Спасибо за то, что рядом

Дождевые капли падали, сливаясь в более крупные, и медленно стекали сначала по лицу, усеянному родинками, затем по шее, после впитываясь в ворот футболки. Хотя мало вероятно, что впитывались, одежда вся промокла, чтобы вбирать в себя ещё влагу. В голове ни единой путёвой мысли. Пусто. Он надеялся, что смена обстановки окажет благоприятное влияние, но, к сожалению, это оказалось не так. Он сидел на скамье около дома уже минут десять. Белая футболка с тёмными шортами потемнели от воды и прилипли к телу. Тем не менее желания вернуться под крышу не было. — Я всё понимаю, творческий настрой пытаешься словить, но болезнь тебе явно в этом не поможет, а ты не избежишь её, если продолжишь вот так сидеть. Идём домой, пожалуйста. — Не хочу. В закрытом помещении думается хуже. — Да что ты говоришь? Потом вообще думать не сможешь из-за температуры. Лиль, ну идём. — На своих ногах я отсюда не уйду. Денис раздражённо вздыхает, не зная, что делать с этим взрослым ребёнком. Но невзначай брошенные Ильёй слова прочно заседают в голову. Блондин решительно выходит из-под карниза, встаёт чуть сбоку от брюнета, пока тот недоумённо следит за его действиями. Денис слегка наклоняется, вытягивает руки вперёд, кладя одну на спину, а другую под ноги, и чуть приподнимает старшего. Илья в страхе ухватывается за его плечи, тут же пытаясь принять исходное положение. — Эй, ты чего? Я же пошутил. — А я нет. Не пойдёшь на своих двух, дотащу тебя сам. — Чтобы ты потом с больной поясницей ходил? Спасибо, не надо, — младший, пропустив слова мимо ушей, делает ещё одну попытку поднять парня. — Всё, всё, я сдаюсь! Твоя взяла, идём. Илья встаёт со скамьи, беря за руку мгновенно расслабившегося Дениса, и идёт в дом. Разуваются рядышком, ненароком толкая друг друга. Вновь пихнув брюнета в бок, Коломиец пускает смешок, на что в ответ толчок получает, уже намеренный. Переводит взгляд с пола на возлюбленного, по итогу неосознанно засматриваясь. Мокрые волосы Илья зачесал рукой, только зайдя за порог, и теперь они аккуратными прядями лежали в одну сторону. Со лба продолжали иногда стекать капли, блестя от яркого света потолочной лампы. Чертовски красив. Денис поддаётся нетерпимому желанию и впивается в чужие губы. Илья отвечает с напором, пытаясь перетянуть на себя инициативу. Хочет прикоснуться, быть ближе, но воздерживается из-за мокрой одежды на себе — не хочет вносить дискомфорт в такой чувственный момент. В воздухе витает сладкий аромат свежезаваренного чая с лесными ягодами, что только подкрепляет приятную атмосферу. Илью знатно плавит с происходящего: тёплая ладонь на щеке, привкус печенья на губах и наличие рядом родного человека. Воздуха надолго не хватает, из-за чего он с явной неохотой разрывает поцелуй. Смотрит в светлые глаза, встречаясь со взглядом, полным любви. Невыносимо хочется обнять, и Денис, будто почувствовав чужую потребность в близости, прижимает к себе, наплевав на мокрую одежду. Тепло, очень тепло. Он и не осознавал до этого, что замёрз, пока сидел на улице. Но теперь это не важно, ведь в данный момент его греют объятиями, горячим дыханием над ухом, чувствами сильными. — Спасибо, День, за всё, — смазано целует в уголок губ, чуть сильнее сжимая руки на спине. — Что бы я без тебя делал? — Болел, очевидно же. — Я и сейчас тобой болею, знаешь? И пусть ранее у него не было ни единой хорошей мысли, теперь голова заполнена только ими. Он чувствует себя любимым, значимым и, главное, нужным. Он существует не просто так: фанаты слушают его песни, с нетерпением ждут новых; семья его любит, гордится чрезмерно; Денис, что всегда рядом, и лирику его ждёт, и восхищается им, и любит трепетно. Вместе с ним он по-настоящему чувствует себя счастливым.