Идеальная секретарша

…Щёлк, щёлк, щёлк. Острые коготки оголённых пальцев ритмично стучали по полу. Демоница крайне низкого роста, одетая в бледную накидку с золотистыми узорами, быстро топала по коридору, не обращая внимания ни на что вокруг. Краснокожая девушка будто не видела ничего кроме своей цели. Патрули из однотипных гвардейцев, едва завидев её тут же вставали по стойке «смирно», но демонице было плевать. Главная помощница Императора Белоса, Кикимора, получила приказ от своего господина. Приказ явиться в тронный зал. Естественно, такое должно исполняться как можно быстрее, особенно ЛУЧШЕЙ слугой Императора. С фресок на богато украшенных стенах, на неё загадочно смотрели изображения правителя Кипящих Остовов. Зачем же она ему понадобилась? Вопрос был скорее риторический, ведь Кикимора была привычна к таким внезапным вызовам — как голос Императора, она была обязана всегда быть готовой ринуться к нему за новой миссией. Сегодняшний день исключением не был. Вот наконец и золотистые ворота. Кики спешно огляделась по сторонам и, забив на все нормы приличия, со всех ног бросилась к дверям в тронный зал. Те приоткрылись прямо перед ней, впуская демоницу внутрь. Едва та зашла, золотистые створки бесшумно закрылись. Кикимора знала, что теперь, пока Император не отпустит её или не впустит кого-то извне, эти ворота не откроет даже целая армия. Впрочем, это её нисколько не пугало. Демоница засеменила ножками к трону. На престоле восседал полноправный владыка замка и всех островов — сгорбившаяся фигура в рогатой маске опиралась на подлокотник трона. На удивление Кики, кроме неё и Белоса, в зале никого не было. Неужели это был не обычный приказ, а личная аудиенция? Подобное было с Кикиморой всего несколько раз и в каждый из них она теряла сознание, едва выходила за пределы тронного зала. Слишком уж это трепетало её беспринципное сердце прирождённой карьеристки. Демоница почувствовала лёгкую слабость в ногах, но несмотря на это дошла до трона и опустилась на колени в знак уважения и верности. Чуть прикрыв глаза от возбуждения, она звонко проговорила: — Ваше Императорское Величество, Император Белос! Ваша покорная слуга Кикимора здесь и готова выполнить любое ваше поручение! Мужчина издал скрипучий стон и с некоторым трудом поднял свою голову. Император откашлялся и, выдержав паузу, заговорил. — Кикимора… Ты прибыла даже быстрее, чем я ожидал. Демоница с нескрываемой гордостью ответила на столь желанную похвалу: — Ваши приказы, Император, для меня первостепенны. Белос цокнул языком и поднялся с трона. Император двинулся к Кикиморе, заставив ту задрать голову почти под прямым углом. Разница в их росте была слишком существенной, особенно когда Кики стояла на коленях. Правитель же благосклонно опустил на неё взгляд чёрных, бездонных глазниц латунной маски. — Именно поэтому, ты моя лучшая слуга. Сердце Кикиморы замерло. Неужели это правда? Не один из её приятных снов, которые снились ей с периодичностью в неделю, где Император делает её главой ковена, награждает при всей императорской гвардии, а всё это транслируется даже в самые дальние уголоки Кипящих Островов? С лёгкой дрожью в голосе, она тихо пробормотала: — С-спасибо… — Встань. Демоница покорно поднялась с колен и встала перед властелином. Император опустил свою руку на «волосы» Кикиморы и легонько потрепал. — Безусловно лучшая. Определённо. Белос опустился на одно колено. Даже так, он был намного выше Кикиморы, но теперь его длинные руки дотягивались до любой части демонического тела. Золотистые перчатки легли на плечи девушки, вгоняя ту в краску. Она никогда не думала, что будет так смущаться при виде этой мёртвой маски из блестящего металла. — Однако, Кики, чтобы быть лучшей, надо не сбавлять планку. С этого дня, ты будешь выполнять для меня… Особые поручения. Глаза Кикиморы загорелись. Особая работа только для неё?! Никакой конкуренции, никакие мерзавцы не помешают ей в этом. А что за работа, было второстепенно. С чем она, лучшая слуга Императора, не смогла бы справиться? — Как вам будет угодно, господин! Обещаю выполнять эти поручения с особой прилежностью! Белос некоторое время молчал, а затем отпустил её плечи и поднялся на ноги. — Чудно. Император вернулся к своему трону. Правитель устроился поудобнее на своём седалище и вновь взглянул на Кикимору. — Для начала ответь мне на несколько вопросов. Лгать не смей. Кикимора кивнула. Белос постучал пальцами по подлокотнику. — Ты когда-нибудь имела близость… С мужчиной? Никогда Кикимора не была так счастлива тому, что её кожа алого цвета. Лицо будто горело, смущение ударило кровью о гладкие щеки. Задай этот вопрос кто-то другой, этот кто-то точно лишился бы пары конечностей, но Император Белос… Кики даже подумать не могла, что такой как он может спросить у секретарши такую казалось бы бытовую, но интимную мелочь. Руки поднялись к груди демоницы и когтистые пальцы переплелись друг с другом. Кикимора начала нервно теребить свою накидку. Параллельно поглаживая красные костяшки маленьких кистей, она щипала свою сухую кожу. Девушка точно попала в тупик своих комплексов, страхов, сомнений и прочих мерзких чувств, засевших в мыслях. Белос, однако, не торопил её, точно понимая моральную сложность вопроса. Император молча наблюдал за неловкими «страданиями» своей ассистентки. Та лишь спустя некоторое время нашла в себе силы промямлить «досье» своей половой жизни. — Ну… Э… Знаете… Как-то не приходилось… Всё детство училась, училась и… На мальчиков, честное слово, клянусь, времени не оставалось… А уже в ковене… Слишком много обязанностей для… Этого. Немного погодя, она тихо проскулила: — Вот… Белос молчал. Император казалось вообще никак не реагировал на полученную информацию. Кикимора почувствовала себя ещё более глупо. Приятный сон, начинающийся с таких долгожданных слов, превратился в тот самый кошмар, где ты стоишь голышом в окружении всех своих знакомых. К счастью, голой она не была, но ощущала себя именно таковой. Когда Кики уже собиралась попросить у Белоса удалиться в туалет, Император наконец соизволил продолжить разговор: — Ясно. Последний вопрос: насколько ты хороша в исцелении? Кикимора непонимающе склонила голову. В очередной раз она незаметно щипнула себя за руку. Что вообще происходит? Это был какой-то парад случайных личных и не очень вопросов. Страннее всего было то, кто ей их задаёт — не малолетний ученик какой-нибудь магической школы, не скаут Императорского Ковена, даже не одна из малочисленных «подруг» Кикиморы. Это был сам Император Белос. Обычно, Кики знала как надо отвечать своему начальнику, чтобы он был доволен, но здесь это было ей вообще не понятно. Ради собственной безопасности, она решила ответить максимально размыто: — Ну… Так же как и во всём остальном… На достаточно хорошем уровне для члена Императорского Ковена! Немного подумав, она сделала аккуратное уточнение к своему ответу: — Если что, у нас есть Хетти… Лучше неё в этом никого нет! Император сухо усмехнулся. — Не думаю, что ты захочешь обращаться к Хетти. Кикимора удивлённо взглянула на Белоса и хотела спросить, что он имел ввиду, но тут свет факелов погас. Тронный зал погрузился во тьму. Кикимора изрядно струхнула. Дрожащим голосом она воскликнула. — Г-господин?! Демоница сделала шаг назад, но тут же врезалась во что-то мягкое. Кикимора быстро вызвала на руке светящуюся сферу и осветила «преграду». Императорская мантия была всего лишь в нескольких сантиметрах от носа Кики, заставив ту встрепенуться. — Им-мператор, я не понимаю… — Тебе и не надо, Кики. В следующее мгновение, руки Кикиморы были схвачены бронированными кистями Белоса. Император подхватил её и поднял над полом. Мужчина делал это безо всякого труда, точно демоница весила не больше пёрышка. Сфера в дрожащей руке выделила из темноты рогатую маску и тёплый свет отразился от глаз, скрывшихся в глубине «глазниц». Кикимора услышала свист в ушах. Прошло не более мгновения и тишина вернулась на привычное место. Белос опустил маленькое тельце Кикиморы на какую-то твёрдую поверхность. Благодаря свету сферы, она быстро поняла, что сидит на императорском троне. Кики напугано пискнула, всё ещё слабо понимая что конкретно происходит. Рука Императора прижала её к спинке трона. — Шшш… Успокойся. Властный голос правителя сковал тело демоницы невидимыми тисками. Она замерла и лишь её грудь вздымалась при каждом тяжёлом вдохе. Это же Император, разве может он ей навредить?.. Нет, ему это не нужно. Она же его лучшая слуга! Кто у него останется, если не она?! Самовлюблённая Лилит с букетом травм и сестрой уголовницей? Сопляк Золотой Страж без какого-либо настоящего опыта? Она нужна Белосу. С этой мыслью Кикимора почувствовала себя намного спокойнее. Её дыхание замедлилось, а мышцы вновь расслабились. Она расползлась по трону чуть более нагло чем стоило бы. В конце концов когда она ещё раз посидит на этом священном престоле… Император, заметивший спокойствие на полускрытом лице демоницы, продолжил обволакивать своим удивительно проникновенным голосом острые ушки Кикиморы: — Вот так… Хорошо. Рука в золотистой перчатке прикоснулась к щеке Кикиморы. Спустя мгновение, Император скользнул своими длинными и тонкими пальцами под бледную накидку Кики. Та почувствовала как Белос касается её туники. Лишь когда Император проник под подол «среднего» одеяния демоницы, она несколько удивлённо ахнула. Случись что-то подобное минутой раннее, вряд ли бы она сдержалась от истошного крика, но сейчас… Сейчас она была будто в полусне. Белос без труда поддел краешек её коротких чёрных штанишек и начал стягивать их с Кикиморы. Та, мягким, спокойным, даже умиротворенным голосом протянула: — Господи-и-ин?.. Белос молчал. Вместо этого он окончательно оголил ноги Кики, заставив ту чуть съежиться. Без штанов стало холоднее. Элемент одежды исчез во тьме, а перед Белосом предстали чёрные, кружевные трусики Кикиморы. Демоница резко взвизгнула и тут же прикрыла рот когтистыми ручками. Она не знала, за что ей более стыдно — за то что Император явно пытался её раздеть или за то что она носит кружевные труселя, как столетняя бабка. В любом случае, если второе можно было молча пережить, то вот первое имело большее значение в данный момент. Кикимора почему-то почувствовала, как вся её нижняя половина тела чуть ли не вспыхнула. Девушка нервно поморщилась, больше от шока, чем от боли, однако всё также не прилагала ни малейшего усилия, чтобы прекратить этот неловкий процесс. Император прикоснулся к резинке трусов. Движение — и нижнее бельё также исчезло во тьме тронного зала. Крайне небольшие половые губы Кикиморы уже слегка набухли. Сама демоница закусила губу, пытаясь прислушаться к собственным чувствам. Чего-то столь же странного она никогда в жизни не испытывала — её внутренности горели, а щёки изменили свой оттенок уже настолько радикально, что мордашку Кикиморы можно было бы уже использовать как пособие для дошколят, дабы показывать им, что такое ярко-красный цвет. Мысли сплетались в едва различимые узлы и Кики даже не пыталась их распутывать. Вместо этого она молча смотрела на свой половой орган. Император, в свою очередь, отпустил нижние лапы Кикиморы и отступил в тень, уйдя из зоны действия светящейся сферы. Тьма в тронном зале была какой-то странной — уже в метре от источника света ничего не было видно. Это определённо было вызвано магией. Кикимора, с полностью голым низом, тупо посмотрела в чёрный «туман» перед собой, силясь увидеть хоть что-то. Вместо этого она услышала громкие, чавкающие звуки. Бровь над жёлтым глазом Кики приподнялась вверх. Она ожидала чего угодно, но не того, что произошло. Изо тьмы вышел сгорбившийся Белос. Император тяжело дышал, редкими и прерывистыми вдохами. Секретарша, больше по инерции, чем из-за беспокойства в момента, задала вопрос обеспокоенным голосом: — Ваше Величество, вы в порядке? Белос ответил на вопрос помощницы лишь хлюпающим кашлем. Его голова склонилась так, что рога угрожающе топорщились в сторону Кикиморы. Вся нижняя же половина тела правителя, будто «шевелилась». Подола накидки не было видно из-за странной зелёной слизи, что облепляла её. Источник тёмно-зелёной субстанции находился под мантией, очевидно в ногах самого Белоса. Демоница внезапно почувствовала мурашки на своей спине. Ей было смертельно страшно рядом со своим непредсказуемым Императором. Она уже подумывала о том, чтобы броситься к дверям, но запоздавший ответ Императора заставил её позабыть даже о иллюзорном шансе на побег и лишь испуганно вжаться в трон. — Нет, Кики, я не в порядке. Но ты мне поможешь с этим справиться. Белос поднял голову и начал приближаться к Кикиморе. Двигался он медленно, точно «перетекая». Слабенькие нервы секретарши окончательно сдали и она воскликнула: — Умоляю, х-хватит! Мне страшно! Император подошёл ближе и навис над Кики всем своим исполинским (по меркам самой помощницы конечно) телом. Из глазниц маски светились холодным голубым светом глаза Белоса. Кикимора готова была поклясться, что Император не просто трясся, а буквально незначительно менял свою форму каждую секунду, точно грязевой голем. Рука правителя крепко уцепилась за совсем крошечное плечико демоницы, заставив ту пискнуть от боли. Злобное шипение вырвалось из-под латунной маски: — Заткнись. Кикимора сглотнула. Руки Императора обхватили миниатюрное тельце демоницы. Белос прижал испуганную девушку к трону и опустил взгляд на её поджавшиеся лапки. Из-под мантии правителя начало вылезать нечто слезообразное. Тёмно-зелёный отросток был похож на щупальце какого-то неведомого монстра. Кики почувствовала, что её щеки стали более бледными. Она с ужасом поняла, что Император собирается с ней сделать этой мерзостью. Монструозное щупальце изгибалось, дергалось и «бурлило», издавая омерзительные хлюпающие звуки. Лишь через несколько мгновений, отросток смог принять более твёрдую форму. И эта форма была определённо не тем, что Кикимора хотела видеть в паре сантиметров от своего тела. Тёмное скопление слизи образовало длинную изогнутую генеталию с имитацией «головки». Чтобы это ни было, оно притворялось членом. Кики почувствовала слезы в уголках глаз. Император отпустил её одной из рук и протянул бронированую кисть к шару света, дававшему хотя бы понимание ситуации. В один миг, магический свет потух, оставляя Кикимору в абсолютной темноте, наедине с пылающими холодным светом глазами Белоса. — Тссс… Кики глубоко вздохнула и закрыла глаза, взмолившись Титану, лишь бы было не так больно. Она уже чувствовала, что скользкая «гениталия» уже прикасается к её ножкам. Холодная, просто ледяная слизь покрывала внутреннюю сторону бёдер. Девушка охнула — кончик члена коснулся её половых губ. Это было до ужаса необычное чувство, но общий страх мешал им наслаждаться. Впрочем, наслаждаться этим и не представлялось возможным — отросток начал входить внутрь. Император одним резким движением ворвался внутрь Кикиморы, порвав её девственную плеву. Слезы брызнули из глаз Кики и она заскулила об режущей боли. Девушка почувствовала как из её детородного отверстия текли горячие струйки демонической крови. Император, впрочем, не похоже что был хоть на сколько-нибудь смущен этим фактом. Он вдалбливался во внутренности своей жертвы безо всякой нежности, ритмичными движениями склизкого монструозного отростка. Сглаживало ситуацию то, что щупальце было покрыто слизью (а возможно и всё целиком состояло из этой слизи) и хотя бы не терлось о непривычные к подобному стенки вагины. Однако гениталия была излишне большой для миниатюрной Кикиморы и поэтому она чувствовала себя каждую секунду всего лишь в шаге от разрыва своего полового органа. Внутренности горели, плоть нещадно тянулась, а Император продолжал проникать всё глубже и глубже. Лицо Кикиморы уже пропиталось болезненным потом и слезами. Побледневшими губами, она шептала бессмысленные молитвы жестокому Белосу. Девушка чувствовала, что её ноющие половые губы прижимались к мягкой поверхности императорской мантии. «Член» правителя почти целиком проник в тельце Кики. Лишь мгновение спустя, демоница ощутила странное, чужеродное движение внутри. Белос начал «изгибать» свою влажную гениталию прямо внутри неё! С каждым сокращением отростка режущая боль только приумножалась. Нельзя было сказать точно, сколько времени Белос «гладил» её внутренности. Может несколько секунд, может минуту. Кики потеряла чувство времени, растворяясь душой и телом в невероятной силы боли. Она хотела бы заорать, выпустить всю эту мучительную агонию из себя. Но вместо этого, девушка заливалась собственными слюнями и скулила, как избитая шавка. Отросток внутри на мгновение замер. Гениталия Императора начала набухать, растягивая и без того уже растянутые стенки вагины. С ужасом, Кикимора почувствовала, как щупальце «излилось» внутрь. Измученные стенки содрогнулись от леденящего чувства. Чтобы не выпустил в её тело Император, это было нечто чрезвычайно холодное. Жидкость затекала в каждую ранку, каждый маленький разрыв и нещадно их обжигала. Белос наконец покинул тельце Кикиморы, с громким хлопаньем вытащив свой омерзительный член. Кикимора с ужасом вглядывалась во тьму, силясь увидеть Императора, но алая пелена перед глазами не давала увидеть даже контура правителя. Демоница потянулась ручкой к своим половым губам. Дрожащим пальцем, она попыталась начертить в воздухе магический круг, но рука будто не слушалась, постоянно разрушая заклятие. Поняв, что исцелить себя ей не удастся, Кики откинула руку в сторону и заплакала. На этот раз, ничто не помешало ей излить свою ненависть и боль в звуковой форме. Тронный зал заполнили истошные завывания демоницы. Отбиваясь от стен гигантской комнаты, они вторили своей хозяйке горестным эхом. Сквозь завывания и нечленораздельные причитания, она вдруг услышала топот удаляющихся шагов. С трудом, но Кики замолкла и постаралась прислушаться. Кикимора отлично знала ритм шагов каждой крупной шишки дворца и тем более Белоса. Тот определённо сейчас куда-то уходил. Демоница хотела что-то крикнуть, чтобы остановить Императора, но вместо этого лишь прохрипела своим сорвавшимся горлом: — Им… Импех-х-хатох-х-х?.. Поняв, что Белос не услышит её вопроса, она стукнула кулачками о трон и тут же взвизгнула от очередного спазма. Пока Кикимора пыталась перебороть боль, шаги вдалеке утихли. Император покинул тронный зал, хоть шума открывающихся дверей и не было. Кики осталась совершенно одна, истекающая кровью, израненная и во всех смыслах вымотанная. Откашлявшись, Кикимора начала размышлять о том, что ей делать. Она вновь попыталась сотворить исцеляющую магию, но рука опять предательски дрожала, не давая этого сделать. Возможно дело было не в дрожи, а в крайне плачевном состоянии самой заклинательницы. Ей нужно было к целителю. Сама не зная, что она делает, Кики сползла с трона. Слабые и ноющие ноги подломились и она упала ничком на холодный пол. Кикимора попыталась подняться, однако резкая боль в повреждённом половом органе намекнула на ошибочность этой идеи. С сжатыми зубами, девушка оперлась на свои руки и поползла в сторону, где теоретически располагалась дверь. Каждое движение отдавалось в нижней части тела режущим ощущением. Гладь пола казалась просто бесконечной и лишь спустя целую вечность (для неё самой) Кики смогла почувствовать стену. К сожалению, почувствовала стену в первую очередь она своей головой. С глухим звуком Кикимора ударилась своей макушкой о твёрдую поверхность стены. Боль в «волосах» отозвалась по всему её черепу и Кики, прижавшись к стене, снова захныкала. Она уже смертельно устала от боли, боли в любых её проявлениях. Даже обычное неловкое столкновение со стеной вызывало лишь желание забиться в самый тёмный угол и разрыдаться. Ей точно нужно к целителю… Кикимора прижалась к стене и попозла, ориентируясь по рельефу. К счастью демоницы, она двигалась в верную сторону и совсем скоро нащупала своей ручкой бревенчатые ворота. Коготь скользнул по створке с характерным звуком. С невероятным трудом, опираясь на ворота, Кики смогла подняться на ноги. Она положила руки на края створок и попыталась открыть ворота. Безуспешно. Двери тронного зала просто не слушались её. Кикимора почувствовала холодок на спине. Дверь не открылась и она не сможет её открыть. Демоница размахнулась и, едва держа равновесие ударила по дверям. Те ожидаемо не поддались. После нескольких безуспешных ударов, не принёсших ничего кроме ноющих запястий, врата так и остались крепко стоять на своём месте. Кики сползла по недвижимым створкам на пол и предприняла последнюю попытку, совершенную скорее в страхе смерти — быстрым движением руки она вывела в воздухе магический круг. Неожиданно, тот сработал и, с ошеломительно громким взрывом, демоница почувствовала, как её отрывает от пола. Приземлилась она где-то в нескольких метрах от врат, врезавшись в холодную каменную поверхность на полной скорости. Теперь нещадно заболели ещё и спина вместе с обеими руками… Кикимору пронесло ударной волной ещё некоторое расстояние, пока её движение не остановило препятствие. Мягкая ткань соприкоснулась с оголённым низом туловища. Кики обернулась и её глаза встретились с сияющими голубыми огоньками. — Куда это ты собралась, Кики? Кикимора ощутила, как её схватила крепкая рука в холодной перчатке. Точно нашкодившего демоненка, Император поднял девушку за шкирку. — Стоило мне отойти за посохом и ты уже попыталась сбежать. Что это за неуважение, Кикимора? Глядя в неественно светящиеся голубым светом глаза Белоса, Кики залепетала своё жалкое оправдание: — Г-гос-сподин, мне очень плох… Демоница громко закашлялась, точно в оправдание своих слов. С трудом переборов приступ, она продолжила: — Мне… Нужна помощь… Пожалуйста… Император некоторое время молчал. Эти секунды тянулись мучительно долго для испуганной Кикиморы. Леденящий душу голос наполнил её разум противным, липким ощущением: — Кики, помощь надо заслужить. Ты думаешь, ты её заслуживаешь? Кики сглотнула и пробормотала: — Наверное… Нет?.. Император чуть ослабил хватку и прижал Кики к себе. — Именно. Пока что, ты не закончила выполнять свою задачу. Белос развернулся и двинулся в сторону трона. Кикимора уцепилась лапками за его мантию, пытаясь не упасть. Больше она боялась не удариться о пол, а в очередной раз разочаровать Императора. Вскоре она вновь почувствовала под собой опору трона. На этот раз Белос опустил её лицом к спинке. Едва она попыталась обернуться, правитель опустил свою руку ей на голову. — На четвереньки. Кикимора безоговорочно, не взирая на ужасный дискомфорт, встала на четвереньки. Её лицо чуть ли не утыкалось в твёрдую поверхность спинки престола. Она почувствовала как её дрожащие конечности стягивают шершавые… Стебли? Кики до сих пор ничего не видела. Сухие, точно мёртвые, растения оплетали её ноги и руки. Едва стебли коснулись плеч сверху и ягодиц снизу, природные оковы прекратили рост. Передние лозы «стянулись» на руках, вынуждая демоницу приподнять голую пятую точку повыше. Когда она заняла нужную позицию, растения на руках прекратили сжиматься. Голова Кики оказалась прижата к поверхности трона, а руки согнуты. Шею секретарши Белоса охватила ещё одна лоза, фиксируя её в таком положении. Кикимора чувствовала малюсенькие шипы, покрывающие всю поверхность стеблей. Пока она была неподвижна, острые кончики не приносили дискомфорта, но едва она попыталась чуть приподнять голову, стебель, оплетающий шею, тут же впился в мягкую кожу тысячей острых клыков. Кики напугано выдохнула. У неё был панический страх связываний, она просто ненавидела терять контроль над своим телом. Рука Императора легла на бордовую ягодицу Кикиморы. Кисть правителя покрывала филейную часть тела демоницы целиком. Пальцы чуть сжались, сдавливая мягкую плоть. Кики пискнула. Ещё немного «поигравшись» с миниатюрной ягодицей, Император отпустил задницу секретарши. Кикимора услышала, как за её спиной раздалось знакомое хлюпанье. Звонко чавкая слизью, Белос высвобождал свою гениталию наружу. Демоница занервничала — она не хотела повторения прошлого отвратительного соития. Девушка умоляюще просипела окончательно севшим голосом: — Господин… Имперхаторх! Белос точно замер. Его сухой голос нарушил повисшую тишину: — Что такое, Кикимора? Секретарша сглотнула. — Пожалуйста… Можете сделать всё не так больно?.. Император промолчал, а затем посмеялся. Не расхохотался, нет. Лишь посмеялся, точно Кики неудачно пошутила. Это был тихий, но до ужаса безжалостный и злой смех. — Кики, никто не говорил, что на твоём посту будет легко и приятно. Ты лишь продолжаешь меня разочаровывать. Лучше тебе замолчать, пока я не начал задумываться о пересмотре своих слов, сказанных десятком минут ранее… Глаза Кики расширились. Она разочаровывает Белоса?! Демоница обиженно и напугано заскулила. Нельзя, нельзя допустить, чтобы Император в ней разочаровался, это ведь буквально обесценит всю её и без того никчёмную жизнь. Она ДОЛЖНА служить Белосу и ДОЛЖНА в этом быть лучшей. А значит не должна ни на секунду его расстраивать. С голосом полным натянутого энтузиазма, она проговорила: — Вам не придётся этого делать, мой господин. Я… Больше не буду вас разочаровывать. Император холодно усмехнулся. — Рад, что мы друг друга поняли. К небольшому «колечку» ануса прижался кончик покрытой слизью гениталии. Кики закрыла глаза и вдохнув побольше воздуха, взмолилась уже Титану. «Лишь бы было не так больно…» Титан, в отличие от Белоса, выговора ей устроить не мог, однако и влиял на ситуацию он, как оказалось, в равной степени никак. Император начал «погружаться» в анус своей секретарши. Скользкий холодный член пролезал медленно, растягивая кишку подопечной. Это скорее напоминало плотный поток густой пасты, нежели реальный член, однако сравнивать Кикиморе было не с чем. Чем бы не была гениталия Императора, было всё также невероятно больно. Внутренности тянулись, а Кики почувствовала подступающую к глотке тошноту. Живот начало пучить и секретарша очень пожалела о своём выборе завтрака. Кожа вновь смертельно побледнела, из приоткрытого рта вылетали писки, болезненные стоны и скулёж. Ощущение чрезмерной «наполненности» отвратительно комбинировалось с психическим и физическим давлением шипастых лоз. Тупая боль с каждой секундой будто становилась сильнее, но никак не достигала пика. Белос наполнил собой чуть ли не половину её тела. Достаточно растянув заднее отверстие Кики, Император начал вытаскивать свой член наружу. Вытащив гениталию где-то наполовину, правитель снова погрузил еë внутрь. Кикимора чувствовала ритмичные движения в своей заднице, которые лишь ускорялись. Белос безжалостно долбил страдающую секретаршу. Соитие через задний проход оказалось ещё более отвратительным, чем через ныне изувеченные половые губы. Там хотя бы частично, Кикимора была уверена в нормальности процесса, но вот такое… Кики едва ли предполагала, что её заднее отверстие подходит для чего-то кроме туалетных дел. Что-ж, Император открыл ей глаза, хотела она того или нет. Белос хоть и имел быстрый темп, но был крайне вынослив — прошло бесчисленное (как казалось Кикиморе) время, прежде чем его «член» задрожал и исторг нечто ледяное в кишку Кики. Теперь к неприятным ощущениям добавился ещё и холод во внутренностях. С громким хлюпаньем, Император покинул её задницу. Кикимора зажала зубы от боли, когда набухшая «головка» выходила из её ануса точно пробка из старой бутылки. К сожалению, дискомфорт никуда уходить не собирался. Ноющая боль теперь мучала оба её нижних отверстия. Лозы на руках и ногах в последний раз укололи императорскую секретаршу тысячами мелких шипов и, щедро лизнув острыми «языками» кожу Кики, ускользнули. Кикимора наконец-то смогла опустить пятую точку на свои ступни и нормально отдышаться. Руки непроизвольно тянулись к шее, точно пытаясь устранить уже исчезнувшую лозу. Пока демоница привыкала к своей относительной новообретëнной свободе, Белос схватил её за руку. Одним резким движением, Император перевернул Кики на спину, заставив её беспомощно барахтаться. В темноте с характерным звуком вспыхнула красная сфера. Правитель Кипящих Островов поднёс навершие своего механического посоха к оголенному низу Кикиморы. Алая молния «вонзилась» моментальным импульсом в тело секретарши. Волна сильных спазмов разошлась от места удара. Кики почувствовала жжение в обоих своих нижних отверстиях. Секретарша было завопила, но боясь испортить настроение Императору, издала лишь сдавленный стон. Белос скрыл свой посох во тьме и абсолютно спокойно сказал: — Твоя награда. Заклятие усилит боль, но исцелит тебя. Кики глубоко вздохнула, перебарывая боль. Белос наградил её, а значит она была достаточно покорна. Значит надо продолжать в том же духе. Император не спешил. Он дал Кикиморе время отдышаться, почувствовать себя хотя бы чуть-чуть спокойно. Девушка несмотря на жгучие магические побочки действительно чувствовала себе в безопасности. Теперь уж точно всё. Император сейчас отпустит её и Кики, целиком и полностью измотанная, отправится домой, дабы там упасть на диван, да уснуть. Белос, однако, не спешил выгонять секретаршу из зала. Вместо этого, он будто намеренно ждал её вопросов. Те не заставили себя долго ждать. — Мой господин, позвольте спросить… Насмешливый мужской голос ответил: — Уже хочешь на отдых? Что ж, тогда мне придётся тебя немного огорчить. Пока что, твоя миссия ещё не завершена. Я хочу провести один презабавный эксперимент… Эксперимент над магией иллюзии. Как ты на это смотришь? Вопрос был риторический, вариативности ответов у Кикиморы не было. С вусмерть убитым голосом, она пробормотала: — Всё, что вам будет угодно, Император. Очередной смешок. — Да, ты действительно лучшая слуга. Ты очень хорошо усваиваешь мои уроки. Тогда не будем медлить. Последнее слово было произнесено в унисон несколькими голосами. Кикимора не успела ничего понять — одновременно шесть рук в золотых перчатках схватили её. Иллюзорные клоны? Но разве они бывают осязаемы?.. Император (или Императоры?) поднял демоницу над троном. Несколько фигур с пылающими голубыми глазами потащили её куда-то к центру зала. Кики напугано вжалась в мягкую мантию одного из «Белосов». Она почувствовала, как о её спину ударилась твёрдая поверхность, похожая на пол. Когда её уложили на «стол», Кикимора поняла, что это невысокий каменный столб с широкой плоской вершиной. Место для неё. Спина прижалась к холодному камню, а конечности Императоров начали подготавливать Кики к «эксперименту» — нижние лапки развели в стороны, руки же были прижаты к поверхности столба, а голову отвели назад, за край поверхности импровизированного стола. На оголённое горло легла кисть руки Императора. Кики удивлённо пискнула. Все конечности ломило, тело ныло и жглось, голова ударилась об край столба и загудела. Крепкая хватка шести императорских рук не давала исправить ситуацию. Тревога захлестнула секретаршу прежде, чем раздалось знакомое чавканье слизи. Она не сразу поняла, что в её отверстия вновь вторглись два инородных отростка (из-за постоянного жжения её дырочки потеряли часть своей чувствительности), однако в этот раз Император не ограничился низом бедной демоницы. К губам Кикиморы прикоснулся склизкий «член» Белоса. Император с абсолютно невозмутимым голосом проговорил: — Открой рот, Кики. Не особо размышляя над дальнейшими действиями начальника, Кикимора с готовностью открыла рот. Щупальце из слизи тут же скользнуло внутрь. В нос секретарши ударил чужеродный запах. Что-то сырое, чуть приторное и с примесью серного запаха. Удивительная комбинация была похожа на запах свежеслепленных големов из мерзопакости, но в тех преобладал более «искусственный» и резиновый запах. Запах слизи Белоса же был более естественным, будто дикий лес в сравнении с городом. Кикимора из-за должности часто держалась рядом с монархом, но никогда прежде не чувствовала этого дурманящего аромата. Хотя быть может больше Кики дурманил не сам запах, а перевёрнутое положение её головы. Холодная гениталия терлась об сухой язык Кики, размазывая по нему свою слизь. К тому же, Кикимора начала наконец чувствовать и то, что её низ не остался без внимания — дикая боль вновь защемила в кишке и близь матки. Скулёж ожидаемо потонул в слюне и слизи и секретарша издала лишь что-то булькающее. Белос не дал ей расслабиться и его член стал проникать глубже в рот Кикиморы. Когда холодные капли начали покрывать её глотку, Кики чуть не стошнило. Методичными движениями щупальце скользило по ротовой полости и глотке. Кики чувствовала, что смесь слюней и слизи текла по её губам, щекам «вверх» по опущенной вниз голове. Мерзкая субстанция перетекла через закрытые веки, по лбу и достигала конечности на макушке Кикиморы. С «волос» демоницы разбавленная слюной слизь капала на пол с громким липким чавканьем. От отвращения секретарша вся покрылась мелкими мурашками. Её нижняя половина тела дрожала от мучительной боли, вызванной двумя отростками, активно «бурящими» её внутренности, а рот был переполнен омерзительной жижей. Кики чувствовала, что начинает захлёбываться. Тело будто перестало ощущаться, а голова уже просто трещала. Слабая Кики наконец просто не выдержала и провалилась в бескрайнее бессознательное. Последним, что она запомнила, был привкус грязи во рту. … Приятная прохлада лёгкого одеяла — первое, что почувствовала Кикимора. Тонкая ткань касалась кожи ручек и шейки демоницы. Вся её нижняя часть не ощущала ничего кроме крепких перевязок. Бинты стягивали её конечности, не давая Кики даже пальцем на ноге пошевелить. И зачем её так замотали?.. Где она вообще? Кикимора аккуратно приоткрыла глаза. Солнечный свет был мягко заглушен полупрозрачными шторами на узких окнах. Золотисто-белые цвета окружающего интерьера указывали на то, что секретарша Белоса всё ещё находилась в императорском дворце. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на которой была аккуратно сложена одежда Кикиморы. По другую сторону был столик с кучкой баночек, лезвий и мешочков с ингридиентами ритуалов. Похоже, здесь постарался хороший маг исцеления. Она в лазарете? Для лазарета, однако, помещение было излишне маленьким, да и Кикимора лежала здесь одна. Кики заметила на столике волшебный звоночек и, не долго думая, позвонила в него. Демоница знала, что такие звоночки используют повсеместно в императорском дворце, для быстрого уведомления. Этот похоже служил для вызова целителя. Затаив дыхание, Кикимора стала ждать. Дверь распахнулась с грохотом, точно кто-то со всей силы ударил по ней. В комнату, чуть пригнувшись на пороге, вошла никто иная как Хетти Катбëрн. Женщина, стоило признать, исполинского роста и недюжинного телосложения. Тёмно-синее платье скрывало подробности её мускулистого тела, однако белые перчатки на руках обтягивали гигантские кисти так, что не оставалось ни единого сомнения в физической силе этой ведьмы. На удивление, пригибаться в дверях ей пришлось не сколько из-за своего роста, сколь из-за своего необычного головного убора — голову целительницы венчал крупный «полумесяц» с плоскими концами. Лицо было наполовину скрыто плотной голубой вуалью. Глава ковена исцеления была явно недовольна — её тёмные губы тут же поджались при виде Кикиморы и перед тем, чтобы начать говорить своим гулким, чрезвычайно низким для женщины голосом, она издала раздражённый вздох: — Кики, просто чтоб ты знала — ты последняя, кого мне хотелось бы лично лечить. Кикимора прищурилась. О, да, она имела терки со всей императорской верхушкой кроме непосредственно монарха и Хетти исключением не была. Из-за высокомерия, лицемерия и вечного подлизывания к Императору, достаточно простая и прямодушная Катбëрн просто терпеть не могла Кикимору. Впрочем, это было взаимно. Кики всех их ненавидела, каждого главу ковена. Однако, сейчас секретарша Белоса была явно не в том состоянии, чтобы злить своего лечащего врача. Именно поэтому Кикимора поступила также как и всегда — чуя своё поражение, отступила с широченной ядовитой ухмылочкой. Стараясь говорить как можно слаще, Кикимора мягко ответила Хетти: — Милая Катбëрн, я сейчас слишком слаба, чтобы выяснять наши с тобой отношения. Может быть ты объяснишь что со мной и почему у меня все ноги в бинтах? Хетти мрачно улыбнулась и, закрыв за собой дверь, прошествовала к кровати. — А бинты на лице тебя не смутили, м? Кикимора с непониманием прикоснулась к щекам… Чтобы понять, что они также скрыты целебной тканью. Вся её голова, включая головную конечность, была покрыта белыми тканевыми полосками. Тут же, Кики поймала себе на мысли, что её кожа на лице ничего не чувствует и даже крепко прижатых бинтов. Демоница удивлённо ойкнула, вызвав смешок у Хетти. — Доброе утро, красноухая. В зеркало себя увидишь — вообще упадëшь. Кикимора быстро наколдовала себе небольшое зеркальце и взглянула в него. Да, пожалуй сейчас она выглядела просто ужасно. В меру специфики тела, за внешностью она следила на строго базовом уровне, но конкретно в данный момент ей плакать хотелось. Вся голова была затянута бинтами, из-за чего Кикимора напоминала скорее древнюю мумию, чем на нечто живое. Лишь нос, рот, глаза и уши были свободны от участи быть погребёнными под тканью. Кики тяжело вздохнула: — Ох… Хетти подошла к столику с медицинскими принадлежностями и взяла в руки голубой резиновый мешочек. — Ты ещё не видела своей ситуации в кишке и с «передка». С дрожью в голосе, Кикимора поинтересовалась: — Там всё настолько плохо?.. Лидер ковена целителей взяла во вторую руку склянку с жёлтым снадобьем и начала её потряхивать. — О, да, там всё ужасно. Твоё счастье, что мы живём в век инновационной целительной магии и зельеварения. Удалённая часть кишки отрасла довольно быстро… Кики чуть ли с кровати не вскочила, но ноги ненавязчиво указали ей, что это дурная идея. Секретарша Белоса дико испуганным голосом прокричала: — УДАЛЁННАЯ?! Хетти абсолютно спокойно перелила содержимое жёлтой склянки в мерный стаканчик и потянулась к следующей колбочке. — Прекрати орать. И так голосовые связки пришлось подлечивать… Ничего серьёзного, но голос ты знатно посадила в тот день. Пока Кэтбëрн что-то мешала в мерном стаканчике, Кикимора пыталась осознать весь масштаб своих проблем. Почти всё её тело было поврежденно, начиная от лица и заканчивая анусом. Что ещё больше напрягало, Кики крайне смутно помнила события, которые привели её к нынешнему состоянию. Вот она у Императора, вот тот говорит ей о особом задании… И дальше всё во тьме. Память не за что не цеплялась. Наблюдая за Хетти, засыпающей порошок фиолетового цвета в лекарственную смесь, Кики пыталась немного успокоиться. Немного поумерив свой страх правды, демоница задала робкий вопрос: — А кто меня… Так? Хетти равнодушно пожала плечами. — Тебя принёс Золотой Страж уже в бессознательном состоянии. Сказал, что Император повелел тебя излечить и задавать поменьше ненужных вопросов. Я и принялась за дело сразу. Могу поискать мальчишку, если тебе нужны… — Нет. Он ничего не скажет. Кики опустила голову на подушку и бессильно раскинула руки. Хетти с примесью лёгкого беспокойства, столь не свойственного холодному врачу, проговорила: — Это Белос тебя так? Провинилась? Кикимора громко шикнула. Император имел свои «уши» везде, как минимум по дворцу. Секретарша смертельно боялась даже говорить о нём, хотя бы с каплей уважения. Да и разве мог Император наказать свою лучшую слугу? — Нет, я определённо… Не провинилась. И Императору не за что меня наказывать! Может… Он просто меня нашёл или типо того?.. Кэтбëрн, фыркнув, залила жидкость из мерного стаканчика в резиновый мешочек и начала рисовать магический круг. — Император нашёл тебя? Где? В своём тронном зале, не заметил как каждое твоё отверстие провернули через мясорубку? Если не хочешь говорить о своих терках с Белосом — так и скажи. Хетти замолкла, а Кики задумалась. А ведь и правда… Император был последним ведьмаком, который мог бы её «случайно» найти столь истерзанной. Да и к тому же он крепко засел в остатках её памяти, перед чистейшим провалом. Что же случилось? Раздался звук выпускаемого через отверстие в мешочке воздуха. — А теперь, Кики, готовься. Лечебные клизмы чудовищно неприятная штука… Кикимора хотела горестно закричать, но выбора у неё в любом случае не было. Лечиться было необходимо… … Лязг, лязг, лязг. Крупные пальцы на мерзопакостной конечности, покрытой медными пластинами, ритмично лязгали по полу. Кикимора поудобнее устроилась на кресле, установленном на плоской спине голема. Ноги всё ещё плохо слушались Кики и Дариус, по приказу Императора, выделил ей одну из тестовых разработок ковена мерзопакости. Подобные низкие монстры служили чем то вроде инвалидной коляски из мира людей. Кикимору такой способ передвижения вполне устраивал. Благодаря голему-помощнику, секретарша Белоса вернулась на службу гораздо быстрее, чем могла бы. Впрочем, несмотря на внешнее удовлетворение своей собственной позой, демоница не могла даже нормально дышать от волнения. После стольких дней, проведённых в личной комнате, и нескольких дней после, проведённых уже на спине голема, Император снова хочет её видеть. Кики очень хотела встретиться с Белосом и наконец разделаться с тяжкой дилеммой на своей душе. Ворота. Всего несколько шагов, ну же… Крупные створки приоткрылись, пуская Кики внутрь. В тронном зале было также пусто, как и в тот день. Однако на этот раз, кроме Императора, в зале была ещё одна ведьма. Длинные и гладкие чёрные волосы, худая, среднего роста. Лилит. Кикимора скрипула зубами. Нет, это была вовсе не злость на главу Императорского ковена, хотя Кики и правда терпеть её не могла. Это было нечто иное. Странное, непривычное бессердечной Кикиморе чувство. Оно проснулось в ней лишь вчера, когда Кики заполняла документы с посещениями Императора. Терра, Лилит, Хетти… Почему, когда она выписывала их имена в графу посещений, рука предательски дрожала, но нет от слабости, от злости. Почему Император зовёт этих мерзавок к себе, а свою лучшую слугу — нет? Лилит отвернулась от Императора и двинулась к двери. Заметив Кикимору, глава Императорского ковена хмыкнула. Проходя мимо голема Кики, ведьма на секунду остановилась и отпустила злобный комментарий. — Император сказал, что хотел бы отдохнуть. Не думала, что общение с тобой хоть кто-то может назвать отдыхом. Кикимора фыркнула и собиралась выбросить в ответ что-нибудь столь же ненужное и злое, но внезапно Кики не пришлось отстаивать свою честь. Через весь зал раздался вкрадчивый голос монарха: — Ты даже не представляешь насколько успокаивает компания Кикиморы, Лилит. Тебе бы я тоже советовал отдохнуть. Завтра у тебя важный день. Лилит, не оборачиваясь, скривилась и молча покинула зал. Кикимора самодовольно задрала нос и гордо прошествовала к Императору. Безусловно, её компания для Белоса подобна бальзаму на его необъятную душу. Кики щелкнула пальцами и голем аккуратно снял её со своей спины, опустив на пол. Кики оперлась на мерзопакость и опустилась на колени. — Здравствуйте и процветайте, господин! Белос благосклонно кивнул и протянул руку Кикиморе. — Подойди поближе. Секретарша чуть удивилась, но естественно спорить не стала. Придерживаясь за голема, она подошла чуть ли не в упор к трону. Тут же, Кикимора почувствовала, что её схватили под мышки. Кики успела только напуганно пискнуть, прежде чем оказалась прижатой сильными руками Императора к мягкой мантии. Залившаяся краской секретарша чувствовала дрожь во всём теле. Белос задал своим привычно холодным голосом необычайно заботливый вопрос: — Как твоё здоровье? Кикимора неловко хихикнула и начала мямлить: — Ну… Э… Это было не очень приятно… Однако мне помогли и… Полагаю… Через несколько месяцев я вновь смогу нормально ходить и… Кхм, полагаю это слишком вульгарно. — Чудно. Император необычайно нежно поглаживал демоницу по волосам. Кикимора уже просто сидела и смиренно умирала от смущения. Неловкость ситуации, Белос развеял очередным ледяным комментарием: — Могу тебя поздравить. Твоё выполнение моего «особого» задания было лишено каких-либо нареканий. Ты прекрасно справилась, Кики. Кикимора, уже почти упавшая в обморок, встрепенулась и аккуратно спросила Императора: — О чëм вы?.. Белос хмыкнул и похлопал Кики по спине. — Не беспокойся, тебе необязательно это помнить. Не обременяй свою светлую голову. Император чуть спустил секретаршу, прижав её нос к своему паху. Кики ощутила, что в её трусах стало чуть мокрее. Удивительное для Кикиморы чувство вновь захлестнуло её. Всё тело кидало в дрожь, а повреждённые половые органы ощутимо налились кровью. Она искренне хотела того, что произойдёт прямо сейчас, пусть и слабо это осознавала. Коготки уцепились одновременно за пояс чёрных, шелковистых штанов и «резинку» трусов из грубой ткани. Кикимора приспустила элементы одежды Императора. Перед ней предстал самый обычный мужской член, в полностью готовом состоянии. Кикимора почему-то была этому удивлена. Почему? Что ещё могло быть у обычного ведьмака на месте гениталий?.. В любом случае, такие мелочи были не важны. Головка императорского «прибора» уже сочилась полупрозрачной жидкостью. Кики уже больше не думала. Поглощённая бесконечной преданностью к своему господину она принялась чуть неопытно «обрабатывать» его член…