Комната на двоих. Изображая жертву.

- А ты сам что читаешь? - Т-только по р-работе всякую л-литературу. - И кем работаешь? - П-программист. Ну, понятно. Тот самый тип парней с техническим складом ума, которые плохи абсолютно во всём, кроме своей работы. Наверное, сидит на удалёнке, получает кучу денег, а с девочками знакомиться так и не научился. Как только пороха в заднице хватило человека похитить. После сцены с ногами туго натянутая струна внутри меня чуть ослабла. Я внезапно начала видеть в этом зажатом заике не просто подозрительного мужика с поехавшей кукухой, но ещё и нечто странно притягательное, что-то, что будило моё любопытство, разогревало интерес. Мне хотелось больше узнать о моём похитителе. Перед сном я прокручивала все жаркие моменты в голове, вспоминала его затуманенный возбуждением взгляд, его искреннюю увлеченность процессом, неподдельное удовольствие на лице, нежность прикосновений, какой я никогда раньше не испытывала. Я обсасывала каждый миг, словно карамельный леденец, и моё тело раскалённым углём прожигало простынь. Словно невзначай, я переложила ногу на ногу, слегка подраспахнув халатик. Хотелось сделать это поизящнее, как у Шерон Стоун в “Основном инстинкте”, но… в общем, получилось как получилось. Лев нервно дёрнул кадыком, но на провокацию не повелся. Я решила усилить эффект, вытащила одну ступню из тапочки и задорно пошевелила пальчиками. Лев загнанно покосился на меня из-под кепки. - Если т-ты думаешь, что я б-больной извра… - Я не думаю, котик, я надеюсь. Глаза похитителя нервно забегали, на лбу выступил пот. - Если т-ты б-будешь к-кричать и с-сопротивляться… - То ты меня накажешь? - я мягко облизнула нижнюю губу и выпятила вперед бёдрышко. - Я н-не по н-ногам в-вообще-то… Моё лицо вытянулось от разочарования. - Чего?! А что это тогда было за выступление?! Лев оттянул воротник футболки, в комнате действительно стало жарковато, наверное, от моей горящей жопы. Что это за гнусные инсинуации, да я сама своими глазами видела, как он присосался к моим пяткам, будто сом к коряге! Чё тебе тогда надо от меня вообще, собака ты сутулая?! Я сбросила флёр жеманной кошечки и села на кровати широко раздвинув колени, облокотилась на них локтями и сцепила руки в замок. Натуральная гопота с района, какой я, по сути, и была. - Давай-ка начистоту побеседуем, сынок. Ты меня спёр? Спёр. Сюда поселил? Поселил. Еду мне таскаешь, книжку подарил электронную, кремами мажешь… - Т-ты с-сама… - Не перебивай. Мажешь. Кремами. Ты. Говоришь, что “отвратительный”, отпустить обещал, если буду тихой и послушной, потом лижешь ноги, как чёртов диабетик леденец. И после этого ты всё еще не футфетишист. Верно? - В-верно… - Ну и кто ты тогда у нас? Гнетущее молчание. - Послушай, парень. Я тебя не виню, сама вижу, что ты как-будто неплохой человек, относишься ко мне нормально, ровно, живу я тут бесплатно в тепле, ем на халяву, моюсь с комфортом. Почти. Ты вроде не садист, не каннибал, страдания мои тебе ни к чему, насиловать меня ты не насилуешь. Ты хоть расскажи, чё тебе надо?! В чём цель моего похищения?! Лев замялся. - Это с-сложно… Я… М-мне т-тяжело это о-объяснить… Я пристально смотрела ему в лицо, не моргая. Ну и что мне с ним делать? Не пытками же правду выковыривать, мало он заикается, вдруг совсем онемеет пацан. Я откинулась назад и задумчиво посмотрела в потолок. - Значит, не ноги? - Н-не… н-не совсем, н-ноги - тоже з-здорово, на самом д-деле. М-мне д-даже понравилось, очень… У м-меня это впервые в-всё… Я резко села обратно. О боже! Реально девственник?! Настоящий?! Разрозненные кусочки пазла стали собираться в малоадекватную картинку: программист-девственник-заика похищает девушку, чтобы использовать её для своих сексуальных экспериментов. Звучало, как бред, но бред правдоподобный. А меня он выбрал, потому что понаблюдал и понял, что искать никто не станет? Тоже выглядело логично. Общая фактура моей внешности не располагала к безудержному разврату, тут скорей типаж “обнять и плакать”, но в качестве жертвы похищения - самое то. Хотя, если бы он и правда был футфетишистом, то я бы поняла, ноги у меня очень даже ничего.  - Ты в этом всём новичок, значит? Я у тебя как живая секс-кукла тут буду? Похититель резко напрягся. Моя последняя фраза ему явно пришлась не по душе, и я испуганно сжалась. Он всё ещё мог с психу ударить меня, и ничего бы ему не помешало. - Ты не кукла. Голос Льва прозвучал резко, даже заикание исчезло. Я вздрогнула. Лев заметил это и быстро смягчил тон. - Я н-не собираюсь причинять т-тебе боль. Я н-никогда этого не х-хотел, просто д-другого в-варианта у меня н-не было. П-постарайся н-не сопротивляться, и я т-тебе не н-наврежу. Звучать это должно было обнадёживающе, но холодок со спины никак не хотел уходить. На меня и раньше периодически накатывало осознание, что я заперта под землёй, что не могу выйти отсюда, что завишу от человека, похитившего меня с помощью хлороформа, и как бы он ко мне не относился - все это оставалось жутким и ненормальным. Я не понимала, чего мне стоило ждать в будущем, но пытаться раскачивать лодку и что-то выяснять прямо сейчас было страшно. Я не готова к противостоянию, я боюсь боли. Хотелось остаться в одиночестве и просто поскулить в подушку. - Хорошо, я поняла тебя. Всё нормально. Лев молча смотрел на меня, тихую, поникшую и едва не плачущую. - П-прости м-меня… Он развернулся и вышел за дверь, и я снова осталась одна. Там же, где была всё это время.