арпеджио

— Хорошо, закончили! Хоть летние каникулы и не закончились, счета все еще продолжают поступать. Но спасибо Господу за красивое лицо, благодаря которому у Сону всегда есть работа – сегодня, например, он снимался в рекламе одного популярного косметического бренда. Съемка заняла несколько часов, но совсем его не утомила. Наоборот, он уже давно не проводил на работе время так весело: вместе с ним в кадре было еще четыре девушки, с которыми он сразу нашел общий язык, и они даже обменялись номерами и договорились встретиться как-нибудь на бранч. День прошел чудесно. Он уже освободился, собрал сумку и почти вышел из студии с широкой улыбкой, когда услышал разговор двух его напарниц: — Ты слышала? Говорят, Пак Сонхун где-то здесь, в здании. Уголки губ ползут вниз. — Реально? За дурочку меня держишь? — шутит одна из них. — Режиссер сказал мне, что им нужно быстро все здесь прибрать, потому что сейчас сюда придут снимать рекламу какого-то парфюма с Пак Сонхуном и Чан Вонен. Ну, с той очень красивой актрисой. — Ого… Как думаешь, он распишется у меня на руке, если попрошу? Или это перебор… — Ой, подруга. Его наверняка и не на таком просили расписаться. Думаю, он даже выдохнет, когда услышит «рука». Проходя мимо, они машут Сону на прощанье, а он застывает на месте – в ушах звенит так сильно, что ноги переставлять больше не получается. Сонхун буквально повсюду. Вселенной, кажется, нравится издеваться над Сону. Ладно, неважно. Главное, просто быстро уйти и остаться незамеченным. Ну оказались они случайно с Сонхуном в одном месте и в одно время – ну и ладно. Бывает. Так он и поступает: выходит из студии и семенит по коридору, словно куда-то торопится. Однако чувствует, что с каждым новым шагом ему становится все более и более тревожно, и довольно быстро понимает, что кто-то следует за ним по пятам. И, конечно же, этим «кем-то» оказывается Сонхун – Сону замечает его краем глаза. Откуда он вообще знает, что у Сону тоже здесь была съемка? И как он его нашел? Чтобы получить ответы на эти вопросы, Сону заводит его в слепую зону, где никто им не помешает. — Ты можешь от меня отстать? Или что, это так сложно? — развернувшись, произносит Сону вслух. Про себя же он умоляет Сонхуна остаться. — Вообще не понимаешь намеков? — Не понимаю и даже не хочу пытаться… Я хочу тебя. — Ну, много хочешь, — я весь твой. — Сонхун, так не может продолжаться. Ты же сам решил, что карьера тебе важнее. — Да, и совершил ошибку, понимаешь? — он подходит ближе, и Сону мысленно его проклинает, не понимая, как теперь сможет оттолкнуть. — В последний раз, когда мы виделись, ты сказал, что тебя легко можно заменить, но это абсолютная ложь… Я думаю о тебе, не переставая. Боже, слова Сонхуна звучат так отчаянно, что сердце делает сальто, а колени подгибаются – Сону почти дает слабину. Почти. — Сонхун… — Ты слышал нашу с Хисыном песню? — перебивает его старший. На это раз Чонвону даже не пришлось его заставлять. Сону стало настолько интересно, что он сам нашел ее и послушал – он не мог этого не сделать. Они выпустили красивую балладу, что было одновременно предсказуемо и неожиданно: Хисын часто пишет баллады, а вот Сонхун – нет. — Слышал. — И что можешь сказать о моей части? — Получилось очень романтично, — Сонхун в принципе все и всегда романтизирует. — Я и сам не ожидал, но мне понравилось. — Да? Хорошо, что тебе понравилось. Я посвятил ее о тебе. — … Правда? Довольно странно, учитывая то, что до этого ты написал обо мне совсем другие слова. — Да, — Сонхун поджимает губы и морщит нос. — Я повел себя как мудак. Обиделся на то, в чем сам и был виноват… Наверное, мне стоит извиниться. — Ага, стоит, — закатывает глаза Сону. — Я чувствовал себя таким ничтожеством, каждый раз когда слышал эту песню. А слышал я ее часто. — Прости… — Сонхун прячет глаза в пол. — Я злился… по большей степени на себя, конечно, а справляться с эмоциями я умею только одним способом… Понимаю, что это не оправдание, поэтому еще раз прошу у тебя прощения. — … Хватит извиняться, — Сону и сам в последнее время часто этим грешит, поэтому уже не может воспринимать подобные слова всерьез. — Знаешь, что самое смешное, Сонхун? Я все лето пытался заставить себя тебя ненавидеть. Я ненавидел твою новую песню, ненавидел слышать то, как сильно ты всем нравишься… Даже себя в какой-то момент начал ненавидеть, потому что из-за нашего расставания начал огрызаться на друзей. Я будто стал другим человеком, и все равно, как бы ни старался, не мог перестать о тебе думать. — Ты серьезно? — Сонхун вскидывает голову, и Сону видит, что его взгляд сочится надеждой. — На что бы я ни посмотрел, о чем бы ни подумал. Все напоминало мне о тебе, — из груди вырывается сухой смешок. — Блять, да даже когда мы пошли на пляж в Японии, я только и думал о том дурацком свидании, которое ты мне обещал… Вот настолько все было плохо. — Не так уж плохо. Как по мне, даже мило. — Ну, конечно, нормально так я твое эго потешил. — Да дело не только в этом. Я просто рад, что ты думал обо мне так же много, как и я о тебе. — А зачем ты обо мне думал? Ты же хотел сосредоточиться на карьере, разве не так? — А если я хочу и то и другое? — Ну два месяца назад это было проблемой, — Сону, удивленный словами Сонхуна, едва не запинается. — А как же фотографии, Сонхун? Что будет, если нас опять поймают? Снова будем ругаться и решать, что для тебя важнее? Не знаю, как тебя, но меня такое совсем не устраивает. — Нет, такого больше не повторится. Я признаю, что поступил как трус. Я трусом и был. Три недели тебя игнорировал, потому что боялся, что если ты узнаешь о фотографиях, то сразу же меня бросишь. Я не хотел тебя потерять… Я поступил как трус, когда принял решение, еще даже не выслушав тебя. — Сонхун… — Если когда-то все узнают о наших отношениях, и люди перестанут меня поддерживать, ничего – с тобой рядом я легко это переживу. Я никогда не встречал никого похожего на тебя. Музыка всегда будет со мной, но ты, Сону… тебя я могу потерять. Я был бы дураком, если бы в этот раз не попробовал за тебя побороться, — Сонхун нежно обхватывает его кисть и, не спеша, подносит к своему сердцу. — Чувствуешь? Чувствуешь, как быстро оно бьется? — Да, — медленно кивает Сону. — Я обычно так уверен в себе, что могу очаровать любого… Но при тебе начинаю запинаться и заикаться, потому что боюсь сказать что-нибудь не то, — Сонхун сжимает его ладонь крепче. — Я прекрасно понимаю, какой силой могут обладать слова, сам же пишу тексты, и поэтому вкладываю в них сейчас всю возможную искренность: пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, прости меня. Я больше никогда в жизни не заставлю тебя ощущать себя ненужным… Ты так много значишь для меня. И все, Сону дает слабину. Он несколько месяцев с ним не разговаривал, не слышал его голос, не видел его, не трогал… Эмоции обрушиваются на Сону, и он, не медля ни секунды, подается вперед, чтобы впиться в губы напротив, но… — Кхм, — прочищает горло менеджер Сонхуна, привлекая к себе внимание. Одного его присутствия достаточно, чтобы Сону тут же отпрянул, покрывшись румянцем. — Нам пора. Тебя ждут стилисты. — Хорошо, па… сэр. Прислонившись к стене, Сону с грустью наблюдает за тем, как они уходят, и в какой-то момент ловит печальный взгляд обернувшегося на него в последний раз Сонхуна.

☀️☀️☀️

[СЛАТЬ НА ХУЙ ❤️❤️]: Прости за сегодня Я не хотел вот так припирать тебя к стенке Просто увидел, как ты проходишь мимо, и не сдержался У меня просто мозг отключается рядом с тобой Не могу сказать, что мне это не нравится

Сонхун

[СЛАТЬ НА ХУЙ ❤️❤️]: Да, Сону

Я бы никогда не заставил тебя выбирать между мной и карьерой

Я уже совершал эту ошибку, и поэтому понимаю, что не имею права просить тебя бросить дело твоей жизни

Но если ты хочешь быть со мной, то должен тщательно оценить риски

Тогда, когда мы прекратили общаться, ты как раз и боялся последствий, а сейчас как

Все еще боишься?

В ожидании ответа Сону вгрызается в заусенцы на пальцах. [СЛАТЬ НА ХУЙ ❤️❤️]: Если честно Да Но я готов пойти на этот риск Ты мне веришь?

Не знаю

[СЛАТЬ НА ХУЙ ❤️❤️]: Понимаю У меня завтра выходной Ты занят? Все-таки вечер пятницы Можно я приеду?

Но не раньше семи вечера

[СЛАТЬ НА ХУЙ ❤️❤️]: Понял

☀️☀️☀️

Сонхун приходит ровно в 19:01. — И часто ты вот так ухаживаешь за лицом? — спрашивает Сонхун, усевшись на пол и откинувшись на дверь ванной комнаты, пока наблюдает за тем, как Сону наносит крем. Сону не думал, что Сонхун воспримет его просьбу настолько буквально, и поэтому, по обыкновению, сразу после душа начал, не торопясь, наносить уходовые средства. Но старший приехал раньше, чем он рассчитывал, и поэтому теперь вынужден ждать, пока он закончит – не то чтобы сам Сонхун против. — Каждый день. Это нужно делать каждый день. — Ну я вижу, — хмыкает Сонхун. — У тебя тут вся ванная заставлена всякими умывашками и увлажняющими штуками. — Я так забочусь о себе, — объясняет Сону, открывая очередной бутылек. — Очень расслабляет, знаешь ли. Я всегда чувствую себя замечательно, после того как намажусь всем из своих баночек. — У меня дома так много этого всего валяется. Бренды, с которыми я сотрудничаю, постоянно присылают мне свои продукты, а мне их девать некуда. Хочешь, буду отправлять тебе? Ну или лично даже могу привозить. — А у тебя есть время этим заниматься? — улыбается Сону. — Ну, — он вздыхает, — теперь, когда отец знает о наших отношениях, все стало немного… проще, что ли? Он, кстати, сам сюда меня сегодня привез. — Чег… Серьезно? — шокированный услышанным, Сону оборачивается через плечо. — И он нормально к этому отнесся? — Ага… Как бы он ни пытался, я все равно страдал по тебе, поэтому он просто смирился. Даже ничего не говорил. Просто высадил меня около твоей общаги и пообещал завтра днем забрать. Конечности совсем перестали слушаться Сону, из-за чего баночка вазелина, которую он пытался поставить на полку, выскользнула из рук и с громким звуком упала в раковину. — Значит… — Джей с Чонвоном сегодня не вернутся, да же? — Нет… Они поехали на ужин с родителями Чонвона. — Тогда, может, я останусь здесь подольше… если ты не против? — понижает он голос. — Я могу спать на диване. — Сонхун, — Сону разворачивается к нему. — Ты не будешь спать на диване. — Так… нельзя остаться? — бормочет Сонхун с видом побитого щенка. — Можно, конечно, — спешит исправить ситуацию Сону. — Я имел в виду, что ты не будешь спать на диване, потому что будешь спать со мной в кровати. — Ты серьезно…? — на лице старшего мгновенно расцветает улыбка, и он вскакивает с места. — Да, хен. Можешь спать со мной в… — он не успевает закончить предложение, так как Сонхун наваливается на него с объятиями, вжимая в раковину. Млея в его руках, Сону обнимает в ответ. Они стоят так примерно минут пять, пока Сонхун не решается прервать тишину: — Я скучал по тебе, — он кладет голову Сону на плечо и продолжает. — Поверить не могу. Я всерьез думал, что смогу перестать с тобой общаться… Мне только хуже стало. — Так тебе и надо, — шутит Сону в ответ. — Глубоко внутри… я понимал, что ничего у меня выйдет. Понимал, что долго без тебя не продержусь, — выдыхает он. — Боже, я же даже завел фейковый аккаунт, чтобы следить за тобой в соц.сетях… Прощу прощения у той девушки, которую без спроса поставил на аватарку. — Ну ты хотя бы не писал мне посреди ночи и не жаловался на то, что не можешь меня забыть, — вспомнив эти сообщения, Сону кивится. — У нас ничья. Мы оба лузеры. — Причем с большой буквы. — Это точно… Мы с тобой не общались, а я только больше в тебя влюбился. Как-то позорно получилось. — Влюбился? — Я-, — заикается Сону. — Я-я так сказал? — Да, — кивает Сонхун, широко улыбаясь. — Ой, ну… да. Я правда в тебя влюблен, — уверенно говорит он, стараясь не выдать то, насколько на самом деле волнуется. — Проблемы? — … Нет, конечно. Ты понятия не имеешь, как сильно меня только что осчастливил, — Сонхун осторожно обхватывает его лицо, одаривая нежным взглядом. — Хочешь расскажу, что я к тебе чувствую? — Пожалуйста. Мне станет намного легче. — Ну ты уже знаешь, какое влияние на меня оказываешь – я же тебе целый альбом посвятил, и все такое, — он проводит большим пальцем по брови Сону. — Я тоже тебя люблю, Солнце. Обещаю сделать все возможное, чтобы моя карьера больше не мешала нашему счастью… Я очень хочу быть с тобой. — Хен, — шепчет Сону и вцепляется Сонхуну в воротник, — поцелуй меня. Они не целовались почти целое лето, и вот наконец этот момент настал – заклинание разрушено, стена пала. Этот поцелуй заставляет Сону поверить в то, что теперь все снова будет в порядке. Заставляет почувствовать себя любимым. Сонхун крепко держит его за талию, скользя ладонями то вверх, то вниз, а иногда и проникая под футболку. Сону вздрагивает – уже успел отвыкнуть от того, что руки айдола всегда холодные. — Все нормально? — Сонхун отстраняется только тогда, когда на губах Сону практически не остается бальзама. — Ты дрожишь. Я тебя смущаю? — Все в порядке, не переживай. У тебя просто холодные руки. — Да, так всегда, — Сонхун спешит отпрянуть, но Сону не позволяет ему это сделать. — Я не говорил, что мне не нравится, — перехватив ладони старшего, он сжимает их. — Пошли ко мне в комнату… Я тебя согрею.

☀️☀️☀️

По какой-то причине каждый раз, когда они с Сонхуном остаются наедине, они засыпают. Когда они пришли в комнату, Сонхун начал говорить о том, что Сону, в отличие от него, всегда теплый. Поэтому переодевшись в более комфортную одежду (огромное худи Сону), он завалил его на кровать. Они обнимались, болтали обо всем на свете и рассматривали фотографии и видео с Окинавы – и в какой-то момент уснули. Так, с телефоном в руке, Сону и проснулся посреди ночи. Он ерзает, ложась на бок, и натыкается на пристальный взгляд – Сонхун тоже уже не спит. — Доброе… утро? — Почти, — он указывает на окно. — Все еще ночь. Технически, все-таки утро: разблокировав экран, Сону узнает, что время близится к трем. Он откидывает телефон и проводит по волосам. — Мы всегда засыпаем, когда оказываемся рядом… — Значит, нам комфортно вместе, и мы легко можем расслабиться в компании друг друга, — Сонхун демонстрирует ямочки и ловит его руку под одеялом, чтобы переплести пальцы. — Хм. Ты давно встал? — Минут десять назад где-то. — Ты на меня десять минут пялился? — фыркает Сону. — Мог бы и разбудить. — Зачем? Ты так мило спал. Нахмурил брови, будто тебя кто-то обидел во сне. Услышав это, Сону думает, что Сонхун совсем не знает значение слова «мило». — Все равно… я не хотел, чтобы мы просто спали… Мы так давно не виделись, нам еще столько нужно обсудить. — Ну, у нас как раз есть сейчас время, — Сонхун приподнимается на локтях. — Я весь твой на эту ночь, Сону. Что хочешь делать? Он задумывается на мгновение и почти сразу находит ответ, но решает его не озвучивать, а продемонстрировать: он наклоняется и оставляет на губах Сонхуна короткий, но сладкий поцелуй. — А я думал, ты хочешь поговорить, но так даже лучше, — Сонхун притягивает его обратно, и они снова целуются, пока Сону не обхватывает его запястье, чтобы отпрянуть и подышать. — Я и хотел, — поцелуй, — но посмотрел на тебя, — еще один, — и понял, что на самом деле хочу тебя поцеловать, — на этот раз Сону задерживается на его губах подольше. — Честно говоря, я почти не соображаю. — У меня есть идея, — Сонхун не продолжает, пока не чмокает Сону. — Я свожу тебя на пляж, как и обещал. — Типа прямо сейчас? — Да, прямо сейчас. — Хен, ночь на дворе. — И что? Я бы в любом случае отвез тебя туда ближе к ночи, так романтичнее. — Ладно, — Сону смеется, щипая Сонхуна за руку. — Как мы туда доберемся? — Упрошу папу нас отвезти. — В такое время? — Да нормально, он все равно, кажется, никогда и не спит… Думаю, сейчас тоже. — Даже если и так… Мы не будем дергать твоего отца, особенно чтобы он отвез нас на пляж. Будет ужасно неловко, он сразу поймет, чем мы будет заниматься в домике. — О? А чем мы будем там заниматься? — Сонхун ухмыляется, многозначительно поигрывая бровями. — Не знаю, что ты там планировал, но я думал, что мы просто будем бегать по песку, держась за руки. Сону, очевидно, проиграл этот раунд: пойманный на непристойных мыслях, он вспыхивает румянцем. Приняв поражение, он кладет голову Сонхуну на грудь. — Ах, ненавижу тебя. — А я вот прекрасно помню, как ты сказал, что любишь меня. — К сожалению, — вздыхает он и начинает очерчивать пальцами бицепс старшего. — Давай представим, что мы действительно попросили твоего отца об этом… как он вообще ко мне относится? Ты вскользь упоминал, что он настаивал на том, чтобы мы прекратили общаться. — … Сейчас лучше, я бы сказал. Да, сначала ты ему не очень нравился, потому что он воспринимал тебя как угрозу, ну, мне, — объясняет Сонхун, нежно поглаживая Сону по пояснице. — Но он наглядно увидел, как сильно по мне эта ситуация ударила ментально, и поэтому в какой-то момент изменил свое мнение… Он сам начал этот разговор, не как мой менеджер, а как отец. Сказал, что я могу быть с тобой, но это влечет за собой определенные риски. — И что вы решили? — Я убедил его в том, что мне очень нужен перерыв, который я обязан провести со свои парнем. Он выбил мне выходные. Сону замирает. — Парнем? — … Ну так просто проще было сказать, и к тому же по-другому тебя назвать нельзя… — Сонхун смущается, но решается продолжить. — Нельзя было? — О, Сонхун, — Сону подносит кисть к его лицу и проводит по щеке, а затем оставляет на ней поцелуй. — Конечно, можно было. — Это хорошо, — Сонхун расплывается в глуповатой улыбке. — А то он знает, что мы тогда занимались сексом. После такого было бы неловко говорить ему, что мы не встречаемся… — Ты что, рассказал ему? — Сону забирается к Сонхуну на колени и перекладывает руку на шею, сдавливая в шуточной манере. — Ах, с-сильнее… — Дурак, — младший разжимает пальцы и опускает ладони Сонхуну на грудь. — Кажется, пора привыкать ко всему этому бреду, который льется из твоего рта. Ну раз уж ты теперь мой парень. Как только последнее слово слетает с языка, Сону чувствует, как под ним дергается кое-что конкретное. — Сонхун… я заметил. — Что ты заметил? — ухмыляется виновник торжества, и толчок повторяется. — Это. Не прикидывайся дурачком, ты буквально упираешься в меня стояком. — Не знаю, что тебе сказать, — смеется айдол. — Оно само по себе получилось. Кажется, ему нравится, когда ты называешь меня своим парнем. — Ага. Это тебе маленький Сонхун рассказал? — О, детка, он совсем не малень… Ох, — прерывается он на вдох, когда Сону начинает елозить у него на коленях, и мгновенно окольцовывает его талию. — Сону. — Да, мой парень? — член снова дергается. — Сону. Сону нравится, что его действия, заставляют старшего болезненно скулить. Нравится обладать над ним такой властью. — Я могу помочь тебе, хен. Хочешь? — спрашивает он и скользит руками вниз по груди. — Оседлаю тебя, м? — Боже, я никогда в жизни ничего так не хотел, — он звучит настолько отчаянно, что член Сону твердеет. Ему нравится, когда его желают так страстно. — Иди сюда. Сонхун слушается и тут же приподнимается, чтобы Сону мог принять более удобное положение. Они закончили целоваться всего несколько минут назад, но Сону кажется, что прошла уже целая вечность… Он, и правда, одержим. Каждый новый поцелуй кружит голову сильнее предыдущего, а каждое прикосновение языка Сонхуна пьянит все больше и больше. Они помогают друг другу избавиться от верха, а потом продолжают целоваться. Сону аккуратно давит Сонхуну на грудь, пока тот не опускается на матрас, и затем ползет рукой к резинке домашних шортов, одновременно проходясь губами по внутренней стороне бедра. В первый раз, когда они занимались сексом, Сонхун обращался с ним очень бережно – теперь настала очередь Сону холить и лелеять старшего. Шорты летят на пол, и Сону видит, как сильно на самом деле Сонхун возбужден: довольно крупный член натягивает ткань серых боксеров. Сону решает подразнить Сонхуна и облизывает длину, не приспуская трусы. — Не балуйся, Солнце, — шипит старший. — У меня так сильно стоит, что аж больно. — Но так же приятней всего, разве нет? — откровенно веселится Сону, и в ответ Сонхун хватает его за волосы. — Ладно-ладно. Просто сядь и расслабься… Я о тебе позабочусь. Как бы ему ни хотелось продолжить мучить своего парня до тех пор, пока он не начнет умолять к нему прикоснуться, Сону просто не в состоянии больше терпеть. Стянув со старшего белье, он откидывает его куда-то в сторону и ползет к прикроватной тумбочке. Пока он ищет презервативы и смазку, краем глаза замечает, что Сонхун лениво поглаживает себя. Остается только сбросить одежду и встать на колени между ног айдола. — Давай я хотя бы тебя растяну. Мои пальцы длиннее, — предлагает Сонхун, когда Сону открывает лубрикант. Он быстро сдается и, протянув бутылек, разворачивается и ложится на живот. Прежде чем поднести палец к анусу и осторожно на него надавить, Сонхун легонько шлепает его по заднице, на что Сону реагирует звучным вздохом. — Хаа… — уткнувшись лицом в скрещенные руки, он впивается зубами в предплечье, когда пальцев постепенно становится больше. Сонхун, словно специально, почти не задевает простату, что сводит Сону с ума – в хорошем смысле. — Почему ты такой тихий? Мы же здесь только вдвоем, — шепчет айдол, нависнув над ним. — Хен, ложись давай, — поворачивается к нему Сону, вслепую пытаясь нащупать его запястья. — Я готов. Сонхун слушается и опускается на подушки, наблюдая за своим парнем с горящими глазами и нетерпеливо ерзая. Сону рвет фольгу зубами и, выбросив ее в стоящую около кровати настольную мусорку, раскатывает презерватив по члену Сонхуна. Затем он выдавливает на руку щедрое количество смазки и размазывает ее по всей длине. На радость Сонхуну (и самому себе) Сону снова седлает его бедра. Он обхватывает член старшего и приставляет к своей дырочке, чтобы следом опуститься почти до основания и насладиться приятным жжением. — Ты такой тугой, детка, — бормочет Сонхун еле слышно, сжимая ягодицу Сону. — Да, я тоже это чувствую, — он замирает, привыкая к ощущению наполненности. — Наверное, потому что я практически себя не трогал с нашего последнего раза. — Понимаю. Не удивляйся, если я скоро кончу, словно какой-то девственник… Ты такой горячий, что я едва сдерживаюсь, по правде говоря. — Заткнись, — весело смеется Сону, прикрывая рот своего парня ладонью. Он медленно поднимается до тех пор, пока внутри не остается только головка, а потом опускается обратно, растягивая себя еще больше. Сону выдыхает, собираясь с силами для того, чтобы начать двигаться быстрее, и вскоре набирает комфортный для себя ритм, продолжая скользить вверх и вниз по длине Сонхуна. С каждым новым движением его стоны становятся только громче, но старший подначивает его не замолкать – в прошлый раз Сонхуну не удалось ими насладиться. Но Сону и не смог бы, даже если бы очень захотел: все его попытки быть тише заканчиваются тем, что очередной толчок выбивает из него протяжные звуки. — Посмотри на меня, Солнце, — мягко просит Сонхун, подхватывая его под задницу. — У тебя все получается, продолжай. Это мотивирует Сону ускориться. Он утыкается Сонхуну в грудь ладонями и втягивает его во влажный поцелуй. Сону вцепляется в губы напротив так, словно от этого зависит его жизнь, на что старший реагирует так же пылко, вылизывая его рот. Это быстро превращается в жадный обмен слюнями, пьянящий и кружащий голову до тех пор, пока младший резко не распахивает губы, выдыхая – Сонхун приподнял бедра, войдя глубже. — Сонхун, — стонет Сону, когда старший подстраивается под его темп. — Блять, хен. — Я скоро… — рычит Сонхун, и Сону всхлипывает, понимая, что тоже долго не продержится. Он впивается ногтями в спину старшего, теряя равновесие, когда тот попадает по простате и продолжает в нее вбиваться. Оргазм накрывает Сону буквально через пару мгновений, и он утыкается Сонхуну в плечо, чтобы перевести дыхание. Следом кончает и Пак, изливаясь в презерватив. — Боже, я люблю тебя, — шепчет он, поглаживая Сону по волосам. — Я тебя тоже, — признается Ким и почти прикусывает выступающую ключицу, но вовремя себя отдергивает. Его парень – айдол: на его теле нельзя оставлять следы, как бы сильно ни хотелось. Поэтому Сону просто решает его чмокнуть. Но Сонхун не позволяет ему отстраниться, придерживая за затылок. Не то чтобы Сону против: губы старшего для него – все равно что наркотик. Отпрянуть получается только спустя несколько минут, когда смешанная с потом сперма начинает стягивать кожу. — Мм… А ты собираешься из меня выходить вообще…? — А тебе что, не нравится? — расплывается Сонхун в озорной улыбке и снова шлепает Сону. — В тебе тепло. Как в варежке. — Ты отвратительный. — Нет, мы отвратительные… Что-то до этого ты не жаловался. Тебе явно понравилось сидеть на моем члене. — Не… — собирается оправдываться Сону, но решает ограничиться тяжелым вздохом, позволяя Сонхуну оставить за собой последнее слово (но только потому, что на самом деле с ним согласен). — Выкинь презерватив. Он медленно слезает с Сонхуна и зовет его в ванную, где они тратят кучу времени на поцелуи и прикосновения, вместо того чтобы мыться. Но Сону считает, что их поведение легко можно оправдать тем, что они встречаются крайне редко. А еще тем, что их чувства взаимны… Ему невероятно нравится то, что Сонхун совсем не может от него оторваться. Приятно осознавать, что человек, по которому ты сходишь с ума, сходит с ума по тебе. Завтра (точнее сегодня, все-таки четыре утра на часах) днем Сонхуну придется уехать, поэтому Сону собирается довольствоваться каждой оставшейся минутой и начинает с того, что обнимает своего парня со спины и вместе с ним засыпает в свежезастеленной постели.

☀️☀️☀️

— Хен, вставай. Вот уже несколько минут Сону изо всех сил пытается разбудить Сонхуна. Он уже тыкал ему пальцами в лицо, сжимал щеки и даже щекотал подмышки – но тот даже бровью не повел. Проблема в том, что никто не знает, когда они с Сонхуном снова увидятся, и поэтому Сону хочет успеть провести с ним как можно больше времени – приготовить вместе завтрак, например – до того, как за ним приедет отец. С другой стороны, ему не хочется нарушать покой старшего. Вчера он дразнил Сонхуна за то, что тот пялился на него спящего, но сейчас и сам не может не умиляться тому, каким хорошеньким выглядит старший. Сону обводит взглядом его идеальное, словно вылепленное искусным скульптором, лицо, задерживаясь на темных широких бровях, розовых губах и россыпи родинок. Им овладевает навязчивая мысль пройтись по ним губами, и, не желая сопротивляться, он поддается ей: сначала прикасается к родинке на переносице, потом – к той, что под левым глазом, и напоследок мажет около подбородка. Он не собирался останавливаться, но это решение приняли за него, втянув в полноценный поцелуй. — Доброе утро. — Замечательное, я бы даже сказал. Меня никогда еще так не будили. — Все бывает в первый раз, — смеется Сону, из-за чего случайно прикусывает нижнюю губу старшего. Сонхун же кусается в ответ и застает врасплох тем, что нависает над ним теперь сверху и прижимает его запястья к подушке – так, что Сону вынужден смотреть на него снизу вверх. То, насколько легко у Сонхуна получилось его перевернуть, заставляет Сону зардеться. А его голодный взгляд лишь смущает еще больше. — Выглядишь горячо, — слетает с языка быстрее, чем Сону успевает подумать. К счастью, подобное кажется Сонхуну милым. — Спасибо. Ты тоже, — он покрывает его лицо поцелуями, щекоча дыханием, отчего Сону хихикает. — Чем хочешь сегодня заняться, любовь моя? Сердце делает кульбит. — Ну… Я думал предложить приготовить вместе завтрак, пока ты не у-уехал, — запинается Сону на последнем слове, как раз тогда, когда Сонхун переходит на шею. — Звучит по-домашнему. — В этом и была задумка, — конечно, Сону предпочел бы сходить куда-нибудь на ужин, но и это неплохая альтернатива. — Вот я тебе и докажу, что умею готовить. — Оу, мой малыш сделает мне завтрак, — воркует Сонхун и стискивает Сону в объятиях, обрушиваясь на него всем своим весом. — Эй… вообще-то, ты будешь мне помогать, — выдавливает из себя Сону, едва не задыхаясь. К счастью, Сонхун ослабляет хватку. — Я сделаю все, что захочешь! Готов даже сам свернуться в тефтельку, если попросишь. — Эм, не надо, — выпутавшись из простыней, Сону осознает, что уже успел соскучиться по губам напротив, и поэтому снова к ним тянется. — Сону-хен! Мы с хеном принесли тебе панкейки из… — тараторит сначала Чонвон, врываясь в его комнату без стука, а потом вопит так громко, что громче Сону в жизни не слышал. — Какого черта? Ты чего кричишь? — откуда-то из коридора раздается голос Джея. — У Сону в кровати какой-то мужик! — Реально? — он появляется в дверном проеме настолько быстро, что ни один из них не успевает спрятаться. И Сону буквально видит, как Джей и Сонхун встречаются взглядами. — Какого… Какого хуя? — Почему вы пялитесь? Уходите! — захлебывается Сону в крике. Его накрывает стыд, гнев, но больше всего – страх. Джей мгновенно реагирует и, дернув Чонвона на себя, закрывает дверь, а Сону пытается вслепую нащупать ладонь Сонхуна. — П… прости, не знаю, почему они вообще… Они не должны были… — расстроенный тем, что их идиллию нарушили, Сону никак не может собрать слова в предложения. Какого черта Чонвон с Джеем здесь делают? Они должны были остаться у родителей Чонвона на все выходные. — Э-эй, дыши, — Сонхун сжимает его руку и переплетает пальцы. — Посмотри на меня, Сону. Все хорошо. Разве не Сону сейчас должен успокаивать Сонхуна? Так почему получается наоборот? — Ты… не злишься? Пак отрицательно качает головой, а потом добавляет: — Я не злюсь, скорее – удивлен. У нас в любом случае не получилось бы вечно скрываться… Правда, не думал, что нас рассекретят так быстро. — Мои друзья, — выдыхает Сону, немного расслабившись, — они не плохие люди. Они никому о нас не расскажут. Чонвон, кстати, вон, наоборот, ругается со всеми, кто пишет о тебе гадости в интернете. — Я и так это знаю, — усмехается Сонхун. — Твои друзья не могут быть плохими людьми. — Все точно в порядке..? — Сону смущает то, насколько беспечным кажется сейчас старший. А если он потом пожалеет? — Если бы я не был готов пойти ради тебя на риски, то не пришел бы вчера. Они же все-таки твои друзья… Я тебя уже давно познакомил с Джеюном, а значит, должен встретиться с Джеем и Чонвоном. Представиться семье, так сказать. — Серьезно..? — Сону расплывается в улыбке. — Да, — Сонхун прикасается губами к его щеке. — А теперь дай мне нормально с ними познакомиться… первое впечатление вышло не особо приятным. Ну раз Сонхуна все устраивает, то и Сону тоже. Держась за руки, они выходят в гостинную, где натыкаются на уткнувшуюся в выключенный телевизор парочку. Чонвон замечает их первый: — АААААААААААААААА. — Чонвон, — вздрагивает Джей. — Мои уши. — У нас в гостинной гребанный Пак Сонхун! — продолжает голосить Чонвон, несмотря на недовольство Джея, и вскакивает с дивана, чтобы подойти ближе. — Подожди, Сону… Так это с ним ты все это время трахался? — Да мы два раза всего… — оправдывается Сону. — В смысле… Не то чтобы это важно! — Очень даже важно, — вклинивается Джей, оказываясь рядом. — Ты точно понимаешь, кто стоит рядом с тобой? Пак ебанный Сонхун, айдол. Я что, сплю? Как вы вообще познакомились? — Боже, боже, боже… Ебануться, он у меня в гостинной… — Если вы хотя бы на секундочку заткнетесь, то я смогу вам все объяснить, — повышает голос Сону, стараясь перекричать весь этот балаган. К счастью, это работает. — Теперь, Сонхун. Представишься? Он кивает и прочищает горло, добавляя в эту комедию нотку драматизма: — Кхм. Рад приветствовать вас, дорогие свекры. — Чего, блин? — возмущается Сону, ударяя его по плечу. — Нормально давай. — Ладно-ладно, — смеется старший. — Привет, ребята. Меня зовут Сонхун, ну вы это и так уже знаете, и я вот уже как семь часов парень Сону. Приятно познакомиться, Джей. И, Чонвон, тоже приятно. — О боже мой, ты знаешь, как меня зовут? — визжит Чонвон. — Я твой самый большой фанат! — Детка, кажется, ты немного отвлекся от главного, — Джей переводит взгляд на Сонхуна. — В смысле, ты парень Сону? — В самом что ни на есть прямом. — А поподробнее? Практически все утро компания тратит на то, что углубляется в историю отношений Сонхуна и Сону и жует панкейки. Весь разговор Чонвон и Джей не сводят глаз с Сонхуна – по абсолютно разным причинам. — Подожди, я так и не понял. Тебе можно заводить отношения или нет? — интересуется Джей, нахмурившись. Его вопрос видится Сону вполне логичным: он только недавно жаловался старшему на парня, который разбил ему сердце, а сейчас этот самый парень сидит с ними за одним столом. Дело далеко не в том, что Сонхун – айдол. — Запрета как такового нет, но заводить отношения все равно нежелательно. Но если мы будем держать все в секрете, то проблем быть не должно, — он прищуривается на Джея. — Ты же никому не скажешь, так? — Если Сону согласен на это, то я буду молчать. — Я тоже буду молчать, — спешит заверить Чонвон. — Поверить не могу, что Сону удалось не только с тобой познакомиться, но и начать встречаться. Это что-то из фанфиков. И, Сонхун-хен… Могу я называть тебя «хен»? Я все еще не могу поверить, что ты сидишь у меня в квартире, и мы вместе завтракаем панкейками. Ты невероятно талантливый, а еще гораздо красивее, чем на экране… Можно я тебя обниму? Ой, точно… Ты же парень Сону. Не стоило мне, прости. — Все в порядке, Вони, — отмахивается Сону и поворачивается к Сонхуну. — Хен, обними Чонвона. Айдол кивает и поднимается с места, раскидывая руки в стороны. — Говорят, со мной очень приятно обниматься. Чонвон резко спрыгивает со стула, опрокидывая его, и, визжа, влетает в объятия. — Я совсем не ревную… — бормочет Джей, складывая руки на столе, и отвлекается на Сону, понижая голос до шепота. — Так это с ним ты все это время общался? — Да… прости, что скрывал это от вас. — Да не, я все понимаю. Я бы на твоем месте тоже молчал, — успокаивает его старший. — Скажи лучше… ты теперь счастлив? Сону переводит взгляд на Сонхуна, которому Чонвон лепечет что-то на ухо, и не может не растрогаться. — Да, очень, — он поворачивается обратно к Джею и видит, что тот кивает. — Хорошо, тогда я тоже. Доев, Джей предлагает Чонвону оставить новообразовавшуюся парочку наедине и утаскивает его в комнату. — Ну, это были мои друзья, — Сону повторяет за Джеем и тоже утягивает Сонхуна в свою спальню. — Как тебе? Немного сумасшедшие, да? — Я бы не сказал. Они показались мне довольно интересными… Особенно Чонвон. Ему, похоже, нравится болтать. — Да, он очень легко зажигается. А, увидев тебя, так тем более. — А вот Джей все время на меня нападал. — Да… Я кое-что ему рассказал, когда все еще злился на тебя. Но мы поговорили, пока Чонвон осыпал тебя комплиментами, и я объяснил ему, что беспокоиться больше не о чем. — Ты рассказал ему о том, как мы расстались, да? — Сонхун сводит брови на переносицу. — Тогда я понимаю, почему он так себя вел… Я поступил как мудак и хочу еще раз извиниться за то, что так с тобой обошелся. Мне правда жаль. — Все нормально, хен. Я уже давно тебя простил. — Честно говоря, не думаю, что когда-либо смогу загладить свою вину в полной мере, — айдол поглаживает Сону по щеке. — Но клянусь, что больше никогда не сделаю тебе больно. — Это громкое обещание. — И я намерен его сдержать, — он убирает с лица младшего выбившиеся пряди. — Ну что, меня приняли в семью? — Какая разница? Их мнение ничего бы не изменило, — усмехается Сону и, приподнимаясь на цыпочки, оборачивает руки вокруг шеи старшего. — Все-таки ты теперь мой парень. Я не могу так просто выкинуть тебя из своей жизни. — Боже, ну как мне нравится, когда ты называешь меня своим парнем, — Сонхун опускает голову и целует его в уголок губ. — Обожаю быть твоим парнем. — Ну надеюсь, что так и есть, — хихикает Сону. — А то всего полдня прошло. — Все идет так хорошо, что у меня кружится голова. Я едва сдерживаю эмоции… Нужно написать об этом песню… — Умоляю, никаких больше песен. Хохоча, Сонхун еще раз прижимается к его губам. — О, ну ты и зануда.

🌙☀️