ты ляжешь вместе со мной?
Минхо, прости меня. Прости, если сможешь. Я ухожу, Хо.
Ухожу навсегда. Не ищи меня, ладно?
Ты сильный, ты сможешь справиться.
Я тебя очень сильно люблю,
ты даже представить себе не можешь.
Спасибо за все, ты правда делал меня счастливым.
Самым счастливым человеком во Вселенной.
Я очень рад, что ты был в моей жизни, правда.
Но все имеет свойство заканчиваться, верно?
Мне очень жаль, но наше вермя закончилось.
Прощай, Хо. Я люблю тебя.
Джисон.
***
Минхо не понимает. Вообще ничего не понимает. Еще вчера они с Джисоном наслаждались компанией друг друга, смотрели фильм и заснули в обнимку, а сегодня он проснулся в холодной постели и пустой квартире, в которой от Хана остались лишь фотографии и эта дурацкая записка.
И никто ничего не объясняет. Ли звонил родителям Джисона, но те слишком уж грустно сказали, что не знают. Друзья Хана тоже молчат как партизаны, хотя Ли на двести процентов уверен, что им все известно. И это расстраивало. Почему Джисон рассказал что-то важное всем, кроме него? Разве Минхо пустое место? Разве он не заслуживает знать? Почему все родственники и друзья в курсе, а Хо получил только записку? И то Джисон в ней ничего не объяснил, скорее сильнее запутал.
Ли пытался звонить и самому Джисону, но стоило тихой мелодии нарушить тишину в квартире, Минхо забросил это дело. Он проверил весь дом, может, он просто что-то не заметил, но попытка не увенчалась успехом. Все как прежде, только без Джисона.
Без Джисона и его смеха. Без его вечно растянутых футболок, его взгляда, его запаха. Без вечных Джисоновых разгоров ни о чем, без его тепла, без него. Без него не так. Без него на душе скребут кошки, погода за окном становится серой, жизнь перестает иметь смысл, а квартира кажется чужой. Без Хана все не так. А это только несколько часов. Что будет дальше Минхо боится представить, поэтому не думает об этом.
Все хорошо, возможно, его сейчас разыгрывают или типа того. Хо даже злиться не будет, лишь бы снова обнять Джисона, посмотреть в его шоколадные глаза и коснуться пухлых губ своими.
На часах было двенадцать тридцать шесть, когда Ли вышел на улицу и побрел в парк в котором они с Ханом часто гуляли. По небу плавали тучи, а дождь так и хотел сказать, что Хо зря ищет того, кого уже не вернуть. Только Минхо его не понял, поэтому, когда обошел парк три раза, побрел дальше по улицам.
Плевать на сырую одежду, на холод, окутавший с головой, на трясущиеся руки, на хлюпающие от воды кроссовки, плевать. Джисон важнее. Прохожие косо поглядывали на Хо, но что они понимают? Ли потерял самого близкого и родного человека в своей жизни, конечно он будет искать его.
Какая разница, что о нем подумают незнакомые люди которые забудут Минхо через пару секунд. Их взгляды и мнения не имеют смысла. Не тогда, когда Джисон пропадает, ничего не объясняя. Не тогда, когда Джисон оставляет прощальную записку. Не тогда, когда слезы смешиваются с дождем, а на улице так и не появилась макушка с волосами цвета ржи. Не тогда, когда Ли обошел весь Сеул, все магазины и все парки, но нигде из этих мест не было его. К чему тогда это все? Зачем Хо квартира, деньги, сердце, душа, когда рядом нет Джисона? Это все просто не важно. Без него это не важно.
Минхо вернулся домой после полуночи. Он как в тумане снял с себя мокрую до нитки одежду, сходил в душ и лег в кровать. Постель без Джисона была до ужаса холодной, даже два одеяла не помогли. Сон не шел. Ли из маленьких трещин в потолке составлял черты Хана. Глаза-бусинки, пухлые губы-бантики, щечки, за которые Хо часто тискал Джисона, пушистые и мягкие волосы и милый носик.
Дождь за окном не прекращался. Он легонько бил по окну, пытаясь достучаться до Минхо, что его больше нет, но Ли не знал язык дождя. Поэтому тому оставалось только оплакивать того, кто совсем недавно покинул этот мир, вознесясь на небеса.
***
Неделя прошла незаметно. Все это время Ли пытался найти Джисона, но тот будто исчез. Пропал бесследно, оставив после себя лишь воспоминания. Его будто не существовало никогда. О нем напоминали лишь совместные фотографии и одежда, что так и осталась висеть в шкафу и неаккуратно лежать на полках. Минхо раньше ругался на Джисона за это, а сейчас мечтает, чтобы тот вернулся с университета и вновь закинул брюки на верхнюю полку, а рубашку небрежно повесил на стул. Только вот Хана нет в университете, а его форма аккуратненько висит на вешалке в шкафу.
Хо сегодня хотел было пойти снова искать Джисона и заглянуть к его и своим друзьям, вдруг тот у них. Но его остановило сообщение от мамы Джисона, которая сказала, что она и отец Хана приедут сегодня.
У Минхо появилась надежда. Может, сейчас приедут родители вместе с Джисоном и признаются, что Хан помогал им с работой дома или что они внепланово уехали в отпуск, не предупредив Ли, а в отеле плохая связь и интернет, поэтому не писали.
Хо к их приезду прибрался в квартире, приготовил ужин и себя привел в порядок. Все хорошо, сейчас приедут родители Джисона и он узнает, где Хан. А еще узнает, что с ним ничего не случилось и он придет с минуты на минуту.
Только вот родители Джисона приехали какие-то расстроенные и огорченные. И Хана с ними не было. Они поели, поговорили, а Джисон так и не пришел. Минхо то и дело поглядывал на часы, а входная дверь так и не хлопнула.
— Минхо, ты ждешь Джисона? — Ласково спросила женщина, но голос ее дрогнул. — Если честно, то да. Я думал, что он приедет с вами, но он до сих пор не пришел. С ним же все в порядке? Я переживаю, что он уже неделю не появлялся дома. — Ли смотрел обеспокоенно на маму Хана, ожидая, когда та наконец расскажет правду, но она лишь зарыдала и уткнулась в плечо своего мужа. Тот тяжело вздохнул и перевел печальный взгляд на Хо. — Минхо, дело в том, что.. Джисон больше не вернется. — Что вы имеете ввиду? — Его больше нет, Минхо. Ты ведь знаешь, что у него были проблемы с сердцем. Он недавно ходил к врачу и его показатели были ужасными. Неделю назад ему нужно было лечь в больницу, но.. Он чувствовал, что долго не проживет. Он умер в тот же день. Мне жаль. Он просил не говорить тебе, но мы не могли так с тобой поступить. Ты заслуживаешь знать. — По щеке отца скатились слеза, но большего он себе не позволил.Мир рухнул. Джисона больше нет. Он больше не придёт в их квартиру, больше не будет смеяться из-за шуток Минхо и плакать из-за видео про бездомных животных. Он больше не расскажет про очередную посиделку с друзьями, не поделится впечатлениями о недавно прочитанной книге, не сыграет на гитаре и не приготовит завтрак. Он больше не обнимет, не поцелует, не скажет слова о любви. Этого больше не будет.
***
Минхо не верит. Не верит, что Джисона больше нет. Джисон всегда был, а сейчас его нет. Это неправда. Это просто глупый розыгрыш. Тогда почему родители Хана плакали, когда говорили об этом? Почему друзья со стеклянными и красными глазами сочувствовали Хо, а не смеялись над ним и его выражением лица?
Ли не смог прийти на похороны. Он не мог смотреть, как частичку его души заколачивают в деревянный ящик, кладут в землю и закапывают вместе со звонким смехом, звёздами в глазах, чистым и добрым сердцем. От осознания что-то каждый раз ломалось в области груди.
Минхо казалось, что вот Джисон придёт с университета, будет выпрашивать поцелуй и рассказывать про ненавистных преподов. Приготовит им вкусный ужин, а после они заснут в объятьях друг друга. Где-то в глубине души Хо понимал, что этого больше не будет, но разум отказывался это принимать. Хан всегда был, он стал частью жизни Ли, он стал частью самого Минхо. А сейчас эту часть у него безжалостно отобрал Бог Смерти.
Хо по привычке заказывал еду на двоих, намазывал щётку Джисона зубной пастой, клал его пижаму на край кровати, порой даже шёл к университету, чтобы встретить Хана с пар. И только потом вспоминал, что теперь нужна одна порция, что теперь Джисон не пойдёт в ванную, не ляжет рядом с ним и с университета ему некого встречать.
Ли, словно обезумев, бросался за каждым прохожим, чьи волосы цвета ржи. И в каждом он надеялся увидеть его. Только его больше не было. Увидеть его можно было только в рамках и на могильной плитке.
Больно. Сердце разбивалось на тысячи мелких осколков, а склеить, собрать обратно некому. Слёзы стали ежедневной рутиной, Минхо мог плакать целый день. Бережно обнимал записку, будто она способна заменить того, кто написал её. Будто она способна подарить то тепло и любовь, как дарил это Джисон.
Хан приходил во сне. Приходил много раз, обнимал, целовал в макушку, держал за руку крепко. Перебирал волосы и шептал нежности, как делал это раньше. Только как раньше уже не будет.
***
Месяц. Прошел гребаный месяц. Минхо не может смириться. Он до сих пор не привык к тишине в квартире, не привык, что любимые темно-зеленые кеды Джисона стоят на полке целыми днями, не привык, что любимый сериал Хана "We all really need each other" просто висит на ноутбуке и его никто не смотрит, он без Джисона не привык.
Это тяжело. Тяжело потерять того, кто был ближе, чем собственные родители, кто был рядом в трудные минуты, кто искренне любил, кто принял настоящим, кто дарил счастье, кто грел в холодные ночи, кто отдал свое сердце безвозмездно и стал частичкой самого Ли.
Сегодня двадцать пятое октября, день рождения как никак, но Хо чувствует себя так, будто по нему камаз проехался раз десять. Не до дня рождения, когда сегодня ровно месяц, как Хан умер.
Минхо не любит это слово - умер. Четыре буквы, а столько чувств вызывает у человека, что не сосчитать.
С утра звонила мама, спрашивала, когда будет праздновать день рождения, на что Ли ответил, что в этом году праздновать не будет. Честно признался, что ему не до праздника. Только вместо поддержки он получил выговор.
— Минхо, ну как не будешь отмечать? Двадцать шесть лет не каждый день исполняется! Перестань ерундой заниматься, отпусти его уже, сын. Месяц прошел, а ты как овощ до сих пор. Ты же мужчина в конце концов, перестань сопли пускать. Поревел неделю и хватит. Найдешь нового парня себе и заживешь счастливо. Чего за одного Джисона хвататься? Таких как он миллионы. — Нет мам. Нет больше таких, как Джисон. Но тебе не понять. Ты ведь папу никогда так не любила. Все, пока. Не хочу больше разговаривать. — Ты поогрызайся мне еще тут! Не смей класть трубку, я еще не догово-Хо не стал больше её слушать и все таки положил трубку. По щекам вновь текли слезы.
Хани..
— Хен, с днем рождения! — Джисон в своих самых любимых широких джинсах, которые ему подарил Минхо и свитере с медвежатами вручал коробку только пришедшему с университета старшему. — Хани, я же говорил, что не буду праздновать. — Минхо нежно улыбнулся и чмокнул Джисона в щеку. — Я не мог оставить тебя без подарка, хен. Я еще торт твой любимый купил, пойдем чай пить? А потом посмотрим фильм " Скажи, а люди бывают особенными?". Как тебе? — Звучит хорошо. — Минхо вновь поцеловал Джисона, только уже в губы.Минхо так не может. Не может без него. Как ему жить, когда всё вокруг напоминает о Джисоне? Мама вечно твердит о том, что хватит уже оплакивать его, только Хо не может. Хан был роднее матери, роднее отца, он был роднее всех. Они клялись любить друг друга вечно, обещали быть рядом. Джисон обещание сдержал. Он любил до самого конца и сейчас находится рядом. Он в стенах этой квартиры, на фотографиях, в каждом уголке и в сердце Минхо.
А вот Ли не рядом. Он до сих пор не сходил на могилу, не навестил его. Хану там, наверное, одиноко. Хо должен сходить на кладбище, купить цветов и поговорить с ним. Может, так станет чуточку легче? Потому что его смерть колючими шипами терновника впивалась в шею, душила, не давала сделать даже самый маленький вдох. Она ломала кости, резала сердце, уничтожала Минхо изнутри. Ли кажется, что у него внутри ничего не осталось. Там сплошная пустота.
Но тогда почему болит так сильно?
***
На улице закат. Такой завораживающий. Будто кто-то перерезал небу горло. Кровь испачкала облака, солцне только добивало, пронзая некогда белые тучки своими лучами, словно пытаясь ухватиться за них, лишь бы не покидать свое место.
Хо зашел в цветочный магазин и купил любимые белые лилии Джисона. После он пешком отправился до кладбища, предварительно спросив у мамы Хана расположение могилы.
Когда он её нашел, то почувствовал тепло. Будто Джисон стоит прямо здесь и обнимает. Как если бы Минхо уехал в командировку надолго и наконец вернулся домой. Ли улыбнулся сквозь слезы и подошел ближе к могиле, ставя цветы в небольшую вазу, что стояла рядом.
На плитке была черно-белая фотография Хана, на которой он улыбается, а его волосы забавно растрёпаны. Под фотографией была выгравирована дата 09.14.2000 – 09.25.2024.
Могила вызывает смешанные чувства. Минхо вроде легче, что он встретился с Джисоном, пусть и вот так, а вроде и сердце окончательно разбивается, потому что глядя на надгробную плитку Ли в полной мере осозновал, что он не вернется. Теперь уже точно.
В этой могиле похоронено не только тело, но и моменты, связанные с Ханом. Там похоронена любовь этого человека к людям и миру. Джисон был жизнерадостным, добрым, отзывчивым, сердобольным, честным и искренним. Хо любил его за это. И сейчас любит.
В кармане призывно брякает небольшой ножик, обещая, что стоит Минхо провести черту между жизнью и смертью, то это все закончится. Он снова увидит Джисона, больно больше не будет и он будет счастлив. Обязательно будет.
Хо медленно вытаскивает нож и закатывает рукав толстовки Хана. Смотрит на лезвие, в котором замечает отражение Джисона позади себя. Возможно, Минхо просто сошел с ума, но какая вообще разница? Сейчас его мучения закончатся. Он снова будет рядом с Джисоном. Даже если нет, Ли в любом случае не хочет жить без Хана. Нет смысла. Без Джисона нет смысла существовать.
Хо проводит первую линию вдоль вены. Затем еще одну. И еще. Кровь капала на землю, текла бешеным потоком, только Минхо это не останавливало. В глазах потемнело. Кажется, Ли наконец прорезал глубже, чем надо. Стало холодно. Толстовка уже не грела. Все вокруг расплывалось. И последнее, что видел Хо, была фотография улыбающегося Джисона.
Когда время придёт
Ты ляжешь вместе со мной?
Я лягу вместе с тобой..
Время придёт
Мы окажемся рядом
Не торопись, всё своим чередом
Тебе так далеко до заката..
А я здесь..полежу
Я тебя.. подожду
Я тебя дождусь
Тебя дождусь..
где ты? - Элли на маковом поле.
