катастрофически

      Утро началось довольно спокойно. Несколько минут нежностей в кровати, но Архиповой пришлось проводить Нечаеву на работу.       Она вернулась в ещё не до конца остывшую кровать и укуталась в уютное одеяло, решила немного доспать, думая, что ни одно событие не потревожит покой. Мысли о том, как хорошо будет провести день в тишине, тихо убаюкивали её. Но через несколько часов нежное утро всколыхнулось.       Трель телефона заставила её приоткрыть глаза и медленно повернуть голову к мобильному. На экране светилось имя «Ксюша❤️». Сонное облако ещё плыло в сознании, но бодрствование уже стучало в висках. С трудом прокладывая дорогу из состояния полусна, она ответила:       — Да, дорогая, — слабо протянула она в трубку, надеясь, что разговор будет коротким.       — Мария Андреевна, здравствуйте, — донёсся взволнованный голос Скворцовой. — Ксения Борисовна в офисе потеряла сознание. Не могли бы вы приехать?       Слова словно огнём пронзили сознание, мгновенно развеяв сон. Секундное замешательство изменилось тревожным ритмом сердца. Архипова, всё ещё немного не веря в сказанное, почувствовала, как по спине пробежал холодок.       — Я всё поняла, — произнесла она резко, собравшись с мыслями. — Я сейчас выезжаю.       Она вскочила с кровати, чувствуя, как адреналин заполняет её тело. Перебирая мысли, молча быстро оделась, пролепетав себе: «Нужно держаться. Всё будет хорошо». Наставляя себя на позитивный лад, она повторила, чтобы не поддаваться панике: «Я рядом, я помогу».       Собрала все необходимые вещи, проверила смартфон и, наказав себе не терять ни минуты, вышла из квартиры.       Когда Мария вышла из дома, её охватило странное беспокойство. Она знала, что не может позволить страху взять верх. С каждым шагом к автомобилю, мысли о Ксении терзали её, но она старалась сосредоточиться на том, что может сделать, когда доберётся до офиса.       Автомобиль летел по ещё заполненным улицам Москвы. Архипова злилась и била руками по рулю, когда объезжая одну пробку, попадала в другую, будто круговорот. Мимолетные взгляды из окна освещались ярким утренним солнцем, но счастье окружающего мира резко контрастировало с внутренним состоянием. Внезапно телефон снова завибрировал в кармане. Мария мгновенно вытащила его: «Скворцова», — теперь высветилось на экране.       — Ну? Как Ксения Борисовна? — с замиранием в голосе, ответила она, поднимая трубку к уху.       — Она в порядке, — с облегчением произнесла Соня, — В офисе оказали первую помощь. Сильно ударилась головой о кафельный пол, но пришла в сознание, ещё довольно слабая. Мы ждем вас.       — Хорошо, я уже еду, — тихо но уверенно ответила Мария, чувствуя, как слёзы накапливаются в её глазах то ли облегчения, то ли от ещё большей тревоги.       Мария проверила боковые зеркала и, оценив ситуацию на дороге, резко повернула на свободный переулок, стараясь максимально сократить время в пути. Сердце бешено стучало, пока мысли о Нечаевой путались в голове. Слова Сони дали ей некоторое облегчение, но чувство вины и беспомощности продолжало терзать её.       — Как так произошло? Почему я не была с ней, когда ей было плохо? — эти вопросы крутились в голове Архиповой, заставляя её саму себя корить.       Природа вокруг неумолимо восхищала — весна наполнила город рассыпанными цветами и сладким ароматом цветущих деревьев. Люди шли в хорошем настроении, обсуждая свои дела и делая покупки в маленьких уличных киосках. Казалось, никто в этом огромном городском муравейнике не заметил надвигающейся драмы в её жизни.       Проехав еще несколько поворотов, она наконец смогла припарковать автомобиль у здания офиса. Выпрыгнула из машины, даже не потрудившись погасить двигатель, мысленно молясь, чтобы всё обошлось, и бросилась в направлении входа.       «Твёрдой походкой», — пыталась она напомнить себе, входя в здание. Но, несмотря на строгую осанку, каждое движение выдаёт волнение. Сотрудники мелькали мимо, обмениваясь переживанием и вопросами: что произошло, всё ли в порядке?       — Мария Андреевна, она у себя в кабинете, — сказала Скворцова, встречая Архипову у лифта и кидая взгляд в сторону двери, ведущей к Нечаевой. — Не пугайтесь, она уснула, мы не стали больше её тревожить, ждали вас.       Она быстро прошла в кабинет, где, как ей казалось, время замедлило свой бег. Помещение было залито теплым светом, льющимся из больших окон, отбрасывающим мягкие тени. В воздухе ощущался лёгкий аромат свежесваренного кофе, оставленного кем-то на столе, но сейчас он казался неуместным.       Ксения спала, свернувшись калачиком на своём диване, ещё бледное после обморока лицо озарялось светом, который придавал ей совсем безмятежный вид. Будто всё это было просто неприятным сном. Мария тихо подошла ближе, стараясь не разбудить, и присела напротив. Невольно задержала дыхание, наблюдая за мерным ритмом дыхания Нечаевой. Тишина кабинета окутывала и успокаивала.       Маша долго наблюдала за сном своей, как правый страж порядка, чтоб никто не смел его потревожить. Утро тянулось долго, но её терпению не было предела. Свет проникал сквозь жалюзи, рисуя полосу света на стене и добавляя уюта.       Архипова, хоть и выглядела спокойной, внутренне была настороженной. Глаза следили за каждым движением, ловя малейшие признаки пробуждения. Временами закрывала глаза, но бодрость никогда не ослабевала.Только ближе к обеду Ксюша потихоньку открыла глаза. Голова трещала, будто сейчас расколется на части, то ли от того, что ударилась головой со всей силы о пол, то ли из-за самого обморока, не понятно. Архипова, всё-таки задремала в кресле напротив. Кабинет замминистра превратился в сонное царство.       Нечаева приложила ледяные пальцы ко лбу, пытаясь хоть немного прийти в себя.       — Маша, — тихо позвала после нескольких минут гробовой тишины. — Машенька… — аквамариновые глаза тут же распахнулись.       Ксюша медленно восстанавливалась, взгляд постепенно становился более осмысленным. Она попыталась сесть, но её мягко удержали за плечи, побуждая не торопиться.       — Спасибо, Маш, — прошептала Ксения, голос был чуть крепче, но ещё немного дрожал. — Что случилось? Я не помню всего.       — Ты потеряла сознание. Ударилась головой. Мне Скворцова позвонила. Слава Богу, ничего серьёзного — тебе просто нужно немного отдохнуть. Когда я приехала, мне сказали, что ты уснула и я решила проследить, чтобы ты была в безопасности.       Нечаева благосклонно кивнула, прислонившись к подушке на диване. Она прикрыла глаза, словно стараясь собрать воедино разрозненные кусочки воспоминаний.       Убедившись, что Ксюше становится лучше, женщина вручила давно принесённый стакан воды, чтобы подруга смогла утолить жажду и вновь ощутить себя чуть увереннее. В кабинете воцарилась уютная тишина, нарушаемая лишь звуками дыхания. Маша понимала, что важно дать время и пространство для полного восстановления. Сейчас ей не нужны слова, а только тихая поддержка.       Ксения ещё раз глубоко вдохнула и выдохнула, и голос зазвучал чуть громче:       — Я только помню, как всё стало чёрным. Это было… страшно. Хорошо, что ты здесь, — Маша улыбнулась, сжав руку Ксюши покрепче в ответ.       — Мы вместе, и всё будет в порядке, — заверила она.       Вместе они сидели ещё некоторое время, позволяя минутам плыть в комфортной тишине, пока мир за окнами офиса продолжал жить своей жизнью. Ксюша постепенно расслаблялась, чувствуя себя защищённой под надёжной опекой.