Воспоминание.

Воспоминания… Единственное, что остается у нас в памяти после того, как мы что-то потеряли. Считаю, что самое отвратительное - скучать по тем воспоминаниям и желание вернуться туда вновь, ощутить те эмоции, расплывающиеся по твоему телу и будто беря над тобой контроль. Также мерзко ощущать то, как во время каких-то действий ты можешь непроизвольно погрузиться в те воспоминания, полностью отдаляясь от реальности и отрекаясь от нее. Будто ничего этого нет. — Скажи, Леон, а что для тебя значат воспоминания? — спросила я, слегка улыбаясь и опуская взгляд, чувствуя, как мое лицо обдувает легкий ветерок. — Ну и вопрос ты задаешь… — почесав затылок, сказал Леон, — Смотря какие, наверное. — Самые дорогие и теплые. — Тогда ответ прост. Они для меня значат как что-то дорогое и теплое. Иногда вспоминаю и так хорошо на душе… Светловолосый слегка усмехнулся, немного наклоняясь вперед тем самым закрывая лицо волосами. Я усмехнулась в ответ, смотря на лицо Кеннеди будто запоминая кажду частичку его и его эмоций. — А для тебя что? — спросил Леон, переведя взгляд на меня и заправляя пряди волос за уши.  — Понятия не имею. Есть воспоминание и есть, что было, то прошло. Считаю, что не нужно постоянно вспоминать что-либо из прошлого, тем более жить в этом. — Даже если это был самый прекрасный момент в твоей жизни? — Даже так. И тишина. Мы отвели друг от друга взгляд, думая о чем-то своем. Я оперлась спиной на крепкое и большое дерево и смотрела вперед, глубоко вдыхая свежий вечерний вечер, а затем на миг закрывая глаза и стараясь ни о чем не думать.  — А если меня не станет, ты также не захочешь или не будешь вспоминать меня? — внезапно спросил Кеннеди. Я лишь нахмурилась. Думать все таки придется.  — Ну, все усопшие хотят, чтобы их вспоминали — с неловким смешком сказала я, стараясь отойти от вопроса. Опять тишина. А может они и не хотят? Никто не знает. Мертвые уже ничего не чувствуют. Хотя может какая никакая жизнь после смерти есть? Тоже никто не знает. Вздохнув и переведя взгляд на поникшего Леона, снова стараясь отложить в памяти его фигуру, даже затылок. Я неосознанно запоминала его так, будто его действительно вот вот не станет. Нет, все же будет хорошо. Почему должно случиться что-то плохое? Мы сидим вдвоем под дубом в парке, вечер, тишина и легкий ветерок. Хотя всякое может случиться. Этого тоже нельзя отрицать. — Ладно. Давай не будем нагнетать наше времяпровождение! Ты скачала игру, которую я тебе скинул? — решил перевести тему Леон, с легкой улыбкой посмотрев на меня. Я усмехнулась, посмотрела на него и кивнула. У нас был обычный ничем не примечательный разговор. А для чего? А для того, чтобы это было выжжено в моей голове, и чтобы я вспоминала это всегда с желанием вырвать мозг.  Мы продолжали разговаривать, даже когда встали с места и напрвились Бог знает куда. Но я продолжала запоминала его силуэт, а теперь еще и действия. Он купил мне кофе, чтобы я не замерзла, отдал свою кофту. Я запоминала его неловкий взгляд и говор, который слегка смешил меня. Как он обращался ко мне, как двигались его руки, пока он что-то мне рассказывал, его мимику. Его запах, его чувства. Я успевала запоминать даже местность, где мы проходили. Вдруг Кеннеди остановился.  — Слушай… А мы можем назвать нашу прогулку… свиданием? — тихо и неловко спросил Леон, переведя взгляд с асфальта на меня.  Молчание. Мой кивок головой. — Спасибо…  За что спасибо? Спрашивать я не стала. Я осчастливила мальчишку, что тоже останется в моей памяти. Но разве это плохо? Он же тоже, скорее всего, хорошенько запомнил нашу встречу.  Я посмотрела в его кристально-голубые глаза, которые были наполнены мольбой и волнением. Он хочет меня поцеловать или чего-то боится? Непонятно. Понятно только то, что его рука медленно тянется к моей, слегка подергивая пальцами. Я уже собралась взять его руку в свою, но он резко переместил руку к своему затылку, почесав его и неловко улыбнувшись. Ох, эта неловкость… Я хорошо ее запомнила. Особенно, когда после этой неловкости мы оба рассмеялись. А затем снова этот щенячий взгляд, но с улыбкой. А потом, как странно, мы просто разошлись.  Непонятное чувство внутри и бонусом к этому непроизвольно появляющиеся фрагменты этого «свидания». Одновременно тепло и тяжело. Хотелось попытаться не думать об этом, вообще стереть из памяти, но я оставила все как есть.  И вспоминаю до сих пор. Спустя несколько лет. — Эу, Вилл, я не собираюсь тебя такую оцепеневшую вытаскивать от сюда! — пригрозила Джейн. Моя подруга. — Ох, да, прости, задумалась… — сказала я, придя в себя и почесав затылок. Да, точно также, как и он когда то. — Давай уже. Еще немного и наконец свалим из этого мрачного места. Я лишь вздохнула, сполоснув тряпку поливая ее водой из бутылки. Многое поменялось с тех пор, но одно осталось. Я все еще ненавижу вспоминать.  Выжав тряпку, я снова принялась вытирать холодную черную плину, которая хранила в себе поистине теплого человека. А я храню в себе лишь воспоминания об этом теплом человечке.  Пока я снова была в своих мыслях, Джейн уже собралась и сказала, что подождет за территорией кладбища.  Кладбище - действительно самое тихое место на земле, которое хранит в себе столько всего… Особенно его. Луч солнца, которым я не дорожила на тот момент так, как дорожу сейчас.  Закончив с уборкой, я убрала все в сумку, встала и посмотрела на плитку. Мой взгляд был уставлен хоть и на плитку, но в одну точку на аккуратно написаное имя:

Леон. — Надеюсь, что тебе хотя бы здесь хорошо, Леон, — тихо сказала я с небольшой улыбкой, развернувшись и начиная свой путь из кладбища, — Все равно я буду вспоминать о тебе.