После смерти не побегаешь.

Жизнь или смерть? Извечный вопрос человечества. Что лучше, а что хуже? Что более ценно? Возможно ли обрести бессмертие? Есть ли что-то после? Столько противоречий и недомолвок не имеет ни одна другая тема. Но плохо ли это? Вопрос всё так же остаётся без ответа, заглушённый сотнями тысячами, миллионами других. Они ошибочны, резки, тихи, безумны, религиозны, но всё равно не верны. Ведь никто, абсолютно никто, не может дать истинно правдивый. Разве что только Великая Мать.... Или может быть Матушки Вселенная? — В последнее время ты слишком тихий, Учиха. Случилось чего? — глубокие думы прервал чужой с виду спокойный голос. Или не только с виду? Притворяется или он действительно настолько спокоен? Как же всё запутано... — Не твоё дело, Сенджу. — огрызнулся названый, пронзая спину Второго Хокаге мрачным взглядом. Все их отношения запутаны и неясны. Они — это клубок непредвиденных событий и решений, который подобно красной нити судьбы с каждым годом связывал их с друг другом всё настойчивее, и настойчивее, пока когда-то тонкая ниточка не переростала в толстый канат, коий даже если обрезать, его частицы всё равно останутся на душе кровоточащими шрамами, причиняющими ужасные боли в груди, стоит только попытаться забыть об их существовании. *Хотя сердце в ней уже нет* — Пока ты здесь — моё. - никак не отреагировав на грубость младшего брата предыдущего главы красноглазого клана, всё так же спокойно ответил Тобирама, продолжая заполнять какие-то документы, как всегда, оставляемые Изуной без должного внимания. Не он Хокаге как-никак. — Да ты что? Я могу уйти в любой момент! -устало озлобленным тоном отозвался на заявление дух, подходя в плотную ко спине, жёстко кладя ладони на чужие плечи. Жалко сам Сенджу не может прикасаться к Учиха, а то вломил бы по самое не хочу ещё в первые дни совместной жизни. — Тогда почему ты всё ещё здесь? - мужчина понял голову, и не став подыгрывать чужому блефу, сказал правду прямо в чужие тёмные омуты глаз. Изуна действительно не мог. Не мог покинуть своего убийцу как бы сильно ни хотел. Любая попытка уйти хотя бы на 100 метров не оборачивалась ничем дельным, возвращая Учиху обратно к сенсору, чего тот не знал, однако ж, за более чем два года нахождения рядом догадывался. Не глупец, к сожалению. Иначе бы умер ещё раньше чем скрестил клинки с Изуной в первые. Слишком уж жестоки тогдашние времена. Хотя с одной стороны, и сейчас не лучше. «Не пойман — не вор» — так ведь? Больше Тобирама и Учиха не обмолвились ни словом. Оба ушли в свои мысли, более не стараясь обращать внимание друг друга. Им более это не нужно. Период частых скандалов и споров прошёл полгода назад, заменяя себя удушающим равнодушием и внешним пронзающим внутренние органы спокойствием. Слишком уж сильно устали они от друг друга, слишком уж сильно им хотелось свободы. *Тем не менее Изуна всё равно появляется на Четвертой мировой войне Шиноби, обнимая крепкую шею бывшего оживлённого врага призрачными руками*