Звёзды

У Акисе очень мягкие губы, намного мягче, чем у Юно. Когда он заглатывает член целиком и Юкитеру чувствует головкой бешенный пульс его горла, остается только смотреть на эти алые, развратные губы, так потрясающе диссонирующие с белоснежными волосами и молочного цвета спермой на лице. Амано обожает давать Ару свои пальцы, ведь то, что он с ними вытворяет, если бы могло, заставило бы кончить еще несколько раз подряд. Розовый язычок тщательно вылизывает ложбинку между пальцами, Акисе смотрит снизу потемневшим взглядом и ложит левую руку на внушительный твердый бугор себе между ног, сминая ткань в побелевших пальцах и вопреки этому краснея. Юкитеру вжат в стену неимоверно узкой подсобки и все, о чем он может думать, это о боже черт тебя дери Акисе твою мать. Его правая рука свободна и спустя какое-то мгновение чладких чмокающих звуков он тянется ею вперед и убирает Ару волосы с лица, неуверенно заглядывая ему в глаза. Там , внутри красного безумия и расширенных до предела зрачков мелькают и гаснут звезды, именно те звезды, которые хотел бы видеть Амано каждый день своей жалкой, бессмысленной жизни. Юкитеру одним рывком поднимает Акисе с колен и сгребает в обьятия, изо всех своих сил стараясь сжать покрепче. Ару тепло выдыхает куда-то в ухо и с такими же болью и отчаянием порывисто впивается в него в ответ, стараясь влиться в старую потрепанную жилетку, распахнутую на все пуговицы рубашку, вдыхая ни с чем не сравнимый запах у кромки волос, где не пот, не шампунь, а что-то другое. Что-то, что есть только у Юкитеру. В крохотном помещении пыльно, как в аду, даром, что валяются тряпки и вся эта дребедень для уборки, окон, понятное дело нет, и единственным источником света служит телефон Ару, его обычный блять самый простой телефон с кучей царапин на корпусе, когда у самого Ару их вдоволь на руках, ведь оказывается, ну кто бы мог подумать, у сурового детектива есть кот, голубой британец, восхитительно королевский и немного ленивый, который ластился к нему на руки спустя пару минут знакомства, хотя по нему и не скажешь, кажется той еще ледышкой с этими невозможными глазами… И Юкитеру теряется, не знает, о коте ли вообще были мысли, да и как можно думать о чем-то, кроме Ару, Ару Акисе, из-за которого его штаны сейчас спушены ниже колен вместе с бельем и поэтому грубое дерево неизвестно чего за его спиной грубо впивается в зад, но боже, как же черт возьми хорошо! Ару совсем притих на его плече и Юкитеру, расцепив обьятия, ловит его за подбородок и целует, так, чтобы все сказать и чтобы потом не говорить, так как все и так будет ясно. Ару дрожит, его будто бьет озноб, но когда, оторвавшись друг от друга попозже, Юкитеру смотрит в глаза напротив, он видит самого мать его счастливого человека во всем этом сраном мире, который скоро умрет, если не выиграть Игру. У Юкитеру несколько причин, по которым он хочет стать богом, но отныны список пополняет еще одна, и тут е надежно закрепляется в его верхушке. Став богом, Амано сделает так, чтобы Ару жил вечно и неважно, будут ли они рядом, или Ару разочаруется в нем. Просто одна мысль, что кто-то может убить Акисе, кажется невыносимой и ужас тот час сковывает все тело.