуй, больше всего.       Ребята скорее всего были не в курсе, но нас с Чанбином хёном связывают особенные отношения. Мы не начинали встречаться официально, и мы не считаем дни с нашего первого поцелуя, но мы оба знаем, как сильно нуждаемся друг в друге. Искра пробежала ещё когда мы были трейни и с тех пор она только набирала силу, разгораясь в пламя чувств.       Я вздохнул, почему хён так себя ведет? Я что-то не так сделал?       С трудом вытащив за собой все пакеты из лифта, я с не меньшими усилиями впихнул себя и вещи в квартиру. Дома никого не было, Сынмин, кажется, заночевал у ребят. Может, тоже к ним пойти?       Из кухни послышались тихое шарканье, и я увидел плывущий огонек. Бархатный голос напевал поздравительную песенку. Я конечно же сразу узнал его обладателя. Значит, он не забыл, значит, это был его план.       -Хён, - вымолвил я, расплываясь в улыбке.       - С днем рождения, милый Хэнбоки. С днем рождения тебя, - закончил он, подходя ко мне совсем близко. - Загадывай желание, солнышко.       Я все еще стоял обвешанный пакетами и улыбался как дурак. Желание... "Хочу всегда быть рядом с Чанбином хёном".       Свеча потухла, оставляя нас в полной темноте.       - С днем рождения, Ликси.       - Спасибо, хён, - слезы счастья навернулись на глаза, я бросил все вещи и кинулся к нему на шею.       - Ты весь день переживал, да? - спросил Чанбин, прижимая меня к себе своей сильной рукой, а второй отводя в сторону торт, чтобы не вымазать нас.       - Угу, - я уткнулся ему в шею, вдыхая уже родной запах. - Ребята сказали, что ты плохо себя чувствуешь, тебе уже лучше?       - На самом деле, я работал весь день, чтобы завтра остаться с тобой и ты поспал спокойно, - он немного отстранился. - Даже в темноте я вижу, как блестят твои глазки.       Чанбин нежно поцеловал мои веки по очереди, отчего я покрылся мурашками.       - Держи тортик и иди в комнату, я помогу с вещами.       - Сынмин скорее всего не вернётся сегодня, они с ребятами собирались посидеть, выпить.       - Не придет, солнышко. Мы с ним договорились.       Я включил свет в комнате, поставил торт на тумбочку рядом с часами и включил музыку.       - В смысле договорились? - крикнул хёну, садясь на кровать. Он как раз появился в дверном проеме комнаты, затаскивая пакеты.       - Ну, я ему все рассказал. Тут есть что-то, что надо в холодильник убрать? Я не верил своим ушам. Мы столько скрывали это от парней, а Чанбин просто взял и рассказал?       - Хён, что все?       - Ну, прям все, - улыбнулся Чанбин. - Не переживай, ребята и так все знали.       Я вскочил со своего места.       - Что значит "знали"?       - Ликси, солнышко, спокойно, - хен скинул пакеты и, положив руки мне на плечи, усадил на место. - Я сказал Сынмину, что хочу поздравить тебя сам вечером. А он сказал мне: "Хён, не переживай, я уже договорился с ребятами, так что вы сможете побыть на едине". Я тоже очень удивился, а он посмеялся: "Неужели вы с Ёнбоком думали, что мы ничего не видим? Ваши взаимодействия сами обо всем говорят. Признались бы как Джисон и Минхо хён, сразу бы вас вместе поселили при переселении". Вот так вот.       Чанбин немного помолчал, глядя на меня, кажется, немного побледневшего. Затем улыбнулся, наклонился и чмокнул в губы.       - Не переживай, знают и знают. Ничего же против не говорят, значит, все хорошо. Лучше скажи, что делать с пакетами?       Я еще раз все обдумал и понял, что хён прав. Ничего страшного не произошло. Мы не первая парочка в группе и нас точно никто не будет осуждать.       - Надо будет потом официально рассказать все мемберам, - Чанбин кивнул, а я подошёл к пакетам. - Тут торт с трансляции, его надо убрать.       - Я уберу, отдыхай давай.       Хён достал коробку и понес в холодильник, говоря по дороге:       - Я, кстати, смотрел трансляцию. Ты такой красивый! Я улыбался все время и не мог отвести взгляд. Я вновь покраснел и улыбнулся как можно шире.       - Хён, ты постоянно меня смущаешь.       - Да кто смущает-то? - он вернулся в комнату, садясь передо мной на колени и обнимая руками за талию. - Я всего лишь говорю правду.       Я наклонился, приближаясь к его лицу.       - Спасибо тебе, - шепнул я. - Спасибо за твою любовь и заботу. Я нежно коснулся своими губами его губ, чувствуя, как по всему моему телу побежали мурашки. Хён прижал меня сильнее к себе, углубляя поцелуй. Его ладони скользнули по моей пояснице и нырнули под футболку, поднимаясь вверх по голой коже. Я почувствовал, как моей член набухает от касаний Чанбина.        Наш поцелуй становился все более страстным. Хён зубами оттягивал мою нижнюю губу, а после я посасывал его язык. Касания опьяняли, я чувствовал, как начала кружится голова.       Хён немного отстранился, глядя в мои глаза снизу вверх. Я пытался привести дыхание в порядок, но выходило плохо.       - Солнышко, сходишь в душ?       Я кивнул, облизнув губы, и ушёл. Времени на подготовку ушло не много и, накинув махровый халат, я вернулся в комнату. Чанбин лежал на кровати, уткнувшись в стену и свернувшись калачиком. Кажется, его день был трудным, потому что хен сладко спал. Я лишь улыбнулся и лег за его спину, обнимая и прижимаясь, чувствуя его прекрасный запах. Я не хотел его будить, но он все равно почувствовал мои касания.       - Я задремал?       - Угу, меня так долго не было?       - Достаточно, чтобы я смог увидеть тебя во сне, - я слышал по голосу, что он улыбался.       - И что же тебе приснилось? - моя рука, лежащая до это на его груди, поползла вниз.       - Мне снилось, что ты лежишь рядом, - мои пальцы подцепили край его футболки и я нежно провел подушечками от живота обратно к груди.       - Так, и что я делал? - ладонь сжала одну из его накаченных грудей.       - Ты..., - голос хёна дрогнул, когда я пальцем задел его сосок. - Ты был маленьким проказником.       - Почему это? - шепнул я ему на ухо, а затем провел по нему языком. Хён шумно выдохнул.       - Потому что дразнил меня, прям как сейчас, - Чанбин издал лёгкий стон, потому что я сжал пальцами маленькую горошинку на его груди.       - Ты же любишь, когда я дразню тебя, - он кивнул, закрывая глаза и растворяясь в ласках. - Покажи, как сильно ты это любишь.       Чанбин взял мою руку и переместил ее на свои штаны, туда, где они были сильно натянуты. Туда, где возбужденная плоть хотела вырваться наружу. Я сжал его член через ткань.       - Ты сводишь меня с ума, - прошептал хён, переворачиваясь ко мне лицом.       Он положил руку на мою талию и притянул к себе, впиваясь страстным поцелуем в губы. Я всегда любил его поцелую, но перед сексом они были особенно требовательны. Всегда нежный со мной хён в миг становился властным мужчиной. За это я его и полюбил.       Он посасывал мою нижнюю губу, проталкивая затем свой язык мне в рот и находя мой. Мурашки бежали по моему телу, и я вновь ощутил возбуждение. Продолжая сжимать член хёна через штаны, я начал изгибаться, стараясь потереться своим возбуждением обо что угодно. Чанбин почувствовал это и убрал мою руку, запрокидывая меня на спину и нависая надо мной.       - Ты действительно проказник. Этой ночью я хочу, чтобы ты кончил только от моих рук.       Подняв обе мои руки над головой и удерживая их там, он выцеловывал каждый миллиметр моего лица, но сколько бы я не пытался поймать его губы своими, у меня ничего не выходило. Чанбин повел свои поцелуи ниже, по шее к ключицам, распахивая свободной рукой халат и водя пальцами по моему телу. Обжигающие касания распаляли меня все сильнее и сильнее:       - Бинни, - я называл его так только когда мы занимались любовью. – Я хочу почувствовать тебя.       - Я знаю, солнышко, - прерывая поцелуи, сказал он. – Но ты меня дразнил, настала моя очередь.       Хён припал к моей груди поцелуями. От влажных касаний меня бросило в дрожь. Я чувствовал, как напрягся мой член от этих ласк.       Чанбин взял в рот вставший от возбуждения сосок и стал играть с ним языком, отчего я больше не смог сдерживать стоны.       Они были низкие, раскатистые, хён всегда говорил, что любит их слушать. От этого он возбуждается лишь сильнее. Поэтому я старался не сдерживаться, да и желания такого не возникало.       Я почувствовал, как вокруг моего соска сомкнулись зубы, заставляя меня забыть обо всем на свете и сконцентрироваться лишь на этих ощущениях. Чанбин наконец-то отпустил мои руки и теперь сжимал и крутил пальцами вторую горошинку. Свободную руку он опустил вниз и обхватил мой член, медленно водя по нему.       Мои стоны перешли в крик, я вцепился ладонями в плечи хёна:       - Пожалуйста, могу я кончить?       Чанбин ускорил движения рукой, и я сжал зубы, готовясь раствориться в ощущениях. Однако, все резко оборвалось в тот момент, когда сперма вот-вот должна была выстрелить.       Я отчаянно застонал:       - Зачем ты так, хён? Дай мне кончить!       - Я дам тебе кончить, но мгновением позже, мой сладкий, - заворковал Чанбин вставая с кровати и снимая с себя одежду.       Я хныкал, мечась по кровати. Не выдержав, я сам взялся за основание члена, желая прекратить эту пытку желанием.       - Непослушный мальчик, - сквозь зубы процедил Чанбин прям у меня над ухом и убрал мою руку с члена. – Я же сказал, что сегодня ты кончишь только от моих рук.       Он положил руки на мои бедра и резко дернул на себя, садясь на пол перед кроватью. Хён закинул мои ноги себе на плечи, а потом осторожно, будто на пробу, провел языком по моему члену – от мошонки до головки, обхватывая последнюю губами.             Чанбин нашел языком уздечку, уделяя ей особое внимание, отчего у меня затряслись ноги. Он взял мой член в рот, опускаясь на всю длину. Хён помогал себе рукой, отчего я только больше сходил с ума.                   Пальцами свободной руки он вновь начал играть с моей грудью. Я задыхался от многообразия ласк, голова уже не соображала. Мои пальцы впутались в волосы хёна, контролируя ритм его движений. Ему не пришлось долго стараться. Готовый кончить уже давно, я вскрикнул:       - Я кончаю!       Сперма прыснула из члена хёну в горло, в самый последний момент он постарался как можно глубже взять его в рот. Чанбин подождал какое-то время, пока я пришел в себя и звездочки, танцующие перед моими глазами, пропали, а после лег рядом со мной.       - Все хорошо? – тихонько спросил он, глядя меня по волосам.       - Все восхитительно, - ответил я, все ещё тяжело дыша. Моя ладонь легла на его крепко стоящий член.       - Передохни немного, я могу подождать, - хён чмокнул меня во влажный лоб.       - Я не хочу отдыхать, я хочу побыстрее доставить тебе удовольствие.       Плоть Чанбина дернулась, когда я это сказал. Мои пальцы нежно прокручивались на головке его члена, от чего хён закатил глаза. Собрав пару капель смазки большим пальцем, я провел им по уздечке, слушая рваное дыхание Чанбина. Этого было мало. Мне пришлось привстать, чтобы достать полупустой бутылек смазки. Налив ее на пальцы, я размазал жидкость по члену хёна. Я собираюсь отомстить ему.       Мои пальцы сместились с основания, на хорошо смазанную головку, пока я садился на бедра хёна. Свободной рукой я сжал плоть у основания, не давая крови циркулировать, а значит мешая кончить. Головка – самое чувствительное место, поэтому я начал ее мять, не сильно, будто катаю в руке мячик для пинг-понга.       Ноги Чанбина мелко задрожали подо мной, а руками он сжал мои бедра. Да, это то, чего я добиваюсь. Сменив движение, мой большой палец гладил уздечку снизу вверх. Хён стонал, выгибаясь в пояснице. Он уже до этого был на взводе из-за моего возбуждения, поэтому много времени не понадобиться. Я сомкнул пальцы вокруг головки и начал делать движения вниз и вверх по головке, немного сжимая ее в районе уздечки и все ещё крепко держа основание.       - Ликси, отпусти. Я не могу кончить, - жалобно сказал хён, дрожа и задыхаясь.       - Не отпущу, Бинни. Попробуй кончить так.       Я увеличил амплитуду движений, водя рукой по всей длине его члена. Я чувствовал, как она весь напрягся, желая кончить, но знал, что моя рука мешает ему. Я подождал ещё немного, глядя как хён метается подо мной, а затем резко отпустил основание, и сделал несколько быстрых движений, убирая руку. Чанбин замер и кончил с громким выкриком, пачкая спермой свой живот.       - Я тоже умею доминировать, - я нежно поцеловал его в пересохшие губы и взял салфетки с тумбочки, чтобы вытереть белесую жидкость. – Ой, хён, я совсем забыл про твой торт!       - Сейчас точно самое время, - хохотнул он.       - А что? Я проголодался, - закончив вытирать сперму, я сел на кровать и взял торт в руки. – Приборов нет.       - А ты кушай так, никто против не будет, - хен пристроился рядом и первый откусил кусок от торта, измазавшись кремом.       - Какой же ты все-таки двекки, - я засмеялся, глядя на него, и откусил кусочек следом.       Чанбин смотрел на меня глазами полными нежности и любви.                   Поразительно, а буквально пару минут назад в них полыхали огоньки похоти и желания. Хён улыбался.       - Ты доволен? – я несколько раз кивнул, тоже улыбаясь ему перепачканными в креме губами. – С Днём рождения тебя!       Чанбин поцеловал меня, слизывая крем и давая понять, что наша сладкая ночь еще не закончилась. Я ухмыльнулся:       - С Днём рождения меня!