Я не один...

Подростковый возраст итак был сложный. А когда на тебя в двенадцать лет сваливается большая сила и ответственность, так подавно. Мне казалось что контроль надо мной был только сильнее от этого. Из-за этого я и поссорился с родителями. Однако… Когда маму с сестрой похитили, то я чувствовал что должен спасти их. Ну что же… С этого момента прошел месяц. Зловещая Четверка побеждена. Стало ли легче? Нет. Не стало. Я почувствовал что зря живу. Чувствовал что я ошибка, которой не должно было быть. Стервятник так и сказал, когда выяснилось что он отец моей мамы. И что он пытался меня убить, когда я был совсем маленький. Я не говорил об этом с друзьями. Кэрол как обычно начнет свое «Ну что ты выдумываешь?!» И даст подзатыльник. Дилан попробует отговорить. Не нужно. Я все решил. Ошибка должна быть устранена. Сначала были порезы. Регенерация конечно залечивает их, но я все равно поменял гардероб на черные цвета. Одежда стала менее выразительной. Мэй пыталась что-то сказать, но останавливалась, будто знала, что это бесполезно. Кэролайн только посмеялась и сказала что у меня депрессия в ноль лет. Дилана это обеспокоило, и он спросил все ли в порядке. Я ответил что да. Ему не стоит знать об этом… Теперь практически всегда я прятала руки в рукава. Никто не должен видеть порезы. Они все равно не поймут меня… Кэрри это только веселило. Дилан на нее злился. Он будто чувствовал что со мной что-то не так. Я даже был рад что имею актерское мастерство своей матери. Никогда не думал что буду притворяться что со мной все нормально и так вот лгать друзьям. … Я все решил. Я повешусь на своей же паутине ночью. Так будет лучше. Для всех. Обсудил это с кузиной. Кэролайн отреагировала как и ожидалось. Сказала что мне духу не хватит. Ну-ну. Посмотрим. День икс приближался. Я подготовился. Продумал что напишу друзьям перед кончиной. Родителям я так и ничего и не сказал. Им не нужно знать. Мама сильно расстроится. За папу даже говорить не нужно. Возможно опять устроит лекцию на час. ..... Этот день настал. Я вел себя как обычно. Ничем не примечательно. Жить не хотелось, но с друзьями надо увидеться в любом случае. Интересно, когда Кэрол поймет что я не шутил, как она отреагирует? После прогулки я почувствовал чувство вины перед друзьями. Дилан мне это не простит. Но я же все решил… … Пришел домой. Поужинал. Родителей все ещё нет дома. Мама снова на репетиции. Папа мало того что профессор в университете, так ещё и Человек-паук. Вернутся они наверное как обычно поздно ночью. Ну ладно. Прочитал сестре сказу про Человека-паука. Хоть она уже и знала что это папа, но ей очень нравилось слушать сказки с его участием. Мэйдей счастливо сказала что любит меня и очень сильно. Ох… От этого только хуже стало. Не подал виду. Пожелал ей спокойной ночи и ушел в комнату. Почистил историю поиска. Они не должны знать что я искал там темы про… Самоубийство… Я скучаю по маме и папе. Но они все равно ещё долго не будут тут. Решаю написать через интернет всем, с кем я общался. Дилан в недоумении отвечает на сообщение. Кэролайн как и следовало ожидать снова смеётся. Мама что-то быстро пишет. Папа только написал что уже в пути. Но когда он придет, меня уже не будет. Беру стул. Становлюсь на него. Пускаю в потолок паутину, и обматываю ею шею. На секунду осознаю что делаю… Я не хочу умирать… Но… Стул падает. Начинаю задыхаться. Нет… Нет! Я не могу умереть! Не могу… Не могу… Нет… Теряю сознание. … Я не знаю как выжил. Но видимо паутина порвалась. Боль в шее и спине приветствуется. Не могу пошевелиться. «Бен! Ты не спишь?» Даже говорить не могу. Мэйдей прислушивается. «Бен?» Она снова слышит молчание. Фыркает. «Ну ладно…» Уходит. Тут звук двери. Родители. «Мэйдей! Где твой брат?» — папа еле сдерживает себя. Похоже что он… Плачет? Мэй не понимает что происходит… «Бен в комнате. А что?» Стук в дверь. «Бен! С тобой все в порядке?» — мама. Говорить не получится. «Бен?» И снова слышит молчание. Рваный вдох с ее стороны. Она еле сдерживается чтобы не заплакать. «Питер… Он закрыл дверь. Придется выбивать.» Папа все же выбивает дверь. То что перед ним показывается, ужасает его. «О боже! Бен!» Он тут же кидается ко мне и крепко сжимает в объятиях. «Питер? Что случилось -» — мама заходит вслед за папой, и тоже видит это. Оба обнимают меня. Мэйдей только сейчас осознает что происходит. Она пробирается к нам и тоже заключает в объятия. … Петлю сняли. Сидим на кухне. Чай согревает горло. Становится легче. Папа разговаривает по телефону. Мама просто сидит. Ее лицо до сих пор полно ужаса от увиденного. Мэй сидит в полнейшем шоке. Она не может принять увиденное как реальность. Я чувствую себя виноватым перед семьёй… … Поехали в больницу. Там сказали что все обошлось и ничего страшного не успело случиться. Тут я замечаю как ко мне бегут мои друзья. «Бенджамин Ричард Паркер!» — Кэролайн со всей силой ударила меня в лицо. Ее глаза от злости позеленели. «Чем ты думал, когда решил это сделать?! Я думала что ты просто шутишь!» «Прости…» — это все на что меня хватает. Кузина просто обняла меня и разрыдалась. Дилан в этот момент стоял в стороне. Он посмотрел на меня. В его глазах я видел целый спектр эмоций. Беспокойство. Гнев. Отчаяние. Грусть. Злость. Его состояние можно было бы назвать почти истерическим. Он подошёл ко мне и обнял. «Паркер. Ты… Ты идиот. Ты бы хоть подумал, прежде чем такое писать! После того как ты вышел из сети, я писал тебе, записывал голосовые, потом кузине твоей написал, разбудил родителей, чтоб они позвонили твоим… Я думал что тебя больше нет!» Контроль над эмоциями у него точно пропал. Я никогда не видел его в таком состоянии. Я обнял его в ответ. «Мне жаль…» … Пошли к психологу. И очень хорошо что она моя тетя. Она очень понимающий человек. Она не стала заставлять меня рассказывать все сразу. Просто и ясно сказала что, когда я буду готов, то я расскажу. И все же я ей рассказал что произошло. Тетя Лиза только кивнула, и предложила заглянуть в ту реальность, где я всё-таки это сделал. Я на свой страх и риск согласился. И то что я увидел… Моя смерть. Папа чуть ли не в истерике плачет, пытаясь понять, является ли происходящее правдой. Мама тоже в истерику. Мэйдей только в ужасе осознает что произошло. Похороны. Все приходят попрощаться со мной. Кэролайн все равно называет меня придурком. Дилан чуть ли не в гроб бросается ко мне, когда меня уже опускают в землю. Его отец еле сдерживает его, пытаясь как нибудь успокоить. Родители смотря на могилу не могут понять что это правда. Несколько лет спустя… Мэй все также приходит на могилу. Кэролайн тоже часто приносит цветы на могилу. Дилан оказывается пытался покончить с собой и теперь проходит курс психотерапии. Родители все также вспоминают меня… Увидев это, я понимаю, что мог совершить непоправимую ошибку, если бы паутина не порвалась. Тетя Бетт просит показать руки. Я впервые показываю их. Она видит шрамы на них. «Я поняла. Можешь идти.» Далее она пригласила родителей. Друзья сидели рядом, вместе с Мэйдей. Мы сидели молча в объятиях. Я слышал некоторые отрывки фраз из кабинета. «Питер, твоему сыну нужно время чтобы прийти в себя. Только не думай давить на него. Ему нужно время…» … Мне стало легче. Я снова стал ценить жизнь. Снова стал собой. Шрамы остались как напоминание. Но урок я усвоил. Больше никогда не буду пытаться повторить это. Мы с семьёй сидим у экрана телевизора. Папа достаточно тепло улыбается нам. Мама тоже нежно улыбается, и гладит меня по голове, говоря «я тебя люблю». Мэйдей сидит со мной в обнимку, и боится отпустить. Теперь я знаю… Моя семья любит меня. И я не ошибка. Я не зря живу. На телефон приходит уведомление. «Бен, ты с нами? А то мы уже тебя ждём» — Кэролайн. Я, улыбнувшись пишу быстрый ответ. «Да.» Решаю встать. «Мам, пап, я с друзьями гулять.» Папа с улыбкой кладет руку мне на голову и взъерошивает волосы. «Иди.» Тут вскакивает даже Мэй. «Я с тобой пойду!» Я беру ее на руки. И иду на выход. … И вот мы все сидим в кафе. Кэролайн хоть и подкалывает, но уже по доброму. Дилан просто сияет от счастья, ведь я, его лучший друг, все ещё жив. И я чувствую что… Счастлив. Я понимаю что я не один. И что на деле, у меня есть любящие родители… Младшая сестра. Кузина с вредным характером. Лучший друг, с которым мы сначала ссорились, а потом подружились. Я не один. У меня есть семья. Я не один.