После фильма

Данила задумчиво смотрит вдаль, покуривая сигару, параллельно свободной рукой поправляя ворот своей идеально отглаженной черной рубашки, на которой обязательно сверху были расстегнуты пару пуговиц. Кашину нравилось соответствовать образу того самого карикатурного режиссера, работающего в киноиндустрии уже много-много лет. Это придавало ему некой уверенности, да и создавало большой ажиотаж среди множества симпатичных актрис. Сколько их было у рыжего даже и не сосчитать. Вдруг его ассистентка Лера незаметно подкралась сзади и аккуратно похлопала по плечу парня, дабы не напугать: — Слушай, уже кастинг начинается, давай быстрее, ладно? — Угу. В последнее время Кашина больше всего раздражали именно актеры, абсолютно каждый был по мнению самого господина режиссера бездарностью, от рыжего ушло уже более сотни разочарованных лиц после грубой критики. Да, с ним определенно было трудно сработаться, но несмотря на это Данила в свои двадцать семь считался очень талантливым, его в прямом смысле слова почитали коллеги по цеху и уважали каждую работу — одним словом настоящий профессионал своего дела. Поморщившись от предстоящих проб, парень тяжело вздохнул, после чего вернулся в павильон. Сев на свой почетный стул, рыжий начал слушать первую десятку на роль «Виолы Кац». Первые девять девушек сразу же отпали, поскольку не чувствовали персонажа и казались слишком «пресными», осталась последняя из этой десятки: — Меня зовут Арина Буланова, мне двадцать лет. — Ну, давай, Арина, удиви меня, — с усмешкой ответил мастер. Блондинка начала читать реплику Виолы и на удивление она оказалась самой достойной из всех, кого послушал Кашин, было в ней что-то схожее с самой героиней: — Достаточно. В ту же секунду Буланова замолкла, явно нервничая в ожидании вердикта Кашина. Прошло буквально пару минут, как рыжий абсолютно равнодушно ответил: — Сносно, стригись под каре и красься в черный, только тогда пущу на съемки и сегодняшнее мероприятие, Лера сообщит тебе все. Остальные свободны. Перерыв. Махнув рукой оставшимся персонам, Данила быстрым шагом удалился из помещения, дабы сделать небольшую передышку. За ним вышел сценарист данного проекта — Деймур Давид. Было видно, что он точно хотел что-то сказать коллеге, но не решался из-за сегодняшнего настроя Кашина. Закурив, Деймур в итоге аккуратно произнес: — Не жестко ты с ними? — С кем с ними? — С девушками. — А что они хотели? Думали, промычат что-то невнятное, похлопают глазками и их возьмут на главную роль, что за бред? Темболее на такой масштабный проект. Бездари все они, пусть идут хуи сосут у жирных стариков за мелкие роли где-нибудь на отечественных каналах. Самая нормальная вот эта светленькая была, Буланова по-моему? — Ага, симпотная. Видел какие у нее сиськи? — Я смотрю на потенциал человека, а не «сиськи». Слушай, может зря ты участвуешь в «Жемчужине»? — Остынь, просто так вкинул. На роль Августкогда кастинг? — Сегодня. Буквально через полчаса. Решил попробовать ускорить процесс, иначе в сроки не уложимся. Надеюсь, за сегодня закончим отбор. — С парнями думаю тяжелее будет, под Менгеля трудно типажного найти. — Разберемся. Закончив «ниочемный» диалог, Даня направился обратно, надеясь как можно скорее покончить с делами. Заняв обратно свою позицию, повторялись те же манипуляции. Куча серых одинаковых лиц так же не остались без колких комментариев режиссера. Наконец, очередь дошла до одного интересного юноши, который так же, как и Арина, сразу зацепил Кашина. — Зовут Руслан Тушенцов, мне двадцать два короче, можно уже начинать? Как только темноволосый начал читать реплики Августа, рыжий обратил внимание на то, как свободно парень это делает. У него не поставленный в театральных студиях голос, не расставлены интонации так, как этому обычно учат — не по шаблону. Юноша делал это по-своему, но не менее талантливо, чем у опытных актеров. — Стоп. Образование есть? — Да. — Где? У какого мастера обучался? — Небесная канцелярия, у всевышнего. Эта до абсурда глупая ирония почему-то вызвала улыбку на обычно каменном лице Данилы. — Все свободны. Как только толпа разошлась, рыжий заметил, с каким облегчением выдохнула вся их команда, когда всех актеров набрали на роли. Постепенно оставшиеся работники так же начали расходиться по домам и в итоге Кашин остался наедине с Русланом. — Симпотный. — Чего? — воскликнул шатен. — Так, смотри, Руслан же, верно? — Ага. — Где живешь? — Дайте свои контакты какие-нибудь, скину вам. — В общем пришлю за тобой такси где-то в часов семь, у нас киношников перед началом съемок первых какого-либо проекта есть традиция это просто отмечать. Раз ты ведущую роль занимаешь, то естественно приглашен. Дресс-кода особо нет, но прошу, поприличнее оденься, не в мятую одежду хотя бы. — Э-э, ладно? Не прощаясь, Тушенцов развернулся и направился к выходу, пока Данила взглядом провожал новоиспеченного знакомого. — Интересный экземпляр… Посмотрим, на сколько тебя хватит, — шепотом произнес рыжий, как-то недобро улыбаясь. *** Кашин привык, что ему все и всегда можно, потому что он авторитет. Он всегда в приоритете, в почете, его любят и уважают все. Кто посмел бы его ослушаться? Единицы, которых ждали неприятные последствия, даже если бы они осмелились это сделать. Больше всего таких Данила и не любил, из каких-то своих убеждений даже презирал. Он всегда будет первый. Никто и ничто не были способны остановить рыжего. Вседозволенность уже как пару лет точно кружила голову. Парень считал, что если есть возможность брать от жизни все, то это и нужно было делать. В принципе, только себя Даня и слушал, поэтому образ жизни его был соответственно такой. Конечно, когда он выбирал актеров, то опирался не только на их потенциал, но и моментами преследовал свои корыстные цели. Пока Кашин ехал к назначенному времени в ресторан, по пути обязательно размышлял, чтобы скоротать времяпровождение в душном салоне: — «Блондиночка и вправду симпотная была, Деймур прав был, сиськи у нее огонь. Тушенцов этот смазливенький, но тоже интересный. Может, тройничок с ними устроить? Или по отдельности, надо обдумать этот момент». За размышлениями время летело незаметно, множество напомаженных дам и хвастливых мужчин сливались с элитными заведениями, превращаясь в одну полосу, которую авто поедало за считанные секунды на большой скорости. Наконец, водитель доставил Кашина до «Оазиса», излюбленного киношниками ресторана, где они обычно всегда собирались, когда нужно было что-то отметить. Статусно, престижно, дорого, эпатажно. Все, что нужно. Поправив свой пиджак, рыжий уверенно зашел в заведение, почти как к себе домой. На фоне играла какая-то спокойная ненавязчивая джазовая музыка, что означало только первый этап празднования, пока все относительно трезвые. Ну и конечно, как же без кучи лицемерных улыбок и дежурных фраз в адрес множества коллег с других проектов. Когда с этим было покончено, Данила принялся за бурбон. Сделав первый глоток, жидкость приятно обожгла горло, из-за чего парень прикрыл глаза от наслаждения. Это именно то, что ему нужно было сегодня. Поставив стеклянную емкость причудливой формы обратно на стол, рыжий оглянулся, ища глазами Тушенцова. Запыхавшийся шатен стоял на входе в попытках отдышаться, собирая на себе косые взгляды от «высокостатусного киношного сброда», по крайней мере сам Даня именно так их называл, даже несмотря на то, что сам входил в данную категорию. — «М-да, джинсы и толстовка на подобное мероприятие… Хотя бы не мятое, как я и просил» — подумал Кашин, прекрасно понимая, что весь вечер все будут косо смотреть на его коллегу из-за внешнего вида. Подойдя к Руслану, Данила, продолжая держать уверенное лицо, буквально прошипел: — Ты почему так оделся? — Сказал же, что не в мятом, вот и пришел. В чем проблема? — Долго же придется работать с тобой. — Что? — Все, ладно, пошли. Медленно идя по залу, рыжий тихо и максимально аккуратно, не подавая никакого вида, рассказывал о присутствующих Тушенцову, даже моментами делясь грязными секретами этих людей. *** В моменте, Кашину стало казаться, что стало слишком скучно и поэтому необходимо влить в себя еще буквально пару стаканов алкоголя. Как он и предполагал, резко стало легче и ощущал себя парень гораздо бодрее, чем ранее. Вся пафосная атмосфера стала забавлять Данилу. Посмотрев на Руслана, рыжий обратил внимание на то, что тот стоит какой-то поникший. Вдруг рука режиссера стала безвольно ходить по ягодице Тушенцова. Только почувствовав чужую ладонь, шатен отпрянул: — Че за хуйня? — Кислый какой-то ты, поехали ко мне, повеселю тебя, — ответил Кашин, с улыбкой как у Чеширского кота, почти до ушей. — Повтори. — А че ты думал, я тебя шавку необразованную просто так на главную роль взял? Надо отрабатывать. Стоило Даниле это только договорить, как нос пронзила резкая боль. Отойдя от шока, он увидел, как Руслан начал тереть костяшки, по всей видимости которые были в крови рыжего...