Немезис

      Тэхён устало трёт лицо, остановившись у своего дома. Не день, а чёрт знает что. Выходит из машины и зависает около неё на пару минут. Шагает к двери, останавливается, прикуривает, ждёт, пока Велес сделает все свои дела. Стоит и просто ни о чём не думает. Потому что не представляет, что ждёт его дома. И понимает, что рано расслабляться. Волк появляется из небольшого леса и идёт к двери. Тэхён делает последнюю затяжку, кидает окурок в урну, шагает к двери. Заходит в дом и хмурится, устало осматриваясь. Кит поднимает голову от блокнота, над которым склонился, Намджун встаёт с дивана.       — Привет. Как вы тут? — тихо спрашивает детектив.       — Она не ела, не пила, не вставала с кровати и не разговаривала. Весь день. — Джун старается говорить бодрее, чем чувствует себя на самом деле. — Тэхён, может быть имеет смысл обратиться за помощью? Это состояние может прогрессировать и привести к необратимым последствиям.       — Спасибо, что провёл здесь весь день.       Замолкает, глядя на брата и тот понимает, что сейчас говорить об этом бесполезно.        — Да не за что, у меня всё равно не было планов на мой выходной.       Хлопает брата по плечу, прощается с ребёнком и уходит, не задерживаясь. Детектив выдыхает. Косится на Кита.       — Ты тоже не ел весь день?       — Ел, — отзывается мальчик, продолжая что-то писать.       — А…       Кит резко поднимает правую руку вверх с выставленным указательным пальцем, продолжая писать левой. Очевидно, что это призыв замолчать. Мужчина хмурится. Кит дописывает последнее слово, высунув кончик языка, ставит точку, кидает карандаш, захлопывает блокнот, спрыгивает со стула и бежит к Тэхёну. Врезается в него, обнимая, но тот уже привык настолько, что не чувствует неудобства. Он просто ждёт. Кит задирает голову вверх.       — Привет, Тэхён, — говорит тихо, глядя на него уставшими глазами. Ким смотрит в ответ какое-то время, а затем, неожиданно для себя, улыбается.       — Привет, Ковальски. — Кладёт руку ему на голову.       — Ты должен вытащить её из кровати, — меняя тон, начинает требовать Кит. Тэхён закатывает глаза. Убирает его руки, идёт на кухню, ему нужно выпить. — Тэхён, ты должен. — Ребёнок оббегает его и встаёт на пути. — Если она продолжит валяться овощем, то это сделает всё хуже. А ты знаешь, что активная мозговая и физическая деятельность помогает людям с расстройствами психики держаться на плаву? — Щурится он, упирая руки в бока.       — Да? — Обходит ребёнка, идёт к холодильнику, достаёт пиво, открывает. — И как я должен это сделать?       Делает несколько больших глотков и впервые за день чувствует себя немного лучше.       — Попроси, — наивно предлагает Кит. Тэхён фыркает. — Значит заставь. Накричи. Шантажируй. — Он злится. — Я не знаю, — говорит тише, заставляя тем самым посмотреть на него.       Тэхён смотрит и понимает, что мальчишка держится из последних сил. А ещё он понимает, что чертовски не хочет заходить в ту комнату и видеть то, что предполагает увидеть там. Но больше некому. Он ставит пиво, ерошит волосы Кита, проходя мимо. Направляется к лестнице, говорит ему: «Не поднимайся», и, перепрыгивая через ступеньки, поднимается. Заходит в тёмную комнату, бесцеремонно включает свет. Обходит кровать, замирает. На него смотрит пара заплаканных, потухших, затравленных зелёных глаз. Джо выглядит так, будто не пролежала весь день в кровати дома, а торчала в какой-нибудь комнате страха, без возможности выбраться. Тэхён садится на стул.       — Ты как? — тихо спрашивает её.       Она молча накрывается пледом с головой. Но не потому что не хочет его видеть, а потому что эта тварь стоит за его спиной, наклонившись к нему, шумно втягивает воздух и шепчет одними губами: «Вкусно пахнет».       — Джо, тебе нужно встать, — говорит Тэхён устало. Она качает головой. — Ты пугаешь Кита. — Сообщает раздражённо. В ответ тишина. — Так, ладно.       Встаёт, подходит к кровати, хватает плед, стягивает с неё, хотя получается не с первого раза, потому что она вцепилась в него. Когда получается, он кидает плед в сторону и тот падает на пол, хотя для Джо всё выглядит так, будто он виснет на двух из четырёх мертвецах. Её передёргивает, больше в жизни не прикоснётся к нему. Тэхён хватает её за руки, поднимая, она упирается. Он резко дёргает вверх, наверняка причиняя ей боль, закидывает на плечо и идёт в ванную.       — Что ты делаешь? — слабо интересуется она.       — Реанимирую, — со смешком говорит он, впихивает её в душевую кабину и откручивает вентиль на кране.       Джо с шумом втягивает воздух из-за резко хлынувших на неё ледяных потоков воды. Дёргается, потаясь выйти, но Тэхён держит её на месте, вцепившись в плечи.       — Ты рехнулся что ли?! — Она возмущается, слабо пытаясь вывернуться из его рук, он молчит. — Тэхён, отпусти!       Он молчит, стиснув зубы. Правда в том, что ему страшно. Несмотря на все принятые решения и план действий, над которым он думал, не прекращая. Страшно. Приходить домой и видеть полуживую Джо. Страшно. Знать, что он почти ничего не может сделать. Страшно. Такие действия явно не подходят для таких проблем, но он просто не знает, что делать. Она должна встать. Как? Не имеет значения.       Джо продолжает вырываться с каждой секундой делая это ощутимее. Словно приходит в себя, сбрасывая оцепенение в котором находилась весь день. Нет. С тех пор, как очнулась там, внизу, чуть меньше суток назад. Она видит сквозь струи воды мрачное, решительное лицо мужчины, за его спиной тех, кто мучил её столько часов подряд, думает о сыне и чувствует ярость.       — Соберись, мать твою, — тихо говорит Тэхён. — Никто не будет держать тебя за руку и успокаивать. Это дерьмо происходит в твоей голове и только ты можешь с этим бороться, — произносит со злостью в голосе. — Подумай о сыне. Ему точно не светит безоблачное детство. Потому что он, на хрен, отличается от других детей. Подумай о том, что его нигде не примут. — Джо перестаёт вырываться. — Думай о том, сколько насмешек и жестокости ему придётся вынести, когда он пойдёт в школу. — Щурится. — Просто потому что он не такой, как все. Он сильный, но не справится в одиночку. Ты нужна ему. Никто не поймёт его лучше тебя. Поэтому в следующий раз, когда захочется развалиться на части и лежать овощем, просто вспомни, на что ты добровольно обрекаешь собственного сына. Я буду рядом столько, сколько тебе будет нужно и сделаю всё, что потребуется, но ты должна начать бороться сама.       Резко отпускает её, делая шаг назад. Ещё один. Джо не шевелится. Стоит под ледяным душем шумно и часто дыша. Её бьёт крупной дрожью, но она не уходит. Ничего не говорит и не сводит с него глаз. Тэхён видит… что-то в её лице. Принимает это, как знак того, что она услышала его. Пятится из ванной, разворачивается, выходит из комнаты, спускается по лестнице, сжимая в кулаки трясущиеся пальцы. Ни слова не говоря, проходит мимо Кита на улицу.       Мальчик провожает его взглядом, сидя на диване. Отворачивается и просто сидит, потому что не знает, что ещё делать. Проходит минута, две, пять, пятнадцать. Он сидит. Тэхён курит. Джо выходит из душа, проходит мимо своих галлюцинаций, не обращая внимания ни на них, ни на то, что с неё ручьём течёт вода. Стягивает с себя мокрую одежду, кидая её на пол, вытирается, натягивает сухие вещи и шагает к двери. Один из трупов клацает зубами, приблизив к ней своё гниющее лицо. Она тормозит на секунду, вздрогнув, а затем идёт дальше, будто их и нет. Потому что Тэхён прав. И если ей не избавиться от них, то придётся привыкать. Спускается с лестницы, тормозит, встретившись взглядом с сыном. Улыбается.       — Кушать хочешь? — спрашивает бодро.       Кит широко раскрывает от удивления глаза. Кивает, скорее от неожиданности, чем из-за того, что действительно голоден.       Джо кивает в ответ, идёт на кухню, сохраняя каменное выражение лица, проходя мимо мертвецов и своего злого близнеца, запускает кофемашину трясущимися руками. Стискивает зубы. Она справится. Ради сына. Тэхёна. И себя. Заглядывает в холодильник, смотрит на часы, понимает, что уже поздновато для ужина. Плевать. В какой-то части мира сейчас вообще утро. Достаёт нужные продукты, захлопывает холодильник. Вздрагивает.       — Это не сработает, Джо, — говорит злобный близнец, упираясь плечом в стену за холодильником. Джо не реагирует. Идёт к плите. Галлюцинация шагает за ней, продолжая издеваться. — Мы никуда не уйдём. Будем появляться в самые неожиданные моменты и однажды ты не выдержишь.       Джо принимается за готовку, сосредотачиваясь на простых механических действиях.       — О, нож? Не боишься брать в руки ножи? Особенно после того, как пыталась зарезать своего дружка? — Джо замирает. — Или это была я? — Делая задумчивый вид, интересуется псевдо-Джо. — Точно, это была я. — Довольно улыбается, опирается на стол, не сводя пристального взгляда с Джо.       Тэхён заходит в дом, тормозит, увидев её на кухне. Переводит взгляд на Кита. Тот встаёт на колени на диване, свесив руки со спинки вниз, смотрит на детектива.       — Она готовит ужин, — поясняет шёпотом, а затем улыбается. — Это же хорошо, да?       Тэхён неуверенно кивает. Медленно подходит к столу, садится и наблюдает. Видит, что иногда она вздрагивает. Видит, как трясутся её руки. Видит крепко сжатые челюсти и задаётся вопросом: какую борьбу она сейчас ведёт внутри себя? Машина звякает, сообщая о том, что кофе готов. Джо достаёт три кружки. В две наливает крепкий чёрный кофе, в третью совсем немного и остальное заполняет тёплым молоком. Резко разворачивается. Одну кружку ставит перед Тэхёном, вторую рядом и подзывает сына. Тот сначала не верит собственным глазам, а затем бежит к ним, забирается на стул и хватает кружку. Джо ставит курицу и овощи в духовку. Дёргается, наткнувшись на одного из мертвецов, стоящего прямо за ней. Нужно будет узнать кто из них кто. Берёт кружку с кофе, упирается в столешницу поясницей. Смотрит на Тэхёна и Кита, думает. Обхватывает кружку обеими ладонями, грея холодные пальцы.       — Ладно. Ситуация следующая, — начинает она чуть взволнованно, — я схожу с ума. Ты, — смотрит на детектива, — говоришь, что во мне две личности. И я верю тебе. Потому что всё сходится. Ты, — смотрит на Кита, — видел большую часть того, чего не помню я на базе…       Кит кивает, не дослушав до конца, спрыгивает со стула, бежит в дальнюю часть дома, хватает блокнот, над которым трудился весь день, возвращается обратно. Осторожно подходит к Джо, молча протягивает его ей. Смотрит снизу вверх.       — Я тоже подумал об этом. — Джо неуверенно берёт в руки блокнот, отставляя кружку. — Поэтому весь день вспоминал всё, что видел, всё, что говорил или показывал Бишоп. Я не вижу целой картинки, но может быть получится у тебя. — Заканчивает тихо.       Джо быстро просматривает блокнот и пораженно молчит, пока её маленький, но временами слишком взрослый сын возвращается на своё место за столом.       — Спасибо, милый, — наконец говорит она, глядя на него. Кит кивает. Джо набирает в лёгкие побольше кислорода. — Я… — опускает глаза, думает, снова смотрит на них. — Иногда могу говорить и со стороны будет казаться, что я разговариваю с воздухом, но для меня это не так. — Решает рассказать всё как есть, потому что они всё равно застряли в этом вместе. — Я вижу их. Всё время.       — И сейчас? — нахмурившись, уточняет Тэхён. Она кивает.       — Номер один. — Тычет пальцем за его спину, он оборачивается, но конечно же никого не видит. — Два. — Кивает в бок, в сторону двери в ванную. — Третий у камина играет с огнём, четвёртый сидит у моих ног, пытается собрать собственные внутренности. — Заканчивает напряжённо, запоздало подумав, что Киту лучше не слышать таких подробностей.       — А она? — спрашивает Тэхён.       — О, ты про стерву, которая выглядит, как я? — с нервозной весёлостью уточняет Джо. — Лежит на диване, задрав ноги на спинку.       Все трое поворачивают головы в сторону дивана, но только Джо видит, как она задирает руку вверх, машет ей и нараспев говорит: «Я здееесь». Джо слышит злобный смех. Тэхён как-то странно усмехается.       — Ладно, — говорит он. — Какой план?       — Его нет. Но я хочу разобраться. С этим, — она слегка трясёт блокнотом, — и после изучения некоторых научных изданий я смогу понять или хотя бы попытаться понять, что именно сделал Бишоп. На данный момент из последствий его экспериментов есть только пятёрка раздражающих галлюцинаций. Возможно, будет хуже. Возможно, снова вернутся голоса или… — смотрит на Тэхёна, — я снова попытаюсь тебя прикончить. Из того, что я знаю о психических состояниях и расстройствах, могу предположить, что пока я буду в стабильно-спокойной фазе и сосредоточена на какой-то конкретной задаче, моё психическое состояние останется в той плоскости, в которой мы хотя бы примерно сможем предугадывать мои действия.       — Повышенная мозговая активность, — весело заявляет Кит. Поворачивается к детективу. — Вот видишь, я же говорил.       — Да, Кит, — подтверждает Джо. — Но в умеренных количествах. Иначе вместо психованной садистки вы получите чокнутого профессора.       Переводит взгляд на свою галлюцинацию. Та стоит на коленях на диване, уперев руки в бока и открыв от возмущения рот. «Психованной садистки?! Да как ты смее…». Джо не слушает, переводит взгляд на детектива.       — Предлагаю дать ей имя. Чтобы не путаться. Пусть будет Тайлер. — Тэхён приподнимает бровь, усмехнувшись. Джо ведёт плечом, переступает через валяющегося на полу мертвеца, со стороны это выглядит довольно странно, заглядывает в духовку. — Тэхён, мне нужны имена тех четверых, кого я…       Вовремя замолкает, вспомнив, что с ними находится Кит. Поворачивает голову в их сторону.       — Я понял. Зачем?       Джо выпрямляется.       — Чтобы знать кто и как выглядел, — просто отвечает она. Тэхён открывает рот, чтобы задать следующий вопрос, но понимает, что не хочет знать ответ на него, поэтому просто молча кивает. — Ужин будет готов через полчаса, — сообщает спокойно, принимаясь изучать записи сына.       — А что насчёт змеи? — задаёт очередной вопрос Тэхён. Джо отрывает взгляд от листов, исписанных крупным детским почерком, хмурится.       — А что с ней? Очевидно, что как только кто-то назовёт это слово, я стану послушным солдатом.       — Мне кажется, это должен быть кто-то определённый, — тихо добавляет он. Джо косится на Тайлер. — Иначе этим может воспользоваться кто угодно. Смысл создавать что-то подобное?       — Из пистолета может выстрелить кто угодно, — возражает Джо, изогнутая линия её брови иронично приподнимается и Тэхён невольно понимает, что та, другая Джо, была права, когда говорила, что они части одного целого. Потому что в этот момент Джо здорово походит на злого двойника.       Этот ужин становится одним из самых странных на памяти Тэхёна. Кит, обрадованный тем, что его мама приходит в норму, уплетает всё за обе щеки и болтает без умолку. Вот только Джо не приходит в норму, но видит это только Тэхён. Она почти ничего не ест, только пьёт кофе, вчитываясь в записи, иногда просит Кита что-то расшифровать и тогда Тэхён перестаёт их слушать, чтобы не перегружать и без того воспалённый мозг. Временами Джо косится в сторону и её передёргивает, будто от омерзения. На вопрос сына о том, что случилось, она отвечает просто: «Ничего». И действительно, не рассказывать же им, что пока они спокойно ужинают, на их столе на спине лежит один из приятелей Тайлер, его голова лежит совсем рядом с тарелкой Джо и он периодически подмигивает ей, улыбаясь подгнивающим ртом. Именно поэтому она перестаёт есть, предпочитая сосредоточиться на изучении проблемы.       Ей приходится уступить и отправиться спать какое-то время спустя, но она так и не уснёт, слушая шёпот Тайлер и бульканье тех, кого она убила. Она встанет спустя час, удостоверится, что сын и Тэхён крепко спят, оба вымотанные, стащит сигареты детектива, уйдёт вниз, в сопровождении Велеса. Выкурит пару сигарет и будет сидеть до утра над блокнотом, вооружившись интернетом, ручкой и литрами кофе.              

***

             Джо откидывается на спинку стула, поднимает руки вверх, тянется, понимая, что спина затекла. Наклоняет голову вправо, потом влево. Вздрагивает.       — Ты бы вместо этой примитивной гимнастики, — Тайлер резко выглядывает из-за плеча Джо, с отвращением морща нос, — пошла и разбудила детектива проверенным, качественным ми… ой, там же этот спиногрыз, — весело говорит, вспоминая. — Меня бы это не остановило.       Джо косится в её сторону, но ничего не отвечает. Встаёт с другой стороны стула, шагает к двери, натягивает куртку, обувается и выводит волка на улицу. Кутается в куртку, прячась от холодного ветра. Ещё темно, но небо на востоке уже сереет. Джо шагает в лес, глядя себе под ноги. Анализирует информацию, полученную за ночь. Нащупывает в кармане пачку сигарет, достаёт одну, прикуривает. Думает.       Понимает, что этого недостаточно. Ей нужны книги, которые находятся в библиотеке медицинского. И выдают их только при предъявлении студенческого. Не на дом. Ей нужно попасть в библиотеку. Чёрт. Научные статьи, эссе и выдержки, которые она смогла найти, это, конечно, хорошо, но не даёт полной информации. Записи её сына конкретизируют область, в сторону которой нужно копать, но и это не даёт полной картины.       Она вспоминает о Дженкинсе. Было бы неплохо поговорить с ним. Но Джо не знает как это сделать, не говоря уже о том, что это опасно. И Оскар слишком предан Бишопу, чтобы что-то раскрывать. Дерьмо. Всё, что она смогла понять так это то, что механизм работы процесса, которому её подвергли, основан на диссоциативном расстройстве, но это не одно и то же.       При диссоциации происходит интеграция всех личностей. Они не знают друг о друге. Но Джо видит Тайлер. Да, она думала, что это галлюцинация. Теперь знает о природе возникновения этой тупой галлюцинации, но Тайлер всё равно существует отдельно. Джо не помнит, что она делает. Как и Тайлер не помнит, что делает Джо, кстати. То есть интеграция всё ещё в силе. Правда, с некоторыми оговорками. А ещё эта установка на уничтожение угрозы, которой Бишоп считает Тэхёна. Джо не знает как от неё избавиться. И остаётся главный вопрос: как ей противится установке, когда она в очередной раз услышит активизирующее Тайлер слово? Как не отдать ей руль?       — Будешь много думать, рехнёшься. — Тайлер возникает совсем близко от лица Джо. — Ох, совсем забыла, — прикладывает ладонь к своему лбу, — ты же уже. — Злобно смеётся.       — Отвали, — огрызается. Выбрасывает окурок, разворачивается и идёт в сторону дома. Заходит, тормозит, встретившись взглядом с хмурым детективом.       — Куда ходила? — недовольно спрашивает он, все ещё не проснувшись до конца.       — Велеса выгуливала, — отвечает она слабо улыбнувшись.       Тэхён щурится. Подходит к ней вплотную. Джо приходится задрать голову вверх, чтобы видеть его лицо. Он немного наклоняется к ней и Джо перестаёт дышать. Мужчина тянет руку, лезет в карман куртки и достаёт пачку сигарет. Линия бровей насмешливо взлетает вверх.       — Да? И давно он курит?       — Эм… — Джо закусывает губу, отводит взгляд, глупо улыбаясь.       — Знаешь…       Тэхён продолжает говорить, но она его не слышит. Хмурится, потому что видит ладонь с чёрным маникюром, появившуюся из-за его плеча. Пальцы пробегаются по ключице, спускаются ниже, к оголённому торсу и давят на кожу на уровне пресса. Над его плечом появляется лицо Тайлер, стоявшей за его спиной. Она кровожадно улыбается, впивается ногтями в кожу мужчины и тянет руку вверх, оставляя вполне заметные царапины. Джо смотрит на неё широко открытыми глазами.       — Как ты держишься, Джо? — говорит она хрипло. — Я бы не выпускала его из постели. — Проводит кончиком носа по его шее. Снова смотрит на неё. — Хотя жаль, не стоит привыкать, — говорит игривым голосом. А потом её взгляд меняется. Джо кажется, что он темнеет от ненависти и сумасшествия. — Потому что тебе всё равно придётся сделать вот так.       Она высоко поднимает вторую руку с зажатым в ней ножом, губы растягивает мерзкая улыбка и она резко опускает руку. Лезвие легко входит в место у основания шеи детектива по самую рукоятку. Джо вздрагивает, сдерживая рвущийся наружу крик и поднимает испуганные глаза на Тэхёна, который продолжает говорить как ни в чём не бывало, а заметив, как она стремительно бледнеет и как меняется выражение её лица, начинает звать по имени. Тайлер выдёргивает нож. Из раны фонтаном брызжет кровь, попадая на лицо Джо и она дёргается, пятится назад, опускает голову. Видит, что вся перепачкана кровью детектива.       — Джо? — Он протягивает к ней руку, но она буквально отскакивает от него, поднимает голову. Выдыхает. Моргает, чтобы избавиться от слез, осматривается. Ни Тайлер, ни ножа, ни крови. — Эй…       — Я в порядке, — едва слышно говорит она.       Обходит мужчину по дуге и бежит в ванную на первом этаже, потому что её вот-вот вывернет наизнанку.       Тэхён провожает её взглядом, хмурясь и чувствуя мерзкий холодок, пробежавший по спине. Смотрит на Велеса и шагает на кухню, готовить кофе. Утро проходит в молчании. Джо избегает его взгляда и он видит это. Кит всё ещё спит, Тэхён хотел бы использовать это, чтобы поговорить с ней, но теперь думает, что не стоит. Собирается на работу, но прежде чем выходит за дверь, Джо останавливает его.       — Мне нужно в библиотеку медицинского, — говорит тихо. Тэхён смотрит на неё через плечо, она тут же отводит взгляд.       — Зачем?       — Мне нужны книги, которые есть только там. И их не выдают на дом.       — Нет.       — Тэхён, я…       — Это плохая идея. — Поворачивается к ней всем телом. — Тебе лучше пока вообще не выходить из дома. Напиши список, я что-нибудь придумаю.       Она кивает, а когда он отворачивается, снова задаёт вопрос.       — А Симс?       Тэхён закатывает глаза, снова поворачивается к ней.       — Что с ним?       — Я должна появляться у него каждый день, забыл?       — Переживёт. — Спокойно пожимает плечами. — Что-то ещё? — интересуется, наклонив голову в бок и слегка улыбнувшись. Джо кивает.       — Его уже нашли? — спрашивает, пряча глаза. Тэхён понимает, что она спрашивает о последнем убитом и становится серьёзным.       — Да, — отвечает тихо. — Вчера утром.       Она хмурится, отворачивается, прячась. Ким выдыхает. Ничего не может с собой поделать, не может оставить её вот так. Шагает к ней, прикасается пальцами к подбородку, она сопротивляется, но недолго.       — Эй…       Джо поднимает на него покрасневшие глаза. Тэхён не знает, что сказать. Да и нечего говорить, никакие слова не изменят того факта, что она убила человека. И то, что она не помнит этого, нисколько не облегчает ситуацию. Поэтому он просто молча обнимает её, а она позволяет себе почувствовать его, но лишь на секунду. Затем отстраняется, поспешно вытирает слезы и через силу улыбается.       — Я постараюсь достать книги, хорошо? Никуда не выходи. Если что-то понадобится, звони. — Думает. — Нет, лучше пиши.       Он быстро уходит, выходит на улицу, открывает дверь для волка, обходит машину, садится. Она наблюдает за ним из окна, чувствуя себя отвратительно.       — Вы такие милые, — с отвращением говорит Тайлер, сидя на тумбе возле окна и болтая ногами. — Меня сейчас стошнит.       Джо закатывает глаза, разворачивается и идёт на кухню, готовить завтрак сыну. С удивлением обнаруживает, что чувствует не страх перед Тайлер, а только злость и раздражение. Цепляется за эти чувства, как за ориентир.              

***

             Тэхён давит пальцами на глаза, допивает остывший кофе. День был насыщенным и ему чертовски хочется попасть домой, но он не может. Ещё нет, потому что принял решение и собирается ему следовать. Полоскает кружку, вспомнив про Зои, ставит её на место, оглядывается, проверяя все ли уже ушли. На месте остались только Банни и Кэл. Остальные уехали по домам. Тэхён выдыхает, собираясь с мыслями, выходит из комнаты отдыха, заворачивает в кабинет Росси, стучит костяшками пальцев по косяку.       — Сэр? — Росси поднимает глаза от бумаг. Тэхён переступает порог. — Мне нужно с вами поговорить. — Признается напряжённым голосом, понимая, что если промедлит, то просто сбежит нахер.       — Я слушаю, Тэхён, — отвечает Гектор, снимая очки и откидываясь на спинку своего кресла.       Детектив цепляет дверь и плотно закрывает её, встретившись взглядом с Банни. Медлит. Решается. Разворачивается и идет к столу, садится на стул напротив Росси. Сержант молчит. Ждёт. Он давно приметил, что Ким опять что-то мутит и просто надеялся, что в этот раз он не станет тащить всё в одиночку. Если Тэхён расскажет что-то, то Росси будет только рад. Детектив упирается локтями в колени, сцепляя пальцы в замок.       — Те убитые. Та четвёрка. — Замолкает и облизывает внезапно пересохшие губы. Что, если он совершает ошибку? Опускает глаза. — Это, — смотрит на Росси, — сделала Джо, — говорит совсем тихо.       Росси замирает. Хмурится. Подаётся вперёд.       — Что ты сказал?       — Эта была Джо, — говорит твёрже. Росси сжимает челюсти.       — И когда ты узнал?       — Начал подозревать после возвращения. Узнал точно в ночь убийства Хьюстона.       — Потому что…       — Был там, — отвечает, глядя прямо в глаза Гектора.       Сержант кивает. Думает. Раздражённо усмехается.       — Ну конечно. — Трёт подбородок. — Тот странный состав, которым обработали поверхности, и… — щурится, — та тень, это ты, не так ли? — Тэхён кивает и мозг Гектора просто взрывается. — Ты хоть… — Встаёт, упирается ладонями в стол, наклоняется вперёд. — Ты вообще соображаешь, что ты делаешь?! Хотя бы иногда?! Нет?! — Повышает голос.       Тэхён оборачивается и видит, что техник бросил все свои дела, хмуро уставившись на дверь кабинета, а Кэл выглядывает из-за стеллажей, что-то жуя. Предположительно банан.       — Да тише вы! — цедит он, снова посмотрев на Росси. — Всё не так, как кажется. — Замолкает, сжав челюсти.       — Да неужто! — Бушует, выходит из себя, просто потому что уже не знает как уберечь этого барана. — Ну так поясни!       — С удовольствием, — прищурившись, отвечает Тэхён. — Если вы успокоитесь.       Росси сжимает пальцами край стола. Выдыхает, делая себе мысленную заметку позже устроить взбучку сопляку за подобный тон, садится в кресло, чувствуя дикую злость. Но когда Тэхён начинает говорить, вся злость на него уходит. Сержант не понимает, как такое вообще возможно, но видит, что Тэхён не лжёт для того, чтобы выгородить Джо. Росси чувствует тошноту, представляя каково сейчас ей. Знать, что ты жестоко убиваешь людей и совершенно не помнить этого… Знать, что кто-то целенаправленно использует тебя и не иметь ни малейшего понятия как этому помешать…       Когда Тэхён вскользь упоминает о том, что Крюгера тоже убила Джо, Росси закатывает глаза. Так и знал. Но когда Ким рассказывает как именно она это сделала, Росси становится уже не до смеха. Тэхён рассказывает всё, ничего не утаивая. И когда заканчивает, понимает, что ему хоть и немного, но всё же стало легче. Сержант молчит, обдумывая всё, что сейчас услышал. Молча открывает нижний ящик стола, достаёт бутылку и два бокала. Наливает.       — И ты уверен, что она ничего не помнит? — уточняет у детектива, ставя один бокал перед ним. Тэхён кивает. — А эта… вторая…       — Тайлер.       — Ага. Она действительно существует? Не пойми меня неправильно, Тэхён, я вижу, что ты веришь в то, о чём говоришь… Но… — Росси смотрит в свой бокал. Поднимает голову и смотрит на детектива. — Ты не допускал мысли, что Джо просто обработали, сделав из неё убийцу, а всё остальное просто игра?       Тэхён крутит в руках бокал с янтарной жидкостью, но не пьёт. Откидывается на спинку стула, смотрит на Росси.       — Я думаю об этом каждый чёртов день. Потому что это выглядит правдоподобнее. Но я видел её. Тайлер. Я разговаривал с ней. Чёрт, она выбила из меня всё дерьмо в том домике. Она реальна. Как и Джо.       — И ты веришь, что это обратимо? — осторожно спрашивает. Лицо детектива принимает отсутствующий вид.       — Если я не буду верить, то и она не поверит. — Пожимает плечами, залпом выпивает содержимое бокала. Подаётся вперёд, ставит бокал на стол, локтями упирается в колени. — Послушайте, сержант, я рассказал всё это не для того, чтобы переложить всё на ваши плечи. Я никогда по-настоящему не понимал, как много вы тащите на себе, защищая и оберегая нас. — Невесело усмехается, понимая, что он один за последние месяцы добавил в эту ношу дохрениард камней. — Я ощутил лишь малую часть вашего груза, когда узнал о том, что на самом деле происходит с Джо. И я не понимаю как вы это выдерживаете.       — Если ты не ждал, что я решу эту проблему, зачем рассказал? — тихо интересуется Росси. Тэхён смотрит ему в глаза какое-то время.       — Потому что не могу смотреть на то, как вы и ребята роете землю, чтобы найти убийцу. Как вы тягаетесь со спецслужбами, чтобы найти и остановить того, кто это сделал. И понимать, что я знаю кто убийца. Проблема в том, что Джо тоже жертва. Не могу притворяться и врать вам. Больше не могу. Я довольно долгое время был занозой в заднице. — Росси хмыкает. — И мне очень жаль. — Замолкает. Росси кивает, показывая, что понимает и принимает его покаяние. — Сейчас Джо сидит дома, никуда не выходит. И пока всё остаётся так. Что будет завтра, я не знаю. Если она попадётся в очередной раз… если он будет… — сжимает губы, качает головой. — Это не ваша проблема. Моя.       — Ты столько лет работаешь здесь, и всё ещё не понял? Любая ваша проблема автоматически становится моей, упёртый ты баран, — устало заявляет Росси. Замолкает, обдумывая догадку. — Ты ведь был там? На месте убийства Хьюстона. — Тэхён кивает. — Тогда почему не остановил её?       Тэхён долгую секунду смотрит ему в глаза, а потом понимает, что действительно больше не может врать ему.       — Судя по тому, что мы знаем о жертвах, они связаны с Бишопом. Не думаю, что хоть кто-то связанный с ним, может претендовать на звание «Человека года». Иии… — медлит.       — Ты решил, что если Джо выполнит задание, то те, кто дёргает за ниточки, не узнают, что теперь ты всё знаешь и это даст тебе возможность сцапать их? — заканчивает Росси. Тэхён медленно кивает. Гектор усмехается. — Одно но, сопляк. — Тэхён вопросительно поднимает брови. — Не тебе, а нам. Понял? — Ким собирается протестовать. — Заткнись и слушай. Ребятам пока ничего знать не нужно. Но нужно как-то попытаться узнать хоть что-то. И если, как ты сказал, Джо снова сделает это и при этом попадётся, её будут судить и, скорее всего, признают невменяемой. А значит упекут в психушку, где ей несомненно станет только хуже. Поэтому в твою задачу входит не дать ей сделать это снова. Понял? — Тэхён хмурится, но кивает. — Хотя бы до тех пор, пока мы не сможем узнать хоть что-то. Есть идеи?       — В ночь первого убийства, Брауна, с камер Харпера пропало пять часов записи. Их не вернуть, но есть список людей, способных сделать это, удалить запись, не находясь с здании больницы. И я знаю примерное время, когда её переключало в остальных случаях. Можно попытаться пробить хоть что-то по камерам.       — Хорошо. Что ещё?       — Телефоны Брауна, Фитцпатрика и Хьюстона.       — Они пропали.       — Нет. Я их нашёл. То есть, — хмурится, — я предполагаю, что они принадлежали Брауну и Фитцпатрику. Они заблокированы, я даже не пытался их взломать. — Тэхён трёт лицо руками. — У Тайлер и того, кто давал ей указания, было место встречи. Дешёвый мотель на окраине города. После убийства Хьюстона я обшарил там всё и нашёл первые два. Третий забрал сам.       — Ты можешь доверит их Банни? — Тэхён просто смотрит на сержанта и до Росси доходит, что это действительно глупый вопрос. — Ну да, точно. Хорошо. Это лучше, чем ничего.       Ким понимает, что всё, разговор закончен. Встаёт, чтобы уйти, но Гектор останавливает его.       — Тэхён. — Сержант не смотрит на него, он смотрит на отблески света в виски. Ким оборачивается и он поднимает взгляд. — Я рад, что ты рассказал.       Тэхён кивает, выходит, плотно закрыв за собой дверь, зовёт Велеса, берёт куртку, прощается с Банни и Кэлом, спускается в гараж и уезжает. Домой.              

***

             Джо медленно спускается с лестницы, тихо выдыхая. Кит уснул моментально, хотя за пять минут до этого болтал без умолку, словно и не хотел спать. Спускается с последней ступеньки и тормозит. Тэхён сидит за столом, лицом к ней и крутит в руках бутылку пива. Один из мертвецов, Хьюстон — теперь она знает кто есть кто — лежит на столе и крутит в руках… что-то. Тэхён резко ставит бутылку на стол и её галлюцинация исчезает. Появляется другая. Тайлер. Джо опускает голову и шагает на кухню, чтобы помыть посуду. Включает воду.       — Оставь. Поздно уже, — тихо говорит Тэхён, не поворачивая головы. Он чувствует себя выжатым, как лимон.       — Да здесь немного, — немного помолчав, отвечает Джо.       — Я рассказал всё Росси.       Джо на секунду замирает, переставая тереть тарелку, поднимает взгляд, но не поворачивается к нему.       — Хорошо. Как он отреагировал?       — Сначала наорал, потом внимательно выслушал. Затем сказал, что больше никто не должен знать. Во всяком случае пока. И ещё сказал о том, что нужно искать зацепки.       — Зачем?       — Чтобы сцапать тех, кто делает из людей чёрт знает что, — ровно отвечает Тэхён. Ставит бутылку пива. Встаёт, поворачивается к Джо лицом, присаживается на стол, засунув руки в карманы джинсов. — Я должен был предупредить тебя.       — Всё нормально. Хорошо, что ты рассказал ему, — отвечает она, продолжая мыть посуду, которая катастрофически быстро заканчивается. — Что с книгами?       Тэхён отвечает не сразу, рассматривая её. Безразличный, уставший голос. Медленные, заторможенные движения рук.       — Я звонил Юнги и Намджуну. Они помогут. Так что вы завтра едете со мной. Только сначала в участок заедем.       — Здорово, — тем же тоном говорит Джо.       Домывает последнюю тарелку и ставит её в сушилку, выключает воду, вытирает руки и только потом поворачивается к нему лицом, взгляд выше ключицы не поднимает.       — Ты всё время прячешь глаза, — говорит детектив тихо и немного задумчиво. — Почему? — Она не отвечает, прикусив внутреннюю сторону щеки и Тэхён решает высказать предположение. — Послушай, то, что сделала Тайлер… ты не виновата. И если ты думаешь…       — Я не могу смотреть на тебя, потому что невыносимо хочу поцеловать, — перебивает она, поднимая голову. Настолько вымотана этими тупыми играми своего сознания, что совершенно не фильтрует то, что говорит.       — О… — Тэхён хмурится, потому что она вот-вот заплачет.       — Но не могу. И дело не в том, что мы оба делали или ещё сделаем. И не в том, что ту скованность и дискомфорт, которые мы чувствуем друг к другу, можно ножом резать. — Она дёргает рукой, а потом та безвольно падает на место. — И не в том, что мне хочется сквозь землю провалиться, когда ты смотришь на меня, из-за чувства стыда и вины. — Джо медленно выдыхает, часто моргая.       — Ладно. Тогда в чём?       — В ней.       Тэхён удивлённо поднимает брови вверх. Она видит, что он не понимает. А ещё она видит, что Тайлер сидит на столе, совсем близко к нему, одну руку положив на его плечо, а другой медленно перебирая его волосы, немного болтает ногами, свесив их со стола.       — Вчера утром она воткнула тебе в шею нож, Тэхён. И меня с ног до головы забрызгало твоей кровью. — Отводит взгляд, прекрасно понимая, что выглядит, как сумасшедшая. — А сегодня всадила в живот, пока ты спал. Она срезала с тебя кожу, поджигала, стреляла… и делала другие вещи. — Её начинает трясти. — Я понимаю, что это не правда. Потому что ты продолжаешь делать то, что делал, как ни в чём не бывало. — Обнимает себя руками. — Но от этого не легче. Всё выглядит слишком реалистично.       Тэхён молчит, тупо уставившись на неё. Да, она говорила, что всё время что-то видит, но он не думал, что всё настолько плохо. Он уверен, что такому характеру галлюцинаций есть какое-нибудь заумное научное объяснение. Типа подсознание проецирует задачу, поставленную ей Бишопом, или она переживает из-за тех случаев, когда пыталась убить его, или ещё какая-то чушь.       — Что она делает сейчас? — спрашивает он, прищурившись. Джо смотрит на него исподлобья, переводит взгляд немного в сторону. Он видит, что она чертовски возмущена.       — Твою мать! — Резко отталкивается от раковины и шагает прочь. — Сколько можно, мерзкая стерва. — Рычит, сжав кулаки. Тэхён, не понимающий, что происходит, хватает её за руку, останавливая.       — Эй… — Заглядывает ей в лицо, пытаясь поймать взгляд. Одновременно хмурится и усмехается. — Ты покраснела. — Джо со злостью смотрит на него, но ничего не говорит. Ладно. Хотя бы не плачет. Тэхён морщится. — Погоди… пожалуйста, скажи, что она убивала меня каким-то извращённым способом сейчас, а не делала то, о чём я только что поду… — Затыкается, потому что Джо резко опускает голову. — Мерзкая стерва… — совсем тихо бормочет он. — Стой здесь. Хорошо? — Он отпускает её руку, шагает к выключателю, на ходу взглядом проверяя закрыта ли дверь в комнату на втором этаже. Затем резко останавливается. — Ты ревнуешь. — Не вопрос. Утверждение. Джо щурится. — Не тогда, когда видишь, как меня убивают, а в других… случаях. — Неожиданно для себя улыбается.       — Ну ты и придурок, — бубнит она. Тэхён ничего не отвечает, выключает свет, погружая дом в темноту и возвращается к ней.       — Через пару дней все собираются в «Ботинках», отмечать новый год. Мы должны пойти, — говорит он на ходу. — Проветрим пацана, он же дома сидит. Да и сами расслабимся.       Подходит совсем близко. Чувствует злость на тупую галлюцинацию. Усталость от всего. Скованность и дискомфорт, как и сказала Джо. Но под всем этим есть кое-что ещё.       Он скучает.       Кладёт свою руку на её талию и мягко тянет на себя.       — Что ты делаешь? — тихо спрашивает Джо, слыша мерзкий шепоток Тайлер.       — Есть только один человек, глубина посвященности которого в то, что происходит между нами, должна тебя волновать, Джо, — понижает голос. Запускает руку в её распущенные волосы. — Это твой сын. И сейчас он точно ничего не увидит. — Проходится большим пальцем по её скуле.       — Даже если я её не вижу, я всё ещё слышу её, — говорит она, стараясь не поддаваться. Тэхён пожимает плечами.       — Тогда передай ей, чтобы катилась к чёрту. — Наклоняется ближе. — Потому что я скучаю по тебе.       Преодолевает оставшиеся дюймы и целует её. Сначала неуверенно и мягко, но характер поцелуя быстро меняется и Джо не слышит ничего, кроме шума в ушах. А потом перестаёт слышать и его, потому что теряется в ощущениях.              

***

             — А можно я тут останусь, пока вы будете заниматься своими делами? — звонко спрашивает Кит, выскакивая между сидений.       — Нет! — В один голос отвечают Джо и Тэхён. Кит надувает щёки.       — Вредины! — ворчит он, выскакивает из машины и бежит по лестнице вверх, в отдел.       Джо качает головой, детектив хмурится, выходя из машины. Смотрит на неё.       — Ты как, в порядке? — спрашивает и Джо кивает, глядя себе под ноги.       Идёт к лестнице. Тэхён провожает её взглядом. И вот опять. Ночью всё было хорошо, утром неловкость и молчание. Он хмурится, выпускает волка и поднимается в отдел. Кит уже сидит за его столом, болтая с Сэм. Джо торчит у стола Банни и, судя по его выражению лица, он делится с ней чем-то, что Тэхён никогда не понимал. Детектив вздыхает, идёт в кабинет к Росси, чтобы сообщить, что ему нужно отлучиться. А ещё ему нужно переговорить с техником. Не по телефону.       В отделе спокойно. И это необычно в последнее время. Марти и Адам о чём-то тихо спорят. Кэл торчит за стеллажами. Линкольн заполняет отчёт. Сэм тащит Кита в комнату отдыха, потому что тот захотел пить. Тэхён ловит взгляд Джо и кивает в сторону выхода, им пора.       Девушка прощается, идёт в сторону лестницы, ведущей в гараж.       Банни получает уведомление щёлкает по нему, хмурится.       — Эй, — говорит громко, обращаясь ко всем сразу, — кто-то из вас, оболтусов, заказывал — щурится, читая, — какую-то хрень для спины? — Смотрит на всех, поднимая брови вверх. — Потому что если да, то сколько можно просить, не указывать адрес рабочей электронной почты? — Сводит брови к переносице, возмущаясь.       — Да никто ничего на рабочий адрес не заказывал, Гук, — хохотнув, говорит Адам.       — А что за компания? — спрашивает Зои. — Может перепутали просто?       Техник секунду смотрит на неё, переводит взгляд на монитор. Хмыкает.       — Какой-то «Уро… — начинает читать. Тэхён замирает, резко разворачивается к нему.       — Банни! Заткнись!       — …борос». — Удивлённо смотрит на Кима. — А что не так?       Тэхён прикрывает глаза, понимая, что, на хрен, не хочет поворачиваться и смотреть на Джо. Но всё же делает это. Джо, стоящая недалеко от входа в комнату отдыха, застывает. Он видит, что её руки трясёт мелкой дрожью. Она на мгновение прикрывает глаза и как-то странно морщится.       — Слушай, Адам, забыла, сказать…       Сэм, выходит из комнаты отдыха, обращаясь к Ману и дальше всё происходит слишком быстро. Джо кидается к ней, хватает за руку, заламывает, резко выхватывает её пистолет из кобуры, встаёт за её спиной, приставляет его виску Дойл. Тэхён на автомате выхватывает свой пистолет, направляет на Джо. Росси выскакивает из кабинета, на ходу вытаскивая пистолет, услышав крик детектива. Остальные замирают ничерта не понимая. Джо смотрит исподлобья на него, ухмыляется.       — Моя очередь рулить.       — Отпусти её, — напряжённо говорит Тэхён. Быстро смотрит на Дойл, которая застывает, приподняв руки, ничего не предпринимая скорее от шока. — Кит, не высовывайся, — приказывает пацану, потому что краем глаза ловит движение в комнате отдыха. Кит подбегает к двери, толкает её, закрывая внутри и себя, и волка. Пятится, испуганно глядя на мать.       — О, как это мило, — тянет Тайлер. — Примеряешь роль папочки?       — Тайлер. — Выплёвывает её имя, сквозь сжатые зубы. — Убери пушку от головы моей напарницы, мерзкая, психованная тварь.       Тайлер щурится. Дойл широко открывает глаза, услышав, каким тоном говорит Тэхён.       — Знаешь, глупо так разговаривать с тем, кто может прикончить милашку Дойл. — Давит дулом пистолета на висок Сэм. — Так что смени тон, кусок дерьма.       — Тэхён, что происходит? — напряжённо спрашивает Банни, не сводя глаз с Сэм. На вопрос отвечает Тайлер, переведя взгляд на техника.       — А, Банни. Верный, преданный Гук-и, — тянет приторно-сладким голосом. — Тут такое дело, Джо слетела с катушек, понимаешь? Сейчас она… — закатывает глаза, — то есть я, полюбуюсь на то, какого цвета мозги у Сэм, а потом продолжу убивать. — Переводит взгляд на Тэхёна. — До тех пор, пока вы не пристрелите меня, как бешеное животное. — Широко улыбается.       — Джо… — тихо зовёт Дойл, всё ещё парализованная шоком. Тайлер бьёт её сзади, пройдясь по челюсти рукой с зажатым в ней пистолетом и тут же возвращает дуло на место.       — Тебя не спрашивали, Барби, — шипит злобно. Сэм смотрит на Тэхёна, сжав челюсть. — Я бы ещё с вами поболтала, но мне нужно уходить.       — Куда? — Тэхён всё так же держит её на мушке.       — Как куда? К творцу. — Корчит гримасу. — Фу, гадость какая. К работодателю. — Широко улыбается. — Но давай сначала поиграем? — предлагает ему мерзким шёпотом. — Правила такие: или я, или напарница, Тэхён. Кого предпочтёшь видеть в живых?       Он замирает, смотрит Сэм в глаза.       — Я не буду играть в твои грёбаные игры, — отвечает тихо, переводя взгляд на неё. Тайлер морщит нос.       — Ты прав, так себе правила. — Безумно улыбается. — Давай поменяем их.       Тэхён перехватывает крепче пистолет. Она отходит, сильно толкая Сэм в спину, и приставляет дуло пистолета теперь уже к своему виску. Ким ловит Дойл одной рукой, не давая упасть.       — Порядок? — тихо спрашивает, она кивает и Тэхён передаёт её в руки подоспевшему Банни, который уводит её дальше, быстро осматривает ушиб и прячет за свою спину. — Ты не сделаешь этого.       — Ой, да что ты, правда? — Тайлер тихо и безумно смеётся. Пятится назад. — Проверим? — Видит, что он сжимает челюсть. Улыбается. — Как далеко ты готов зайти, чтобы помочь бедняжке Джо? — Хмурится. — Или Джорджии? — Закатывает глаза. — Столько имён. Бесит. — Тэхён делает шаг в её сторону, всё ещё держа на мушке. — Неа, Ким. — Она качает головой, давит дулом на висок, Тэхён замирает. — Мне плевать, понимаешь? Я могу нажать на спусковой крючок просто назло тебе. И тот факт, что я вышибу мозги себе, нисколько меня не смущает. — Видит, что он мешкает. — Мы поступим следующим образом, — говорит, продолжая пятиться. — Я ухожу. Никто из вас не двигается. Не пытается меня преследовать, Не отслеживает по камерам. Потому что, если я только увижу кого-то из вас, бум, и вы получаете небольшой, изящный трупик. — Снова улыбается, смотрит на всех, останавливает взгляд на Тэхёне. — Усёк, красавчик?       Он молчит. Тайлер щурится. Цепляет взглядом один из крючков в стене, на которые вешают одежду, размахивается левой рукой и бьёт по нему. Крючок пробивает ладонь насквозь. Стонет от боли, стиснув зубы, затем стон переходит в смех. Дёргает рукой вперёд, высвобождая её. Всё это время не сводит глаз с детектива и наслаждается тем, что видит на его лице.       — Ещё раз. У…       — Да, — перебивает её. — Но тебе придётся заснуть рано или поздно.       — Это не проблема, если к тому времени я буду там, где должна. — Пожимает плечами. — И даже, если не окажусь, то успею завалить парочку случайных жертв.       Кровожадно улыбается. Тэхён переводит взгляд на её кровоточащую руку. Она продолжает отступать, всё ещё держа дуло у виска. Наклоняет голову в бок.       — Даже жаль. Я, кажется, буду скучать. — Надувает губы, улыбается, скрывается в коридоре и он слышит, что она бежит.       Марти, Ману, Коул, Лерой срываются с места.       — Стоять! — рявкает Росси. И они тормозят, непонимающе уставившись на сержанта. Тэхён с трудом заставляет себя опустить пистолет. — Банни! Камеры! — Техник кидается к своему компьютеру. Ничерта не понимает, но выполняет приказ. Росси переводит взгляд на Тэхёна. — Теперь я понимаю, о чем ты говорил.       — Прекрасно! — раздражённо говорит Сэм. — Теперь, может быть, просветите нас?! — Разводит руки в стороны. На скуле уже проявляется синяк.       Тэхён смотрит на напарницу, понимает, что она зла, как чёрт. Убирает пистолет в кобуру и проводит рукой по лицу. Он не может выстрелить, не может открыто преследовать. Если её подготовка настолько хороша, насколько он думает, то им и по камерам её не выследить. Единственное, что он может сделать сейчас — это просто ждать и надеяться, что её переключит раньше, чем она доберётся до людей Бишопа. Цепляет рукой стопку папок на своём столе, скидывает на пол вместе с другими вещами.       — Твою мать!       Опирается руками в стол, а потом вспоминает. Резко поворачивает голову в сторону комнаты отдыха. Кит стоит, вжимаясь в дальнюю от двери стену, наполовину скрытый волком. Детектив широкими шагами идёт в помещение, подходит к ребёнку. Глаза Кита широко раскрыты, он часто дышит через приоткрытый рот, его нижняя губа слегка дрожит, а в глазах стоят слёзы. Он знал о Тайлер, но никогда не видел её так близко.       — Кит.       Мальчик машет головой, зажмуривается, упрямо сжимает губы, открывает глаза. Тэхён тянет к нему руку, но он отходит на пару шагов. Слёзы высыхают. Взгляд становится безразличным. Единственное, что его выдаёт, это дрожь. Тэхён опускает руку.       — Она вернётся.       — Ты не можешь этого знать, — тихо, ровно возражает ребёнок. Обходит детектива, забирается на стул, садится, сложив руки на колени и смотрит в столешницу.       Тэхён поднимается на ноги и понятия не имеет, что сделать. Выходит из помещения, закрывает дверь. Поднимает голову и видит, что члены отдела расследований ждут объяснений. Он смотрит на Банни и тот медленно качает головой, по камерам ничего. Ким смотрит на Росси.       — Хорошо. Вот, что вам нужно знать, — начинает Гектор. — У Джо проблемы.       — А то мы не поняли, — огрызается Сэм. Росси пропускает её высказывание мимо ушей.       — Как вы уже знаете, именно в таком состоянии она пыталась убить Тэхёна. И она ничего не помнит об этом.       — И это что, всё?! — Дойл злится.       — Это всё, что вам нужно знать, — стоит на своём Росси.       — Кто такая Джорджия? — спрашивает Зои.       — И почему ты назвал Джо Тайлер? — подхватывает Ману.       Тэхён на секунду прикрывает глаза.       — Джорджия — её настоящее имя. То, что ей дали при рождении. Тайлер… — Неопределённо машет рукой. — Джо решила, что будет проще, если дать имя другой личности.       Он выдохся. Ощущает себя так, словно пару лет не спал. Опирается спиной в стену. Чувствует взгляд Сэм, но не смотрит в ответ. Она ждёт ещё минуту, а потом разворачивается и шагает к выходу.       — Сэм, — зовёт техник, опасаясь за её состояние.       — К чёрту! — огрызается она и уходит.       Хватит с неё этого дерьма. Она всё понимает. Правда. Но ей надоело чувствовать себя дурой каждый раз, когда вскрывается что-то новое. В помещении повисает тишина.       — Так… и что теперь делать? — осторожно спрашивает Хилл. Тэхён съезжает по стене и садится прямо на пол.       — Ждать, — коротко говорит Росси. Встречается взглядом с Кэлом, заходит в свой кабинет и захлопывает дверь. Стоит спиной к отделу, опускает взгляд на свои руки и понимает, что его немного трясёт. Он слышал Тэхёна. Но, как оказалось, слышать и видеть это — абсолютно разные вещи.       Ким с трудом поднимается с пола и шагает в ту же сторону, в которой скрылась его напарница. Если он собирается просто ждать, тогда можно использовать это время, чтобы поговорить с ней. Нормально.       Впервые за два года.              

***

             Дженкинс быстрым шагом пересекает парковку, зажав в одной руке кипу папок с работы, в другой сумку с ноутбуком, хватает зубами стаканчик с кофе, открывая дверь в коридор, заходит и освобождает рот, схватив стаканчик правой рукой. Пока едет в лифте на двадцать пятый этаж, шарит левой рукой в кармане пальто, выискивая ключи. Находит. Удобнее перехватывает папки, которые не имел права уносить с работы, но если его подозрения подтвердятся, то ему нужна подушка безопасности.       Он никак не мог принять решение что делать дальше, но накануне вечером ему стало известно то, от чего волосы на затылке встали дыбом. Пора заканчивать со всем этим дерьмом. Даже если это будет стоить ему жизни. Он подходит к двери своей квартиры, собирается вставить ключ в замок, но замирает, хмурясь. Слегка толкает дверь носком ботинка и та медленно открывается. Оскар оглядывает помещение, осторожно заходит и избавляется от своей ноши, положив папки на столик у входа, поставив сумку на пол, при этом не опуская взгляда. Слышит слабый грохот на кухне, звон стекла.       — Долго будешь стоять на пороге собственной квартиры, Дженкинс?       Оскар слышит до тошноты знакомый голос и его охватывает злость. Он захлопывает дверь, не стараясь быть тихим и широким шагом направляется на кухню. Останавливается на пороге, поражаясь наглости этого выскочки.       — Дерек, — говорит он тихо, прищурив глаза. Хэтфилд шарит по шкафам в поисках бутылки, бокалы он уже нашёл. Поворачивается к Оскару.       — Чёрт, чувак, ты же не из тех трезвенников? — спрашивает с подозрением. Отворачивается, продолжая поиски. — О! Я знал, что ты не потерян для общества! — Довольно восклицает, найдя полупустую бутылку виски. Достаёт её, поворачивается к Дженкинсу, наливает жидкость в два бокала. Один двигает ближе к Оскару. — Давай.       — Ещё даже не полдень, — холодно отвечает Дженкинс. — Обойдусь. — Он чувствует раздражение, а под ним отголоски мерзкого страха. — Зачем ты пришёл? И кто дал тебе право проникать на территорию частной собственности?       Дерек садится на стул, широко улыбается, делает глоток и принимает задумчивый вид.       — Я никак не мог понять, почему ты не вызываешь ничего, кроме презрения и раздражения. — Смотрит куда-то в потолок, затем переводит взгляд на него. — Теперь понял. — Обаятельно улыбается. — Рассказать? — Удобнее садится на стул. — Давай расскажу. Видишь ли, всё дело в том, что ты… — замолкает, выжидая, — зануда! Понимаешь? Никто не любит зануд. — Смеётся так, будто шедеврально пошутил. Дженкинс раздражённо вздыхает.       — Ты закончил со своим детским садом, папочкина гордость? — спрашивает он, скрестив руки на груди. — Или мне продолжать делать вид, что ты меня пугаешь? — Видит, как изменилось лицо Хэтфилда и насмешливо усмехается. — О, прости, я должен был раболепствовать перед отпрыском великого и ужасного больного садиста?       Дерек медленно ставит бокал на стол. Смотрит, не моргая, на Оскара, но тот настолько измотан эмоционально, что ему просто плевать. Последние месяцы были слишком тяжёлыми. Главным образом потому, что ему пришлось продираться через годы убеждений и принципов, веры в одного конкретного человека и правоту его действий, преданности. Пришлось признать, что они ошибались, он ошибался. И результатом его ошибок стали сотни погубленных жизней и поломанных судеб. Чертовски сложно признаваться в таком самому себе. А когда всё же получается, тебя накрывает настолько мощная волна стыда, вины и сожалений, безнадёги и бессилия от того, что тебе никак это не исправить, что ты просто тонешь. И чтобы не захлебнуться в этом, Дженкинсу приходилось тратить все свои ресурсы. Потому что ему нельзя сдаваться. Пока нет. Он безразличным взглядом смотрит на Хэтфилда, разворачивается и идёт в гостиную.       — Когда надоест театр одного актёра и ты свалишь, не забудь захлопнуть за собой дверь. — Говорит не оборачиваясь. Секунду спустя в него что-то врезается. Кто-то. Дерек. Резко разворачивает его и, схватив за джемпер, впечатывает в стену.       — Ты… — Шипит сквозь зубы, приближая к нему своё лицо. — Безвольный кусок дерьма. Ты хоть представляешь, что именно я могу с тобой сделать?       — Ой, я даже не знаю. — Таким же бесцветным голосом отвечает Оскар. — Побежишь жаловаться папочке, а он заживо сдерёт с меня шкуру? — Корчит мину. — Ох, чёрт, он же сдох. Зашиваюсь на работе, забыл. Прости.       Хэтфилд молчит, в нём плещется ярость, но не из-за слов Дженкинса, из-за его отношения. Его пустое лицо и безразличный взгляд… он не испытывает страха перед Дереком. А должен. Оскар внезапно ухмыляется.       — Дерьмо, я забыл, что ты себе нового нашёл.       — Кого нового? — непонимающе переспрашивает Хэтфилд.       — Папочку нового. Или даже двух. Смотри, если они узнают друг о друге, все твои планы рухнут, щенок.       Теперь его голос приобретает оттенок мстительности. Надо быть идиотом, чтобы не понимать, что Дерек обрабатывает и генерала, и Бишопа. Единственное, что не понятно Оскару, какова конечная цель Хэтфилда в этом раскладе? Хотя, плевать, потому что если он всё же сделает последний шаг и выполнит задуманное, то ни Хэтфилд, ни Бишоп, ни генерал не получат желаемого. Дерек внезапно отпускает Дженкинса. Стряхивает с его плеча воображаемую пылинку, смотрит в глаза, улыбается, хлопает по плечу.       — Я смотрю, ты заработался, Дженкинс. Не отдыхаешь совсем. Несёшь всякий бред. Я бы на твоём месте был аккуратнее. Знаешь сколько ДТП в год происходит из-за того, что один из водителей имеет хроническую усталость? — Дженкинс вызывающе ухмыляется, не отвечая. Дерек хмыкает. Разворачивается и идёт к двери. — До скорого. — Говорит, не оборачиваясь. — Спасибо за виски. — Останавливается, прежде, чем захлопнуть дверь. — Он был отвратительным.       Дженкинс так и стоит у стены минут десять, обдумывая всё. То, что сказал Дерек, это была неприкрытая угроза. Надо быть идиотом, чтобы не понимать этого. Дженкинс идиотом не был. Ему плевать на себя, но нельзя, чтобы Хэтфилд добрался до него раньше, чем он будет готов осуществить задуманное. Поэтому к основной задаче теперь прибавилась ещё одна — выжить на то количество времени, которое понадобится.       Оскар направляется в спальню, совершенно забыв о том, что собирался делать до этого. Он понимает, что рано или поздно Дерек захочет от него избавиться. Хотя бы потому, что Оскар, в отличии от Бишопа, не питает каких-то иллюзий насчёт Дерека. Значит, нужно обезопасить себя.              

***

             Тайлер шагает по улице, широко улыбаясь. Она давно спала, судя по датам на газетах. Ничерта не помнит с той ночи, когда раздражающий детектив раскусил её. Но это и не важно. Её снова вызвали. Значит она нужна. И в этот раз она настоит на том, чтобы её сделали ведущей. Когда-то уже требовала этого, но чокнутый Бишоп начал лепетать что-то про то, что Джо является личностью-ядром и то, о чём просит Тайлер, просто невозможно. Тайлер. Девушка хмыкает. Она совсем не против этого имени, даже наоборот. Так ещё больше ощущается тот факт, что она совершенно отдельная, самостоятельная личность, а не просто придаток святоши Джо. Она проходит мимо торгового центра, тормозит, оглядывает себя с ног до головы. Кривится от отвращения. Ей нужна другая одежда. Шагает внутрь, озирается по сторонам, выбирая подходящий магазин. Находит самый дорогой бутик и резво шагает внутрь.       — Добрый день. — К ней обращается девушка-консультант, приветливо улыбаясь. — Я могу вам чем-нибудь помочь?       — Здравствуй, милочка, — фальшиво улыбается Тайлер. — Видишь вот это тельце? — Указывает на себя. — Из него нужно сделать нечто сексуальное и дерзкое. — Упирает руку в талию, поднимает правую бровь. — Справитесь?       — Конечно. — девушка широко улыбается. — Прошу вас, пройдите в примерочную.       Она указывает направление и Тайлер заходит в просторную кабинку с большим зеркалом, парой удобных пуфиков и ковриком, который стоит больше, чем месячная зарплата некоторых людей. Предлагают кофе и она соглашается. Ей приносят классическое маленькое чёрное платье. Короткое, с длинными рукавами. Миленько, но нет. Чёрные колготки, короткие чёрные шорты, чёрный топ и сильно потрепанный свитер, длиннее шорт. То есть, если бы Тайлер нашла его в чьём-то шкафу, то решила бы, что ему лет сто и его сожрала моль. Но её убеждают, что это модно. Короткое тёмно-бордовое платье из бархата. Тайлер едва сдерживается, чтобы не наорать на девушку. Колготки в сетку, чёрная короткая юбка, опять же чёрный топ и свитер, очень короткий, но с длинными рукавами.       Предлагают и другие варианты, но Тайлер останавливает свой выбор на коротком свободном белом платье с рукавом до локтя, больше похожем на слишком свободную футболку, и идущем в комплекте симпатичном чёрном корсете. Ей предлагают подобрать и обувь, но она отказывается. Может они с Джо и полные противоположности, но эти ботинки Тайлер нравились так же, как и Джо. В прочем как и пальто, его она тоже не меняет. Сильно ниже колена, тёмно-серое с глубоким капюшоном, сидящее впритык у талии и слишком свободное к низу. То что надо.       Тайлер выглядывает из-за шторы, проверяя, где находится персонал. Оглядывает помещение. Замечает нервную особу недалеко от себя. Берёт в руки пальто, оставив вещи, в которых пришла. Просит подошедшую только что девушку принести ей что-то ещё, накидав при этом кучу «это должно быть что-то вроде…» и «и не должно быть ничего типа…». Удостоверившись в том, что нагрузила её по полной, выскальзывает из кабинки, прячась за ровными рядами одежды. Добирается до нервной особы с собачкой на руках и с силой толкает её, добившись того, что псина оказывается на полу и драпает на свет, к выходу. Женщина верещит, персонал суетится, Тайлер шагает прямо в висящую ровным рядом одежду, прячась от одной из девушек, а затем просто выходит из помещения. Причём её комплекция позволяет пройти не между рамами с индикаторами, а за одной из них. Она накидывает пальто, следом капюшон, застёгивается на все пуговицы и спокойно идёт к выходу из центра.       — Серьёзно, Тайлер? — Девушка дёргается, слыша свой голос, оглядывается. — Я здееесь, — копируя её манеру, говорит Джо и тогда Тайлер замирает, глядя на своё отражение в одной из витрин. Которое, кажется, живёт собственной жизнью.       — Не может быть… — Тайлер щурится, затем резко разворачивается и идёт прочь.       — Ты же не думала, что будет так легко? — Джо догоняет её. — Кажется с интеграцией проблемы, подруга. И мы поменялись местами.       — Отвали. Тебя не существует. Это всё в моей голове, — раздражённо говорит Тайлер, широко шагая.       — Нет, это всё в моей голове.       — Да похер.       Тайлер выходит на улицу, ловит такси. Оглядывается назад, когда машина отъезжает, и ухмыляется, не увидев на улице Джо.       — Ты ведь в курсе, что сейчас я твоя галлюцинация? — весело спрашивает Джо, сидя на переднем сидении такси. Тайлер едва сдерживается, чтобы не выругаться в голос. — Куда мы едем?       Тайлер игнорирует её вопросы на протяжении всего пути. Главным образом потому, что ей не нужно обращать на себя внимания, так меньше риска запомниться кому-то. А если она начнёт говорить сама с собой, то её точно запомнят. Она расплачивается за такси и выходит у того самого мотеля, номер в котором зачистил Тэхён. Если ей повезёт, то боссы не узнали о её проколе. А значит оставят информацию о следующей цели здесь же. Если ей не повезёт и они всё знают, значит, придётся добираться до следующей точки.       Шагает к номеру, не переживая о том, что нагрянут копы. Она уверена, что бедняга детектив и пальцем не пошевелит из-за страха за Джо. Заходит в номер, направляется к тайнику, кое-как открывает его и находит большой коричневый конверт. Ухмыляется. Они не знают. Идёт к кровати, садится на неё, вскрывает конверт и читает информацию о новой цели.       — Женщина. Пятьдесят один год. Советник… — читает вслух Джо, выглядывая из-за плеча Тайлер. — Ты не сделаешь этого! — возмущенно утверждает.       Тайлер закатывает глаза. Встаёт с кровати.       — Да что ты, Каспер. И как же ты меня остановишь? — Разводит руки в стороны, нагло ухмыляется. — Ворвёшься в моё сознание?       — Оно… — Джо хмурится, садится на кровать, — у нас одно на двоих, тупица.       Дёргает головой в сторону, вспоминая то, чего не помнила до этого момента. Выражение лица меняется и она бледнеет. Тайлер опускает руки по швам. Хмурится. Потому что, кажется, видит то же, что и Джо.       — Какого хрена ты делаешь?!       — Возвращаю себе… тебя?       Джо моргает, потому что, кажется, кое-что поняла. Соскакивает с кровати.       — Хера лысого! — фыркает Тайлер и разворачивается, чтобы выйти.       — А ну стоять! — строго приказывает Джо. К своему ужасу Тайлер замирает на месте. — Посмотри на меня, — не меняя тона, говорит Джо. Тайлер поворачивается и смотрит на неё взглядом, полным ненависти. Джо пятится к кровати и сидится, пораженно уставившись на своего злобного двойника. — Они были правы… — глухо бормочет она.       — Какого хера ты несёшь, психованная? — скривив губы, спрашивает Тайлер.       — Те, кто утверждал, что человек не рождается с конкретно установленным набором личностных качеств и черт характера. Они были правы. — Джо вскакивает с кровати, начинает ходить туда-сюда. — Я родилась там, где родилась и росла в той среде, в которой росла. Именно поэтому одни черты личности преобладают над другими. Понимаешь? — На секунду тормозит напротив Тайлер, снова начинает ходить. — Но это не значит, что всего остального во мне нет. — Останавливается рядом с Тайлер и смотрит на неё, как на своё отражение. Пристально разглядывает её лицо. — И теперь я знаю, что способна на жестокие убийства, могу позволять себе гадкие и едкие замечания, цинична, холодна и расчётлива. Распущена, груба и могу иметь низкие моральные барьеры…       — Это вообще-то обо мне, — презрительно усмехнувшись, говорит Тайлер.       — Нет. — Джо качает головой. — Ты это я, забыла? — Тайлер больше не усмехается. — Всё, на что способна ты, это моё. Просто всё это было погребено под тонной других вещей. Я признаю это. И принимаю. Люди не делятся на плохих и хороших. — Кладёт свою ладонь на плечо Тайлер. — Они делятся на тех, кто поступает правильно и тех, кто не находит в себе сил это сделать.       — Из нас двоих слабачка ты, — уже не так уверенно огрызается та.       — Нет, — снова возражает Джо. Ей не хватает воздуха, потому что она начинает вспоминать то, что происходило, пока у руля была не она. Медленно и туманно. — Мне жаль, что тебе пришлось всё это выносить, — говорит с сожалением.       — Пф, со мной это не сработает.       Тайлер, разозлившись, отходит к окну, даже не думая о том, как это получилось.        — Я помню, Тайлер. Те тренировки, которыми тебя изматывали, требуя невозможных результатов. И то, что снова и снова тебя заставляли чувствовать себя ничтожеством, которое ни на что не способно. — Джо внезапно улыбается. — Правда в том, что под всей этой жестокостью, бравадами, дерзостью и нестабильными перепадами эмоционального состояния прячется одиночество.       Тайлер резко поворачивается к ней.       — Долго будешь полоскать мне мозги?!       — Я тебя не держу. — Джо пожимает плечами. — Я не могу, потому что я в твоей голове. Забыла?       — Тогда почему я не могу убраться отсюда? — Тайлер злится. Потому что, кажется, понимает, к чему всё идёт.       — Потому что личность-ядро это всё же я? — предполагает Джо. Снова подходит к ней. — Слушай меня внимательно. Я признаю и принимаю тот факт, что часть меня является психованной убийцей.       — Пошла ты!       Дёргается, но почти не сдвигается с места.       — Я знаю, что ты и я части одного сознания. — В голосе Джо слышится решимость.       — Нет!       — Я знаю, что вспомню всё, если отменю интеграцию. И я понимаю последствия. — Джо хватает её за плечи. К удивлению обеих Тайлер ничего не делает. Просто потому что не может. — Я хочу, чтобы моё сознание снова стало цельным. — Смотрит прямо в глаза.       — Даже если у тебя получится, ты не отменишь установку и триггер, — мстительно шипит Тайлер. — Ты всё равно будешь марионеткой в чужих руках!       — Ты хотела сказать «мы»? — тихо уточняет Джо. Тайлер перестаёт шевелиться. — Я помню, через что ты прошла. И теперь ты помнишь, через что прошла я на базе. Я не думаю, что ты исчезнешь насовсем, во всяком случае не сразу. — Джо с удивлением замечает слёзы в глазах напротив. — Но это моё сознание. Моё тело. И моя воля. Ты часть меня. Не отдельная личность. Часть меня.       Резко обнимает её, крепко зажмурившись. В голове вихрем проносятся события последних двух лет, возвращая украденные дни. Её начинает трясти и она чувствует тошноту, но главным образом дикую головную боль. Не знает сколько времени так стоит. Но когда открывает глаза, то понимает, что находится в номере в полном одиночестве.