Грязь

Запей мою сперму колой

И мы снова начнём сначала.

⭑

Оно всегда начиналось и заканчивалось одинаково, потому что ни на что другое их тела не были способны. Хаотично, липко, безобразно, потому что... Так иногда бывает. Такое случается. Потому что жизнь в конце концов дерьмо, а дни заканчиваются довольно быстро, их просто нужно пережить. Дождаться пока стемнеет, дождаться пока наступит утро, дождаться пока это не началось снова. Пережить один день, чтобы затем пережить следующий. А потом... А что потом? То же самое? Конечно. С ними так всегда. Они только для этого. Они — грязь. Нужно просто дождаться, пока кто-нибудь достаточно брезгливый догадается их вытереть. Стереть. Когда сотрутся они тоже? Он надеялся, что скоро. Пока это — всё еще маленькая болезнь. Пока это не вывернулось в пандемию. Пока это не уничтожило весь мир. Но оно того не стоило. Ему было плевать. Его собственный мир сгорел еще давно, даже не оставив после себя пепла. Пепел значил бы воспоминания. У него их не было. Он на них не претендовал. Его их лишили. Свет теперь не значил ничего. Только конец ночи. Свет теперь выжигал ему глаза. От света хотелось спрятаться. Но от тьмы хотелось блевать. В итоге, он просто глотал это. Он давился этим. Так же, как давился членом, когда заглатывал особенно глубоко, надеясь задохнуться и сдохнуть. Но почему-то он всё еще был жив. Может на самом деле он и не хотел умирать. Просто... Просто он ничего не хотел. Поэтому это всегда было так... одинаково. Вставать, тренироваться, пихать в себя пищу, трахаться и засыпать. Рутина. Ебаная рутина, из-за которой хотелось засунуть пальцы в рот. А потом, чтобы рвало и рвало, пока ничего не останется. Как будто, блять, было чему оставаться. Может поэтому он всё еще существовал. Потому что, чтобы что-то закончилось, оно должно начаться. Чтобы что-то исчезло, оно должно быть. А Натаниэль был пуст. Поэтому в итоге в нем не осталось даже желчи. Ничего. В конце выходили только сухие хрипы. Типа, ага, он еще жив, спасибо большое. Интересно, у Рико было так же? Потому что выглядели они блядски одинаково. И неудивительно. У Рико тоже никогда не было шанса. Они оба состояли из нефти. И оба были обречены задохнуться ею. Туда им и дорога. Пол жалобно заскрипел, и Натаниэль закатил глаза. Почему, сука, даже этот звук каждый раз звучал настолько одинаково? Ему следует залить этот гроб цементом для разнообразия, может это перевернет его жизнь? Может быть. Он ударился затылком об пол, но недостаточно, чтобы разбить себе череп. Снова. Возможно, когда-нибудь, но не сейчас. Не в эту секунду, когда его ноги приглашающе раздвигаются. Когда Рико падает за ним на пол, ударяясь коленями. Как будто он тоже хотел себе их сломать. Натаниэль хмыкнул. Наверное, они и правда созданы друг для друга. Рико замер на секунду, задерживая взгляд на его губах. В следующий миг он уже кусал их, вдавливая своим весом его тело в пол, а Натаниэль прижимал его еще ближе, потому что если оказаться под землёй, то только вместе. Они должны гнить рядом друг с другом. Только так. Губы Ната открылись в немом стоне, когда Рико толкнулся бёдрами, создавая короткое трение, а потом ещё и ещё, когда Рико заставил его открыть рот шире, толкаясь языком внутрь. Забирая у него право на вдохи и выдохи. Натаниэль медленно поднял руку, захватывая ею бледную шею парня, чуть надавливая, чтобы Рико было так же ебано, как и ему. И это начиналось снова. Они вместе собирали по частицам эту пыль в кучу, чтобы затем создать грязь. Много грязи. Намазать её везде, пока это будет единственное, что останется у них. Хаотично, липко, безобразно... Как всегда. Натаниэль не церемонясь потянулся к штанам Рико, чуть стягивая их вниз, потому что ждать невыносимо. Потому что ему нужно быстро покончить с этим. Рико оттолкнул его руки, пусто вглядываясь ему в лицо. Затем наклонился, смотря вниз, туда, где их бёдра едва дотрагивалась друг с другом. Туда, где ноги Натаниэля дрожали, потому что, как бы сильно он ненавидел рутину, он нуждался в ней, как ебаный наркоман. Хотя это то, кем он и был. Кем были они. Рико усмехнулся, нависая над ним, чтобы затем медленно приподнять колено и прижать к его паху. Туда, где штаны выпирали из-за вставшего члена. Так же, как у Рико. Натаниэль снова шумно вздохнул, толкаясь навстречу. — Трахни меня уже, — прохрипел он, вперив туманный из-за слёз взгляд в лицо парня. Почему эта соль опять скопилась в его глазах? Почему это происходило снова? — Какая же ты всё-таки шлюха, Нат, — безэмоционально прохрипел в ответ Рико, снова толкнувшись бёдрами. Натаниэль засмеялся. — Наверное херово жить с мыслью, что эта шлюха — единственный кому ты вообще всрался. Рико не смеялся. Ему было никак. Наверное, это один из тех дней, когда он мыслями далеко отсюда. Когда он смотрит не в его голубые глаза. Когда слышит совсем не его голос. Нату плевать. Рико в любом случае возвращался к нему. Он бы сравнил его с собакой, которая всегда возвращается к своему хозяину, если бы на самом деле не знал, кто из них настоящая сука. Он все ещё глупо улыбался, когда Рико наконец быстро стянул с него шорты, а затем оттянул свои штаны вниз. На самом деле быстро. На самом деле бесцеремонно. То, чего они стоят и то, чего достойны. Но всё еще используя смазку, словно это было важно. Натаниэль всегда удивлялся этому. Зачем она нужна? Какая разница, если его разорвут? Он итак был разорван везде. Почему они делали это? Рико кажется знал. Или нет. Неважно. Он раздвинул ноги шире, чтобы Рико было легче его растянуть. Прикрыл глаза, потому что соль предательски вытекала из них. Почему? Почему они все еще не высохли? Почему они появлялись каждый раз? Натаниэль закусил губу, быстро потянувшись к Рико, чтобы стянуть с него футболку. Бросив ее рядом, он снова потянул парня к себе, который сам наклонился быстрее, снова встречаясь в идиотском поцелуе. Лучше бы это побыстрее закончилось. Лучше бы это не закончилось никогда. — Пожалуйста, я хочу... Умоляюще, потому что ему правда нужно. Ему нужно справиться с этим. Ему нужно перестать чувствовать себя пустым. Ему так, так сильно нужно... Рико, заворожённо смотря в его глаза, на слёзы, которые все еще стекали вниз, наконец толкнулся вперёд. На этот раз никакой одежды. На этот раз ничего, кроме несуществующих чувств. Натаниэль задохнулся от ощущения наполненности, когда Рико вошёл глубже. Больше никаких прелюдий. Дальше каждое движение — это их история. Это всё о них. Хаотично, липко, безобразно. Грязно, грязно, грязно... Он задыхался. Как же, блять, он задыхался. Движения стали более быстрыми, более жёсткими. Звуки более громкие, еще более неприличные. Хватка на запястьях грубее, а воздуха не осталось вовсе. Вот бы... Вот бы на это раз они задохнулись вместе. Вот так, пока член Рико находится в нём, пока слюна стекает по губам, а слёзы почти создают лужу на полу. И пока липкая грязь окружает их везде. Рико тихо и надрывно засмеялся. Толчок. А потом снова. Он наклонился, зарываясь ему в шею, и громко вдыхая. — Это же просто грязь ебаная, — прошептал он ему в ухо, и Натаниэль задрожал. Толчок. — Ты, что, Натаниэль, не чувствуешь этого? Он чувствовал. Он так сильно чувствовал. Разве мог не чувствовать? Неужели Рико не видел? Грязь стекала из его глаз, ушей, рта. Он задыхался этой грязью, он давился ею, он выплёвывал её, сука, почему он не видел этого?! Но они посылали эти чувства нахуй. Пока Рико трахал его, было легко это делать. Он обязательно добьёт себя после. Натаниэль схватился за его плечи, царапая ногтями. Словно хотел разорвать его тело и добраться до сердца. У Рико вообще было сердце? Может у него тоже нет внутреннних органов? У Натаниэля они прогнили давно. Но сейчас, пока они были самыми близкими, что есть друг у друга, Нат продолжал царапать, а Рико толкаться, чтобы наконец дойти до конца. И в данный момент это было особенно забавно. То, кем они были в эту секунду и в остальное время. Легенды экси, будущее страны. Интересно, все эти люди продолжили бы его называть так, если бы увидели сперму, стекающую по его лицу в некоторые из дней? Иногда он думал, что все когда-нибудь заметят. Что в какой-то момент цензура не сможет скрыть всё. Однажды они все подавятся своими надеждами. Толчок. Вздох. Но не сейчас. Сейчас оно нахуй никому не нужно. Сейчас только дожить, чтобы утопить этот день и перейти к следующему. Сейчас только так. — Рико... Интересно, трахать его ощущалось так же, как и трахать труп? Тогда у него были плохие новости для Рико. Натаниэль засмеялся, давясь слезами. И снова липкая грязь, когда он кончает от ловких движений парня, а затем ощущение чего-то горячего внутри. Стекающего по стенкам. Это же просто жуткая грязь. Да, это была она. Он расцарапает это слово на своей коже. Напишет кровью, если не сможет, слюной. Но это то, чем он был. Сплошная грязь. Натаниэль закрыл глаза, часто дыша, чтобы стереть себя полностью, но внезапно замер. Что-то капнуло ему на щеку, потом еще раз, и ещё... Он медленно открыл глаза, дрожа, и... Погиб. Ресницы Рико были влажными, а соль всё падала и падала на его скулы, смешиваясь с собственными слезами. В конце концов, они с Рико и правда состояли из одной грязи.