»Жёсткость судьбы«
20 сентября 2024 г., 12:57
***
Сколько уже прошло? Год или два? Ха, даже не верится… А ведь те детишки уже и не детишки вовсе, а наша борьба продолжается и не заканчивается, сменяются лишь враги… — Ханджи, капитан с тобой?! — хватая шатенку за руку, спрашиваю я, ведь я точно знаю, что она прибыла не одна и отправляется на материк также не в одиночку. — Карина, я не думаю… — она отводит взгляд, и я, схватив её за плечи и сжимая со всей силой, видя, как она хмурится. — Он там, только… — она выдохнула потерев пальцами переносицу. — Будь готова… Я даже не обратил внимания на её слова, резко отпустила и побежала в указанном направлении. Сколько я его не видела? Долго, слишком долго! Однако… — К-капитан… Остановившись, я с ужасом смотрю на темноволосого мужчину, чье лицо скрыто бинтами. Он сидит на земле и лишь спустя секунду поднимает на меня взгляд не скрытого бинтами глаза. — Я вроде говорил, чтобы ты не лезла больше во всё это… — произносит он на выдохе, и я вспоминаю нашу последнюю встречу, когда мы вместе сопровождали Зика, а в итоге Леви вырубил меня и сам с бойцами отправился в путь. — Вы… — я сжимаю ладони в кулаки и, выдохнув, начинаю медленно подходить к нему. — Вы поступили как самый настоящий эгоист, Капитан… — произношу я, на что мужчина слегка усмехается. — Впервые за долгое время поступил так, как захотел лично для себя… — говорит он, и я, наконец, делаю последний шаг к нему, поджимая губы, поднимаю взгляд. — Сберечь то, что дорого, так эгоистично… — я опускаюсь на землю перед ним и чувствую, как по моим щекам начинают стекать соленые слезы. — А пытаться сохранить ту, чья жизнь не принадлежит даже ей, и вовсе верх эгоизма… — говорю, глядя в глаза Аккермана, пусть один и закрыт повязкой. — Стать эгоистом в зрелом возрасте — довольно странно, да? — говорит Леви с иронией, а я всхлипываю и осторожно падаю в его объятия, стараясь не тревожить незажившие раны. — Капитан, я ни за что не прекращу сражаться, ни за что! Я буду сражаться дальше… — поднимаю взгляд. — Бок о бок с вами, до конца, — произношу я, едва шевеля губами. В следующий момент замираю, так как он вдруг накрывает мои губы своими, и я будто выпадаю из мира. Не знаю, сколько прошло времени, заметил ли нас кто-то из солдат, но это мгновение было, наверное, лучшим за последние годы, внушающее новые силы для борьбы. — Капитан, вы… — когда он отстранился, я с удивлением смотрю на него, а он, вздохнув, приобнял меня и слегка скривился, шевельнув раной, на что я нахмурилась. — Не двигайтесь, вы же…! — попыталась возмутиться я, но замерла, увидев его взгляд. — Я знаю, что наши жизни не в наших руках, иного нам уже не дано. Но если я переживу… — он выдохнул и прижал меня к себе, не смотря на боль отразившейся на его лице в ту же секунду. — Давай отдадим остаток этих жизней друг другу… — Леви… — я поджала губы и, аккуратно обняв его, всхлипнула, кивая головой. — Лучшего предложения от вас я бы и не мечтала услышать… — говорю я, а он мягко улыбается, как редко, но так тепло…***
Попытка остановить Эрена была рискованной, и она не могла обойтись без потерь, ведь наша жизнь не принадлежит нам… — Карина! — крик Аккермана разорвал тишину в момент, когда один из титанов нанес удар по девушке, находившейся в воздухе с помощью УПМ. К счастью, её успел поймать Конни и отнести раненую на спину Фалько, пока титана добил кто-то из остальных. — К-карина… — в ужасе произнесла Габи, в то время как девушка, оказавшись в руках темноволосого, кашлянула кровью и скривилась. — П-простите, я не смогла… — произнесла она о неудавшейся атаке, пока Леви свёл брови. — Молчи, дура, тебе сейчас нельзя говорить! — произнес он, стараясь придержать её и удержаться на спине летящего Фалько. Обведя взглядом пространство вокруг и поджав губы, девушка проследила взглядом за тем, как все отчаянно сражаются, чтобы добраться до Эрена, и вдруг посмотрела на темноволосого взглядом, который Аккерман видел сотни раз перед тем как его товарищи уходили на погибель. — Леви, скинь меня… — произнесла она на выдохе, на что он переводит на возлюбленную шокированный взгляд. — Что ты сказала?! — говорит Капитан в шоке. Девушка с трудом выдыхает и пытается немного приподняться, но он не позволяет. — То, что ты слышал, скинь меня! — настаивает она, а мужчина теснее прижимает её к себе. — Что за чушь у тебя в голове?! — говорит он с явным недовольством. — Ты и сам знаешь, ты понадобишься в бою, а я буду лишь обузой! Скинь меня сейчас же! — говорит девушка, сдерживая слёзы, на что темноволосый снова хмурится, пока сама она все еще пытается вырываться из его хватки. — Леви, ты же сам понимаешь! — говорит она сквозь слёзы, бросая взгляд на тех, кто сражается. — Я все равно… — кладя ладонь на щеку мужчины, заставляет его взглянуть на себя. — Я все равно умру, рана глубокая. Пожалуйста, Леви, ты должен… — прислонившись к его лбу, кареглазая смотрит прямо в его глаза. Пусть один глаз и закрыт повязкой, но Аккерман смотрит внимательно, в его взгляде видно многое: тоска и горечь от ужасного, но всё же единственного выхода… — Карина, я… — он поджимает губы и хмурится, а она лишь подносит к его губам палец и мягко улыбается, пока по розоватым губам и подбородку стекает алая кровь… — Я тоже. Может, когда-нибудь наши жизни будут в наших руках, и мы исполним то, что хотели… — произносит она и, мягко поцеловав мужчину, он стиснув зубы, всё же делает то, что до последнего не хотел. Девушка с мягкой улыбкой падает вниз, смотря именно на него, из её глаз разлетаются капли слез, а дальнейшую картину падения Аккерман не решается пропустить. Он видит, как его возлюбленная падает и умирает на земле мгновенно, а он… — Эрен… — он переводит хмурый взгляд, в котором явно застыл страх, на свою цель и сжимает ладонь.***
— Капитан… — Арлет кивает, подходя к сидящему в инвалидном кресле Аккерману, который продолжает смотреть на каменную плиту надгробия. — Вам не обязательно обращаться ко мне по званию. Я в отставке, Армин, — произносит он, не отрывая взгляда от камня, пока блондин подходит и, встав сбоку, кладет четыре аккуратных цветка на свежую могилу. — Для меня вы все равно навсегда останетесь капитаном, — говорит Армин с легкой улыбкой, а затем переводит взгляд на мужчину. — Сегодня мы отправляемся на Парадиз, я хотел узнать… — Я останусь здесь, если ты об этом, — говорит темноволосый, на что светловолосый вздыхает и опускает взгляд. — Такого ответа я и ожидал. Что ж… — юноша переводит взгляд на могилу и улыбается. — Тогда мы отправляемся и продолжим бороться за наши идеалы, Капитан… — говорит светловолосый и, развернувшись, покидает кладбище, а мужчина лишь хмыкает. — Удачи, ребята. А я, пожалуй, останусь здесь, с тобой… — говорит он, глядя на каменное надгробие с высеченным именем Карина Шанталь…Продолжение следует…
