Не сей FLUV в Ночь

      Комната пахла кофе и чем-то сгоревшим — возможно, надеждами.       Даня сидел на подоконнике, в одной руке кружка, в другой — телефон, на экране которого зависала фотография Полины: безупречная, с идеальной кожей, блеском на скулах и ослепительной улыбкой. Фото с её новой съёмки для бренда косметики. Под ним уже стояли тысячи комментариев: «богиня», «царица», «звезда».       Он провёл пальцем по экрану, будто пытаясь дотронуться до неё, и тихо усмехнулся. Ни одного лайка в ответ. Ни одной отметки в сторис, где мелькал бы кто-то кроме неё. Как будто той ночи, где были они вдвоём, не существовало. Но она была. Была, ведь она сохранена в скрытой папке на ноутбуке стримера. Сохранена в зашифрованном документе "Флаф".       Он открыл их чат. Последнее сообщение — его, от двух недель назад: «Ты приедешь?»       Ответа не было.       Даня допил остывший кофе и хмыкнул. — Видимо, нет.       Полина в это время сидела в гримёрке студии. Перед ней: зеркало, усыпанное лампочками, и отражение, в котором невозможно было разобрать, кто она на самом деле. — Полин, ты просто космос, — сказала стилист, поправляя ей волосы. — Улыбайся только, камера тебя любит.       Она улыбалась. Камера любила. А вот Даню любить было нельзя. Он слишком настоящий, слишком прямой, слишком… опасный для тщательно выстроенного мира.       После той роковой ночи она решила, что всё было ошибкой. Пьяной, красивой, но ошибкой. О которой не осталось свидетельств. Ни одного, кроме Даниного дневника, который он вёл в формате какого-то подросткового фанфика.       Он хотел верить, что между ним с Полиной что-то есть, а она просто позволила себе немного фальшивого счастья, пока не пришло утро. Теперь, когда он появлялся в списке входящих звонков, сердце сжималось. Не от чувства, а от вины. Или страха. Она не отвечала. — Ксаева? — крикнул кто-то за дверью. — Да, — отозвалась она, стирая с уголка глаза невидимую слезу. — Готова.       Даня тем временем подключал стрим, которому предшествовало многозначительное сообщение в канале: «Ночь. Просто посидим».       Он шутил, читал донаты, играл, но его глаза постоянно соскальзывали в пустоту.       "Чего грустный, х*й сосал невкусный?" — писали в чат. — Кто ещё напишет про невкусный член мне в чат — отправится откапывать мать, ребята. Все поняли? — промяукал Кашин, но после добавил, — Да... Всё норм, ребят, — ответил он с натянутой улыбкой. — Просто устал.       Стрим закончился на весёлой ноте, просмотром забавного ролика и обещанием как следует отдохнуть. Данила проверил телефон.       Ни звонков, ни сообщений, ни даже короткой мысли о нём.       Он выключил свет и остался один в темноте, где монитор светился бледным, почти лунным светом.       На экране всё ещё висел её ник в списке чатов телеграма. Он не решился удалить. Позже, пролистывая сторис, Даня наткнулся на новое видео: Полина в клубе, смеётся, танцует, её обнимает кто-то другой.       Свет мигает, музыка гремит, и в какой-то момент их взгляды на видео пересекаются — он ловит этот кадр, ставит на паузу.       На секунду кажется, что она смотрит прямо на него, но это лишь иллюзия света.       Он закрыл телефон и прошептал: — Я ж тебя всё равно трахну, Полин... — стример потянулся за ноутбуком.