Вытри мои слезы, скажи что я нужен тебе
19 сентября 2024 г., 01:26
Я вдруг нахожу совсем старый скомканный листик бумаги. На нем мой персонаж, которого я очень любила, я посвящала ему все свое время, но потом, почему-то, забыла. Провожу пальцем по шершавой поверхности старой бумаги и он словно оживает. Смотрит на меня издали своими большими глазами, которые я так любила рисовать. Я помню… я помню, что в моей маленькой истории этот персонаж был очень стеснительным, и потому сейчас он тоже молчит. Выжидающе поглядывает то на меня, то на руки, которыми я держу потертый листик. Может быть это все мне снится, но, кажется, он совсем робко приближается ко мне, на пробу проводит рукой по моей ладошке и я совсем не замечаю как он оказывается на моей груди, так нежно и боязно обнимет меня и не желает посмотреть мне в лицо.
— Ты нарисуешь меня еще раз?
Тихо шепчет тот, у кого даже имени не было. Я прикрываю веки и как-то высокомерно прохожусь взглядом по его несуразным рукам, по неровным линиям и по смешному штриху. Он мне не нравится, я не хочу больше рисовать его, но теперь он, кажется, сам полюбил меня. Я чувствую как он тихо вдыхает, отчаянно прячет кривые линии своего тела, лишь бы понравиться мне еще раз.
— Я и сегодня немного устала, как-то потом…
Не знаю что еще ответить. Не хочу так просто его оттолкнуть, ведь когда-то и он был частичкой меня, пусть даже совсем крохотной. Он опускает свои большие ресницы, зарывается головой в мою кофту и я чувствую как ткань пропитывается чем-то горячим. Он точно плачет.. но почему?
— У тебя никогда не было времени на меня…
Он замолкает, но через мгновение продолжает:
— Но не подумай, я очень люблю тебя, я обязательно дождусь когда ты еще раз нарисуешь меня.
Он аккуратно берет мою ладонь в свою, такую прохладную и вытирает моими пальцами слезы. Улыбается, знакомо глупо тянет уголки губ, я знаю эту боль, я уже видела такую.
— Я полежу в этой папке немного… даже если ты выбросишь меня, я ведь знаю, что ты не забудешь меня…
Его глаза обнадеженно взглянули в мои потускневшие. Я забуду его, и он это знает. Он уговаривает лишь себя.
— Не бросай меня.. Там в шкафу мне холодно… а если окажусь на улице-совсем исчезну. Я не хочу исчезать.
Опять опускает голову мне на плечо, осторожно сжимает мою руку и я сама не замечаю как начинаю аккуратно водить по его жестким волосам, гладить их и иногда обнимать. Я чувствую как он плачет и я знаю, что ему одиноко. Он был частью меня, когда я создавала его, он, наверное, был очень счастлив. Он надеялся остаться таким же нужным и таким же желанным. И как, наверное, ему было больно увидеть на моем лице разочарование, когда рисунок был доделан. Он хотел обрадовать меня, хотел остаться на видном месте, хотел, что бы я не раз с гордостью посмотрела на него, но так и не получил всего этого. Этот потерянный ребенок теперь счастлив даже тому, что я впервые за несколько месяцев достала листик с его изображением, даже если для того, что бы выкинуть. Я люблю его, где-то в глубине души я люблю его потому что вложила в него время и силы, но я так и не приняла его, не полюбила, не дала той нежности, которой он правда заслужил.
Он снова смотрит на меня, но теперь я не ухмыляюсь как-то ехидно. Сочувственно утираю слезы с его щек и улыбаюсь:
— Я обязательно нарисую тебя еще раз!
И он теперь тоже сияет совсем иначе. Тихо смеется, обнимает и затем растворяется.
Я держу в руках найденный мной старый и ненужный рисунок. Каждый в мире заслуживает любви, даже этот крохотный карандашный набросок.