Придурок

Когда он в него влюбился? Наверное, с первой встречи. С первого взгляда этих дьявольских глаз, в которых плясали огоньки. Он вошёл и украл его сердце. Уже навсегда. Если спросить Царя, почему ему нравится Кот, назвать точную причину, описать качества, то он не сможет ответить. Он ему нравится просто...просто потому что! Потому что это Кот. А он — Царь. И всё тут. Когда он вошёл, Царю показалось, что на него дыхнули оранжевым сентябрём. Словно мимо него пролетела последняя бабочка. И он ощутил тот детский порыв проследить за ней, сначала взглядом, а потом побежать, потому что она точно летит куда-то в сказку. Но потом бабочка улетает высоко вверх, туда, куда тебе уже не добраться. А тебе остаётся только стоять в поле среди цветов, стоять, смотреть на небо и надеяться, что она вернётся. Кот возвращался. Вился и кружил вокруг него, манил, но не давался в руки. Так же, как бабочка Монарх порхает вокруг и даёт насладиться своими яркими крыльями, но никогда не сядет на плечо. И уж тем более не согласиться залезть в карман и пойти жить к тебе в квартиру. Кот был близко и на расстоянии световых лет одновременно. И чем больше Царь осознавал, что между ними ничего не может быть, тем сильнее он в него влюблялся. Побитый, брошенный пёсик, на которого вдруг обратили внимание, покормили сосиской, сказали «Вау, ты так круто выглядишь! Тебе очень идёт эта рубашка в клетку», и вот он уже готов идти на край света и умереть за своего «хозяина». А «хозяин» и не в курсе, что у него появился преданный маленький пёс. Нет, конечно, Кот знал, что он нравится Лёше. У него на такое был намётан глаз. Тем более, пару раз в шутку он «повертел перед ним хвостом», прекрасно зная о своей красоте и соблазнительности, на которую велись и девушки, и парни. Царю, кстати, до этого момента нравились только девочки. А после этого момента ему уже не нужен был никто, кроме парня в очках, который однажды сел к нему на колени, потому что не было свободных мест. Алексей осознавал, что Гроза играет с ним в Кошки-мышки. Но он был не против. Что угодно. Используй меня как угодно. Я всё тебе прощу. Только дай ещё раз вдохнуть запах шампуня. Пожалуйста... Нравился ли Царь Коту? Да...наверное...Слишком многое пережил Гроза, слишком многое изрезало его душу и сердце лезвиями, что бы он мог разбираться в таком чувстве, как любовь. Он точно знал, что Царь красивый. Высокий. Ему такие нравились. Мужественный, но без перегибов. Молодой красивый мужчина, который вроде и крутой первый парниша в рок-баре, а вроде вот уже мнётся перед ним, как восьмиклассница. Это было мило. Это вызывало у Кота улыбку. И он просто не мог удержаться и иногда дразнил его. Может, он в глубине души надеялся, что однажды Лёша не выдержит. Прижмёт его к стене, схватит за руки и поцелует. Глубоко, жадно, горячо...Так, как его уже очень давно никто не целовал. Поцелует с любовью. Кот хотел, что бы его любили. Он чувствовал любовь от Царя. Но не мог с этим смириться. Что у него есть такая потребность. Что он хочет, что бы о нём заботились. Носили цветы. Ухаживали, когда он заболеет. Переживали, если он вдруг вечером не ответит на звонок. У Лёши было доброе и наивное сердце. Он был хорошим парнем. Несмотря на все «но» и наркотики. Он был светлым, хорошим, преданным и нежным. Как человек. И Кота выворачивало наизнанку от того, что ему буквально пихают в лицо то, о чём раньше он не мог даже мечтать. То, за что он боролся и умирал. И в конце концов отказался. А теперь ему это принесли на блюдечке. Спасибо, уже не надо. Лёша-Лёшка...Почему ты не мог появиться в его жизни на несколько лет раньше?

***

Кот просыпается от очередного кошмара. Призраки прошлого не отпускают. И кажется, что прилипшая к телу потная футболка это чьи-то призрачные руки, которые удерживают, тянут, не дают вернуться в безопасную спокойную реальность. Хватают за шею, за запястья, не дают дышать и кричать. Его трясёт. Он садится на кровати и обнимает себя за плечи. Он ненавидит это чувство. Чувство слабости. Полной ничтожности. Бессилия. Что он ничего не может сделать. Он ненавидит это чувство — «Я хочу, что бы Лёша был сейчас здесь». Что бы прижал к себе, и сказал, что никому не даст его в обиду. Что защитит от всего. Примет его любым. С любыми шрамами и на теле, и на душе. Поцелует каждый. Пожалеет. Залечит. Будет любить...Обязательно одолжит свою рубашку, если будет холодно. И ту крутую кожанку с шипами, если пойдёт дождь. Первым нальёт чай Коту, а уже потом себе. Отдаст булочку, в которой больше вишнёвого варенья. Съест невкусные конфеты. Спрячет за своей спиной. И от метели, и от уличных мудаков. Кот хотел быть Его. Мурчать в объятиях, нежится с ним в кровати, и пусть весь мир подождёт. Ух, а какую бы жаркую ночь он ему устроил! Царь бы до конца жизни вспоминал. И говорил: «Да-а, мой муж горячая штучка». Кот глупо хихикнул от этой мысли. Лёжа на кровати, свернувшись в клубочек со слезами на глазах. Может...позвонить ему? Попросить придти. Сколько время? Четыре утра. За окном снег. И он ведь придёт. Примчится в одних тапочках, если понадобиться. Придурошный... Кот обхватил колени руками и...заплакал. Тихо, что бы Рыся не услышал. Почти беззвучно, жалко всхлипывая и дыша ртом, потому что нос мгновенно забился. Он плакал от несправедливости жизни. Потому что любящий его Царь был тем, кто ему нужен. Но...Кот был не достоин его. Он так считал. Сердце Лёши было тёплым и живым. В то время как сердце Кота было расхуярено жизнью на тысячи осколков. А самые крупные, которые ещё остались на месте и держали форму, превратились в камень. Который иногда, очень редко, вот как сейчас, начинал кровоточить. Ему хотелось целовать его. Обнимать. Держать за руку. Ходить на свидание. Прижиматься сзади, наслаждаясь разницей в росте, чувствуя себя, как за стеной. Водить пальцем по его татуировке на шее, очерчивая контуры. Игриво покусывать за шею. Теребить волосы и видеть, как утреннее солнце переливается в них, превращая отдельные волосинки в драгоценные медные проволоки в своих лучах. Видеть его глаза, в которых даже в декабре жило лето. Тёплое. Светлое. Нежное. Любящее лето. Его потрясающе красивый нос с горбинкой... Змея в брови. Уже не ядовитая. Какой же он, сука, красивый... Кот отчётливо видел сквозь пелену слёз, как в лучах утреннего весеннего солнца развивается штора. А они вдвоём лежат на кровати. Он гладит его по груди, щекочет за ухом, а Царь только-только проснулся. Но сонный, видит его, и сразу же расплывается в улыбке. Тянет руку. Гладит его по щеке, а Кот игриво мурлычет и трётся о неё. Они обнажённые, влюблённые и счастливые. И впереди всё хорошо. У него будет крутой парень-рокер, который его обожает всем сердцем и душой. Будет провожать его до дома. Воровать цветы с клумб. Они будут много целоваться. Очень-очень много. На закате, на рассвете, днём, вечером, ночью. Где угодно. Даже там, где могут увидеть. Его сердце снова начнёт биться, согретое любовью летнего солнышка. Летнего солнышка по имени Лёша. И по кличке Царь. Нравился ли Царь Коту? Да. Очень нравился. Убаюканный воем метели он заснул в слезах, обняв себя за коленки. А во сне он продолжил видеть довольное лицо Лёши, смятые простыни и развивающуюся в порывах весеннего ветра штору. За которой начинался май и любовь.

***

-Ты в порядке? Кот вздрогнул. -Ты будто меня избегаешь. Что-то случилось? Царь всё же смог выловить его в одном из коридоров колледжа. Это была правда — Кот его избегал. Не специально, старался как можно естественнее, не бегал, не прятался, но и не ходил в те места, где они могли бы пересечься, а со всех встреч сливался под предлогом скорой сессии. И вот, стоило ему на несколько минут зависнуть в крыле фармацевтов, быстро заскочив по старостинским делам, как Лёша сразу его выловил. Ну да, чужая территория. Кот опустил голову, стараясь, чтобы волосы закрыли мешки под глазами. Он нормально не спал уже неделю. Царь нависал над ним, оперевшись локтём о стену. Не давил, но ясно давал понять — вот в ту сторону мимо меня ты не пройдёшь. В колледже похолодало и под его вечной зелёной рубашкой была чёрная плотная водолазка, которая привлекала внимание к его длинным пальцам гитариста. На безымянном пальце снова было кольцо. С недавнего времени появилась привычка его носить. И почему-то очень похожее на то, какие обычно носил Кот. Царь нервно залез рукой в «корону» на голове, вроде попытался пригладить, но, кажется, ещё больше растрепал. Летние, зелёные глаза смотрели пристально, требовали ответа. «Обними меня. Мне очень плохо» -Да всё в порядке, тебе кажется. Времени ни на что нет. Сейчас все дебилы из группы просят меня «поговорить» с преподавателями, что бы их не числанули. А мне ещё своими делами надо заниматься. У тебя хоть с учёбой всё нормально? -Мне кажется, или ты уходишь от темы? Что с тобой? Царь распрямился и скрестил руки на груди, ещё больше блокируя проход дальше. -Когда кажется, креститься надо. Со мной всё в порядке. -У тебя джемпер наизнанку надет. Кот удивлённо посмотрел на швы. И правда. Они торчали наружу, а сзади гордо развивалась белая этикетка. Он всунул в руки Царя папку и поспешил переодеться. Когда он снял верхний слой, оказалось, что белая рубашка внизу застёгнута неправильно, через одну пуговицу. -А я то думаю, чего она так криво сидит... Царь убрал прядь волос за ухо Кота. Прикосновение обожгло его, как раскалённый металл. Раньше Царь себе такого не позволял. Чего вдруг... -Тебе нужна помощь? Это было сказано так нежно, тихо, что бы только они услышали. Спокойный мужской голос. Правда обеспокоенный. Заботливый. От которого чувствовался запах разогретого на солнце дерева. Ощущение исчезло за мгновение. Хотелось ещё... На секунду Кот позволил этой эмоции просочиться наружу, заглянув в глаза высокого красивого парня, который сегодня был слишком близко. Ещё шаг и вот его тёплая грудь, его запах, его одежда, его надёжные ласковые руки, его поцелуи в макушку, безграничная любовь и поддержка. Ещё шаг и вот оно... Кот довольно грубо шлёпнул его по руке. -Нет. Не нужна. Наверное, перегнул. Слишком остро получилось. Нежный порыв на лице Царя сменился на печаль и разочарование. Он поник, как обмякает поздний сентябрьский цветок после ночных замрозков. Отвёл взгляд. Сконфуженно собрал пальцы в кулак. Гроза понял, что больше не может этого вынести. -Мне жаль, но сейчас ты мне правда ничем не поможешь. Извини, если грубо, весь на нервах. Мне пора. Пока. Он забрал папку. Развернулся и зацокал каблуками классических туфель по паркету. Хотя в ту сторону ему вообще было не нужно. Это было самое натурально бегство. «Схвати меня за руку» «Поверни к себе» «Обними» «И больше никогда не отпускай» «Нужен...Лёш, ты мне нужен...» -Пока... «Почему ты опять меня отпускаешь? Придурок...»