Yunost-time for confessions

На улице пасмурно, ведь на дворе октябрь. В такую погоду не хочется не то что идти в школу — даже вставать с кровати не хочется. Возможно, Бог услышал хмурые пожелания Хёджина, потому что у него поднялась температура до 38,8 градусов, заболело горло и начался насморк. Ну спасибо,бляять. Конечно, мама оставила его дома. И, казалось бы, надо радоваться — не нужно идти в школу. Но сегодня у них парные работы по физике, и он должен был делать её с Сынмином. А теперь Ким будет выполнять задание с этим Минхо. Нечестно. «Мам, сделай мне, пожалуйста, чай с лимоном», — крикнул Альфа как мог. Прошло уже два урока, а Хëджина всё ещё не было. Сынмин начал волноваться. Хëджин никогда не пропускал уроки. «Может быть, ему позвонить? А может быть, самому прийти к Альфе домой?» После всех уроков Сынмин ещё минут пять не знал идти ему домой или сходить однокласснику. Ким нажал на дверной звонок, и его встретила милая и красивая женщина лет тридцати пяти. — Вы к Хёджину? — спросила она. — Здравствуйте, да, — смущенно ответил Ким. Его пропустили в квартиру. Он быстро снял кроссовки, а мисс Хван показала, куда повесить куртку. Затем его провели в комнату Хёджина. Тот лежал на кровати под одеялом, его лицо было бледным, а глаза слегка прищурены от головной боли. Сынмин осторожно подошёл к нему и присел на краешек кровати. "Хёджин, как ты себя чувствуешь? Что случилось?" - спросил он беспокойно. "Привет, Сынмин. Просто грипп, ничего серьезного. Мама сказала, что скоро пройдет. Извини, что ты пришел, а я не могу поучаствовать в парной работе по физике" - ответил Хёджин слабым голосом. "Да ладно, здоровье важнее. Я могу все сделать сам, не беспокойся. Просто отдыхай, пей чай и выздоравливай." - успокоил его Сынмин. Хёджин улыбнулся и закрыл глаза, чувствуя себя спокойнее в присутствии друга. Сынмин остался рядом, помогая Хёджину пить чай и ушел когда Хван провалился в сон. Спустя неделю Хёджину стало легче. В неделю Сынмин приходил каждый день проведать одноклассника. После недели отсутствия в школе ему наконец-то стало лучше. На протяжении всей этой недели Сынмин навещал Хвана, чтобы поддержать его. Хёджин осознавал, что его чувства к другу становятся всё более глубокими, и он принял решение открыться. Он долго собирался с мыслями, чтобы произнести эти слова, но больше не мог ждать. После уроков Хван предложил прогуляться, и они отправились в кафе, где альфа, не говоря ни слова, передал омеге записку. В ней было написано: «Сынмин, ты даже не представляешь, как много ты для меня значишь. Я знаю, что мы лучшие друзья, но для меня ты больше, чем просто друг. Я люблю тебя». Сынмин читал записку медленно, вдумываясь в каждое слово. Затем, медленно подняв глаза, он улыбнулся и заключил Хёджина в объятия. "Я тоже очень люблю тебя, Хёджин. Мы всегда будем лучшими друзьями, но я так рад, что между нами возникло что-то большее. Я тоже испытываю к тебе особые чувства," — произнес Сынмин. Оба молодых человека ощутили радость и облегчение от того, что наконец-то смогли признаться друг другу в своих чувствах. Они смотрели в глаза друг другу с любовью и нежностью, понимая, что в этом непростом мире у них есть поддержка и опора. Их дружба переросла в нечто большее — в любовь, которая наполнила их жизнь новыми эмоциями и чувствами. Они знали, что всегда будут поддерживать друг друга в любых ситуациях, и с каждым днём их чувства только усиливались. Юность — это время признаний, и Хёджин и Сынмин осознали, что сделали правильный выбор, когда открылись друг перед другом.