χαμένος

После открывшейся двери послышались неспешные шаги. Не поднимая глаз, Циин как раз проверял последнее задание в тесте. Он прекрасно слышал, как подошедший направился к столу преподавателя, а затем он услышал голос, который он уже слышал ранее: мягкий, трепетный, будто совсем родной, прямиком из далёкого прошлого, которое потерялось за обыденностью дней. Резко подняв голову, он заметил юношу: аккуратные черты лица, неимоверно бледная кожа и чёрные как смоль волосы, заплетенные в небрежную косу. А через мгновение этот юноша перевел свой взгляд и устремил его прямиком в Циина. Казалось, у него в тот момент всё оборвалось, похолодело, всё замерло внутри, земля из-под ног ушла. До боли знакомые фиалковые глаза, которые будто в душу смотрели выжидающе. Воздуха перестало хватать, а уши заложило настолько, что он собственное дыхание не слышал, только бешеное биение сердца, которое эхом отдавало в голову. Циин стал судорожно вдыхать и выдыхать, стараясь привести себя в порядок, проводя мокрыми руками по щекам. Он хотел скрыться, уйти, убежать — неважно. Сделать всё для того, чтобы скрыться отсюда. Кажется, ему вроде что-то говорил Цинсюань, но он уже не обращал на это внимание, хватаясь руками за края одежды, чтобы хоть за что-то удержаться. Он резко выдохнул и повернулся к Цинсюаню. — Заберешь мою сумку… мне… — начал заикаться тот. — Мне надо отойти. Циин слово не отдавал себе отчет в действиях. Он резко поднялся, встал из-за стола и направился вниз, быстро спустился по ступенькам и затаил дыхание. Всего мгновение и он промчался быстрее ветра мимо юноши, который так и не сдвинулся с места, только преподаватель поднялся и обеспокоено спросил: — Ичжэнь, все хорошо? Может тебе нужна помощь? Парень уже успел добраться до двери и схватиться за ручку. — Нет, — более грубо ответил он, скрывая панику в голосе, — Мне просто нужно уйти сейчас, это важно, простите. С этими словами он вылетел из аудитории, не оборачиваясь, оставляя все позади. Он не слышал, что говорили дальше, но вроде преподаватель просил Цинсюаня отыскать его. Плевать, сейчас это неважно. Циин ускорил шаг, срываясь на бег. Он слабо понимал, куда вообще держит путь, в голове было только одно: «Пожалуйста, дальше отсюда». Он выбежал из коридора на лестницу и стал подниматься на третий этаж, перепрыгивая по несколько ступенек вперед. Выбежал на светлый коридор третего этажа и побежал в самый конец, туда, где располагались мастерские. Запыхавшись, Циин добежал до конца коридора и вошел в самый дальний туалет для парней. Оказавшись внутри, он закрылся, спускаясь спиной по двери на пол, схватился на волосы, пока фрагменты воспоминаний вгрызались ему в голову, маячили перед глазами, раз за разом показывая новый эпизод. *** Кудрявый вспомнил, как старший присматривал за ним. Как читал ему книжки на ночь, укладывал спать под теплым одеялом, как каждый раз при ночных кошмарах оставлял включенным ночник и подолгу его обнимал, пока не заснет в его объятиях. Вспомнил, как получал от старшего свои самые любимые конфеты на все праздники. Уроки езды на велосипеде в теплом и летнем парке, среди зеленых деревьев. Вспомнил, как теплые и заботливые руки обрабатывали ссадины и царапины после этих занятий. Руки всегда обрабатывали с нежностью, заботой и лаской. Готовил для него яблочный пирог по рецепту, который узнал у соседской бабушки, только потому, что Циину захотелось запеченных яблок. Всегда следил и заменял малиновую булочку Циина на черничную, потому что у него была аллергия. Устраивал пикники и просто прогулки на свежем воздухе, которые заканчивались всегда звонким смехом так, что живот сводило. Циину никогда не нужно было пользоваться щекоткой, ведь он мог без труда заставить своего близкого человека рассмеяться, это без лишних слов грело ему душу и сердце. Он наряжал с ним елку холодным днём декабря, играл в снежки, постоянно поддаваясь, чтобы младший улыбался во весь рот, отдавал перчатки, всегда согревал и оберегал. Старший был для него опорой и поддержкой, он был маленькой частичкой его жизни, которая радовала его изо дня в день. Радовала… Кудрявый почувствовал, как по щекам катятся горячие слезы. — Нет, — тихо прошептал Циин, закрывая лицо руками, заглушая тем самым всхлипы. Он стал тихо повторять про себя: — Я личность, я прорабатывал это со специалистом… Мне никто не нужен! — громко вскрикнул тот, запуская себе руки в волосы и сжимая их в кулаки. Циин потерял счет времени, он понятия не имел, сколько там просидел. Всё, что он чувствовал — это лишь слезы, которые скатывались по его щекам и по подбородку, а дальше капали на колени, и боль: головную и душевную. Дрожащими руками он вытер глаза, постепенно успокаиваясь. Циин откинул голову, опираясь на стену и полностью прекращая плакать. Тихо выдохнул и резко поднялся, подходя к зеркалу. Смотреть на свое отражение не хотелось, он открыл кран и стал неспешно умываться, приводя свой тон кожи в более нормальный вид прохладной водой. Промокнув лицо салфеткой, парень остановился возле открытого окна, чтобы подышать воздухом. Вид выходил за задний двор, который представлял собой поле для тренировок и всяких спортивных состязаний. Тренеровочная площадка, а за ней роща деревьев. Циин выдохнул и прикрыл глаза, вдыхая воздух как можно сильнее. Через минут семь он полностью пришел в норму и вышел из туалета, все таким же коридором вернулся поспешно обратно, спускаясь вниз. С университета он буквально выбежал, желая быстрее добраться домой и заснуть. Кудрявый не обращал внимание ни на что, смотрел себе под ноги и поспешно спускался по ступенькам, но тут его окликнули, заставив поднять голову. В стороне у лавочек стоял Цинсюань, который зазывал его и обеспокоено махал рукой. Рядом на лавочке сидел Хуа и разговаривал со стоящим рядом парнем, но когда его лучший друг его заметил, то они перевели взгляд на кудрявого, и Циин застыл на месте. Он, он был там, стоял и разговаривал с его друзьями. Нет, нет, нет, он снова почувствовал, как дыхание учащается. Схватился за футболку и сжал ее на груди, отступая. Тем временем друзья поднялись со своих мест, намереваясь подойти к нему. «Не надо, пожалуйста нет». Но тут, как по волшебству, по правой стороне раздался звук мотора мотоцикла, который на всей скорости направлялся в их сторону. Шлем скрывал личность человека, но мотоциклист ехал быстро и уверено, заставляя думать, что он не первый день на нем. Он подъехал и резко затормозил возле Циина, поворачивая голову в его сторону. Парень отступил, но поднял взгляд на взволнованных друзей, которые направлялись к нему. –Эй! Не глупи, — прокричал Хуа, держа руки у рта, чтобы голос звучал громче. Циин сжал губы и быстро шагнул навстречу. Он подошел к мотоциклисту, быстро усаживаясь сзади него и обхватывая его поперек талии, прижимаясь ближе, чтобы случайно не сорваться. Получив одобрение, мотоциклист подтянул перчатки и оттолкнулся от земли ногой, которой придерживал всю конструкцию, затем прокрутил ручку и рванул с места так быстро, насколько это было возможно, от чего Циин только прижался к нему плотнее, отворачивая голову от друзей, пытаясь избежать взгляда фиалковых глаз, которые сейчас явно смотрели на всю эту картину. «Неважно кто ты, просто увези меня отсюда». Они мчались настолько быстро, что перед глазами кудрявого мелькали только короткие фрагменты, улицы, прохожие, но он совершенно не обращал на это внимание. Он прижался щекой к спине неизвестного и начал прокручивать сегодняшний день, это же надо было так влипнуть. Циин тихо вздохнул и прикрыл глаза, пытаясь вспомнить хоть маленький кусочек юноши, который увидел. Рост вроде такой же как у него, наверное, кудрявый не был уверен потому что лишь мазнул взглядом, но его волосы, черные и блестящие… Он сжал губы, пытаясь успокоить сердцебиение, медленно выдохнул и почувствовал, как в заднем кармане вибрирует телефон от звонков и сообщений. Циин отстранился и потянулся к карману, но его поспешили прижать рукой, которая придержала его. Стоп! Его глаза широко распахнулись и он как будто только сейчас понял всю ситуацию. Он с незнакомцем сейчас. Кудрявый оглянулся и увидел, как его везут из города, везде сплошные леса. О нет. Его дыхание поспешно начало сбиваться, а руки мокреть. «Тише, спокойно, если бы он хотел причинить тебе вред, то сделал бы это». Но он, на удивление, придержал его чуть выше поясницы, хотя было бы наверное удобнее за нее, раз так, то человек хочет, чтобы он чувствовал себя комфортно. Тихо выдохнув, Циин прижался сильнее, прикрывая глаза. У него разболелась голова от постоянных мыслей, поэтому, росто положившись на свое чувство, он позволил себя везти. Остановились они приблизительно через минут 20 езды. Циин не спешил открывать глаза и отстраняться, он медленно выдохнул, слыша как неизвестный вытащил ключ из проема и начал снимать перчатки, а после остановился. Через минут семь он вздохнул и, разжимая руки, отстранился, слезая с мотоцикла. Встав перед мотоциклистом, парень молча посмотрел на него. Тот же в свою очередь стал медленно снимать шлем. Первое, что кудрявый увидел, так это волосы: черные волосы, которые рассыпались до плеч, а затем ему предстала возможность увидеть и лицо обладателя. Циин облегчено простонал и сел на траву, сгибая ноги в коленях, а руки откинув назад, упираясь на них. — Ты так меня напугал, я даже не знал что думать, — проговорил он, улыбаясь Хэ Сюаню, тот стоял перед ним, поправляя манжеты своей кожаной куртки, с его образа ничего не изменилось кроме черных джинс и кожанки. Мотоциклист хмыкнул и взглянул на кудрявого: — Как можно бояться своего спасителя? — ухмыляясь, спросил он, садясь рядом с Циином на траву. Тот резко сжал рукой траву, Сюань явно это заметил, но не стал напирать. — Ты правда меня спасаешь, уже в который раз, — Циин перевел взгляд с травы и посмотрел вдаль. Наконец ему представилась возможность разглядеть место, где они находились. Место являло собой устеленную деревьями маленькую лесную гору, благодаря которой можно разглядеть весь город как на ладони. У Циина перехватило дыхание, глаза загорелись, когда он начал разглядывать деревья, которые их окружали, такая мягкая и приятная природа, которая радовала глаза своими красками, такие нежные оттенки, а город будто переливался различными огоньками. Видя, как Циин застыл, разглядывая все подряд, Сюань лишь хмыкнул, доставая и проверяя телефон: — Я подумал, тебе надо развеяться, ты выглядел нуждающимся в этом. — В самом деле? — Циин перевел на него взгляд. — Расскажешь, что тебя так встревожило? Циин только подтянул и прижал ноги к груди, обхватывая их руками. — Напиши… — но не успел он договорить, как Сюань прервал его. — Я сейчас напишу Цинсюаню, что с тобой порядок и ты со мной, а потом мы поговорим? Циин на это лишь кивнул, желая быстрее успокоить своего лучшего паникующего друга, ведь тот мог и к брату с истерикой обратиться. Тогда от всех мокрого места не останется. Через пару минут звуки печатающих сообщений прекратились и Сюань посмотрел на кудрявого. — Как ты нашел это место? Здесь очень красиво, — проговорил Циин, разглядывая виды. — Да мы как-то катались на машине с Хуа Чэном, а вот мотоцикл я захотел для личных прогулок и выездов, поэтому решил проезжать с каждым разом больше и больше, вот так и нашел это место. К сожалению, Циин не разбирался в транспортах, ни в машинах, ни в мотоциклах, но мотоцикл Сюаня был черный, местами матовый и глянцевый, выглядел как с обложки журнала. Он улыбнулся своим сравнениям и посмотрел на друга. — Только никому, я не готов рассказывать это всем подряд. — Мог бы даже не просить, — Сюань посмотреть на город, чтобы не смущать своего собеседника. — C'est mon frère (он мой брат), — проговорив это, Циин проследил за реакцией друга, но его выражение не показало ни одной эмоции, даже если его и удивило знание французского, то он продолжил спокойно смотреть на город, плавно моргая, от чего кудрявый продолжил. — Je me suis retrouvé dans un refuge, je n'ai communiqué avec personne, je ne voulais connaître personne, j'ai évité les enfants et les contacts, mais je l'ai rencontré quand il m'a protégé des autres, les enfants sont cruels, ils n'aimaient pas ça. je les ignorais, mais je ne pouvais tout simplement pas, je ne pouvais pas revenir à un état moral normal. Il m'a protégé, était à proximité et a apporté de la nourriture, il a un an de plus, il est venu au refuge trois jours avant moi. Il a essayé de trouver un langage commun avec tout le monde, ce qui est merveilleux. (Я оказался в приюте, ни с кем не общался, никого не хотел знать, избегал детей и контактов, но встретила его, когда он защищал меня от других, дети жестокие, им это не нравилось. Я их игнорировал, но просто не мог, не мог вернуться в нормальное моральное состояние. Он меня защищал, был рядом и приносил еду, он на год старше, пришел в приют на три дня раньше меня. Старался со всеми найти общий язык, и это прекрасно), — тихо выдохнув, тот продолжил свой рассказ, сильнее обнимая свои колени. — Puis un jour, nous avons été emmenés ensemble, nos parents nous ont aimés et nous avons lentement commencé à rentrer en nous-mêmes, à nous ouvrir et à nous sentir comme des enfants à part entière. Il était toujours là, chaque jour il me donnait des bonbons le matin, nous marchions pendant des jours, passions des moments merveilleux, des vacances et des voyages, je me suis attaché à lui, j'ai commencé à l'appeler mon propre frère aîné, tout était tout simplement merveilleux! J'ai adoré cette fois! Et puis ils nous ont séparés, ils nous ont juste éloignés les uns des autres, un jour nous avons pris le petit-déjeuner comme toujours Je sentais déjà que quelque chose n'allait pas, les voitures sont arrivées avec des signaux d'avertissement et elles ont commencé à nous faire sortir de la maison, j'ai crié partout dans la rue, j'ai crié et j'ai pleuré pour que les voisins sortent de chez eux. La dernière chose dont je me souviens, c'était d'avoir regardé par la fenêtre, et il me regardait et souriait, disant que tout irait bien, et quelques secondes plus tard, j'ai perdu connaissance. (Потом однажды нас собрали вместе, родители нас полюбили и мы потихоньку начали приходить в себя, раскрываться и чувствовать себя полноценными детьми. Он был всегда рядом, каждый день давал мне сладости по утрам, мы гуляли днями, чудесно проводили время, отпуска и поездки, я к нему привязалась, стала называть его родным братом старшим, все было просто чудесно! На этот раз мне понравилось! А потом нас разлучили, просто держали подальше друг от друга, однажды мы как всегда позавтракали я уже тогда почувствовал что-то неладное, приехали машины с сигнальным оповещением и нас начали выводить из дома, я кричал на всю улицу, кричал так что соседи выходили из своих домов. Последнее, что я помню, как посмотрел в окно, а он смотрит на меня и улыбается, мол, говоря, что все будет хорошо, а после через несколько секунд я потерял сознание) Только после полного рассказа, Циин заметил, как же сильно он сжимал пальцами свои колени, желая хоть за что-то ухватиться и удержаться. По его щекам катились обильные и горячие слезы, а сам он начинал задыхаться, но тут Сюань протянул к нему руки и прижал к себе, крепко обнимая. — Тише. Порядок, ты не один. От этого глаза кудрявого широко распахнулись и он осознал, что действительно не один, он обнял друга сильнее и стал плакать, пока его гладили по спине. Впервые в жизни он показал себя уязвимым, впервые доверил тему, которая была частью его жизни, его самого, он открыл свои переживания и высказался, без опасения быть осужденным или посаженным на какие-то психотропные таблетки. Он позволил себе плакать, позволил рыдать в руках друга, чтобы выпустить все переживания и мысли, все обиды. — Я искал его, по мере своих возможностей. Искал, нигде не было. Я пытался с этим жить, — заикаясь, проговорил он, громко всхлипывая. — Но сейчас же он рядом, почему отступаешь? — спокойно проговорил Сюань, смотря на друга. — Я… А если он не хочет меня знать? — проговорил он, а потом добавил шепотом: — Он давно бы нашел меня, если бы хотел. На что Сюань только тепло рассмеялся от глупости своего друга и отстранился, смотря на него. — Выглядишь отвратительно, — после он улыбнулся. –Спасибо, — Циин громко рассмеялся, вытирая слезы. Вот за это он был благодарен другу: всегда поддержит и не даст чувствовать себя угнетающе. — Спасибо тебе, правда, — улыбаясь, он обнял друга, а затем перевел свой взгляд, любуясь ночным городом. — Как же красиво, дух захватывает. — Предлагаю сюда приехать при твоем нормальном моральном состоянии и отдохнуть. — Прекрасная идея. — Французский? — Сюань с интересом посмотрел на друга. — Старший Ши научил, — посмотрел на друга тот, но его резко схватили за плечо и стали трепать хвост, как это обожал делать Хуа. Смеясь, Циин воскликнул — Эй! — Ах, Ши Уду его научил, посмотрите на него, а я тебе для чего?! — проговорил брюнет, трепля его волосы. — Цинсюань тоже знает французский? — Для морального равновесия! Нет, он не интересуется языками, — Циин поддался вперед и заключил друга в объятия. — Спасибо тебе, — тихо выдохнул он, зарываясь носом в плечо старшего. — Ты всегда знаешь где меня можно найти, — успокаивающим тоном проговорил его друг. Циин успокоился, когда его прижала к себе ближе пара сильных рук, он счастливо улыбнулся, выдыхая остатки теплого воздуха. Они совсем потеряли счет времени. Когда на улице уже полностью стемнело, ребята посидели еще немного, поговорили, посмеялись и приняли решение возвращаться. Ехать назад оказалось намного спокойнее чем туда. Всё так же обнимая друга поперек талии, Циин наслаждался тем, как ветер нежно игрался с его волосами, пока на его лице сияла улыбка. Сейчас он позволил себе расслабиться и получить удовольствие от поездки, правда, ехать ночью без какого-либо освещения было опасно, но эта мысль волновала его в последнюю очередь. Подъезжая к подъезду, он даже немного расстроился, что поездка так быстро закончилась. Слезая с мотоцикла, он посмотрела на друга и спросил: — Зайдешь? Поздно уже, можешь переночевать. Сюань же снял свой шлем для более комфортного разговора и стал держать его в руках. — У меня еще дела есть, а самое главное из них — успокоить двоих паникеров. Сомневаюсь, что ты хочешь сегодня отвечать на сообщения, — хмыкнул парень. — О да, мой максимум сегодня — это ты перед сном. Спасибо за друзей, в целом спасибо тебе. — Абсолютно не за что, беги в подъезд, я должен видеть, как ты поднимаешься, — проговорил брюнет серьёзно, на что Циин звонко рассмеялся. Он послушно кивнул и ступил ближе, чтобы обнять друга: — Уже бегу. Прошу, только будь внимательнее. Будь аккуратен. — Обещаю, крошка Циин. Кудрявый улыбнулся и пошел к двери подъезда, напоследок развернулся и помахал другу в знак прощения, а после зашел внутрь. Подъезд был по своей конструкции широкий, напоминал любой другой французский подъезд по планировке: светлые стены, широкие ступеньки и большие окна, что в дневное время суток освещали подъезд и делали его светлым и уютным. Циин быстрым шагом направился на свой этаж, переступая через одну ступеньку, он скорее хотел спокойствия и сна. Добравшись до своей квартиры, парень открыл ее ключом, а после зашел внутрь, включив свет в коридоре, который осветил практически все комнаты. К нему сразу же подбежал кот, громко мяукая в знак приветствия. Циин опустился на одно колено и погладил питомца по голове. — Прости, задержался. Посидев с котом некоторое время, он чего снял обувь и, не выключая света, прошел на кухню, чтобы накормить кота. Настроения ужинать не было, поэтому, закончив с кормом, он пошел в ванную, попутно стягивая с себя вещи. После принятия душа, ему значительно полегчало, он стоял с обвязанным полотенцем на бедрах перед зеркалом и смотрел на себя. В отражении зеркала он увидел такого же красивого юношу как и прежде, с загорелой кожей, яркими карими глазами, они были похожи на золотистый песок, аккуратный зеленоватый оттенок, который выделял и делал его глаза намного притягательнее, пушистые ресницы, красивое, стройное молодое тело, подтянутые мышцы. В целом он был невероятно хорош собой, но чего-то ему все равно хотелось. Потому он развернулся ища что-то взглядом и тут заметил ножницы. Недолго думая, он схватился за них и через мгновение в раковину уже сыпались кудрявые локоны. Волосы у него были ниже лопаток, что достаточно для комфортной длинны, но как только он состриг их до уровня челюсти — почувствовал долгожданное облегчение. Смотря на себя с коротким каре, он не мог поверить в это. Циин провел руками по волосам, чтобы почувствовать, что действительно это сделал. В целом, ему даже очень шло, невероятно. Улыбнувшись про себя и убрав весь мусор, он вышел из ванной, выключил свет в прихожей и оставил только светодиодную ленту, которая была натянута под самым потолком. Натянул на себя белую футболку с легкими широкими штанами в черно-белую клетку, закрыл все окна в квартире, которые оставил ещё с утра и лег в кровать, отписывать Хэ Сюаню. Вы: Ну как? Все хорошо, как доехал? Рыба по-французски: Да, все супер. Успокоил всех. Сказали, что устроят тебе, когда увидят, поэтому удачи! Вы: О нет °^° Рыба по-французски: Набирайся сил, а то я еще добавлю Отдохни хорошенько, спокойной ночи! Вы: Спасибо, ты тоже отдохни! Спокойной ночи Отложив телефон, парень накрылся одеялом с головой, попутно проводя рукой по волосам и стал потихоньку засыпать. С утра он решил никуда не идти. Позвонил Сюаню, предупреждая его об этом, попросил сказать друзьям, потому что сил писать кому-либо вообще не было. На это брюнет поставил ему условие. Кудрявый выслушал всё и только с радостью согласился, после окончания звонка он снова лег спать. Спал долго, ни в чем себе не отказывая, но как только кот прыгнул к нему в кровать, пришлось вставать и кормить это животное, а за одно и себя. Сонно и с не охоты, парень всё-таки встал с кровати и побрел на кухню, насыпав корм в миску, поставил на плиту сатейник с водой и принялся варить себе кашу, попутно нарезая ягоды и ища мед с орехами. Он сидел и смотрел как кот уплетает свой корм, пережевывая при этом овсянку с клубникой. Циин глубоко вздохнул, чувствуя подавленность, делать абсолютно ничего не хотелось. Но тут он услышал звонок в дверь. Закинув еще одну ложку, парень поднялся со своего места и пошел в прихожую. Не глядя в глазок, открыл двери. На секунду он застыл в удивлении, а затем проговорил: — А ты как тут вообще?