Forget-Me-Not

Фиолетовая нижняя юбка разошлась бледным цветком, когда Повелитель Ветра не смог удержать женский облик и обессиленно опустился на пол, едва вышагнув из-за стола. Дрожащими руками он в последний момент успел натянуть на голову капюшон накидки, чтобы скрыть лицо. Кто знает, возможно, среди достопочтенной публики были знающие его брата демоны или такие же небожители, тайно попавшие в Призрачный город. Нечисть постоялого двора непревзойдённого князя в красном заголосила, расступившись: – Да эта неземная красавица на самом деле красавец! – Что за сладкий запах? Кря! – С-сладкий? Караул! Кто притащил сюда семена нежных объятий? Из-за стола, за которым всего несколько мгновений назад сидел прославленный младший брат Повелителя Воды, выскочил всклокоченный, похожий на барана бес. Перекинув через плечо целую связку пёстрых мешочков, он попытался прорваться сквозь толпу, но тут в его косматый затылок прилетела увесистая пиала с рисом. Свидетели происшествия заахали, заохали и, проследив незамысловатую траекторию, уставились на высокого человека в чёрных одеждах. В руках у него была точно такая же миска, что разбилась о голову ушлого гада, только почти пустая. Придержав палочки большим пальцем левой руки, он прижался раскрытыми губами к самому краю и опрокинул остатки содержимого. На долю секунды его рот показался всем присутствующим гораздо шире, чем у среднестатистического человеческого существа. – Бездонная яма! – Поглотитель! – Спасайся кто может! Демоны бросились к дверям и окнам, перешагивая и перепрыгивая через низкорослого хозяина заведения. Бедолага был похож на заспанного крота, которого огрели лопатой. Он тщетно пытался преградить паникёрам путь – ещё миг, и точно бы затоптали. – Господа, куда же вы? Постойте, погодите! Мы сейчас во всём разберёмся, без паники! Тяжёлую ауру человека в чёрном не ощущал только Повелитель Ветра, скорчившийся на полу и цепляющийся за пояс своего одеяния, словно тот чрезвычайно туго сдавил внутренние органы – корсет мешал сделать полный вдох. – Сказал же, не заговаривай ни с кем, пока не вернусь! – цокнув пустой пиалой о столешницу, молодой мужчина хотел потянуть Ши Цинсюаня за локоть, но отстранился, почуяв неладное. Издали могло показаться, что Повелитель Ветра упал, запутавшись в вычурной юбке своего навеянного порывом маскировки платья. Но заалевшие щёки и сбившееся дыхание красноречивее любых слов говорили об иной причине произошедшего. – М-мин-сюн… Мин-сюн, я… съел всего одну конфету. Всего одну, и… – жарко выдохнув, Цинсюань виновато прижал подрагивающую ладонь к губам. «Повелитель Земли» был уверен, что в голове младшего Ши хаотичные мысли сменяли друг друга со скоростью урагана. Что грозит небожителю, своевольно решившему посетить Призрачный город по личным причинам? Как это отразится на репутации его ненаглядного брата? Каким образом отреагирует хозяин здешних мест на визит двух представителей верхних небес? «Мин И» взмахнул рукой, и его «лучший друг» безвольно обмяк на полу, лишившись чувств. Наблюдать за тем, как у младшего Ши на глазах проявляются кровавые прожилки, словно тот едва сдерживается, лишь бы не начать рыдать под уничижительную тираду о собственной неосмотрительности, оказалось… не совсем приятно. Вот если бы Уду сейчас корчился на полу в харчевне Призрачного города – другое дело! – Батюшки! Что же вы творите, господа дорогие? Кто заплатит за убытки, с кого спрос? – отряхивая засаленный фартук от пыльных следов ног, лап и копыт, хозяин заведения с интересом уставился на себе подобного демона, увешанного цветастыми мешочками. Собрав лапой горсть риса с его затылка, он затолкал ещё не остывшее кушанье себе в пасть и повернулся к утонувшему в бирюзовом плаще телу небожителя. Прижав два пальца к виску, Повелитель Земли до скрипа сжал зубы, силясь унять подступающую головную боль. Помедлив до момента, когда крот попытался подойти к Цинсюаню ближе, мужчина в чёрном вновь взмахнул рукой. Отшвырнув коротышку в фартуке к стене, он произнёс заветную фразу, после которой захотелось отплеваться точно так же, как от приторного, шутливого пароля духовной связи младшего Ши. – Помнится, в прошлый раз ты клялся, что свяжешься со мной лишь для того, чтобы сообщить хорошие новости. А не очередной слух о новоявленном боге литературы, который вознёсся, помогая упавшему с повозки неизвестному заклинателю с мешком рухляди. Ах, да! Никаких больше историй от желторотых служителей средних небес. Хватит с меня невежд, перетирающих сказ о человеке с доули за спиной, который застал владельца чайной с любовником из рыбной лавки. Чего стоят насмешки над тем, кто убежал прочь, выкрикивая «Дао Дэ Цзин», пока ноги не унесли его на пару десятков ли от места событий? Подобные истории веселят лишь тех, кто сам скоро заплачет! – Хуа Чэн… в твоих владениях разве не запрещено всё, что связано с «цветочными демонами»? – С каких пор Демона Чёрных Вод интересует афродизиак низшего сорта? Эту погань используют разве что ушлые гады, желающие снасильничать. – Я сейчас в Призрачном городе, – Мин И подошёл ближе к Повелителю Ветра и опустился рядом на корточки, чтобы аккуратно поправить широкий капюшон накидки, – в заведении к северо-западу от реки. Завсегдатаи называли это место «клятой норой». К величайшему сожалению, я здесь не для того, чтобы порадовать тебя добрыми вестями о Его Высочестве наследном принце. Скажу прямо: если то, что я слышал о «нежных объятиях» не является вымыслом, в скором времени у нас могут возникнуть серьёзные проблемы с моим дальнейшим пребыванием в чертогах верхних небес. Дверь за спиной Хэ Сюаня с громким треском ударилась о стену, словно гость отворил её с ноги. Дезориентированный хозяин заведения заверещал не своим голосом и начал отбивать земные поклоны явившемуся Градоначальнику, то и дело отвлекаясь на скинувшего личину Повелителя Земли Черновода. – Почему я не удивлён? – вернув игральные кости в карман, Собиратель Цветов под Кровавым Дождём сложил руки на груди. – Он сказал, что съел какую-то конфету. Однако один из сбежавших демонов кричал про семена нежных объятий. Я наслышан, что выжимка из низших существ не является здесь чем-то необычным, но «объятия»… – Это он! Это всё он! Продавец конфет, – завопил крот, указывая на косматый затылок, засыпанный рисом, – ошивался тут дня три или четыре, предлагал всякую мелочёвку для духовных сил. Кичился, что есть особые средства! Ой-ёй, Градоначальник, пощадите! Я не знал, что он решит отравить ваших дорогих гостей, чтобы склонить их к постыдным действиям! Ирод! Душегуб! Такую девицу уморил, обратив в юношу! Хозяин заведения подполз к телу барана и начал отчаянно трясти того за воротник, разбрасывая рис. Непревзойдённые князья переглянулись. Хуа Чэн щёлкнул пальцами, и крот тут же рухнул мордой в пол, осев рядом с предполагаемым виновником происшествия. – Если ты позвал меня, чтобы узнать, что будет, если съесть семечку «нежных объятий» или конфету с подобной начинкой, то я понятия не имею. Знаю лишь о действии проросших побегов, пыльце. Не исключено, что вопли о цветочных оборотнях – пустая молва. Продавец мог расхваливать товар, называя его как угодно, желая подчеркнуть эффект. Так… это ты помог Повелителю Ветра лишиться чувств? С каких пор небожители верхних небес его уровня тянут в рот всё что ни попадя? Неужели твой непомерный аппетит превратился в его жажду приключений? Разбуди. Посмотрим, что будет! Подскочив, Хэ Сюань приблизился к Собирателю Цветов под Кровавым Дождём. – Он не смог удержать фальшивый облик! Его трясло, лицо преисполненное мукой раскраснелось, казалось, он не может дышать! – выпалив это с излишним нажимом, Черновод облизал пересохшие губы и, взяв себя в руки, продолжил: – Если нынешней ночью Повелитель Ветра лишится жизни в Призрачном городе… – Его старший брат ой-как-расстроится. Тебе, конечно же, будет всё равно… вот только, по твоему рассказу, Повелителя Ветра собирались лишить вовсе не жизни. А учитывая ворох сплетен о Небесной столице, не уверен, что целомудрие ветреного божества всё ещё при нём. – И это говорит тот, кто терпеть не может беспочвенных обвинений! – на висках Хэ Сюаня вздулись вены, а кулаки сжались до проступивших белёсыми холмами костяшек. Приметив неоднозначную реакцию на собственные слова, Хуа Чэн продолжил: – Вот как? Хорошо. Тебе, как вечному спутнику, лучше прочих известно об истинном положении дел. И не нужно так горячиться. Здесь не перед кем разыгрывать въевшееся в нутро представление о том, как тебе дорог брат злейшего врага. Обвешанный пёстрыми мешочками баран зашевелился на полу. Медленно поднявшись на подрагивающих копытцах, он удивлённо уставился сначала на валяющегося рядом с ним крота в замызганном фартучке, а после – на непревзойдённых князей, прошедших гору Тунлу. Правый горизонтальный зрачок смотрел на Собирателя Цветов, левый – на демона Чёрных Вод. – Уважаемый! Не изволите объясниться? Какими сладостями вы угощали юного господина в плаще цвета морских волн? Неужели ваши мешочки доверху набиты опасным товаром? Те, кто намеренно вредит гостям Призрачного города… – Градоначальник, жизнью ручаюсь, мои конфеты абсолютно безвредные! Я всего-то увидел красавицу, изголодавшуюся по любви и ласке! Подумал – угощу бедняжку. Как демон честный, я сразу глупышке сказал, что в этом деле главное – проглотить всё и сразу! Она или совсем дикая, или отчаянная – сходу на язык положила, а после и за щёку взяла! Конфета у неё, считай, на губах растворилась, не в желудке – как велено. Личико миловидное девичье покраснело, побледнело и в более угловатое юношеское превратилось! Грудей налитых словно и не было! Клянусь, перепугался на сотню загробных жизней вперёд! Смилуйтесь, Градоначальник! Прямо сейчас докажу, что все наговоры – клевета! Демон, не глядя, вытащил из первого попавшегося мешочка, который смог нащупать, несколько бледных гранул, по виду ничем не отличающихся от незрелых семян лотоса. Подкинул, проглотил и самодовольно показал язык. Хэ Сюань собирался высказать целый ряд подозрений и, в случае препирательств, лично затолкать в глотку торгаша абсолютно все «конфеты» за раз… но тут бес издал странный звук, моргнул, икнул и развеялся красным туманом. Мешочки вместе с одеждой и остатками риса оказались на полу. – Хуа… Чэн… – Черновод побледнел пуще прежнего, тут же оказался рядом с Повелителем Ветра и принялся ощупывать его тело, проверяя на месте ли все конечности. Ответом на обеспокоенные действия стал тихий стон с придыханием. Перевернув младшего Ши, демон заметил, что щёки Повелителя Ветра заалели пуще прежнего, губы припухли, а брови ещё сильнее нахмурились. – Мин-сю-ю-юн, как хорошо-о-о… Мгновенная мера, принятая Хэ Сюанем, всё ещё действовала, но даже сквозь пелену глубокого сна Цинсюань продолжал чувствовать влияние неизвестной отравы. – Не знаю, стоит ли говорить, но, не получив желанную разрядку, жертва цветочных демонов может попытаться поранить себя или даже убить. Я попрошу своего помощника выяснить, что было в конфетах, и всё же… тебе сказочно повезло. Возможно, Повелитель Ветра мог обратиться в прах – как наш незадачливый лавочник, но лакомство расщепило его фальшивую личину обольстительной заклинательницы. Ситуация чрезвычайно серьёзная! Дело не терпит отлагательств, – несмотря на то, что речи Собирателя Цветов не были лишены смысла, в голосе звучала очевидная насмешка. – Этот случай может перевернуть всё с ног на голову! Если Уду узнает, что его брат пострадал, гуляя со мной по Призрачному городу, то у него возникнут небезосновательные подозрения! А я… значит, и ТЫ… Мы! Мы можем на долгие месяцы потерять доступ к самому достоверному источнику информации о происходящем в чертогах верхних небес! Каждый второй небожитель делится с этим болтливым недоразумением последними новостями, думая, что может подобным образом сыскать расположение Водного Самодура! Учитывая характер происшествия, если я скину проблему на плечи старшего Ши, в миру появится ещё больше мерзких историй о доблестном герое Повелителе Воды и о его ветреной «супруге». В прошлом году на состязании фонарей я сам едва не заплатил сто тысяч добродетелей, чтобы опустить занавес. Последователи Уду придумали нестерпимо фривольную сценку, в очередной раз выставив Цинсюаня… – У тебя есть сто тысяч добродетелей? – Ты не слушаешь! Усмехнувшись, Хуа Чэн подошёл к тому, что осталось от демона-барана, и подтянул мешочки за нитку. Перекинув всю связку через локоть, он с интересом уставился на искусную вышивку. – Так ты обратился ко мне, чтобы я посочувствовал или помог? Если желаешь, следующую глупую, пошлую историю про Повелительницу Ветра запишут на счёт Повелителя Земли. У настоящего Мин И в твоей темнице уши заалеют. Верни фальшивый облик, забирай своё тяжкое бремя из моего города и, будь любезен, постарайся, чтобы следующий визит совпал с достоверными вестями о Его Высочестве наследном принце. Я, так уж и быть, разгоню любопытных демонов с ближайших улиц, чтобы вы ушли незаметно. Отдашь непутёвого пострадавшего брату – пусть Опухоли решают, что с этим делать. Например, Уду может подговорить Мингуана… – Нет, – выпалил Черновод. – Почему – нет? Линвэнь применит силу убеждения, старший Ши накинет на брата ворожбу, чтобы тот казался Пэй Мину прекрасной девой в беде, и… – Я сказал: нет! – золотистые глаза Хэ Сюаня заволокло чернотой. Стены «клятой норы» задрожали. Оставленная в спешке утварь начала падать с покачивающихся столов. Тело хозяина заведения подпрыгнуло несколько раз, прежде чем приняло на полу у ног Градоначальника новую, распластанную позу. – У тебя был шанс выйти из этой истории, не запятнав фальшивую личину. Теперь ты при любом исходе привлечёшь внимание к «другу» Повелителя Ветра – Повелителю Земли. Хорошо. Ещё вариант… разбуди пострадавшего и спроси, с кем он хочет провести бессонную ночь, чтобы избавиться от действия «яда» – с женщиной или мужчиной? В счёт твоего долга я выделю ему комнату в лучшем заведении и услугу на выбор. Недолго думая, хозяин Чёрных Вод наклонился к Ши Цинсюаню, чтобы поднять того на руки. Лицо Хэ Сюаня постепенно перестало быть мертвенно-бледным – вернулся здоровый цвет. Моргнув несколько раз и качнув головой из стороны в сторону, он принял привычный для Повелителя Ветра облик Мин И. Хуа Чэн подбросил игральные кости, толкнул дверь – в проёме показалось новое красочное помещение, из которого доносились приятные звуки чарующей музыки и запах благовоний. *** Положив Ши Цинсюаня на роскошную кровать, Черновод бегло осмотрел залу, тут же загибая пальцы и прикидывая, на чём можно сэкономить. Бадья, ароматические масла, накрытый стол с несколькими видами вин, свежие фрукты – всё здесь буквально вопило о кропотливой подготовке к сладострастному соитию высокопоставленных гостей Призрачного города. Нехотя действуя наперёд, Хуа Чэн рассказал, что один перспективный демон, оказавший ему содействие в невероятно важном деле, собирался провести в этой комнате ночь со своей возлюбленной. Увы, в последний момент их планы изменились и помещение не получило обещанную частичку всеобъемлющей любви. В качестве ответного, непрошенного пояснения, демон Чёрных Вод поведал Собирателю Цветов о том, как Повелитель Ветра несколько недель собирался с духом, чтобы в тайне от брата наведаться в Призрачный город. Ничего примечательного. Хотел найти идеальный подарок для «вечно недовольного, прожорливого небожителя», который в ближайшее время должен был отпраздновать годовщину вознесения. Цинсюань решил, что не останется в стороне. Повелитель Ветра не уточнил, из-за кого пошёл на столь опрометчивый поступок, но всю дорогу то и дело обращал внимание лишь на причудливые угощения. – За дверью будут ждать лучшие в своём деле – именитые искусные любовники Призрачного города. – Мёртвые? – Я бы назвал их «не совсем живыми», – Хуа Чэн многозначительно улыбнулся. – Не переживай, твой дорогой друг вне всяких сомнений останется доволен. Отпустишь тех, чьи услуги не потребуются, – перекинув связку пёстрых мешочков с конфетами через сгиб другого локтя, демон в красном направился прочь из комнаты, оставив Черновода наедине с младшим Ши и целым ворохом беспокойных мыслей. Первым делом Хэ Сюань передвинул расписную ширму ближе к двери – на случай, если любопытные посетители публичного дома захотят подглядеть в замочную скважину. Не станет же сам хозяин Чёрных Вод караулить у двери целую ночь? Вот только, что если именитые искусители будут слишком себе на уме и, избавив Цинсюаня от действия «нежных объятий», не остановятся? Твари Призрачного города боялись и уважали Собирателя Цветов под Кровавым Дождём, но в каждом деле бывают исключения. Стоит низшему демону плотских утех прознать о том, что обслужить предстоит младшего брата божества, отвечающего за богатство – всё. Беспринципный любовник или любовница может решить, что есть смысл рискнуть честным заработком и даже жизнью – в погоне за «по-настоящему баснословной наживой». Такого позора Повелитель Ветра на трезвую голову точно не переживёт – хорошо, что в не пригодившейся другим постояльцам комнате оказался внушительный запас вина. Со стороны кровати послышался сдавленный, почти болезненный стон. Приблизившись, Черновод выругался и поторопился снять с Ши Цинсюаня плащ. Причёска под капюшоном знатно истрепалась, аляповатый женский наряд выглядел крайне неуместно. Корсет, который должен был выгодно подчеркнуть грудь, теперь сдавливал рёбра, а расшитый золотыми нитями пояс возвёл ситуацию в абсолют. Хэ Сюань поспешил разбудить младшего Ши, но, вопреки ожиданиям, тот продолжал лежать неподвижно. Губы – необыкновенно бледные. Руки, замотанные в полупрозрачную переливающуюся ткань рукавов, раскинуты в стороны. О ключицы, выглядывающие из-под тонкого ворота, казалось, можно порезать палец! Спустя несколько мгновений замешательства Черновод понял, что грудь Цинсюаня не вздымается на вдохе и не опускается с выдохом. Проклятый корсет! Неужели придётся искать новый болтливый источник новостей в чертогах верхних небес? С какой стороны не посмотри – дело слишком энергозатратное и неблагодарное! – Ну уж нет! – выпалил Хэ Сюань. Дрожащими руками он развязал пояс вычурного женского одеяния, затем наспех оторвал левый рукав, пытаясь найти слабое место шва. Согнувшись над младшим братом злейшего врага, демон просунул пальцы под плотную ткань, резко дёрнул. Раздался жуткий треск ниток, Цинсюань выгнулся. – Мин-сюн… Широко распахнув светлые глаза, он вцепился в руки Мин И, оставшиеся на его боках и, что немаловажно, начал дышать! – Что? Мысленно подготовив себя к слезливому нытью об испорченном наряде, Хэ Сюань вдруг ощутил, как о его холодную правую ладонь сквозь клетку рёбер бешено бьётся разгорячённое сердце. – Мин-сюн… ты такой сильный, – младший Ши расплылся в глупой улыбке. Брови Повелителя Земли бесконтрольно поползли вверх. – Н-не сильнее тебя! У вас с братом больше последователей! – Ох, я же не об этом, Мин-сюн, – Цинсюань мечтательно прикрыл глаза, но отстранённая нега продлилась недолго… Ойкнув и резко отпустив запястья Мин И, он согнул ноги в коленях, попытался перевернуться. Черновод не успел свыкнуться со столь резким проявлением активности, продолжая придерживать младшего Ши там, где был разорван корсет. Большие пальцы Повелителя Земли неосторожно проехались по вздёрнутым горошинам сосков Цинсюаня у самой кромки верхней части многострадального платья. – Мин-сю-ю-юн! – захныкал Повелитель Ветра: его прошиб холодный пот, а перед затуманенным взором заплясали разноцветные искры. Хэ Сюань тут же отстранился, сделав внушительный шаг назад, в то время как младший Ши, перебирая руками и ногами, всё ещё пытался понять, куда себя деть. К счастью или сожалению, метания закончились, не начавшись, когда Цинсюань уткнулся в шёлковые простыни лбом. – Ох, мамочки мои… что же это, Мин-сюн?! Я… так странно себя чувствую! Г-где мы? Что это за место? – Женщина или мужчина? – Ч-что? – Повелитель Ветра с трудом повернулся к другу. – Ты был отравлен. С каждой минутой твоё тело всё сильнее будет желать оказаться на верху блаженства. Вероятно, яд заблокировал часть духовных сил… или же само твоё естество желает дойти до исступления в истинной форме. Раз уж у тебя нет выбора относительно собственного облика, я вынужден спросить, с кем бы ты предпочёл провести ночь? Как мужчина – с женщиной, или как мужчина – с мужчиной? Цинсюань с головы до пят покрылся мурашками. Кончики его ушей, торчащие из-за непослушных прядей, заалели, а в уголках глаз заблестели слёзы. – Мин-сюн, это так благородно с твоей стороны! Поверить не могу! Неужели ты… Сделаешь это для меня? Хочу! Я хочу… А-а-ахх, – Повелитель Ветра несдержанно застонал, комкая юбку своего наряда и нервно подтягивая её всё выше и выше к острым коленкам, – хочу… как мужчина… с мужчиной. Демон Чёрных Вод заскрипел зубами, сжав челюсти так сильно, что нижнюю часть лица буквально свело. Они провели вместе достаточно времени, чтобы можно было догадаться наверняка, какой выбор сделает младший Ши. Но одно дело предполагать, и совсем другое – услышать. – Так тому и быть. В свою очередь Хэ Сюань не мог поверить, что собирался советовать Цинсюаню оставаться собой. Выбрать ночь с искусной девицей – даже если бы «в процессе» Повелитель Ветра обнаружил, что может вернуть себе полюбившийся образ. Младший Ши прогнулся, пытаясь избавить разгорячённое тело от безнадёжно испорченных тряпок и вытащить руку из второго – пока ещё целого – рукава. Верхняя часть платья почти полностью потеряла свой изначальный вид, и совершить задуманное оказалось сложнее. В крайнем случае, можно было бы продолжить рвать ткань по боковому шву… Решив, что через несколько мгновений всё это перестанет быть его проблемой, Черновод задумчиво кивнул катающемуся по кровати Цинсюаню и поспешил выйти из комнаты. Хуа Чэн не солгал – за дверью приглашения ожидали наёмные работники весьма приятного вида. Четыре существа человеческой наружности – две девушки и двое мужчин. Развесив уши, они нервно переглядывались между собой. – Женщины могут уйти, – выдохнул Хэ Сюань без единой тени каких-либо эмоций. Девицы же, казалось, ничуть не удивились. Одна даже засунула руку в декольте и, вытащив несколько серебряных листиков, недовольно вручила подруге со словами «за честно выигранный спор». Как только каблучки дамских туфелек застучали по полу, а демоницы пропали из виду, Черновод уставился на плечистых искусителей. – Что ещё за спор?! – А-то как же, господин! Разве не знаете? – довольно выпалил тот, что справа. – Пока не закончится час крысы* , Градоначальник в главном зале будет принимать ставки! Все работники нашего несравненного заведения участвуют. Нас выбрали как лучших из лучших, чтобы, так сказать, удвоить шансы… – затараторил тот, что слева. – Кто же знал, что на девушек ваш спутник и не посмотрит! – И на кого из вас, позвольте поинтересоваться, поставил Хуа Чэн?! – Да кто же его разберёт, уважаемый… – вновь отозвался тот, что справа. – Верно, – кивнул тот, что слева, – он свою ставку от руки записал и в конверт непроглядный опустил. Лишние хлопоты! Разве во всех трёх мирах отыщется тот, кто на трезвую голову способен почерк уважаемого Градоначальника разобрать? Хэ Сюань был готов умереть в очередной раз – прямо на этом месте, от возмущения и переполняющей тело злобы. По какой такой причине непревзойдённый князь в красном решил, что над сложившейся ситуацией можно подшучивать? Ведь опасность не миновала! Впрочем, участие в подобной забаве сулило победителю внушительный выигрыш, ведь те, кто голосовал за прекрасных дев, заведомо проиграли. Мельком бросив оценивающий взгляд на оставшихся кандидатов, Черновод ощутил приступ тошноты и, поморщившись, толкнул дверь. Можно попробовать сделать ставку в последний момент! Отбить хотя бы одну десятую долга, улучив в опьянённом порочной отравой взгляде Повелителя Ветра нотки одобрения или искренней неприязни. Беда в том, что искусители были одинаково хороши собой. На них были похожие темно-бордовые накидки из лёгкой ткани на манер нарядов убежавших демониц и штаны с высоким поясом. Несмотря на заурядный крой, все выдающиеся места смотрелись крайне выгодно. Что если, заинтересовавшись, Цинсюань не сможет выбрать?! Как только они обошли ширму, демон Чёрных Вод застыл, уставившись на обнажённого младшего Ши. Тот сидел на полу у постели и жадно пил вино, обхватив кувшин подрагивающими пальцами. Алые капли стекали по его подбородку и шее. Непослушные волосы были собраны в кривую, высокую причёску – несколько выбившихся прядей всё равно спадали сзади на взмокшую спину, несмотря на все старания с драгоценными заколками. – Мин-сюн, где же ты был и почему ушёл? Я тебя совсем заждался… – Повелитель Ветра замер. Прижав кувшин к груди, он хотел подогнуть под себя сведённые ноги, подняться, но его предательски качнуло в сторону. «Левый» и «правый» довольно заулыбались, словно зрелище превзошло самые смелые ожидания. В истинном облике Цинсюань не растерял некую жеманность и был более чем хорош собой. Выяснилось, что пышная юбка скрывала округлые бёдра, а из-за того, что Повелитель Ветра держал руки перед собой, сжимая кувшин, даже плечи казались не по-юношески узкими. – Яд можно нейтрализовать, своевременно оказав посильную помощь. Выбирай, кто это сделает? – подал голос Мин И. Цинсюань удивлённо уставился на искусителей. Поставив кувшин на пол рядом с собой, он затравленно вжался в кровать, силясь подтянуть к себе шёлковую простынь, чтобы прикрыться. – Молодой господин, выберите меня! Прекрасные дамы и зажиточные господа мечтают попасть в Призрачный город, чтобы провести со мной ночь! Возможности моего рта были воспеты в великом множестве сладострастных легенд. И будь я проклят, если вы пожалеете… – воодушевлённо выпалил «левый». Его горло заходило ходуном, завибрировало – каждая жилка на бледной шее напряглась. Демон раскрыл пасть и гордо продемонстрировал собравшимся длинный широкий язык. Скользкая «змея» начала активно извиваться в воздухе, ритмично вырисовывая замысловатые узоры – то скручиваясь лентой, то вытягиваясь струной. – Тоже мне, – усмехнулся «правый», натянув одну из штанин, – о моём умении знает лишь самая искушённая публика. Не спорю, дам у меня было больше. Но пресытившиеся обыденностью молодые люди клялись, что отныне и впредь могут думать лишь о моих достоинствах! Выберите меня! И будь я проклят, если вы пожалеете! Через сильно натянутую ткань без труда можно было разглядеть очертания раздвоившегося корня возбуждения, плотно прижатого к бедру и напоминающего скорее третью и четвёртую ногу. – Да как из такого вообще… – лицо Повелителя Ветра раскраснелось пуще прежнего. – Не хочу выбирать! Зажмурившись, он издал странный звук и, пересилив дрожь в конечностях, забрался на мятую постель. Искусители тут же приняли реакцию и слова Цинсюаня как редчайший, приятный комплимент. – Какой ненасытный гость! – довольно пропел «левый». – Ну, можно и так! – отозвался «правый». – Совсем обезумел?! – не выдержал Черновод. – Мин-сюн, так ведь я думал… Под действием «нежных объятий» несчастные могут творить разные непотребства, ведь ядовитые оборотни растут целыми группами, но это… Уду и без влияния пыльцы цветочных демонов не любил ограничивать себя во время многочисленных визитов в купальни. Неужели его младший брат, наслушавшись историй о подвигах старшего, решил не отставать? Воспринял собственную беду как возможность? Водного Самодура от подобных новостей точно раньше времени хватит удар. Поделом! И всё же, если яд «нежных объятий» временно оказал влияние на силы и фальшивую божественность Повелителя Ветра, его тело может попросту не вынести такой напор. Неслыханная самоуверенность, наглость и расточительство! Переглянувшись между собой, искусители направились к Цинсюаню. Сжав кулаки, Мин И устремил взгляд в пол и, вернувшись к ширме, решил как можно скорее удалиться. Он ожидал, что вот-вот услышит насмешливый голос Хуа Чэна, который бесцеремонно поднимет цену на своих работничков. Объяснится за спор. Предложит новую забаву – как быстро Цинсюань избавится от яда? Но в голове и в коридоре второго этажа стояла звенящая тишина. Всё вдруг приобрело совершенно иные очертания, смысл. Даже то, что, в лучшем случае, несколько месяцев придётся экономить на всём, лишь бы выйти в ноль за это случайное приключение, не казалось катастрофой. Не такой, как… Младший Ши сейчас находится в одной комнате с ненасытными демонами, и они в мгновение ока могут разорвать его на куски! Идея перебиваться закусками из дворца Ветра и Воды в течение нескольких лет казалась не такой отвратительной, как бездействие здесь и сейчас. Послышалась активная возня и томные голоса искусителей. О чём именно те переговаривались, разобрать было невозможно. Но стоило Черноводу провести черту, как из-за двери за его спиной раздался вопль Повелителя Ветра: – Аа-а-а! Нет! Мин-сюн, помоги! Ширма у входа качнулась несколько раз, но выстояла. Хэ Сюань молниеносно оказался рядом и в одно движение оттолкнул от укутанного с головой в простыню Цинсюаня и «левого», и «правого». Мин И развернулся к успевшим обнажиться искусителям – те завопили, торопливо собрали вещи с пола и скрылись из виду. Коснувшись собственного лица, Черновод понял, что потерял контроль. Облик Повелителя Земли на несколько мгновений испарился. Глаза опять заволокло чернотой, а рот разошёлся в хищном оскале. Неудивительно, что мелкие сошки Призрачного Города восприняли подобное за прямую угрозу. К счастью, Повелитель Ветра всё ещё сидел на постели, накрывшись простынёй. Его подрагивающая макушка с окончательно сбившейся на бок причёской выглядела до ужаса нелепо. – М-мин-с-сюн? – Сам их выбрал и испугался? Что теперь прикажешь делать?! Вернув подобие самообладания и фальшивую личину, Повелитель Земли медленно подошёл к «лучшему другу». – Но, Мин-сюн, – тяжело дыша, Цинсюань высунулся из своего наспех сделанного укрытия, – я выбрал тебя! Когда ты спросил, как я хочу… как мужчина с женщиной или как мужчина с мужчиной, я… – Решил, что я предлагаю тебе провести ночь со мной? Что я стану для тебя девицей, а ты… – Мин-сюн! Я выбрал тебя – тебя! Как мужчину! – поспешил найти оправдание младший Ши, но каждая новая фраза звучала хуже предыдущей. Схватившись за голову, Повелитель Ветра зажмурился и попытался отвернуться. Помимо беспокойного дыхания и раскрасневшегося лица, выглядел он вполне обычно. Нужно было как можно скорее прояснить сложившееся недоразумение. Прямо и без промедлений развеять сомнения! Как назло – стоило демону Чёрных Вод раскрыть рот, Цинсюань снова застонал, захныкал и застучал пятками по простыне. Руки медленно отпустили спутанные пряди перекошенной причёски – правая ладонь замерла, оказавшись у сердца, а левая опустилась к животу и ниже… ниже… ещё ниже. – Стыдно! Мин-сюн, как же стыдно! Прости-прости-прости! И как я сразу не понял, что для тебя подобная помощь может оказаться абсолютно неприемлемой, несмотря на наши тёплые дружеские отношения! У меня и в мыслях не было осквернять твой образ прекрасной богини. О-ох, жаль, что я не могу вернуть себе облик заклинательницы! Иначе, в тот же миг начал бы умолять тебя оказать мне посильную помощь. – Демон, которому я доверяю… именно он предоставил комнату и услужливых искусителей, сказал, что если ты «перетерпишь», то захочешь убить себя. – Ох, Мин-сюн, неужели из-за меня тебе пришлось общаться с по-настоящему опасной, могущественной тварью? Подобным заведением вряд ли может управлять случайный, слабый дух! Сколько же ты заплатил? Я… я всё тебе возмещу! – кусая губы, Повелитель Ветра нехотя повернулся к обеспокоенному Мин И. – Неужели ты услышал только это?! – Да-да, ты сказал что-то про смерть. Но, если желание немедленно провалиться сквозь землю и сгинуть бесследно – очередной симптом того, что отрава в моём теле основательно пустила корни, оставь! Просто брось меня здесь, а по утру сообщи брату, где тот может забрать моё хладное тело… – Умолкни! – обхватив плечи Цинсюаня, Повелитель Земли резко наклонился вперёд и заткнул болтливый рот младшего Ши поцелуем. Острое желание прервать поток размышлений о прославленном Повелителе Воды привело к весьма неожиданному результату. Хэ Сюань собирался сразу же отстраниться, но брат Водного Самодура вцепился в него так отчаянно, как если бы ощутил в этом жесте долгожданное избавление. Он потянул лучшего друга на себя, и Мин И отпустил его плечи – в последний момент выставив руки вперёд, лишь бы не упасть на хаотично лапающего его Повелителя Ветра. Черновод опустил прохладную кисть на невероятно горячий лоб Цинсюаня, и тот наконец отлип от его рта, оставив после себя сладковатый привкус выпитого вина. Припухшие, раскрытые губы блестели после неумелых поцелуев. – Мин-сюн… так ты… согласен? – Думаю, нам всё же стоит позвать одного из сбежавших искусителей обратно, – Повелитель Земли хотел подняться, но младший Ши сильнее прильнул к тыльной стороне его раскрытой ладони. – Нет, нет и ещё раз нет, – словно в бреду начал шептать Цинсюань, вытянув шею и слегка наклонив голову в бок, – если не ты, то и не нужен мне никто… – Что ещё за глупости? Решил насмехаться? Или думаешь, что я целую ночь буду развлекать тебя лучше, чем обладатель неприлично длинного языка и умелец с двумя палками вместо одной?! – Мин-сюн, неужели ты боишься разочаровать меня? – Повелитель Ветра нервно хихикнул, но вскоре его тело опять задрожало, выгнулось. Растерявшись, он завозился под лучшим другом, явно не понимая, что делает только хуже. – Перестань крутиться! – Мин-сюн, да что же это? Ах, Мин-сюн, как бы я всё же хотел… вернуть себе женский облик… – Ты – это всё равно ты! Младший брат Повелителя Воды Ши Уду. Повелитель Ветра Цинсюань. И я бы не стал… В сложившейся ситуации любое умозаключение звучало как гром среди ясного неба. Не стал бы – что? Помогать? Да разве подобное можно назвать помощью? Водный Самодур будет вне себя от гнева, если на смертном одре узнает, что злейший враг – кошмар и олицетворение проступков минувших дней – успел возлежать с его наивным братом! Морщась и хлюпая носом, младший Ши выполз из-под Повелителя Земли. Тяжело дыша, он медленно перевернулся и лёг на живот. Под простынёй угловатые изгибы юношеского тела продолжали дрожать. – Х-хорошо. Если считаешь, что так будет правильно, з-зови т-тех д-двоих. В-выбери сам, кого сочтёшь достаточно умелым, достойным моего тела. Н-найди сдержанного, но решительного! Немногословного, но страстного. Того, кто больше прочих похож на тебя! Только… Как я… Как мне подготовиться?! Мне же не сделают больно? Н-не так больно, как когда… – светлые глаза божества закатились, мышцы с новой силой сковало судорогой. Выругавшись, Хэ Сюань подскочил с постели и направился к столу, где рядом с яствами всё ещё стояли небольшие флаконы с ароматными масляными настойками. У не явившихся в покои гостей был весьма искушённый вкус в подобных вещах – от большинства склянок пахло чем-то пряным и сладким. Как далеко успели убежать искусители? Обновил ли Градоначальник ставки, если самовлюблённые гады рассказали непревзойдённому князю в красном о вмешательстве «приятеля» ветреного божества? На ходу демон Чёрных Вод снял сковывающее движения верхнее одеяние, расшитое плотными узорами, и швырнул к рваному платью Цинсюаня, которое тот сложил у кровати вместе с плащом. Стоило Хэ Сюаню вспомнить, что эти самые узоры, а точнее грубые швы, успели оставить на бледной коже небольшие ссадины, когда младший брат Уду начал хаотично цепляться за ткань, до непревзойдённого вдруг смутно докатился смысл последней фразы, которая слетела с искусанных губ Повелителя Ветра. Как – когда? Неужели младший Ши попадает в подобную ситуацию не в первый раз? Путь самосовершенствования братьев не предполагал обязательное сохранение невинности тела, но… Подхватив флакон с содержимым нейтрального цвета, Мин И вернулся к сжавшемуся в неестественной позе телу «лучшего друга». Очередное наваждение отступило, и теперь Цинсюань успел достаточно стянуть с себя простынь, комкая и заталкивая её под себя. На взмыленной спине с выпирающими позвонками и тощих боках всё ещё виднелись следы от корсета. – Смажь себя этим и растяни. Какими бы выдающимися талантами не обладали предоставленные твоему великодушному выбору кандидаты, вряд ли обладатель «двойного корня» сможет взять тебя по слюне «языкатого», – скривившись от собственных слов, Черновод протянул Повелителю Ветра флакон. Цинсюаня продолжала бить лёгкая дрожь и на слова Мин И он никак не отреагировал. Намереваясь вложить масло в его кисть, Хэ Сюань нетерпеливо потянул младшего Ши за руку, но та безвольно упала, словно во всём теле божества не осталось сил. – Цинсюань?! – с нажимом выпалил демон Чёрных Вод. К горлу подступил странный ком, голова резко потяжелела. Неужели он в самом деле счёл, что лучшим вариантом будет подложить Повелителя Ветра под искусителей Призрачного города? Даже Уду потрудился бы выбрать именитого кандидата! Чего только стоило предположение Хуа Чэна насчёт помощи Пэй Мина! Цинсюань не выказал какой-либо заинтересованности в причудах любовных изысков, которыми хвастались «левый» и «правый». На заалевшем от притока крови лице мелькнуло выражение удивления – да, но, увы, реакцию младшего Ши Черновод спешно принял за предвкушение! И чем в таком случае подобное подстрекательство отличается от насилия, которое пережили сестра и невеста непревзойдённого демона в чёрном? Он не желал Повелителю Ветра добра, но засмотревшись на плотно сомкнутые веки с подрагивающими ресницами, Хэ Сюань вдруг отчётливо осознал, что и зла он ему не желает. Времяпровождению с Цинсюанем демон Чёрных Вод всегда мог найти целый ворох правдоподобных объяснений. Долг и информация из первых рук – для Собирателя Цветов под Кровавым Дождём. Самый верный способ подобраться к Уду – поиск наилучшего времени и места для плана ужасающей мести! А ещё… Поразительное спокойствие накрывало Хэ Сюаня волной, когда младший Ши находился рядом. В периоды совместных странствий по всем трём мирам «Повелитель Земли» наслаждался переполняющим чувством завершённости, как если бы всё ещё мог управлять собственной судьбой. Желать ему смерти? Это как желать смерти самому себе. Ранить его – ранить себя. Впрочем, своя же плоть и кровь после ожесточённых битв на горе Тунлу казалась Черноводу отработанным материалом. То ли дело – изнеженное тело человека, получившего то, что предназначалось ему… Настоящее благословение. – Цинсюань? – гораздо мягче повторил Мин И, коснувшись румяной щеки Повелителя Ветра холодными по своему обыкновению пальцами. В отличие от прошлого замешательства, сейчас он отчётливо слышал дыхание и сердцебиение – общее состояние божества не вызывало опасений. Теперь это походило на глубокую медитацию. Демон искренне изумился, ведь ранее он понятия не имел, что братец Водного Самодура владеет подобной техникой. Неужели решил, что будет лучше, если им завладеют в беспамятстве?! – Ох, М-мин-сюн, что случилось? Я на несколько мгновений лишился чувств, – вяло пробормотал Цинсюань, силясь подняться. Ах, так? Вечно у него: что не мастерство – то блажь! – Похоже, влияние яда усилилось. Действовать нужно быстро. Ты всё ещё хочешь… Со мной? Повелитель Земли так сильно сжал флакон с маслом, что можно было услышать жалобный скрип инкрустированной самоцветами пробки. Они удивлённо уставились друг на друга и, немного погодя, младший Ши завопил! Вскинув руку, он указал прямо на лучшего друга. – Мин-сюн, неужели, поцеловав меня, ты тоже отравился?! Тот бес говорил, что я должен проглотить всё и сразу, неужели что-то осталось на губах, и я передал проклятие? Ах, Мин-сюн! Конечно, я всё ещё хочу тебя! То есть, твоей драгоценной помощи! Но ты бы не предложил, если бы… – Вздор! По-твоему, я не мог передумать? – Я так благодарен тебе, Мин-сюн! Ты – настоящий друг! Как вернёмся на небеса, мой брат вне всяких сомнений отблагодарит тебя за… ой, впрочем, не стоит рассказывать ему о таком происшествии… – Встань на четвереньки, – Хэ Сюань поспешил прервать новый поток суждений младшего Ши о брате, – обопрись на колени, локти и стой так! Удивившись собственному решительному тону, Черновод засучил рукава. Сосредоточившись на тяжелой пробке флакона, он не сразу обратил внимание, что Повелитель Ветра послушно сменил положение. Никаких пререканий, нытья и брошенных невзначай фраз. Прогнувшись в спине, Цинсюань широко развёл колени и обернулся. Коснувшись лбом предплечья, он смущённо наблюдал за каждым действием. До этого момента непревзойдённый демон в чёрном предпочитал игнорировать главную проблему младшего Ши, не позволяя своему взгляду опускаться ниже напряжённого живота. Теперь, когда простыня осталась в стороне, а окрепшая плоть покачивалась и подрагивала между ног, обратного пути не было. Ощутив некое беспокойство, Цинсюань тут же опустил кисть, подобрав собственное хозяйство и прижав к низу живота. – П-прости Мин-сюн! Я… всё ещё пытаюсь принять для тебя женский облик! Н-но никак не получается! Прости-прости-прости! – Не трать силы попусту! – вылив на пальцы достаточное количество масла, Хэ Сюань смахнул руку Повелителя Ветра и уверенно обхватил его возбуждение. Цинсюань ахнул и подался вперёд, опустив бёдра. Истекающая естественной смазкой головка мазнула по простыне прежде, чем Повелитель Земли вновь заставил младшего Ши подняться. Тайно надеясь, что «руки помощи» будет достаточно, он уверенно водил кулаком, смешивая естественную смазку и масло. Странное дело – но как только флакон был открыт, запах почти сразу перестал казаться резким. Приторность, от которой у обычного человека точно заслезились бы глаза, испарилась, остался едва ощутимый сладковатый аромат утончённого десерта. Грешным делом демон задумался, а не собирался ли гость Хуа Чэна съесть свою возлюбленную по итогу любовного соития? Наклонив флакон над ложбинкой ягодиц, Хэ Сюань засмотрелся как вязкая ниточка устремилась вниз, покрывая сжавшееся колечко мышц и ниже – к его руке, которая замерла у поджавшейся мошонки. Растерев прозрачную каплю большим пальцем, Черновод отпустил налитый кровью ствол и, переместив кисть выше, провёл широкой ладонью по вздёрнутым ягодицам Цинсюаня. Масла оказалось много. Таким количеством спокойно можно было бы испачкать даже покрывшиеся мурашками мягкие бёдра, поясницу, спину – всё, до чего дотянулись бы руки. Выбрав для Повелителя Ветра именно эту позу, демон собирался полностью обезличить процесс, но то и дело ловил пытливый, умоляющий взгляд через плечо. Он думал, что в первую очередь ощутит на себе клеймо уступчивого слуги младшего брата Водного Самодура, но к собственному удивлению, понял, что находится в доминирующей позиции. Цинсюань даже под действием афродизиака умудрился рассуждать логически, упрашивая о помощи именно «его». Сейчас можно сделать что угодно, ведь каждое действие было заранее одобрено изначальным стремлением. Скользкие пальцы Хэ Сюаня коснулись колечка мышц. Указательный тут же проник не глубже, чем на один цунь. Повелитель Земли качнул рукой из стороны в сторону, вверх и вниз, прежде чем прислонить к расслабленному отверстию второй перст, проталкивая вслед за первым под небольшим углом. – Так хорошо, Мин-сюн… немного щекотно, но так приятно, – сорвавшимся голосом прошептал Цинсюань, комкая простынь. – З-знаешь, как-то раз юная дева принесла в наш с братом храм особое подношение, умоляя о постыдной помощи для своего почтенного мужа. Якобы, молитвы в храме Наньяна не принесли с-свои плоды, и она решила обратиться к нам – «небесным супругам». Это был гладкий нефритовый жезл! Великолепная работа! Вот только брат страшно оскорбился, п-представляешь? Обычно ему дарят иные подарки. Ну, а я заглянул к вопрошающей в сон, чтобы сказать, что мы несведущие в подобных дела-ах, но за подношение, конечно же, поблагодарил. Я редко вспоминал о той диковинке… н-но, в итоге, торжество формы и внимание к деталям оказали на меня впечатление. Перекатывая этот увесистый предмет в руках, я поддался случаю. Теперь-то всё стало ясно: нужно было как следует разогреть и найти что-то для наилучшего скольжения. Твои пальцы там… намного… намного приятнее! Хэ Сюань зажмурился и мотнул головой, отгоняя яркие образы. Мышцы под его нажимом расслабились, но после услышанного тут же захотелось одёрнуть руку. Пытаясь переварить самый сомнительный комплимент в своей «жизни после смерти», демон заметил, что масло с поразительной скоростью начало впитываться. Цинсюань прогнулся ещё сильнее. Вильнув пятой точкой, – случайно или намеренно, – он глубже насадился на пальцы. Стенки дырочки резко сжались, но Повелитель Ветра тут же попытался успокоиться – как если бы инстинктивное выталкивание, по его мнению, могло обидеть Мин И. Чувствуя, как проход раскрывается под лёгким нажимом, Черновод вновь наклонил склянку с маслом над своей рукой, наблюдая, как переливающаяся ниточка стремится по его сомкнутым фалангам и затекает внутрь, словно по жёлобу. Повелитель Земли начал активнее работать кистью, позволяя маслу затечь глубже. Спина младшего Ши покрылась гусиной кожей. Четыре быстрых движения на одно плавное. Пальцы начали погружаться по самое основание – один, второй, наспех добавленный третий. Неужели подобной чувствительности можно добиться благодаря неудачному опыту с нефритовым подношением? С губ Цинсюаня начали срываться странные звуки… Боли? Удовольствия? Флакон почти опустел, когда непревзойдённый демон решил, что для дальнейших действий ему всё же потребуется вторая рука. – М-мин-сюн? – ощутив, как лучший друг отстранился, младший Ши тут же попытался обернуться. Он завёл свою дрожащую кисть назад в надежде ухватиться хотя бы за край одежд Повелителя Земли – закатанный рукав или штанину. Вид у него был крайне перепуганный. Колени заскользили по скомканной простыне. – Кто разрешал тебе крутиться? Береги силы. Если опять потеряешь сознание, я к тебе больше не притронусь! Щёлкнув увесистой крышкой флакона, Черновод поставил склянку рядом с постелью и поспешил вернуться к жаждущему телу. Он собирался добавить, что несмотря на похвальную податливость, Цинсюаню точно бы не понравилась ночь с обладателем «двойного» достоинства. Очень узко. Длинные тонкие пальцы скользили легко, но всё равно оставались лишь пальцами. Мерзкие слухи о «Повелительнице Ветра» начали казаться ещё большей несуразицей! Даже если младший Ши никогда не был против времяпровождения с разными отбросами общества, – в женском облике или истинном, – то дело здесь вовсе не в плотских утехах, о которых нараспев вещали последователи в период праздничных гуляний и бесчисленных сценок. Цинсюань поспешил отвернуться, когда их взгляды пересеклись, и тут до непревзойдённого снизошло озарение. Он рассуждал о ситуации и абсурдности собственного участия, но Повелитель Ветра оказался в нынешнем положении только по неосмотрительности – не из прихоти. Конечно, он слышал о себе разные небылицы, но в самом деле оказаться обнажённым, в постыдной позе… Вынужденная мера, чтобы сохранить жизнь, может стоить младшему Ши всего! Он напуган? Быть может, ему больно, а он молчит – из-за единственного, по-настоящему сильного желания не возвращаться к разговорам о нанятых искусителях! К чему все эти хлопоты, если Мин И и прославленный Его Превосходительство – брат Водного Самодура, не смогут смотреть друг другу в глаза после всего, что произошло и успеет произойти? – Ах, Мин-сюн! – Его Превосходительство Повелитель Ветра желает прекратить? – Нет! Нет-нет! Мне так хорошо! Пожалуйста, не останавливайся! Ты… тебе ведь тоже будет приятно? Если ты будешь делать это… не пальцами? – неуверенно поинтересовался Повелитель Ветра. Его подрагивающая от перенапряжения кисть опустилась на ягодицу. – Это вынужденная мера. – Там теперь так скользко и растянуто для тебя… Цинсюань простонал нечто бессвязное, прежде чем убрал руку и в очередной раз опустил бёдра, притираясь болезненным возбуждением о простыню. К собственному изумлению, услышав этот чарующий звук, Повелитель Земли впервые подумал, что они смогут это сделать. Что он сможет. Взаправду. Без выматывающего поиска дополнительных причин и объяснений. Дело не в банальной помощи ближнему – теперь нет. Черновод аккуратно провёл ладонями по подтянутым бокам Цинсюаня, вспоминая былые прикосновения, которые до этого были в большей степени случайными и неловкими. Затем руки мягко опустились ниже и замерли на ягодицах. Младший Ши дёрнулся и, неосторожно качнувшись, прижался бедром к паху Мин И. Исчерпывающая реакция тела лучшего друга без сомнений была воспринята более чем радушно. Раскрасневшись, Цинсюань неуверенно обернулся. – Мин-сюн! Почему ты молчал, когда те негодяи расхваливали себя? У тебя тоже есть чем похвастаться! Да это же… А ну, раздевайся! В светлом взгляде заплясали озорные огоньки. Неуклюже развернувшись, он вцепился в одежду Повелителя Земли. Вот же напасть! Демон застыл, растерявшись от подобной прыти. Что если у настоящего Мин И есть некое родимое пятно или знаменитый шрам, воспетый в легендах? Он не разглядывал и уж тем более не расспрашивал своего пленника о подобных вещах, знать не зная, что такие подробности пригодятся в небесной столице. Впрочем, Повелитель Ветра никогда не встречал настоящего Повелителем Земли… Обхватив запястье младшего Ши масляными пальцами, Хэ Сюань попытался отстраниться. Цинсюань тут же изменился в лице, выдохнул и прижался к его груди, вероятно, осознав, что переступил через очередную грань. – Мин-сюн, прости! Ты был так заботлив, аккуратен, нежен и учтив, подготавливая моё тело, что мне отчаянно захотелось помочь твоему… Подготовить твой… Теперь всё окончательно прояснилось! Поцелуй успел передать яд из злосчастной конфеты – не иначе. Как ещё объяснить то, что у нас стоит одинаково крепко? И всё же, если я могу сделать что-либо для тебя, для твоего прекрасного тела, здесь и сейчас… – смутившись, он облизал распухшие губы, – только скажи! Клянусь, буду стараться изо всех сил! – Можешь… – отреагировал непревзойдённый, коснувшись пальцами левой руки подбородка Повелителя Ветра. – Да? Ши Цинсюань расплылся в глупой улыбке, предвкушая, как заалеют кончики ушей от истинных желаний всегда сдержанного Мин И. – В этом деле непременно будет задействован твой рот. Горло, язык. – Да! Да… Х-хорошо. – Хорошо? Тогда… можешь замолчать? Повелитель Ветра едва не задохнулся от возмущения! Встрепенувшись, он собирался со всей искренностью начать пререкания, но в это самое мгновение лучший друг занял его продолжительным поцелуем. Спохватившись, Цинсюань попытался увернуться, силясь уберечь Мин И от новой порции яда, но каждое уверенное касание Повелителя Земли побуждало обратные действия. Силясь разобраться в собственных ощущениях, он с удивлением заметил, что тело больше не ломит и не горит. Возбуждение по-прежнему тянуло в самом низу живота, голова кружилась, сердце загнанно колотилось, но все эти чувства больше не казались навязанными извне. Перепуганный умозаключением, что действие отравы перекинулось на Мин И, а значит, теперь ему будет так же худо, Цинсюань мог думать лишь о том, как быстрее помочь другу справиться с наваждением. Ведь, как там было? Перетерпит – и захочет убить себя! – В-возьми… меня… Прошу! Скорее… возьми, – сбивчиво прошептал в поцелуй Повелитель Ветра, чувствуя, как масло начинает вытекать из растянутой дырочки по внутренней стороне правого бедра. Мин И так старался, разогревая мышцы и заливая масло внутрь! Терять каждую каплю было преступлением. Собрав скользкую дорожку пальцами, Цинсюань попытался развернуться, чтобы принять прежнее положение – ведь лучший друг просил его оставаться на коленях и локтях. Сильные руки на предплечьях не позволили младшему Ши исполнить задуманное. Масляная правая кисть друга переместилась на влажный от пота затылок. Сразу несколько украшений неприятно сдавили сбившуюся причёску. В чарующем взгляде промелькнуло нечто новое, незнакомое, прежде чем Повелитель Земли опять увлёк Цинсюаня в поцелуй. Губы мазнули по раскрасневшейся щеке и медленно переместились на тонкую шею Повелителя Ветра. От подобной нежности младший брат Водного Самодура ахнул. Касания постепенно стали ощущаться как жадные, требовательные. – Вот-вот съешь меня, – загнанно усмехнулся Цинсюань, и Мин И отстранился. – Мин-сюн? Что с тобой? – После этого ты не захочешь меня видеть. – Что ты! Если… многоуважаемому Повелителю Земли будет не слишком обременительно наблюдать меня в истинном облике, я бы очень хотел остаться с тобой лицом к лицу. Разумеется, я прикрою те части тела, которые могут оскорбить твой взор, – Цинсюань рассеянно потянулся к простыне, но демон резким движением опрокинул его на спину. – Да что ты заладил?! Я ведь уже сказал, ты – это всё равно ты! И дело здесь не в налитых грудях или… Тяжело выдохнув, он навис над ним – как тигр над трясущимся кроликом. – Тебе не нравилась моя грудь?! – нахмурился Повелитель Ветра и, в следующее мгновение, вжав голову в плечи, перепугался не на шутку. Лучший друг опустился к набухшим горошинам его сосков. В этом весь Мин-сюн! Покусывая, перекатывая на языке и обхватывая губами порозовевшие ореолы, он мог сделать комплимент действием, даже если нужные слова никогда не были бы произнесены вслух. Младший Ши застонал от бесстыдных мыслей, вновь ощутив в себе несколько пальцев. На этот раз четыре – не меньше. Они входили неглубоко, ощущались плотнее, занимая собой всё пространство, на которое, как казалось Цинсюаню, его мышцы могли раскрыться. – Не… нечестно! Я так давно перед тобой без одежд, а ты… Ты всё ещё… Хмыкнув, Повелитель Земли прекратил самозабвенно мучить бледное тело младшего Ши обрывистыми касаниями губ и языка. Облизав недавнее место не то поцелуя, не то укуса, он аккуратно ввёл в Цинсюаня средний и указательный пальцы, убрав и подогнув остальные. Зрачки Повелителя Ветра расширились, а ноги задрожали. Приподнявшись на локтях, он не мог поверить в полноту собственных ощущений. Комок нервов приятно заныл от ритмичных движений внутри, мышцы живота сковало судорогой. Возбуждение разлилось по телу – превратилось в свирепое испытание несмотря на то, что рука Мин И творила нечто запредельно-приятное. – Говоришь, что я должен предстать перед тобой, избавившись от вещей? Тогда… – демон в облике небожителя резко отстранился, поднялся и развернулся к младшему брату Повелителя Воды спиной. Перед глазами Цинсюаня заплясали яркие искорки. В последний момент, не веря, он попытался свести ноги. Мышцы непроизвольно сжались, и ещё немного масла вытекло наружу. Стало очень пусто и холодно – эту пустоту тут же поспешили заполнить собственные пальцы, как если бы сработал тайный инстинкт. Вне всяких сомнений, у Повелителя Земли получалось лучше – по-настоящему правильно. Опережая поток хаотичных мыслей, младший Ши развёл колени и обхватил своё возбуждение свободной рукой – несколько раз провёл вверх и вниз, выжидая и подбирая темп. Исследуя помутневшим взглядом изгибы подтянутого тела Мин И, Цинсюаню удалось коснуться себя достаточно глубоко, чтобы с губ сорвался довольный стон-всхлип. Полностью раздевшись, Повелитель Земли обернулся и обомлел от увиденного. Прославленный младший брат Водного Самодура хаотично насаживался на собственные пальцы. Казалось, его мысли и желания звучат в комнате громче сбившегося дыхания. – Мин-сюн… Отринув наваждение и проследив за пожирающим взглядом лучшего друга, Цинсюань не без очевидного стеснения попытался в очередной раз облокотиться на локти. Не удержавшись, он тут же завалился на спину. Новый полный вдох дался с ещё большим усилием из-за тяжести тела Повелителя Земли, который резким движением подхватил его под правым коленом и, направляя своё возбуждение, оказался внутри. Дрожащими руками небожитель попытался сильнее подмять под поясницу шёлковую простынь, чтобы бёдра оказались выше. Конечности задеревенели, исступление заиграло новыми красками. Опустив взгляд, младший Ши с удивлением осознал, что Мин И вошёл в него не больше чем на два цуня, хотя, казалось, был близок к тому, чтобы пронзить насквозь. Разгорячённая плоть вытеснила из прохода очередную порцию масла, и, когда Повелитель Земли качнул бёдрами, скользкие капли устремились наружу. – Больно? – голос лучшего друга Повелителя Ветра прозвучал слишком обеспокоенно – у самой границы осознанности происходящего. Ши Цинсюань крепко сжался, пытаясь свыкнуться с ощущением заполненности. – Н-нет. А… тебе? – выдохнул младший брат Водного Самодура. – Нет. Повелитель Земли кивнул, чтобы Цинсюань сам обхватил себя под коленом, продолжая удерживать раскрытую позу, в то время как пальцы молчаливого небожителя осторожно коснулись растянутых вокруг ствола мышц. Он словно хотел растереть остатки масла по скользким стенкам, вынуждая расслабиться. – Мин-сюн, я… – Красивый, – качнув бёдрами, выдохнул демон. Щёки Повелителя Ветра тут же заалели, дёрнувшись, он снова сжался. Мин И зашипел сквозь стиснутые зубы. Наклонившись вперёд, Повелитель Земли коснулся лбом его лба, будто бы хотел перенять жар чужого тела. Очередное движение стало самым размашистым и глубоким. – Это… Странно. Это так странно. Мне… Почему мне так хорошо, Мин-сюн? Ты делаешь очень приятно. Внутри что-то… Когда ты так глубоко… Мне кажется, я тебя… – Не смей. Замолчи! – Я… Мы словно одно целое. Невероятным усилием воли непревзойдённый подавил в себе желание ответить. Их имена были схожи с момента рождения, а судьбы связаны благодаря бесчестному обмену. Они ходили по одной земле, встретились на небесах и переплелись телами за гранью мира смертных. Про Призрачный город ходила молва, что каждый здесь отыщет то, что не надеялся найти… Цинсюань застонал, обняв лучшего друга – закинул руки на его шею и обхватил поясницу ногами. Возбуждение младшего Ши тёрлось о живот Повелителя Земли, а чарующие, благодарные звуки ласкали слух. Казалось, оба позабыли о причинах и обстоятельствах вечера, отдавшись ощущениям, ровно до того момента, пока Повелитель Ветра не излился на собственный живот. Испуганно отстранившись от Мин И, он уставился на белёсые подтёки, слегка задев пяткой ягодицу друга. То, что это случилось без помощи рук, казалось Ши Цинсюаню одинаково постыдным, как если бы он решил признаться самому себе – с самого начала… О, небеса! Он был готов спустить, едва Повелитель Земли поцеловал его в первый раз! – Мин-сюн, ты… тоже должен. На меня. Пожалуйста! Повелитель Ветра был уверен, что небожитель сможет полностью избавиться от переданного действия яда злосчастной конфеты лишь получив разрядку. К его собственному ужасу, даже ощутив тёплое вязкое семя на себе, он хотел ещё… Мин И послушно выскользнул из разнеженного отверстия и начал работать кулаком, склонившись над младшим братом своего злейшего врага. Нескольких уверенных движений хватило, чтобы нагнать Цинсюаня. Запачкав живот Повелителя Ветра, демон поддался мгновенному порыву, чтобы поцеловать небожителя, но в последний момент отвернулся, коснувшись губами не искусанных губ, а обнажённого плеча. *** Разбредающиеся после ночных приключений духи и демоны сплетничали, прячась небольшими группами по тёмным углам предрассветных улиц. Так безопаснее! Подальше от солнечного света, посторонних глаз, ушей и когтей. Стояла жуткая неразбериха! А всему виной – сразу несколько происшествий! Нечто невероятное случилось в заведении демона-крота! Одни говорят, что это произошло в час петуха* , другие ссылаются на час свиньи* . К бедолаге наведался непревзойдённый демон Чёрных Вод! По слухам, виновато новёхонькое меню храброго поварёнка с глазами-бусинами. Гость явился без приглашения, чтобы отведать плошку вкуснейшего риса, но гарнир пришёлся едоку не по душе. Встал он из-за стола да и съел одним махом с десяток посетителей! Даже косточек не оставил! Тут же появился господин Градоначальник. Позволил демону забрать с собой на закуску распрекрасную девицу да и погнал того прочь! О следующем событии были наслышаны только плетущиеся в сторону погоста пьянчуги в расписных масках. Заливисто хихикая, они старательно делали вид, что не являются людьми. Бедолаги выиграли несколько крупных ставок за минувшую ночь – смогли преумножить достаток, сохранив жизни и даже конечности! Улюлюкая, молодые люди обсуждали историю, которую им рассказал таинственный собутыльник. Якобы парнишка в эту самую ночь видел прелестную заклинательницу, которой, вне всяких сомнений, была Повелительница Ветра! И всё это – в том самом питейном заведении, где отдыхала компания. Бесстыжая супруга Водного Самодура обжималась с высоким мужчиной в чёрных одеждах и лопатой за спиной! Променяла богатства мужа на крепкий черенок. Всё бы ничего, вот только у черты Призрачного города перед пьянчугами возник силуэт в красных одеждах. Посмеялся вместе с побледневшими победителями над историей, а после настоятельно рекомендовал не болтать попусту. Те, перепугавшись, взяли да и откусили себе языки! Третья история с каждой минутой всё сильнее стиралась из памяти всех, кому посчастливилось увидеть её воочию… С первыми лучами солнца, никто, пожалуй, не мог объяснить в деталях, с чего всё началось и чем кончилось. Ах, как жаль, ведь то был сказ о сильных любовных чувствах и истинной воле небес! Да или нет? Как только на небе взошла Луна, в Призрачном городе к посетителю именитого публичного дома попали диковинные сладости, напитанные энергией Ян! Бедовый юноша хотел устроить во владениях Собирателя Цветов под Кровавым Дождём праздник живота, выискивая съестной подарок. Увы, гуляя по улицам под ручку с товарищем, несчастный умудрился отравиться. Лучший друг пострадавшего явился к Градоначальнику, кланялся и молил о помощи, на что великодушный непревзойдённый ответил встречным предложением. Энергию Ян требовалось вывести из тела простым, но действенным способом! Пригласил Градоначальник в комнату лучших девушек и молодых людей, которым особенно нравилось при жизни и после смерти с незнакомцами за плату любезничать, и говорит: «Как хорошо ты знаешь того, с кем явился в мои владения? Безвозмездно тебе помогу, если имя человека, с которым захочет возлежать твой друг, чтобы избавить собственное тело от сладкого яда, совпадёт с именем, которое я запишу. Сделаешь ставку?» Удивился спутник пострадавшего юноши. Как так? Без интереса разглядывая подтянутые тела, начал он расспрашивать всех искусительниц и искусителей про их драгоценные имена. В то время непревзойдённый князь старательно вывел кистью несколько иероглифов… Не переживал Градоначальник, что кто-либо подглядеть сможет, ведь его почерк, по слухам, считался самым затейливым во всех трёх мирах! Первыми из лучшей комнаты заведения вернулись огорчившиеся девицы. Через какое-то время прибежали позеленевшие от страха молодые люди. Прикрывая срамные места, они доложили Собирателю Цветов о том, что гости, очевидно, решили совладать с проблемой собственными силами. В преддверии утра явился Градоначальник в опочивальню публичного дома. Виновник суеты мирно посапывал в подушку, когда Собиратель Цветов под Кровавым Дождём показал услужливому, состоявшемуся любовнику конверт с его же собственным именем! Безвредное лакомство помогало раскрыть ворох тайных желаний разгорячённого сознания и тела. Лишь мелкие призраки от такой начинки в ужасе разбегались. Искусительницы, заставшие сию сцену, клялись, что гость, которому отдых и сон не требовались, увидев собственное наспех выведенное имя, забрал из рук непревзойдённого князя конверт, да и съел за один укус! А как дальше дела обстояли никто доселе не понял. Намеренно то было или чистая случайность? Щенок странной твари пронёсся по второму этажу публичного дома, кусая всех на своём пути – кого за руку или за ногу, за хвост или щупальца. То тут, то там слышалось сдавленное «ай-яй», но в следующее мгновение жертва и не помнила мелкого оборотня с пёсьей мордой, растирая место игривого укуса и падая без чувств. Увидев на своём пути Собирателя Цветов, щенок юркнул в приоткрытую дверь комнаты, поджав хвост. Запрыгнув на разворошённую кровать, оборотень куснул спящего там за предплечье и уже собирался выскочить в окно, но чья-то сильная рука поймала его за шкирку. – Кусай! – выпалил друг «конфетного гостя», ткнув щенку кулаком в морду. Оборотень заскулил и начал в панике стучать хвостом по скрюченным лапам. – Не хочет. От тебя слишком сильно пахнет тем, у кого он и так только что забрал воспоминания. Эта особь совсем мелкая. Может съесть день или два… Заставим его всё выплюнуть, пока не переварил? – вмешался Градоначальник, сложив руки на груди. Бросив в сторону непревзойдённого князя в красном ожесточённый взгляд, спутник давеча пострадавшего юноши снова поднёс свободную кисть к зубам «пса». Если бы только можно было разделить всё, что отчаянно хотелось забыть, и то, что трепетно бы хранилось в памяти… Казалось, этот день не сможет «уйти» даже после вмешательства шкодливых тёмных сил! Винить в наваждении ужасающий яд было бы куда проще, чем признаться в желании – лелеять собственный образ, слизывающий общее семя с впалого живота. Звенящие в ушах стоны, пальцы в волосах и высунутый язык того, кто отчаянно умоляет «поделиться». Заскулив, щенок дёрнулся и куснул протянутую ему ладонь. Пальцы на его холке тут же ослабли. Оборотень рухнул на пол, встрепенулся, в два прыжка оказался у окна и был таков! *** Сине-зелёная нижняя юбка разошлась бледным цветком, когда Повелитель Ветра резко попытался сесть, ощутив прикосновение к щеке. Отдышавшись, он скривился, почувствовав резкую боль в предплечье, осмотрелся. Со всех сторон его окружала высокая трава. Уснуть вот так, в чистом поле – в мире смертных?! Несколько травинок всё ещё продолжали касаться его лица. Рядом без чувств лежал Мин И – в чёрно-золотом наряде. По спине Цинсюаня пробежал холодок. Небожитель был полностью уверен, что и он сам, и Повелитель Земли несколько часов назад были одеты иначе.