Телохранитель

      Утром Корво вернулся к обучению императрицы, и на сей раз Джессамина уже не так вяло владела шпагой отца. Было видно, она быстро учится, но почему она выбрала именно Корво, Корво не знал.       — Вы быстро учитесь? Но почему именно я? — не удержался Аттано.       Императрица опустила шпагу, и замялась, не зная, что сказать своему стражнику, но потом всё же решилась признаться ему в любви. Она подошла поближе к Корво и шепнула ему на ухо ласково — «Вы мне нравитесь господин Аттано».       Корво опешил, он не знал, что ответить. Выходит, он не просто так в один час стал одним из главных стражей её Величества, а только потому, что как-то успел понравится Джессамине. До неё у него были только простые девушки, ну или куртизанки из известного бара, на любовь с выше он и не претендовал.       — Давайте отложим пока нашу учёбу, — тихо предложила Джессамина.       — Согласен, — только и проговорил Корво.        — Не бойтесь, я не лишу вас головы, — улыбнулась императрица.       — Но я всего лишь… — пытался начать разговор Корво.       — Я видела вас в деле, вы так легко расправились с бунтовщиком на Серконоссе, что даже моя стража не успела, ничего понять. И… не бойтесь, я давно вас заприметила, ещё когда вы не были моим стражем, вы покорили моё сердце, — робко сказала Джессамина.       — И я…       — Нет, Корво, то что ты мой страж, — императрица сменила свой тон, — это моя награда тебе.       — Буду носить эту награду в знак верности вам Ваше величество, но… мне не хочется говорить, среди ваших стражей есть уши из аббатства, — сказал Корво.       — Кто? — быстро пришла в себя императрица.       — Кто-то, я не стукач, — сказал Корво.       — Это правильно, но аббатство обывателей заноза империи, никто не знает, как оно возникло, и я подумываю устроить ему чистку, с целью узнать, как оно появилось. Вера в Чужого это основная вера в империи, других таких нет, а еретики только шатают наши устои, — сказала Джессамина.       — Это Брайт, он сынок одного из обывателей, — бросил Корво.       — Что ж, я распоряжусь, чтобы его с позором выгнали из элитного корпуса, а тебя я сделаю своей правой рукой, ты будешь помогать мне в делах империи, — улыбнулась Джессамина.       — Согласен, — кивнул Корво.

***

      Он продолжил обучать императрицу, обучал пока не на ступил вечер. К этому времени Джессамина уже окончательно владела шпагой, и даже смогла сразиться с Корво на шпагах. Пока, что он вернулся в корпус стражей, когда все уже покушали и готовились ко сну. Скоро он переедет в сам дворец, ему не верилось в это, но он на самом деле понравился императрице, расскажи кому на улице не поверят, да и рассказывать не стоит, вдруг и там уши обывателей.       Утром как всегда обычная подготовка и тренировка стражей. Императрица к стражам не наведывалась, так, что Корво мог не волноваться за свою шкуру. Так же главнокомандующий сообщил отряду, что Брайта с позором уволили из элитного корпуса стражей за связь с еретиками, так что, если ещё кто-то связан с аббатством, пусть скажет сам, или же сам покинет подразделение.       — Императрица начала чистку, — сказал главнокомандующий.       — Давно пора, — сказал кто-то из отряда.       — Вот именно, скоро дело дойдёт и до обывателей, — сказал главнокомандующий.       Императрица так и не пришла к Корво, и ему казалось, что это был лишь сон, поэтому свободное от занятий и тренировок время он провёл во дворе корпуса с остальными стражами.       «Нет, быть этого не может, не может она в меня влюбиться», — думал Корво.       — Что приуныл Аттано? — спросил один из стражей.       — Да вот без тренировок и выезда, как-то не по себе, я уже привык к тому, что нужно защищать её Величество, — улыбнулся Корво.       — Ничего, скоро будет, — сказал стражник.       — Ага, готовится передел империи, я рад, что всех еретиков скоро пересчитают, — сказал другой.       — А если еретики есть среди простых людей? — спросил Корво.       — Простых смертных не тронут, они ещё могут исправится, а вот аббатство пострадает и серьёзно, — сказал третий стражник.       На следующий день императрица вновь вызвала к себе Корво, так что всё происходящее с ним не было просто сном. Она объяснила задержку, что подготавливала всех во дворце к прибытию своей правой руки, и даже извинилась перед Корво, чем его и удивила.       — Собирайся Корво, тебя ждут особые покои, — улыбнулась Джессамина.       — Как скажете Ваше величество, — согласился Аттано.       Взяв свои немногочисленные вещи Корво переехал во дворец окончательно. Тут его встретили с почётом. Вся знать, которая была более приближена к императрице аплодировала ему, и сулила большое будущее.       — Это Корво Аттано, теперь он моя правая рука в делах империи, прошу относится к нему так, как вы относится ко мне, — сказала императрица.       — Как скажет Ваше величество, — хором сказали поданные.       С этих пор жизнь Корво изменилась, его покои стали более уютные: он жил в небольшой башне дворца, специально отведённой для более преданных лиц Её величества — кровати были с периной и чистым бельём, тут хорошее отопление, и кушал он вместе со всеми поданными. Теперь не солдатская похлёбка, а настоящая еда знати. Правда на приёмах, где встречались все различные лорды, он встретил не очень лестные взгляды, как и императрица, но она уже давно хочет укоротить местную знать, установив над ней свою контроль, вот они и смотрят криво на неё, а теперь на него — её лорда-защитника, который сначала дослужился до простого стража, потом до элитного а теперь и до приближённого.       — Не переживайте так, господин Аттано, они так смотрят, потому что скоро их власть тут сократят, — сказала Джессамина Корво.       — Я не переживаю за себя, я переживаю за вас, — шепнул Корво.       Джессамина только улыбнулась своему лорду — защитнику, и продолжила свой тост за собравшихся тут. Верно преданные, в том числе и Антон Соколов, рукоплескали после каждой речи Джессамины, а потом предлагали свои идеи императрице.       — Я всех вас внимательно выслушаю, только на личной встрече, — улыбнулась императрица.