Вороновы объятья

Нет.. нет-нет-нет.. боже, я.. я не смогу достать его.. это просто перебор.. Редкие истеричные смешки вырывались из горла самостоятельно, не руководствуясь приказами мозга. Покрепче сжав в ладони скинт Сновидений, Лололошка вернулся в свой сон. Его внешний вид был, мягко говоря, не очень: лицо побледнело и будто приобрело сероватый оттенок, глаза чуть мутные, а зрачок лихорадочно бегает по глазу.. Верх одежды мироходца был забрызган кровью матери Леоноры, что сама проткнула себя мечом. Вернувшись в своё измерение, Лошка был в полубессознательном состоянии, а потому, когда до ушей дошёл звук уже знакомого, каркающего и чуть скрипучего голоса, парень был очень удивлён. – Rororoshka? Ты в пор-р-рядке? Судя по всему, Невер и правда был обеспокоен состоянием хозяина сна. Высокий, он не заставлял чувствовать страх перед ним, а наоборот – располагал своей НЕгрозностью. Ворон вместо хоть какого-то ответа получил лишь расфокусированный взгляд. Взгляд, в котором смешались страх, непонимание и шок. – Ясно. Кар-р-р.. Мягко подхватив Лололошку клювом за капюшон, Невер отнёс того в свой небольшой домик на дереве. Немного листочков упало на перья ворону и на волосы Ло. Впрочем, от них быстро избавились взмахом больших крыльев. Уже внутри, сидя на лежанке из сена, Каркарыч нежно обнимал парня большой и тёплой парой крыльев. Сначала не было слов. Только тихий шелест перьев и дыхание. А потом Лололошка подал голос. – Она.. она убила себя.. моим мечом.. просто.. просто пронзила себя им.. Тяжёлый, прирывистый вдох. Первые бусины слез собрались в уголках глаз, но так и остались на месте. Перед глазами все ещё была картина, где взгляд женщины был полон безумного, животного ужаса и осознания. И принятие, клубившееся на дне зрачков, когда тупой меч пронзил её тело. – Она же перестала быть монстром.. развопротилась.. зачем?.. Тяжёлый вздох, теперь уже со стороны ворона – Как я тебе уже говор-р-рил, мы помним всё, что делали, будучи воплощёнными. Кар-р-р.. Видимо.. она не выдер-р-ржала того, что сделала, когда была обезумевшим от постоянного голода монстр-р-ром.. Бледные скулы были прочерчены двумя солёными дорожками. Больше никто не произнёс ни слова. Они не были нужны. Плотнее прижавшись к тёплому, уже такому родному и незнакомому одновременно телу, Лололошка позволил себе уткнуться лицом в мягкие чёрные перья, роняя на них редкие слезинки. Старый ворон чувствовал какую-то непрывычную для себя нежность по отношению к этому парню. А потому, чуть крепче его обняв, Невер продолжал мягко гладить того по спине одним крылом, второе положив выше на плечи. Так они сидели ещё какое-то время, пока Лололошка полностью не успокоился. Не желая избавляться от такого приятного тепла, Ло продолжал, пусть и немного смущённо, сидеть в крепких и добрых вороновых объятьях.