Такой же

Go ahead and cry little boy

You know that your daddy did too

You know what your mama went through

You gotta let it out soon, just let it out

Последнее, что видит перед собой Тихонов - это летящий прямо в лицо кулак. Через мгновение блондин хватается руками за колени и на пол капает ярко красная капля. Осознание приходит с опозданием, и даже не успев понять ситуацию и ее абсурдность - со стороны Ильи следует еще один,и не менее сильный удар. Через еще одно мгновение Исаковский аналогично стоит напротив с двумя кровавыми ноздрями, пытаясь отдышаться. Очередная мелкая ссора после тренировки на этот раз зашла слишком далеко. Все это казалось настолько обыденным, кроме рукоприкладства, конечно. На такое они выходят впервые. Илью неосознанно переносит на начальную школу и вечера, полные слез и отцовских криков. Пугающая в то время фигура отца встает перед глазами, словно заново заставляя пережить те события, но в считанные секунды Илья видит на его месте себя нынешнего. «Ничего не оправдывает насилие». То, что всегда говорила мама. И прямо сейчас произошло тоже самое, только на этот раз агрессором выступил Тихонов. Тем, что первый начал, тем, что первый толкнул, причин для обвинения не счесть. Разбитый нос заслужил только он, но не как не Исаковский. Такой же, как отец. Эти слова въедаются в сознание, принуждая смотреть правде в лицо. Уголки глаз начинают щипать, Илья поднимает голову наверх, надеясь, что слезы скатятся обратно в глаза, но этот детский трюк успехом не увенчивается. Шмыгать носом сильно не хочется, но блондина все так же никто об этом не спрашивает, это случается само собой. Юра к тому времени круто разворачивается на пятках, быстрым шагом шагает на выход из здания. Илья же все стоит и стоит. Кровь, смешанная со слезами заливает светлую футболку, стекая по подбородку. Он наконец делает шаг, пытаясь выйти из своего кошмара и в целом спортзала и в это же мгновение переключается на бег. Он бежит, бежит со всех ног, кровь капает на светлую плитку коридоров, оставляя кровавые пятна. Лицо обдает чуть прохладным осенним воздухом, но Исаковского как след простыл. Он не успел. Он не успел извиниться, не успел сознаться, он вообще ничего не успел. Илья садится на ступеньки у входа и пропускает светлые пряди через пальцы, чуть оттягивая. И снова та же мысль. Он такой же. Такой же, как отец, ничем не лучше. Юра ведь снова сбежит, купит билеты и сбежит. Обоснуется в новом городе, а питерских как страшный сон забудет. А Илья не успел и никогда больше не успеет.