***
Вечером, как всегда сидя у костра с другими викингами и поедая кролика, помимо запаха пота, грязи и жареной еды, юноша ощутил странный запах прибоя. Как будто морской бриз окутал с ног до головы так, что казалось, ещё немного, и его захлестнет волной. От копчика до макушки головы прошли мурашки: откуда в такой глуши, в горах, могло взяться море? Немного поразмыслив, ответ напрашивался один - у какой-то омеги течка. Точно, другого ответа быть не может! Хотя юноша и не интересовался такой темой, как омега или альфа и какие у них отношения, внизу живота всё равно начало покалывать возбуждение. Торфинн надеялся, что от интереса. Да, ему просто было немного интересно. Торфинн в два укуса доел кроличью ногу, выбросил кость, вытер руки о штаны и робко огляделся вокруг. Наблюдая за остальными, которых на первый взгляд ничего кроме жратвы и питья в данный момент не интересовало, стало понятно, что никто другой этого не ощущает. Ни запаха, ни, что бы это не значило, возбуждения. Игнорировать - выход. Отлично, слегка прикрыв глаза и вновь принюхавшись, юноша решил проигнорировать и запах, и возбуждение, и пойти спать куда-то на дерево. Или рядом с ним. К тому же и Аскеладда этим вечером нигде не было видно. А значит среди этого сброда мерзких мужиков делать ему нечего. Прошагав вглубь леса, юноша надеялся найти что-то вроде лачуги или хотя бы толстого дерева, чтобы переночевать. Однако запах, от которого парень намеревался отделаться, наоборот, ударял по нему всё сильнее и сильнее. Вновь принюхавшись и ощутив лёгкое покалывание в лёгких, Торфинн решил, что не в силах всё же побороть свой интерес и странное ощущение жара, что начинался от лица и заканчивался нижней частью живота. Он действительно захотел посмотреть на омегу в течке. Сексуальный контакт не интересует. Ни капли. Всего лишь посмотреть. Он немного повёл носом по воздуху и выяснив направление, откуда исходит запах, пошел по нему. Каково было удивление, когда Торффин, ориентируясь лишь на инстинкты и обоняние, нашел то, что искал. Ступая по следу, как собака, в темноте и глуши леса Торфинн наконец заприметил маленький домик без света в окнах. Юноша стоял на небольшом отдалении от него и немного потоптался на месте, не решаясь ступать дальше и четко ощущая, что запах исходит именно оттуда. На самом деле мальчика сдавило напряжение: он не знал наверняка, что увидит, подойдя ближе. Медленно и бесшумно сделал шаг, как будто проверяя на надёжность собственное ноги, потом второй, уже более уверенный, и после третьего сорвался на лёгкий тихий бег и вот, смог заглянуть в окно домика. «Твою мать» Аскеладд сидел на кровати и, опершись спиной о стену, мастурбировал. Торфинн не знает, сколько он конкретно за этим наблюдал, но движения мужчины явно становились быстрее. Парень через силу оторвал свой взгляд от члена взрослого мужчины и скользя по телу, кубикам пресса и груди, перевел его на лицо. Не забыв рассмотреть накаченные руки, конечно же. Чёрт, сексуально. Каст прищурил глаза и возбуждающе прикусил губы. Слегка задрожав, откинул голову назад и кончил. «Твою мать» По лицу мужчину стекали капли пота, щёки зарделись, дыхание явно сбилось, а взгляд походил на взор голодного хищника. Чуть не столкнувшись с глазами напротив, Торфинна свело судорогой. От резкой боли внизу живота неприятно закололо, тело согнулось пополам, а по внутренней стороне бедра прошлось что-то теплое, вязкое и липкое. Аскеладд омега? Нет, Торфинн точно знал - Каст является альфой. Тогда, получается, если юноша среагировал на феромон.. В голове набатом стучала мысль - «Нет, не может быть» Чуть приподнявшись Торфинн снова заглянул в окно, как раз, когда Аскеладд удовлетворённо закатил глаза. «Нет, это ведь не так, правда? Я не могу.. Я не возбуждаюсь от этого!» - Ещё одна судорога и почти стон сорвался с губ Торфинна. Юноша пытался сопротивляться, но запах начинал сводить с ума. Большая ладонь Аскеладда вновь накрыла собственный член, медленно надрачивая. Наблюдая, Торфинн всё же нерешительно дотронулся до собственной груди. «Пошло всё нахуй!» - пронеслось в голове и ладонь провела по животу, медленно обвела пальцами каждый кубик пресса и задержалась на ремне штанов, как будто слегка колеблясь. «Я не могу» - сопротивлялся Торфинн. «Только не на Аскеладда..» С дома донёсся томный стон и в голове что-то оборвалось. Рука юноши с ремня мгновенно опустилась в штаны, накрывая уже сочившийся смазкой член. В окне, тем временем, мужчина не планировал останавливаться, ещё больше возбуждая подглядывавшего за ним человека. «Чтоб тебя!..»***
На рассвете полные стыда ладони накрыли алеющее лицо. В замешательстве оставалось только пробубнеть.. «Ну зашибись, Торфинн, дожили. Ты потек от старого дряхлого человека, который убил твоего отца. А что дальше? Только вешаться, судя по всему.»