In apple of my eye

— Ты задержался, — улыбнулся Намджун, затягиваясь сигаретой, — я думал, что он тебя не отпустит. — С чего бы ему меня держать? — усмехнулся Тэхён, расстёгивая пуговицы на танджуане. — Разговор слегка затянулся. — И что в итоге?       Тэхён улыбнулся Намджуну и отошёл к окну, где на небольшом столике стояли бутылки с алкоголем. Он плеснул себе в стакан джина и залпом его выпил, слегка поморщившись. Глаза скользили по вечернему Сеулу, который виднелся из окна, заставляя его окунаться с головой в воспоминания о прошлом. Тэхён так сильно задумался, что не услышал лёгких шагов за спиной. — Ты снова справился, сладкий, — Тэхён вздрогнул от прикосновения чужого носа к своему затылку. — Я, конечно, не сомневался в тебе, но всё же переживал. — Ты думал, что я тут же кинусь к нему в объятия?       Тэхён развернулся, оказываясь в крепком кольце рук. Он упёрся ладонями в чужую грудь и вскинул брови в немом вопросе. Горячие пальцы Намджуна скользили по его талии, задирая черную шёлковую ткань, дыхание опаляло лицо, и Тэхён гулко сглотнул, не мигая смотря в глаза Намджуну. — Конечно, я так не думал, — осклабился Намджун, пожав плечом: — Но проверить никогда не помешает. — Я рад, что заслуживаю твоего доверия.       Намджун ничего не ответил. Он сократил расстояние между ними до минимума, оттянул воротник-стойку в сторону и шумно втянул запах с шеи Тэхёна, крепче сжимая его талию, пуская дрожь по всему телу. Тэхён поморщился, его пальцы судорожно сжали ткань пиджака на плечах Намджуна, а кадык то и дело дёргался от часто сглатываемой слюны. Он прикрыл глаза, стараясь выровнять дыхание и не выдать дрожи во всём теле.       Губы Намджуна жадно вбирали кожу на шее, оставляя алеющие отметины. Тэхён чувствовал как ему в бедро упирается чужое возбуждение, и резко отстранился. — Сегодня ты завёлся быстрее, чем обычно, — широко улыбнулся он, снова отворачиваясь к столику наливая себе очередную порцию алкоголя. — А ты пьёшь больше, чем обычно, — парировал Намджун, не выпуская его из своих объятий. — Меня невыносимо возбуждает то, что он видел тебя. Скажи, какое у него было выражение лица? — Не особо дружелюбное, — поморщился Тэхён, упираясь руками в стол, от резкого толчка в ягодицы.       Идя по коридору, Тэхён с силой сжимал кулаки, пытаясь избавиться от дрожи в руках. Он застыл перед дверью, нерешительно уложив ладонь на ручку. Он прокручивал эту встречу миллион раз в своей голове. Твердил себе, что нужно держать лицо, что ничто не должно его выдать, но на деле — едва держался на ногах. Там за дверью — Хосок, и Тэхён не знал, как он будет смотреть ему в глаза. Он не знал, что сказать, не знал, как натянуть на себя маску холодного безразличия.       Тэхён давно уже привык к играм Намджуна, но сейчас он явно превзошёл себя. Душу рвало на тысячи лоскутов, и Тэхён даже представлять не хотел, что через минуту испытает Хосок. Но бежать некуда, и иного выхода у него нет, поэтому рука смело повернула ручку и открыла дверь. — Привет, Хосок-хён.       Удивительно, но голос не дрогнул, даже после того как Джин вскочил с места, смотря на него, будто на призрака. Тэхён медленно перевёл взгляд к окну, где застыл Хосок. Он видел, как его ноги подкосились, а плечи дёрнулись. Тэхён прикусил губу изнутри, замерев на месте. «Всё такой же» — пронеслась мысль в голове, заставив сердце дрогнуть и сжаться от боли. Тэхён встретился с его взглядом, утопая в собственных воспоминаниях, ему хотелось тут же броситься в объятия, если бы Хосок раскрыл их для него. Но видел лишь шокированный взгляд, холодящий душу.       Тэхён прочистил горло и шагнул к одному из кресел, смело опускаясь в него. За эти годы, он неплохо научился контролировать свои эмоции, поэтому ему ничего не стоило расслабленно откинуться на спинку и закинуть щиколотку правой ноги на колено левой. — Джуни хотел, чтобы я навестил тебя, — нарочито ровным тоном начал он. — Он считает, что я лучший вариант, чтобы вести с тобой переговоры, Хосок-хён. Не буду долго расшаркиваться и перейду сразу к делу. Нам нужны обратно наши порты, надеюсь, мы сможем договориться… — Тэхён…       Голос Хосока звучал глухо и почти безжизненно, заставляя сердце Тэхёна биться так часто и сильно, что он задыхался. — Да, Хосок-хён?       Тэхён наконец нашёл в себе силы поднять на него взгляд. Хотелось подойти, несмело взять за руку и рассказать всё. О том, как скучал, о том, как сильно винит себя во всём. Но Тэхён не шевельнулся — ещё слишком рано, Хосок окончательно должен в нём разочароваться. — Т…ты жив… — Бывают огорчения, — усмехнулся Тэхён, — так что? Мы поговорим?       Сжимая обивку ладонями, Тэхён наблюдал, как Хосок, на негнущихся ногах идёт к своему столу и опускается в кресло, не отрывая от него глаз. Это место так идёт Хосоку. Он больше не похож на того бандюгана из подворотни, который отжимает последнюю копейку у прохожих. Хосок стал элегантней, взрослее; и Тэхён всей душой гордился им. Его сердце обливалось кровью, из-за того, что не может приблизиться, но душу разрывало радостью от встречи, пусть и такой странной. — Чего ты хочешь? — осипшим голосом спросил Хосок, не мигая смотря на него. — Порты. И Северный тоже. — Джин, — позвал Хосок, не отрывая взгляда от Тэхёна, — отзови людей. — Хённим! — Что-то ещё? — перебил возглас Хосок. — Нет, это всё, — Тэхён медленно поднялся с кресла, поправляя смявшийся шёлк на талии.       Он хотел как можно скорее убраться отсюда, чтобы не выдать свои дрогнувшие губы и покрасневшие глаза, но фраза Хосока заставила его замереть: — У меня есть условие.       Тэхён медленно обернулся, встречаясь с пристальным взглядом. — И какое?

***

— Не томи меня, сладкий, — Намджун с силой сжал его шею, притягивая спиной к своей груди, — расскажи мне всё. — Он сказал, — Тэхён поморщился, но прогнулся в талии, потираясь ягодицами о чужой пах, — что если ты хочешь что-то получить, то тебе нужно самому прийти к нему и умолять, валяясь в ногах. — Так и сказал? — Слово в слово.       Тэхён знал, что ходит по краю, но иного выбора у него не оставалось. Всё это время он жил в ожидании доверия со стороны Намджуна, купаясь в кошмарах того злополучного дня. Всё случилось слишком резко и больно, так, как описывают в самых жестоких книгах. Тэхён бы ни за что в жизни не поверил, что с ним — обычным студентом экономического факультета, может приключиться подобное. Тогда он был в полнейшем отчаянии, ему было страшно, и сердце замирало от ужаса, но теперь в душе осталась лишь пустота и желание защитить самых близких. — Не волнуйся, — Намджун наконец ослабил хватку и отошёл к окну, вглядываясь в покрытую мутными сумерками улицу. — Он совсем скоро прибежит ко мне сам. Сказать почему? — Просвети, — Тэхён, наполнил стакан очередной порцией креплёного джина. — Ему нужен ты, — Намджун оглянулся, повернувшись вполоборота, и широко улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках, отчего по телу Тэхёна снова помчалась крупная дрожь. — Я показал ему самый вкусный кусок пирога, и он не сможет от него отказаться.       

***

      Ровно два года и девять месяцев назад, Тэхён шёл к себе домой с чётким желанием поговорить с Хосоком. На дворе стоял промозглый октябрь, позёмка закручивала редкий снег, и забиралась под самую кожу, заставляя крупно дрожать.       Ужасный акцент заставил его замереть в ужасе и резко развернуться. Намджун, как всегда, одетый с иголочки в дорогой костюм, стоял под фонарным столбом и с улыбкой смотрел на него. Тэхён хотел убежать в ту же секунду. Он не знал всех прелестей преступного мира, но понимал, что Намджун пришедший к нему посреди ночи с двумя крупными подчиненными, вряд-ли попытается пригласить на поздний променад. — Ах, Тэхён-Тэхён, и что же нам с тобой делать? — Намджун шагнул к нему навстречу, играясь пальцами с металлической зажигалкой, звуки затвора которой озаряли пустынную ночную улицу. — О чем вы говорите? — Тэхён сглотнул тугой ком и сделал шаг назад: к подъезду, судорожно бегая глазами по лицу напротив. — Мне так нравится твоё лицо, и так не хочется тебя убивать, — негромко тянул Намджун, продолжая крутить зажигалку. — З-зачем вам меня убивать? — Вот и я задаю себе тот же вопрос! — вскинул брови Намджун, искренне выражая удивление. — Зачем мне тебя убивать? — он медленно приближался к Тэхёну. — Ты красивый, умный, высокий. Идеальный.       Намджун подошёл совсем близко, кончиками пальцев убирая выбившиеся пряди с чужого лба, и широко улыбнулся, отчего Тэхён шумно сглотнул. — Поэтому, — продолжил Намджун. — Если ты хочешь сохранить жизнь себе и своему… парню, — он скользнул взглядом по окнам третьего этажа, — сейчас ты пойдёшь со мной. Хорошо? — Я… — Тэхён снова отступил, силясь сохранить дистанцию. — Я не понимаю. — Ну что ж тут непонятного? — Намджун склонил голову набок. — Тебя трахает мой конкурент, и судя по всему не просто трахает. Тогда в баре я думал он меня взглядом испепелит, когда я проявил к тебе интерес. — Он наклонился к уху Тэхёна: — Этот ублюдок любит тебя. — Всё совсем не так, — пролепетал в ответ Тэхён. — О, мы оба знаем что это правда.       Сердце Тэхёна застучало сильней, гулом отдавая в уши. Он чувствовал холод ползущий по спине, предупреждающий об опасности. Во рту пересохло, а дыхание стало чаще, отчего губы Тэхёна неприятно стянуло. Не думая ни о чем, он с силой оттолкнул от себя Намджуна и бросился бежать со всех ног, стараясь как можно скорее добраться до ближайшего тёмного переулка. Единственная мысль, которая билась в его голове, была о том, что нужно во что бы то ни стало выжить, спасти свою шкуру и предупредить Хосока, но крепкие руки, обхватившие его поперёк талии, заставили громко вскрикнуть. — В машину его, — сквозь панический страх расслышал Тэхён. — Отпусти! Отпусти меня! — Тише, сладкий, — подал голос бугай, удерживающий его. — Чем сильней сопротивляешься, тем больнее тебе будет. Господин любит строптивых, но не тех, кто кусается. — Отсоси хуй у моей бабки! — взвизгнул Тэхён в ответ, стараясь разжать плотное кольцо рук. — Хах! Ты слышал это? Такой милаш, — рассмеялся Намджун открывая заднюю дверь фургона, стоявшего чуть поодаль. — Кийото, стяни-ка с него одежду. — Нет! — пуще прежнего завопил Тэхён, засучив руками и ногами ещё активнее, но подошедший второй бугай, мигом его обездвижил, с силой сдавив тонкую шею.       Тэхёну не хватало сил сопротивляться, и всё, что ему оставалось делать, это негромко поскуливать от грубых движений, когда с него срывали одежду. Ощутив сполна все прелести октября, Тэхён сжался в тисках чужих рук, безуспешно пытаясь их разжать. Он открыл глаза и картина, развернувшаяся перед ним, заставила его орать во все горло. Кийото, тот бугай, который стянул с него одежду, сейчас натягивал её на безвольно лежащего на асфальте парня. По цвету лица несложно было догадаться, что парнишка мёртв, и от этого сердце Тэхёна сделало кульбит, заставив его ещё упорней вырываться.       Слёзы, не слушаясь хлынули из глаз, Тэхён брыкался, бился изо всех сил, что у него были, но всё было безуспешно. — Господин, может вырубим его? Он сейчас всю улицу перебудит. — Посади его в фургон, он просто замёрз. Посмотри, как дрожит. — Пусти меня, сука! — Такой красивый, но так грязно ругается, — цокнул Намджун, проталкивая продрогшее тело глубже в фургон и усаживаясь рядом. — Тебя следует научить манерам, — он провел горячей ладонью по бедру Тэхёна, останавливаясь у кромки трусов. — Думаю, первый урок тебе очень понравится.       Не дожидаясь ответа, он резко ухватил Тэхёна за подбородок, поворачивая его лицо к окну, в котором хорошо было видно их с Хосоком подъезд. Подчинённые Намджуна легко ухватили бездыханное тело незнакомого парня и, коротко переговариваясь, скрылись за металлической дверью. Время тянулось бесконечно, Тэхён часто всхлипывал, дрожа всем телом и пытаясь ослабить хватку на своём лице, но Намджун не был снисходителен. Он тяжело дышал, прижимаясь грудью к Тэхёну и изредка улыбался, словно обезумевший маньяк рассматривая его. Спустя некоторое время, мужчины вывалились из подъезда и быстрым шагом двинулись к фургону, усаживаясь на передние сиденья.       Яркая вспышка в окнах его квартиры, заставила Тэхёна крупно вздрогнуть и в ужасе открыть рот. Его взгляд судорожно метался от третьего этажа к Намджуну, и понимание того, что происходит заставило молить остановиться. Он цеплялся неслушающимися пальцами за запястье чужой и словно в бреду шептал перестать. Тэхён наконец понял, для чего с него сорвали одежду, его не хотели опорочить. Они хотели, чтобы Хосок сошёл с ума. На задворках сознания крутилась мысль, что для Хосока он не так важен, что его едва ли тронет, но на самом деле Тэхён знал и чувствовал, что для Хосока он нечто большее, чем временная договорённость. — Смотри внимательно, — усмехнулся Намджун, — представление только начинается, сладкий.       Звуки сирен и крики толпы, подбирающейся к дому, доносились до Тэхёна будто из-под воды. Он уже перестал сопротивляться, и только ужас в его глазах отражался ярким оранжевым пламенем. Казалось, прошло несколько часов, пожарные сновали перед носом фургона, не обращая на него никакого внимания. Они тушили огонь оперативно и быстро, но старое здание, отделанное дешёвым материалом, не желало расставаться с пламенем из-за чего работа затягивалась. — А вот и главный герой, — Намджун слегка встряхнул Тэхёна, привлекая его внимание к подъехавшему автомобилю. —Хосок… — одними губами прошептал Тэхён, увидев, как тот прытко выскакивает из машины.       Он слегка прихрамывал и держался ладонью за бок, но это не мешало ему раскидать по сторонам зевак и пожарных. Тэхён понял, что сейчас произойдёт. Он был уверен, что Хосок не мешкая ринется в пылающий подъезд. В груди поднялась непередаваемая паника, сердце обеспокоенно забилось о ребра и вдоль спины помчался невероятно обжигающий жар. —Хосок! — что есть сил крикнул Тэхён, вырываясь из стальных тисков Намджуна.       Он толкнул его в сторону, босыми ногами отталкиваясь от кожаного сиденья. Тэхёну почти удалось открыть дверь, он сорвано дышал и раз за разом выкрикивал одно единственное имя. Тэхён даже не думал о том, как выглядит, не думал и о том, что произошло утром, единственной целью сейчас было постараться не дать Хосоку увязнуть с головой в этом обмане. —Трогай! — сдавленно прикрикнул Намджун, сжимая одной рукой разбитый нос, другой хватая Тэхёна за лодыжку. — Хосок!

***

— Хосок… — негромко проскулил Тэхён в подушку, так, чтобы не уловил Намджун.       Он зажмурился, почувствовав влажную грудь на своей спине, и облегчённо выдохнул, снова утыкаясь лицом в подушку. По бёдрам на простыню стекала неприятная влага, всё тело ныло, и Тэхён хотел бы отдаться в лапы тягучего сна, но как назло слышал, как Намджун поднимается с кровати и громко шагает, пусть на полу и лежал мягкий ковролин. Из-за двери доносились приглушенные голоса обслуживающего персонала, и Тэхён что есть сил старался к ним прислушаться, но шум собственной крови в голове мешал сосредоточиться. Он перевернулся на спину и вперил опустошенный взгляд в потолок. Пот на теле понемногу остывал, заставляя кожу покрываться крупными мурашками из-за приоткрытой балконной двери. Тэхён повернул к ней голову и медленно скользнул взглядом по обнажённой спине Намджуна. Вдоль позвоночника ползла чёрная змея, её раздвоенный язык кончиком ласкал основание шеи, а красные глаза прожигали взглядом и, казалось, неотрывно следили за Тэхёном. Эта тату очень подходила Намджуну. Она полностью описывала его двойственную склизкую натуру. Тэхён всегда считал его чудовищем, и Намджун был им на самом деле. — Ты должен научиться быть сильным, сладкий. — Пожалуйста, прекрати.       Тэхён резко сел в кровати, зажимая основаниями ладоней глаза, эти воспоминания до сих пор вызывали в нём уйму боли, но меж тем, они сделали его сильней. Тем, кто больше никогда не проронит ни одной слезы, тем, кто больше не вскрикнет при виде мёртвого тела. Тэхён и сам стал монстром.

***

      Опираясь спиной на старый пошарпанный от времени кирпичный забор, Тэхён стоял неподвижно и медленно тянул сигарету. У его ног расстелился ковёр из окурков, но он и не думал уходить. Его взгляд смотрел сквозь стекла солнцезащитных очков на неприметное трёхэтажное здание. Глаза слегка пощипывало, он то и дело подносил фильтр ко рту, стараясь ухватить его дрожащими губами. Его безумно тянуло туда, хотелось вновь подняться на третий этаж, зайти в уютное место, которое он когда-то называл своим домом, зарыться с головой в одеяло и забыться беспробудным сном, очнувшись в том моменте, когда самой важной проблемой для него было закрыть семестр так, чтобы его не лишили стипендии.       Намджун не оставил его без образования. Тэхён мог похвастаться дипломом финансиста университета Осаки. Только имя в нём было совершенно другое, ведь Ким Тэхён умер два года и девять месяцев назад именно в этом месте.       Взгляд вновь скользнул по окнам, и он наконец сделал несмелый шаг. Глаза зацепились за низкий металлический заборчик, чуть обшарпанный от времени, память тут же услужливо воспроизвела в голове образ отъявленного бандита, сидящего на нем и крутящего в руках чужой бумажник, Тэхёну как и тогда, захотелось подойти и вырвать из рук свою собственность, но он лишь раздражённо откинул в сторону окурок, вспоминая, что бумажник сгорел в огне вместе с единственной фотографией его родителей.       Дом пустовал, как и три года назад, видимо с криминальной обстановкой в этом районе всё оставалось так же, как и раньше. Шаги Тэхёна эхом отражались от пыльных стен, которые хранили так много воспоминаний, что дыхание сбивалось. Он старался не касаться их, чтобы не оставить следов, но на деле боялся лишь того, что память снова унесёт его к тем горячим поцелуям, которые сводили с ума. Намджун так не целует. Он целует грубо, прикусывает губы, вторгаясь языком так глубоко, что глаза начинают слезиться, но Тэхён готов принимать грубость лишь от одного человека. Того, кому оставался верен все эти годы, не физически — душой. Тот, кто всегда был во снах, перманентно улыбаясь и даря зыбкое тепло, которое с рассветом рассеивалось. Он остановился напротив знакомой двери, медленно скользя воспалённым взглядом скрытым очками по гладкости металла. Тэхён не видел следов пожара, и даже был этому рад, потому что не уверен, что сдержал бы маску непринуждённости, если бы на стенах увидел следы копоти.       Он стоял долго, не мигая смотря на кодовый замок. Из окна подъезда доносились редкие перекрики прохожих, гудки клаксонов и шум летнего знойного ветра, играющего с листьями деревьев. Тэхён не реагировал ни на что, его рука медленно тянулась к замку, в желании набрать код, в котором он не был уверен. Кадык скользил сверху вниз, натягивая смуглую кожу, рука крупно дрожала, капли пота скопившиеся на лбу скользили к кончику носа. Он всего лишь попробует, ничего не произойдёт. Но дверь внезапно отворилась.       Тэхён сделал шаг назад, пугливо поднимая голову, и подавился спёртым пыльным воздухом. На него смотрел Хосок. В его взгляде читалась буря эмоций, которые Тэхён не смог бы описать, даже если бы очень захотел. Рука все ещё была протянута вперёд, и Хосок немедля её схватил. Тэхён замер на секунду, чувствуя обжигающую ладонь на запястье. Он замешкался, потерялся, всё время прожитое без этих прикосновений улетучилось, истёрлось в пыль. Тэхён снова тот улыбчивый бармен, млеющий от сладких поцелуев, изгибающийся от будоражащих прикосновений и утопающий в нежности грубого мужчины. Он снова тот, кому ничего не нужно кроме этих глаз, горящих страстью. Его уносит всё дальше и дальше: бегущие по спине шершавые пальцы, мешающие печатать доклад; дешёвый календарь из минимаркета у дома; посиделки в дорогущем ресторане традиционной корейской кухни; редкие переглядки в баре, чтобы никто не заметил; дурацкая ночь, которую Тэхён мечтал бы забыть; и яркое пылающее пламя, в которое не мешкая рвётся Хосок. Тэхён вырвал руку и отступил на шаг назад. — Ты обещал, что мы поговорим, — голос Хосока был тихим, но Тэхёну показалось, что он кричит. — Не сейчас. — Ты сам пришёл сюда. — Я пришёл не к тебе. — Тогда к кому? — Что ты здесь вообще делаешь? — взгляд Тэхёна скользнул за спину Хосока. Он удивлённо вскинул брови, увидев, что почти ничего в его квартире не поменялось. — Это мо… квартира Тэхёна. — Ты Тэхён. — Ты не прав, Хосок-хён, Тэхён давно умер. Здесь. — Что он с тобой сделал, Крошка?       Голос Хосока зазвучал ещё глуше. Он сделал шаг навстречу, повлажневшим взглядом изучая лицо Тэхёна. Дрожащая горячая рука невесомо прикоснулась к волосам, скользнула вниз, касаясь медовой кожи на лице. Сердце забилось так часто и больно, руки дрогнули в желании остановить эту пытку, но Тэхён не стал. Он смотрел в ответ на Хосока, видя как на нижних ресницах его глаз скапливается влага, и чувствовал эту боль, которая сквозь кожу сочилась из него. — Прости, Хосок-хён, мне нужно идти.       Его голос всё же дрогнул, и чтобы не терять самообладания, Тэхён, как можно скорее, решил ретироваться. Он развернулся к лестнице, желая убраться отсюда, но рука Хосока легла ему на плечо, останавливая трусливый побег. — Постой так минуту, — прошептал Хосок, прижимаясь грудью к его спине.       Дрожащие руки скользнули по талии и сжались в кулаки на уровне живота, лоб Хосока уткнулся ему в плечо, отчего спина напряглась так сильно, что Тэхёна действительно парализовало на секунду. Он чувствовал как часто бьётся сердце Хосока в унисон с его, как тонкий шёлк танджуана намокает от горячей влаги, как Хосок часто дышит, даже не пытаясь скрыть истерику. Его разрывало на части от боли, которую он причинял Хосоку, ведь как никто чувствовал её сам. Но с этим ничего нельзя поделать, пока в их жизни есть Намджун.

***

      Он медленно открыл опухшие глаза, слегка щурясь от утреннего солнца, что проглядывало сквозь жалюзи. Вчера Тэхён не сдержался, но не позволил, чтобы хоть кто-то увидел его молчаливую истерику. Сидя в горячей ванне, он тёр тело мочалкой, пытаясь отмыться от грязи, хотя понимал, что грязь — это и есть он сам. Ему было стыдно, что Хосок прикасался к нему, что так жадно вбирал ноздрями запах чужого мужчины с его тела, и что всё ещё показывал, то что готов до последнего быть тихим и уютным местом для него одного. Тэхёну не позволено было кричать или захлёбываться слезами — Намджун бы обязательно услышал, поэтому он до красных отметин стирал свою кожу жёсткой мочалкой.       Он повернулся на бок и удивлённо вскинул брови, увидев, что Намджун неподвижно сидит в кресле, сжимая в руках мобильный телефон. Тэхён медленно сел в кровати и подогнул ноги под себя, приглаживая растрёпанные волосы. — Что-то случилось? — негромко спросил он, прочистив горло. — Ты какой-то возбуждённый. — Случилось. — Довольно резко ответил Намджун, прикусывая кончик ногтя на большом пальце.       По спине промчался холод, если Намджуну доложили где вчера был Тэхён — ему несдобровать. Лопатки заныли от фантомной боли. — Мне звонил Иори. Доки в Токио обчистили. Блять!       Намджун вскочил с кресла, а Тэхён мелко вздрогнул, видя как сильно он обозлился. Но меж тем облегчённо выдохнул. Ему будто помогает сама грёбаная карма. — И что ты планируешь делать?       Тэхён неспешно поднялся с кровати, подошел к столику у окна и наполнил стакан водой из графина. — Ты летишь в Токио, сладкий. — Что?! — подавился Тэхён, резко оборачиваясь. — А кто останется здесь? — Я сам разберусь с Чоном. Тебе нужно выяснить какая крыса посмела. Чёрт! Никто ведь не знал! — Ты не сможешь здесь ничего решить, — возразил ему Тэхён, и Намджун тяжело на него взглянул. — Как только ты появишься в его поле зрения — он тебя прикончит и слушать не станет. Меня же не тронет. Джуни, — Тэхён подошёл к Намджуну, укладывая ладони на его плечи. — Доверься мне, я не подведу.       Лоб Намджуна напрягся, брови свелись к переносице. По его лицу было видно, что он судорожно о чём-то думает, и Тэхён мечтал, чтобы он думал в нужную ему сторону. Слегка улыбнувшись, он привстал на носочках и прикоснулся к скуле лёгким поцелуем. Он ласково потёрся носом о двухдневную щетину, и окольцевал шею, сжимая ладони в кулаки. Спустя минуту плечи Намджуна расслабились. Он склонился к Тэхёну, утягивая его в глубокий грубый поцелуй. Тэхён поморщился от пальцев, которые больно сжали кожу на талии, но всё же улыбнулся в чужие губы, когда Намджун подтолкнул его в сторону кровати.       Тэхён уже не мог дождаться, когда Намджун взойдёт по трапу и скроется в самолёте, поэтому со всей покорностью и страстью, которую смог изобразить, отдавался в его руки раз за разом, жмурясь от дикой тошноты и боли. Он царапал ногтями змею на спине, оставляя в ней глубокие кровавые рытвины, мечтая хоть немного отплатить за боль и дожить до своего главного возмездия, которое было уже не за горами.

***

— Господин Тэкеши, какие указания будут дальше?       Тэхён медленно обернулся к невысокому японцу, который оформлял все портовые и таможенные бумаги, и затянулся сигаретой. — Придержите все отправки, необходимо сменить номера счетов и юридические адреса. Нужно заняться этим как можно скорее, чтобы не задерживать трафик. — Подожди, — прервал его Кийото, поднимаясь со стула, отчего места в, и так маленьком кабинете, стало ещё меньше. — Я что-то не слышал таких указаний от господина. — Хочешь поспорить? — широко улыбнулся Тэхён. — Хорошо, давай. Можешь позвонить Намджуну и убедиться сам. Думаю, он будет безмерно рад и благодарен твоему звонку, когда ты побеспокоишь его в процессе разгребания дерьма.       Кийото всё ещё продолжал смотреть на Тэхёна сощурив глаза. Тэхён знал, что этот мужлан никогда не доверял ему. Он был не единственный с таким отношением, но единственный, кто безжалостно доказывал это кулаками. Тэхён не будет спорить, что до сих пор ощущает кровь на языке от его ударов, но теперь уже не боится. Не боится после того, как после долгих и упорных тренировок отомстил ему как следует. — Нас обнесли в Токио. Вынесли док подчистую, как будто это не самое защищенное место, а местный супермаркет в период скидок. — Закатив глаза, объяснил Тэхён. — Думаешь Намджун просто так притащил сюда своего доверенного бухгалтера и велел сменить счета? Какой же ты тупой, Кийото. Тебе бы только кулаками махать. — Не зарывайся, — прорычал Кийото в ответ, сжимая кулаки. — А то что? — Тэхён сделал шаг к нему, вопросительно вскинув брови. — Ударишь меня? Или что похуже? Попробуй, — он широко улыбнулся, — а потом я посмотрю, как Джуни разделает тебя на лоскутки и заставит их сожрать. Я сам лично об этом попрошу. Хочешь?       Кийото промолчал. Он знал, что Тэхён слов на ветер не бросает, поэтому мигом забыл все свои претензии, тяжёлым мешком опускаясь обратно на неудобный стул. — Нужно сменить счета и адреса, — будничным тоном повторил Тэхён, прикуривая новую сигарету. — Чем быстрее тем лучше. — Да, господин Тэкеши.