Ведьмин вяз
20 сентября 2024 г., 20:20
— У него есть имя? — Трилби приподнял книгу выше — так коты замахиваются над чем-то чуждым.
— Должно?
— Я пытаюсь быть вежливым.
Нечто на письменном столе снова двинулось, потянулось тонкими щупальцами к лампе.
Нашло переключатель.
— Но мы можем назвать его.
— «Мы»?
— Он наша ответственность.
Щёлк.
Свет погас.
— Кто-нибудь знает о нём?
— Нет.
Щёлк.
Вспыхнул.
— Значит, у меня в кабинете незарегистрированное порождение тени?
— Он из Пестисвилла.
— Он дробовик из Пестисвилла.
Щёлк.
Погас.
— Если бы не он, то я бы не выбрался из оранжереи.
— Если бы не он, то сейчас не было бы риска.
Щёлк.
Вспыхнул.
— Он — союзник.
— Он — оружие.
Щёлк-щёлк.
«Дробовик» взялся за обе стороны переключателя, пытаясь удержать баланс.
— Он — Кевин, — предложил Проповедник.
— Почему?
— Среди моих друзей не было Кевина, — Проповедник неосознанно дёрнул плечом, — Так проще.
Щёлк-щёлк.
Переключатель «лёг», но свет погас.
— Мы не можем оставить его, — Трилби потёр переносицу, — Нужно сообщить о нём.
— Вне рук Кевин безопасен, как дитя.
— Не самое удачное сравнение.
Тем временем, Кевин потерял интерес к лампе и потягивая своё длинное тело пополз к двум скрепкам.
Десяток глаз сосредоточенно сузился.
— Ему нужен кто-то.
— Ты…не должен привязываться к подобному, — Трилби медленно опустил книгу на край стола, — Никто из нас не должен.
— И бросить тоже, — Проповедник поник.
— Оно не ребёнок и не домашнее животное.
— Но мне бы хотелось, — выдох, — Как до всего — как у обычных людей.
Трилби отвернулся.
— Тебе тоже, да? — Проповедник тронул его плечо.
— Мы не можем себе позволить.
— Даже, если всё закончится? — спросил Проповедник, — Или кто-то сбежит?
Странная мысль, глубоко общая.
Пробирающая холодом неизвестности.
— Пути назад нет, — качнув головой, Трилби положил ладонь на руку Проповедника.
— Значит, остаётся Кевин.
— Если министр позволит.
— Попросишь за меня? — пальцы Проповедника сжались крепче.
— Я…
Щёлк.
Кевин, осьминожьим клювом раскусил скрепку.
Другую, он уже выпрямил и скрутив в плоскую спираль, костяной ножкой сбросил со стола.
— Прошу, — взгляд Проповедника пронзительный, под таким не солжёшь.
— Один раз, — Трилби уступил с простым пониманием того, что новых меток в их личных делах не избежать.
— Я приму любые последствия, — на губах Проповедника призрак улыбки.
— Мы примем, — поправил Трилби.
— Конечно, — к лицу Проповедника вернулось сияние.
Оставленный без присмотра Кевин громко подавился бумагой.
