Вальс признаний

      Просто быть с тобою рядом,

Просто удержаться взглядом,

Чтобы дальше, дальше жить.

Звери — Тебе

      Ночь окутала город плотным покрывалом, скрывая очертания зданий и размывая границы реальности. Дождь бесновался по крышам, раскаты грома сотрясали не только воздух, но и сам дом. Правда, скорее всего, это мне только казалось — каменное жилище главы Оникайнуса было надёжным укрытием. Я стояла у окна, наблюдая за струями, стекающими по стеклу, и думала о том, как странно повернулась моя жизнь.       Почти неделю назад я была обычной охотницей пытающейся найти свое место в этом хаотичном мире. Ну…почти обычной, не считая Aether Protokor в сердце и возможность использовать Эвол. А теперь? Теперь связана невидимыми узами с самым опасным человеком и, каким-то непостижимым образом, начинаю считать нормальным, даже правильным.       Сайлас появился бесшумно, словно материализовавшись из теней, таящихся в углах. Красные глаза мерцали в полумраке, отражая отблески неоновых вывесок с улицы. В приглушенном свете он казался еще более загадочным и притягательным.       — Прекрасная ночь, не правда ли? — произнес, подходя ближе. От него пахло дождем, будто вот-вот вернулся со двора, и чем-то терпким, напоминающим виски. Этот аромат кружил голову, заставляя забыть обо всем на свете.       Я невольно вздрогнула, ощутив его присутствие совсем рядом. Вроде и должна привыкнуть после трёх дней непрерывной связи Эволом, но стоило невидимым оковам разомкнуться, то нахождение главы Оникайнуса в одной комнате вызывало скованность. Утром четвертого дня я уже покидала дом, предаясь мечтам о том, как же славно проведу время в родном Линкон сити. Сайлас изобразил джентльмена, подхватил мой чемодан и… наши запястья вновь притянуло друг к другу. От горького разочарования хотелось убить незадачливого помощника. А когда час спустя вновь обрела свободу — решила остаться до тех пор, пока Эволы не успокоятся. Вот пробудем долго порознь, тогда и можно уезжать.       Со вчерашнего вечера мы опять «размагнитились», а два часа назад маятник старинных часов оповестил, что прошло ровно сутки долгожданной свободы. Вроде и прилично, по сравнению с предыдущими паузами. Желание вырваться из зоны N109 было велико, однако гроза внесла свои коррективы. Казалось, вспышки молний и грохот грома будут бесконечными. А вдобавок к этому — исчезло электричество, погрузив дом во мрак.       Используя умение, Сайлас заставил светиться небольшие бра, расположенные по периметру комнат. Из-за красного оттенка нитей Эвола внутри лампочек, все приобрело несколько зловещую атмосферу, а вспышки молнии только усиливали её. Но, как не крути, лучше так, нежели отбивать пальцы о подло стоящую мебель.       — Если любишь мокнуть и мерзнуть, то да, просто чудесная, — ответила я, пытаясь скрыть появившееся с ниоткуда волнение за сарказмом. Но голос дрогнул, выдавая меня с головой.       Сайлас тихо рассмеялся, и этот звук отозвался глубоко внутри меня. Не думала, что его смех может так влиять. И даже нравится.       — Котенок, ты просто не умеешь наслаждаться моментом. Позволь мне показать тебе, как это делается. Знаешь, я успел соскучиться, что ты не на расстоянии моей руки.       Он подошёл к стеклянному столику и включил старый проигрыватель виниловых пластинок. Комнату наполнили звуки медленной, чувственной мелодии. Низкие ноты вибрировали в воздухе, создавая ощущение некой интимности.       — Потанцуем, мисс? — глаза хозяина дома блестели в полумраке, протянутая рука застыла в ожидании моей.       Я колебалась всего мгновение, прежде чем кивнуть. Чем мне рисковать? Максимум, что могло случиться — «связка» запястий. Подумаешь… После «совместных» походов в уборную это не казалось чем-то страшным. Ладно, признаюсь честно: потанцевать с Сайласом мне хотелось. Ведь на аукционе я имела удовольствие убедиться в том, что глава Оникайнуса прекрасный партнёр. В его движениях чувствовалась уверенность, опытность. Сколько моих промашек умело скрыл, вовремя распознавая и направляя в правильную сторону.       — Вынуждена предупредить, я танцую… малость неуклюже       — Обманываешь, сладкая. В наш первый танец ты превосходно двигалась.       — Не ври, — я прекрасно знала свои огрехи, но слушать заверение об обратном польстило.       Вместо ответа, Сайлас притянул меня к себе. Его рука на моей талии, моя — на его плече. Ощутив нашу близости, Эвол мгновенно активировался. Словно под действием мощного магнита, мое запястье приклеилось к запястью мужчины. Он усмехнулся. Неужели этого ждал? Создавалось впечатление, что Сайлас знает намного больше о нашей странной связи, чем я. Расспросить? Но как? Вряд-ли он раскроет все карты. Промолчать и сделать вид, что поглощена вальсом? Странник возьми, я так не умею, но попытаться стоит.       Мы кружились по комнате, и весь мир исчез, оставив только нас двоих, музыку и дождь за окном. Ослепительные трещины молний, раскалывающие небо, отбрасывали причудливые тени на стены. Больше не было дома, он превратился в волшебное измерение, где нет ни прошлого, ни будущего, только настоящий момент.       Я чувствовала тепло другого тела, слышала дыхание, наши запястья сплели интимные объятия, и разорвись связь сейчас, они так и продолжили бы держаться близко, не спеша соединить ладони, как требовали правила вальса.       — Видишь? — прошептал Сайлас, наклоняясь к моему уху, отчего по коже пробежали мурашки. — Иногда нужно просто отпустить контроль и позволить себе раствориться. Закрой глаза, мисс, отдайся ритму. Доверься мне, доверься ощущениям.       Он не требовал, не приказывал, а просто просил. Наверное, от того я и послушалась, смыкая веки. Темнота легла тяжёлым покрывалом, мышцы напряглись, каждое движение давалось с трудом — страх стукнуться или споткнуться был сильнее.       — Доверься, — повторил Сайлас, делая поворот. Рука вернулась на мою талию, притягивая ближе к себе.       Подбородок коснулся моей макушки, терпкий запах проник в нос. Получается, я в нескольких сантиметрах от его груди? Только бы не уткнуться в неё, это может показаться слишком фривольным. А голова сама качнулась вперёд, следуя манящему аромату духов.       Мысли о том, что до недавнего я считала главу Оникайнуса своим врагом, виновным в смерти бабушки и Калеба, ушли не попрощавшись. Сайлас действительно не нес ответственность за их смерть. Я пыталась его обвинить, ошибочно полагая, что он жуткое, бездушное существо, охотящееся на протокоры. А именно на эфирный камешек, внедрённый в мое сердце. Только… почему после аукциона он отдал его мне? Злодей наоборот бы убил, стремясь заполучить и протокор с лота, и мой собственный.       Песня сменялась песней, а мы все продолжали танцевать. Я больше не боялась удариться, доверившись сильным, надёжным рукам. Они бережно, но твердо управляли моим телом, показывая куда именно надо сделать следующий шаг.       Напряжение последних дней постепенно покидало, уступая место чему-то новому, волнующему и немного пугающему. Это похоже на свободное падение — страшно, но в то же время захватывающе.       — Я начинаю думать, что быть приклеенной к тебе не такое уж и проклятие, — неожиданно для самой себя призналась я, когда пластинка закончилась и в комнате повисла тишина.       — Танец со мной не может быть проклятием, — улыбнулся мой партнёр, — это скорее благословение.       Вот и расплата за откровенность. Напыщенный, самодовольный индюк… Да кем он вообще себя считает?       Я подняла голову, собираясь достойно парировать и осеклась. Красные глаза смотрели серьезно и в то же время с нежностью. Так смотрят на тех, кого знают очень близко, и очень давно. Нет, глава Оникайнуса определенно что-то скрывает. Смелые догадки были такими абсурдными, что и озвучивать их не хотелось. Больно бредово звучали и дали бы возможность для очередного смешка. Но все же… Мне позарез хотелось их озвучить.       — Мы встречались ранее, ещё задолго до моего появления в N109, не так ли?       — Конечно, — теплые, мягкие подушечки пальцев коснулись моей щеки, задержались в уголке губ и, с неким нежеланием, отстранились. — Половина увеселительных заведений Линкона принадлежит мне, так что ты действительно могла меня видеть.       — Я не об этом. Не о случайной встрече.       — Тогда вряд-ли. Я бы запомнил отважного котенка, осмелившегося шипеть на ворона в три раза больше его.       — Но мне кажется…       — Тш-ш-ш, ты просто читаешь много фантастики, — усмехнулся Сайлас.       Я замолчала. Отчасти он был прав — за последние дни регулярно совершались набеги на библиотеку, которая состояла в основном из фантастических романов и повестей. Нередко я засыпала с книжкой, а потом видела странные сюжеты, где главными героями были мы, путешествующие в прошлое, встречая своих двойников, предостерегая их от трагического конца или оставаясь с ними в том времени и стараясь предотвратить неизбежное.       Раскат грома взорвал тишину. От мощного звука зазвенели стекла, угрожая вылететь из рам. Вскрикнув, я инстинктивно прижалась к Сайласу, пряча лицо на его груди и обхватывая руками. То ли от испуга, то ли сами по себе, мы вновь отделились друг от друга. Руки покровительственно легли на мои плечи, давая почувствовать защиту.       — Это просто гром, сладкая.       Низкий успокаивающий тембр пробирался сквозь шум разбушевавшейся грозы, достигая ушей и, надо признаться, действовал успокоительно.       — Знаю, — пробормотала я не спеша отстраняться. — Просто… неожиданно.       — Неожиданность — это то, что делает жизнь интересной, не находишь? — он немного отодвинулся, склоняя голову так, чтобы увидеть мое лицо. — Например, ты вряд-ли бы искала во мне защиту, не грохни сейчас гром. А не свяжи нас Эвол… — пальцы легонько массировали уставшую за день шею, — я был бы лишён удовольствия станцевать вторично с отважной охотницей.       Я фыркнула, скрывая волнение. Глава Оникайнуса говорил искренне, даже откровенно. Как правильно на это реагировать — не знала.        — Скажи мне кто-то неделю назад, что я буду танцевать посреди ночи с главой Оникайнуса в его собственном доме, я бы посоветовала обратиться к психиатру.       — А теперь? — В его голосе слышался неподдельный интерес.       Я на мгновение задумалась, глядя в темное окно, за которым рвал и метал ветер, мучая деревья. Ветви жалобно скрипели, царапали стекло, будто прося убежища в уютном, теплом жилище.       — А теперь… теперь не знаю, что думать. Всё так запутано.       Сайлас провел рукой по моим волосам, и поддавшись порыву, я прильнула к его прикосновению.       — Жизнь редко бывает простой, котенок. Особенно когда речь идет о… чувствах.       — И какие же… чувства испытываешь ты, Сайлас?       Зачем я это спросила? Лучше бы промолчала, притворившись, что не услышала. Кто-то, хоть кто-нибудь, подскажите, что сейчас делать? Выдать очередную глупость? Перевести в шутку? Соображай скорее! Господи, почему так сложно?       — Сложные. Неожиданные. Пугающие, — он замолчал, делая паузу, а затем добавил тише, — и прекрасные.       Глупое сердце забилось чаще. Я понимала, что балансирую на краю пропасти. Ещё шаг — и назад пути не будет. Но почему-то эта мысль не пугала так, как должна была.       — Знаешь, — прошептала, осмелившись тоже на откровение, — я, кажется, понимаю, что ты имеешь в виду.       — Котёнок… — две ладони обожгли мои щёки. Он не наклонялся, давая возможность самой решить, чего я хочу. И я решила. Приподнявшись на носочки, сокращала дистанцию между нашими губами, закрывая глаза. И когда вдруг стало безумно страшно от собственной смелости, его губы накрыли мои.       В детстве я обожала качаться на качелях, взлетая выше и выше, а летя назад, ощущала холодок в животе, сладкий восторг секундной невесомости и мечтала продлить это состояние, спрыгнув с качели.       Сейчас же я испытывала подобное, но гораздо ярче и сильнее. Меня поднимало вверх, бросало вниз, а по всему телу струился электрический ток, заставляя каждую клеточку оживать.       Его губы… Они были и мягкими, и твёрдыми, словно камень. Они ласкали, порывались углубить поцелуй, шагнуть дальше, затянуть в свои сети, как доверчивого мотылька на огонь свечи. Я пылко отвечала, не задумываясь о последствиях, о том, куда дальше мог привести поцелуй. Что будет после, как я стану смотреть ему в глаза — не знала. Это случится не сейчас, так зачем задумываться о сложном, когда можно просто насладиться.       Кто отстранился первый — непонятно. Сайлас не собирался заходить далеко, хотя сбивчивое дыхание и яркий зрачок правого глаза говорил об обратном. В зале повисла тишина. Но не та неловкая тишина, которой я боялась, нет. Тишина понимания, тишина разделенного момента. Обоим было ясно всё без слов.       — Кажется, мы нашли еще один способ скоротать время, пока связаны Эволом, — серьезно подытожил глава Оникайнуса, глядя на меня сверху вниз.       — Кроссворды разгадывать тоже интересно, — отшутилась я, радуясь, что он первый заговорил.       — Неужели мой поцелуй настолько плох? — лукаво осведомился Сайлас, отправляя нить Эвола к проигрывателю, чтобы запустить вновь музыку. — Можешь не отвечать, сладкая, твой румянец говорит сам за себя. Продолжим? Танцевать, я имею в виду, — уточнил, кивая в сторону проигрывателя.       Мы снова начали медленно двигаться в такт музыке, не замечая, что свет уже дали, и лампы в бра сменили освещение на мягкое, желтоватое, совсем не бьющее в глаза.       — Ммм, — промурлыкала я, устраивая голову у него на плече. — Если сейчас Люк с Кираном вздумают войти, то у них появится новая тема для обсуждений. Они и так уже думают, что мы тут устраиваем бог знает что.       — Поверь мне, их воображение гораздо богаче реальности.       — Думаешь, они предполагают, что мы тут занимаемся черной магией? — намек Сайласа я растолковала правильно, но позволить подыграть не могла.       — Нет, их фантазии гораздо более… приземленные, — задумчиво произнес Сайлас, поглаживая большим пальцем мою руку там, где обычно связывала невидимая нить. — И я вовсе не против воплотить некоторые из них в реальность, — он пристально посмотрел на мои губы, спускаясь взглядом ниже, останавливаясь там, где тонкая ткань домашней рубашки обтягивала грудь.