Red swirl

Даби почти каждый день выходил на улицу. То в бар дрянной какой-нибудь заскочит, то легких денег где-нибудь найдет. В рестораны и другие социальные места путь заказан, но это не мешало гулять по улицам. Включить музыку в наушниках, зажечь сигарету и просто идти куда-то вперед. Брюнет пару раз приходил у фонтана с подсветкой. Долго стоял и просто смотрел на разнообразные брызги и всплески, слушал шум воды и много думал. В одном из переулков, в котором он только что сжег очередного придурка, Даби нашел котенка. Потыкал в него пальцем, присев на корточки. Еще живой. Сходил в ближайший супермаркет и купил пачку корма. Пусть поживет еще. С Ястребом виделся только в особняке. Герой был очень занят своими делами, его уставший вид говорил сам за себя, и Даби не звал его никуда. Хотя хотелось. На самом то деле. Сам бездельничал на улице, выкуривая одну сигарету за другой, и разглядывая сверкающие здания с ночной подсветкой. Сейчас можно было покупать более дорогие и качественные сиги, и в голову отдавало от них посильнее. Теперь во рту не было привкуса дерьма после первой же затяжки. Заказал маме цветы. А стоило ли продолжать это делать? В дождь было еще лучше. Все старались не высовываться, и пирокинетик шагал по пустым улицам, слыша лишь гул проезжающих по трассе машин. Спокойные дни были слишком однообразны, и это не могло не вызывать напряжения. Казалось бы, должно быть наоборот, но нет. Ничего не получалось. Не выходило. Нужна ли ему эта свобода? Нужна ли ему эта жизнь? Что ему нужно вообще? Здесь нет идеального выхода. Никому нельзя доверять, всегда надо быть начеку, иначе снова также попытаются напасть. У Даби снова заказали убийство, и там устроили засаду. Черт. Напрасно так распалялся. Еще и сигареты закончились. Весь день против него. Даби злобно выдергивал все почерневшие скобы, лил щедрую долю антисептика, а затем вытирал какой-то тряпкой. Трясущимися от нервов руками вставлял в тело новые скрепки. Так и не надевая футболки, принялся разносить свою шикарно обставленную комнату на базе Лиги. Ах нет, теперь они Фронт освобождения, и живут в особняке. Он напоминал себе Шигараки. Точнее прошлого Шигараки. После той победы Томура стал более серьезным и презентабельным, почти что непоколебимым. А сейчас пропадает где-то уже третий месяц. И Даби нужно знать где. Какой-то процесс для усиления, что-то посерьезнее, или связано как-то с ному? Да где этот гребанный доктор? Дела набирают серьезный оборот, они вон уже, город разрушили и себе в ряды набрали. А последователи все прибывают и прибывают. Армия растет по всей стране, и Даби уже самому страшно представить, во что только такое количество человеческих ресурсов может вылиться. Еще на протяжении часа случайные зеваки слышали шум и грохот из комнаты шрамированного злодея. Еще через час все стихло, и Даби выскользнул в общий коридор, нацепив на себя толстовку с капюшоном. Он проходил мимо приветствующих его злодеев, которые даже не знакомы ему, стуча своими армейскими ботинками. Уверенно и быстро прошел на выход из особняка, поймав на себе удивленные взгляды Спиннера и Твайса. Как так, даже ничего не съязвит? Он хлопнул большими дверьми, но этот звук потонул в гаме чужих голосов. Даби пришел в единственное место, куда он мог сейчас пойти. Дом героя встретил привычной тишиной. И одиночеством. Шрамированный проигнорировал жалобное урчанье желудка, лишь залил в себя стакан воды, и завалился в чужую кровать. Он бы сейчас даже поплакал от горечи и шаткого положения, в котором ощущает себя непрерывно. И ничего не может его успокоить. Ни множество приспешников, для которых он был главнокомандующим. Ни сила собственной причуды, ни крепкие замки в его комнате, ни вера в себя. Ни вера в Птицу. Что за сентиментальность он тут развел. Ему 21 год, а не 5 лет. Поэтому Даби лишь сжал губы и закутался в одеяло по самую макушку, оставив открытой лишь верхнюю часть лица, хоть ему не было холодно. Брюнет не понял, когда герой пришел домой. Он лишь открыл зудящие глаза, вновь почувствовал себя жалким и беспомощным, и захотел снова уснуть. Такое чувство, что что-то утекало у него сквозь пальцы, как песок. Постоянно. И он не мог понять что, и как это остановить, и с каждой минутой становилось все хуже и хуже. - Хэй, спящая принцесса – Ястреб присел на корточки перед чужим лицом и положил руки на кровать перед собой – я тебя уже 5 минут зову. Ужинать будешь? Даби перевел осознанный взгляд на героя. Посмотрел на него с отчаянием, мольбой и извинением. Ястребу это не понравилось, и он сразу свел брови, склонив голову набок. - Что-то случилось, горячий парень? Да. Что-то уже случилось. Или сейчас случается. Или еще только случится. Но точно что-то не хорошее. - Да – Даби сказал тихо из-за одеяла. - Можешь рассказать, если хочешь – герой аккуратно протянул руку вперед. Злодей зашебуршал и высунул ладонь из-под одеяла, крепко схватился за чужую. Нет. Ты тоже одна из фигур в этой уплывающей картине. Ястреб погладил чужие костяшки, медленно поцеловал каждую подушечку пальца, и мягко улыбнулся. - Поем, и приду к тебе – шепнул герой, подвинувшись еще ближе – дождешься меня, ладно? Все будет хорошо – он заглянул прямо в глаза напротив. Аккуратно обвел пальцем чужие брови – я скоро вернусь – и Ястреб встал на ноги. Рука Даби потянулась вверх, вслед за чужой, но затем упала вниз и безвольно повисла на краю кровати. Брюнет зарылся еще глубже в подушки и зажмурился. Затем зажал свои уши, поджав к себе ноги и согнувшись в спине. Теперь в ушах стучало лишь свое сердце, и это было на самом деле хорошо. Даби заснул с Ястребом, который позволил брюнету свернуть калачиком, стать маленьким и незаметным, и прижаться вплотную. Даби опутал руками чужой торс и уткнулся носом в шею. Герой медленно водил круги по чужой напряженной спине, и укрывал их обоих крыльями. А на следующий день столкнулся в битве с отцом. И платину прорвало. Даби плевался ядом, выкрикивал оскорбления и высказывал все, что накопилось. Говорил и материл, как хотел. Старатель сначала разозлился, не веря, но потом впал в ступор, просто все выслушивая. А Даби говорил, и припоминал очень многое, и Энджи теперь даже не сомневался, хоть и не хотел этого отчаянно признавать. Брюнет кричал, шипел как змея, с пальцев срывались искры, а из швов на руках повалил дым. Потом он рыкнул, и выпустил яркое пламя, нисколько не мелочась. Открой глаза. Признай вину. Тяжело дыша, парень потер саднящие ладони. А затем развернулся и ушел. И заставил себя не сожалеть об этом поступке. Все равно скоро все будет по-другому. Да и смысл уже скрывать. Пару раз приходил Ястреб, и тогда можно было спокойно поиграть всем вместе в настольные игры или другие игры для больших компаний. Ястреб был для всех приветлив и открыт к диалогу, и только в комнате Даби, забравшись в кресло с ногами, позволял на лице проявиться мягкой и естественной улыбке. И как понял Даби, отец никому не рассказывал о нем. Еще бы он так сделал. Испортил себе репутацию. Только, по рассказам Ястреба, ходил более хмурый и раздражительный. Пусть помучается. Пусть подумает, что Даби собирается всем разбрехать об этом. Пусть немного побоится. *** - Даби! – ворвался в общую комнату с отчаянным криком Ястреб – ты его сын?! – заверещал он, подлетая к злодею. - Чей?! – в такт ему откликнулась Тога, тут же навострив уши и уставившись на героя. Остальные тоже резко замолчали. - Тише, Птица – прошипел Даби, хватая блондина за рукав куртки и утаскивая за собой – Бога. Все мы дети Божьи, так что грешите поменьше. - Фуу – раздалось расстроенное от Химико. - Бога нет! – воскликнул Спиннер. - Все мы и так одной ногой в Аду! – слишком оптимистично от Мистера Компресса. - Будда примет к себе все заблудшие души! – поддакивал им Твайс – откуда я вообще это знаю? Даби отметил про себя больше никогда не упоминать религию в присутствии остальных. Шигараки бы сказал, что его Учитель – истинный Бог. Или Томура сам себе Бог, кто его знает. Ястреб минут 5 сидел, уставившись в одну точку и переваривая новую для него новость. - Как? – лишь устало вздохнул он и закрыл руками лицо – я только что понял… - Что вертел на своем хую сына своего кумира, да-да. С кем не бывает – поддразнил Даби, сузив глаза и сел рядом на кровать. - Даби, блять! – герой пискнул – заткнись! Я понял, что уже давно знаю твое имя. Старатель как-то рассказывал об этом случае. - Надо же – протянул брюнет, ложась на спину – не забыл. - Да. Не забыл. Затем Ястреб ворчливо пошуршал крыльями и обернулся к Даби. - Тойя – одними губами, полушепотом сказал он, пробуя имя на вкус и следя за чужой реакцией. - Я Даби – злодей нахмурил брови – Тойя мертв. Ястреб склонил голову набок. - Ладно. Мертв так мертв. Кстати – щелкнул пальцами – получается, ты меня младше? - Ой, да какая уже разница. Это наименьшее из того, что может тебя волновать. - Еее! Я старше. - Как угодно, Птица. Было уже плевать, что на самом деле отец думает. Может снова разочароваться, или разозлиться, но это никак не повлияет на Даби. Он наконец-то перерос. Высказался и послал все это нахуй. *** А что, если прошлого не существует? Нам в голову просто загрузили эти воспоминания в какой-то день, и ты не можешь понять, когда это произошло. Или каждый день как новый. Ведь каждое вчера – это прошлое. Упущенные возможности, прожитые эмоции и сбывшиеся события. А может, всего этого нет. И есть только сейчас, только настоящий момент твоего существования? И чтобы не потеряться, приходиться делать вещи для и ради будущего. Прошлое, каждая минута, оседает в тебе, покоится на дне сознания, и поэтому тебе спокойнее. Знать, что что-то уже было, и что-то еще будет. Но и жить сегодняшним днем глупо. Завтра всегда будет завтра, и ты сам запрешь себя в коридоре одного дня. И Даби взял себя в руки. Начал рыться и копать о возможном местоположении Шигараки и доктора. Проверял все прошлые базы, спрашивал на улицах и просто подслушивал разговоры. Главнее Даби только сам Томура, и если уж брюнет не знает о Лидере, то остальные и подавно. Но результаты есть всегда. - Это пиздец – нервно выдохнул Даби, опустошенно глядя перед собой – это… ужас. Они планируют превратить в руины наш город. Да всю страну. И им это спокойно удастся – Даби обхватил свои колени руками – куча ному, и сильнее чем были. Взо не умрет. Он переселится в Шигараки. Процесс начался месяца четыре назад, но уверенно идет к завершению. Идеальному завершению. И… и блять. Если вы ничего не начнете делать, то я вас всех сам прихлопну. Зачем мне свобода, если ее некуда тратить? Сможет ли он так спокойно жить? Даже для самого себя. После всего, что сделал? Он привык делать незаконные вещи, и работать на обычной работе откровенно не его. Брюнета надолго не хватит. Даби привык убивать, но в обычном, функционирующем обществе, со своими более-менее справедливыми законами, правилами и правами, где есть адекватное правительство, которое заботиться о своих людях. И где-то только делает вид. Где есть черное и белое, где есть герои и злодеи. Где большинство людей счастливы и живут своими обычными жизнями, где герой всегда побеждает, где герой – всегда добро, защита, опора и пример для подражания. Где злодеи являются изъяном, недостатком, его неидеальной составляющей, но кого же будут побеждать герои? Так легко полагаться на что-то, когда на это полагаются все. Ты можешь быть не согласен, твоя точка зрения отличается и ты поступаешь по-другому, тебе есть против чего бороться. Но ты знаешь, чем это отличается от нормы. Насколько сильно, и как это выглядит для большинства. А если будет разруха и анархия… то не будет ничего из этого. И они хотят назвать это свободой и идеальным обществом, которое наконец их примет? Вседозволенность и свобода – это не одно и то же. Даби не хочет страдать от последствий. Которые он создал как один из главных участников. Нужно ли ему… такое? Такой мир? С кучкой психов у руля? За что они там воюют? За то чтобы быть признанными. Но признавать их будет некому. Они хотят доказать обществу, что оно неидеально и лживо. Ну, так было всегда. По-другому быть и не может. Не бывает утопий, они еще хуже выглядят. Остается всего лишь терпеть чужие принижения, подстраивать под обстоятельства и молчать, путаясь в оковах общественной давки, да? Даби похуй на это. Похуй, как это выглядит для других, и через что они прошли. Сам он не собирается превращать свою страну в ад. Он здесь сейчас живет, находится. И он примет решение. Сделает так, как хочет. И Даби рассказал все. И на следующий же день был разработан план одновременного нападения и на больницу, и на особняк.