Твои мысли сейчас

Они стали лучшими друзьями, когда учились в пятом классе. Вместе затевали пакости другим ученикам, по очереди готовили домашнее задание, чтобы друг у друга списать, наперебой кадрили девчонок, дергая их за косички (искренне веря в то, что так привлекают к себе внимание) и хихикая над реакцией, быстро убегали по школьным коридорам, прячась в классах или мужских туалетах. Допоздна играли дома в плейстейшн, пока родители не начинали ругаться. Гоняли мяч во дворе с другими ребятами и сбегали из дому через окно поздней ночью, чтобы посмотреть на звезды и луну, лежа на траве, и слушать музыку с одними на двоих проводными наушниками. Всегда и во всем поддерживали друг друга, как девчонки сплетничали о свиданиях и первых поцелуях. Пусть в школьные времена ни у кого из них не было серьезных отношений, но ухаживать за красивым противоположным полом вошло в их привычку, поэтому они в какой-то степени были даже соперниками, в шутку споря кому из них досталась девчонка красивее. В седьмом классе между ними впервые произошла серьезная драка из-за банального недопонимания. Они, конечно, помирились позже, все прояснив, ведь считали себя «бро на века», но чтобы подобных ситуаций больше не возникало, пообещали никогда друг другу не врать. Примерно в то время Тэхён и предложил Чонгуку задавать один единственный вопрос, на который нужно отвечать стопроцентную правду, какой бы она ни была: «Твои мысли сейчас?», то есть именно в это самое мгновенье, в эту секунду. Так они начали сближаться еще больше, узнавали друг о друге те факты, о которых не знали ранее. Эта фраза стала использоваться настолько часто, что к концу десятого класса они знали друг о друге абсолютно все. И, конечно же, не было никаких секретов и тайн.

— Твои мысли сейчас?

— Хочу вон ту девчонку позвать на свидание.

— Твои мысли сейчас?

— Думаю, что хочу перекраситься в блонд.

— Твои мысли сейчас?

— Вчера я впервые подрочил, теперь думаю только об этом.

— Твои мысли сейчас?

— Какой попкорн ты любишь?

И еще сотни таких вопросов с честными ответами, которые звучали без какой-либо заминки. И если раньше все эти ответы давались легко, то сегодня, впервые в жизни, было слишком стыдно ответить правдиво… — Эй, так нечестно! Ты опять выиграл! — Тэхён по привычке после проигрыша всегда негодует, опустив джойстик, а Чонгук глумится над ним, громко смеясь. — Ты никогда меня не обыграешь, лузер! — друг толкает Тэхёна в плечо легко, но тот наигранно падает на бок, стискивает зубы, чтобы не спалить свою улыбку, так старается казаться обиженным. — Хоть бы раз поддался! — бубнит себе под нос, встает с кровати и хочет уйти домой. Вернее делает это напоказ, на самом же деле готов продолжать игру у Чонгука дома хоть до позднего вечера, пока его родители не придут с работы, тем более уроки они уже все сделали, завтра выходной и они планировали погулять с друзьями. — Не дождешься! — перехватывая друга за запястье, чтобы тот не свалил раньше времени. Чонгук знает, что друг лишь делает вид обиженного мальчика, но несмотря на это тянет его обратно на кровать, кивая на джойстик. Хочется еще поиграть. — Дай мне выиграть хоть раз, — стараясь сохранять обиженное выражение лица, просит Тэхён, на что получает ехидное и протяжное «не-а, будем играть по правилам». Действительно. По правилам… Да Чонгук никогда не играет по правилам, что собственно Тэхён и озвучивает, на что его друг, смеясь, отнекивается и продолжает обзывать Тэхёна лузером. — Ах так! — вскочив на ноги и забавно уперев кулаки в бока. — Рожу попроще сделай, — смеется Чонгук, когда Тэхён хмурится и выпячивает нижнюю губу. — Не поддашься значит? — медленно приближается к другу и упирается коленками о край кровати. — Не-а, — издевательски тянет, развалившись на кровати и упираясь о свои локти. — Защекочу, — играет бровями, довольно улыбнувшись, и сверкает своими белыми зубами, ставя одно колено на кровать. — Нет, только не щекотка… — Чонгук ползет локтями выше, помогая себе пятками, вскрикивает громко, когда друг хватает его за лодыжку и тянет обратно, наваливается сверху слишком быстро, седлая его бедра и принимается нещадно щекотать. Тэхён продолжает беспощадную пытку, кажется, целую вечность, терпеть это становится уже невыносимо, Чонгук в самом прямом смысле задыхается от смеха, заполняющего всю комнату. Он старается защищаться, но понимает, что больше не может, сквозь смех кричит громко: — Тэ… Прекрати… Пожалуйста… Я не могу больше… Но друг лишь удобнее устраивается на Чонгуке, сжимает крепко бедрами тонкую талию и хохочет пуще прежнего, пытаясь пробраться ловкими пальцами в подмышки Чонгука, тот изо всех сил прижимает руки к груди, не пропускает, хочет согнуться пополам, потому как от смеха дыхание спирает. Поняв, что терпеть щекотку Чонгук действительно больше не может, старается поймать руки Тэхёна, который всячески уворачивается, но ему все же удается схватить чужие запястья, крепко сжав их своими ладонями. Упор о кровать пяткой и Чонгук меняет их местами, заводит руки друга над головой, вжимая их в постель, сам всем весом своего тела придавливает чужое. Они продолжают хохотать, шумно и быстро дышат, не осознавая пока в полной мере всю нелепость ситуации. Чонгук сквозь смех хитро проговаривает «вот ты и попался, Тэ» лишь после этого обращая внимания на то, насколько непозволительно близко, даже для лучших друзей, находятся их лица. Чонгук ждет, что Тэхён начнет сопротивляться, вырываться из стальной хватки, но тот лежит расслабленно и смотрит в глаза. Слишком долгий зрительный контакт, за который оба успевают выровнять дыхание, а улыбки постепенно сходят на нет, взгляды становятся более серьезными, между ними словно появляется некое напряжение или неловкость, которого раньше никогда не было. Это ощущается непривычно, впервые, а неуверенный голос Тэхёна заставляет думать о том, что продолжение фразы будет звучать по типу той, что Чонгук тяжелый, но точно не это он ожидал услышать: — Гук… Чонгук ждет. Действительно ждет слов о том, что он тяжелый и уже пора бы слезть с друга, но отчего-то не хочется этого делать. Хочется сейчас совершенно не этого и промелькнувшая в голове мысль пугает не на шутку. — Твои мысли сейчас, — впервые звучит из уст Тэхёна не как вопрос. — Нет, Тэ. Прошу, не нужно… — сам не знает по какой причине переходит на шепот, но это впервые, когда ему страшно озвучивать другу свои мысли, они уж точно не должны быть сейчас в его голове. Но они есть — это факт. Очень странный, но факт. — Гу-ук, — серьезно. Тэхён хмурится, недоволен тем, что Чонгук пытается от него скрыть истину своих мыслей в данное мгновение. — Я хочу поцеловать тебя, — на одном дыхании выпаливает и совершенно не ожидает мгновенного ответа, прозвучавшего без единого намека на шутку. — Так целуй. — Но… — Гук! И Чонгук целует. Преодолевает это ничтожно малое расстояние между ними слишком быстро, впечатывается своими губами в губы друга, совершенно не думая о том, как это может выглядеть со стороны. Тэхён отвечает сразу, не сопротивляется, лишь рот шире открывает и Чонгук, наклонив чуть голову, меняет угол, чтобы сделать поцелуй более глубоким. Бесстыдно просовывает свой язык в рот Тэхёна, сплетается с чужим языком, обмениваясь обильной слюной и превращая дикий поцелуй во влажный и пошлый. Ладони сами скользят по чужим предплечьям, освобожденные руки друга вмиг оплетают шею, притягивают еще ближе и Чонгуку кажется, что он падает в бездну. Голова начинает кружиться, это определенно его самый лучший поцелуй в жизни. Он пробуждает все нутро, пускает мурашки по позвоночнику, заставляет дрожать всем телом, которое откликается слишком ярко. Волна возбуждения проходит по организму, добираясь плавно до паховой зоны, Чонгук не в силах остановить это безумие, чувствует, как томно начинает тянуть внизу живота, член тяжелеет, наливается кровью все больше и, совершенно от себя не ожидая, Чонгук начинает тереться пахом о пах Тэхёна. Тот так хорошо сжимает пальцами его волосы, приятно тягучая боль, от которой, кажется, нет уже спасения. Осознание того, что друг тоже возбуждается, резко бьет по затуманенному мозгу, позволяя прийти в чувства и принять реальность происходящего. Так не должно быть. Они ведь лучшие друзья, что же они вытворяют? Чонгук слишком резко отстраняется, заглядывает в прикрытые глаза Тэхёна, тот кончиком языка проводит по губам, закусывает нижнюю и смотрит с нежностью, что совершенно не вяжется с тем безумием, которое было секундами ранее. Это сбивает с толку. Чонгук молча поднимается на ноги и нервно начинает ходить по комнате, не обращая внимания на то, как друг его сидит на краю кровати и с волнением наблюдает за происходящим. — Гук. Игнор. Полный игнор. Чонгук не слышит его. У него шум в ушах и колом стоящий член в штанах, который находится в полной боевой готовности. И на кого? На лучшего друга? — Чонгук! Совершенно неправильно. Почему Тэхён не оттолкнул? Почему ответил на поцелуй? Почему даже не удивился, когда Чонгук озвучил свои мысли, пришедшие неожиданно в голову? Почему не остановил? Почему не посмеялся? — Эй! — Тэхён взволнованно хватает Чонгука за запястье, привлекает его внимание, смотрит испуганно. Чонгук не может поднять глаза, смотрит в пол, остановившись на месте словно вкопанный. В голове набатом бьет мысль неправильности произошедшего. Первая горячая слеза стекает с уголка глаза и совершенно непонятно почему. Чонгук плакал в последний раз, когда ему было лет семь. Что происходит вообще? Теплые ладони касаются щек, приподнимают голову, заставляя поднять взгляд. И очень трудно сейчас отчего-то это сделать, но он смотрит. Смотрит в карие омуты, впервые чувствуя, что тонет в них. К лицу приливает жар слишком спешно, высохшие губы плавно смачиваются языком, и Чонгук совершенно не понимает, что с ним происходит. Он словно не контролирует и не осознает что делает. — Твои мысли сейчас, Гук? — тон его голоса низкий, с лёгкой хрипотцой. Чонгук улавливает в вопросе волнение, только собственный голос совершенно подводит, дрожит отчего-то. Чонгук никогда не был размазней и ему чертовски стыдно, что друг сейчас его видит таким. — Это неправильно. То, что произошло сейчас. — Кто тебе это сказал? — без какой-либо претензии, с лёгкой улыбкой. — Иди сюда. Тэхён притягивает Чонгука за шею, обнимает крепко и они стоят так, кажется, вечность. Собственные ладони неконтролируемо ложатся на чужую талию, сжимают в пальцах ткань футболки, а рука Тэхёна давит на затылок, прижимая лоб Чонгука к своему плечу. — Успокойся, Чонгук, — шепот то ли в висок, то ли в волосы — невозможно понять, но с такой нежностью, что заставляет прижаться еще ближе, словно ища поддержки, правильных слов и Тэхён дает ему это. — Ничего плохого не случилось. Это порыв, который, по всей видимости, понравился нам обоим. В этом нет ничего неправильного, Гук. Мы сейчас успокоимся, придем в себя и все обсудим. Позже, возможно, посмеемся оба над этой ситуацией. Но все же поговорим на эту тему. Не знаю, что ты почувствовал, но мне было очень хорошо. Никогда и ни с кем я такого ранее не ощущал и мне очень важно узнать, что почувствовал ты. — Я сбит с толку, — лишь всхлипывает тихо. — Поверь, я тоже. Но ведь мы честны друг перед другом, да? — Тэхён ведет назад плечом, намекая на то, чтобы Чонгук поднял голову. Они смотрят в глаза друг другу и понимают одно: Понравилось обоим. — Да, — кивает Чонгук. — Мы честны друг перед другом. И у меня встал на тебя, как бы странно это ни казалось, — он усмехается сам себе, тому, насколько легко всегда было говорить с Тэхёном на откровенные темы. На любые темы легко. Всегда. — А у меня встал на тебя, — усмехается в ответ. — И что дальше? Займемся сексом? — А ты хочешь этого? — А ты? — Гук. — Не знаю. Честно. — Я бы хотел попробовать. — Мы же друзья, Тэ. Мы оба парни. — Если мы оба хотим этого, то какая разница кем мы являемся? — А что, если нам понравится? — Значит мы больше не будем лучшими друзьями. Тэхён говорит это так легко, а Чонгук сглатывает. Как это, не будем друзьями? — Мы станем парой, — заметив волнение Чонгука, с улыбкой добавляет Тэхён. — А если не понравится? — Останемся друзьями и постараемся забыть неудачный опыт. — Да. Ты прав. Давай попробуем. Они молча смотрят друг на друга какое-то время, после чего Чонгук неуверенно произносит шепотом: — Тэ? — Да? — Твои мысли сейчас? — Хочу поцеловать тебя. — Целуй… Они обязательно попробуют секс вдвоем, но будут долго к этому идти, начиная с банальной прелюдии, трения друг о друга и совместной дрочки. Постепенно осознают, что появляется симпатия, желание быть рядом, им всегда будет казаться мало друг друга, но в итоге они придут к тому, что захотят быть вместе, как пара.

Они вдвоем впервые попробовали сигареты и алкоголь.

Вдвоем прошли через боль неудачных отношений в прошлом.

Вдвоем впервые занялись сексом, ведь ни с одной девочкой ни у кого из них до интима дело не доходило.

Они впервые вкусили чувства страсти и любви. Вдвоем. И никто из них не жалеет о том случайном поцелуе и продолжают использовать фразу «твои мысли сейчас», которая полюбилась им обоим пуще прежнего.