Бог в лазурных одеждах

      Сидя за темным столом из сандалового дерева, которую большую часть пространства на ней занимали свитки и книги с бумагами, юноша в ханьфу цвета цин писал пером орла. Его темные, почти что чёрные волосы с холодным каштановым отливом были заплетены в легкую косу небрежно заплетенную косу. Усталые изумрудные очи смотрят сверяясь с отчётами, а брови хмурятся, рука устало потирала глаза с переносицей. Бледность лица говорила о том что он очень долго не выходил на солнце. Сам он про себя думал, что как же хотелось в очередной раз всех этих божков отпинать чтоб РАБОТАЛИ по настоящему а не прибавляли работы, ещё и смеясь прямо в глаза. Сколько раз он выгораживал в защиту дворца Линвэнь? Что богиня литературы и все остальные боги литературы с младшими служащими полезнее, чем эти объевшиеся чмошники чиновники. Она итак пахает без продыху, так еще и контролирует помимо Небесной сети духовного общения (где между прочим ничего полезного не говорят, а только базарят у кого что болит на уме) и самими дворцами с убожествами управляет контролируя дисциплину. И её всё равно не во что не ставят! Так бы давно всё без неё развалилось Но на тираду и ярость уже сил не было. Хотя бы сейчас нет сил. Не то что не было.. Лексикон даже не закончился, просто заколебался от одного и того же как ментально так и физически. Была заманчивая мысль поднять небольшой шум, суеты, чтобы эти бестолочи немного "проснулись" и подняли свои жопы. А пока он доделывает, а как доделает, воплотит задуманное. В комнату тихо постучали. –Князь Сяоцин, может отвлечетесь чашкой чая? В комнату вошла красивая девушка в скромных, но аккуратных черных одеждах. Владыка Линвэнь с двумя свитками, её глаза наполненные мудростью и знаниями, ну эти глаза много что смогли прочесть а под ними синие чёрные мешки от накопившейся столетиями усталость. Её темные одежды чуть шелестели как страницы старых книг, а стук заостренных на концах носочков обуви отдавались мягкостью. Хоть она и выглядела уставшей, но походка была прямой и величественной. «Хотя если посмотреть сколько работы она выполняет и ходит туда сюда из дворца Шеньу как на побегушках, и она не то что должна валяться, сотню раз умереть и также воскреснуть с этими дёрганьями." – Пронеслось в мыслях у Ци Жуна, но не озвучил это вслух. –Ещё немного и приду. Произнёс он не поднимая взгляда от стола. –Ци Жун. В этот раз Линвэнь обратилась к нему не по прижизненному титулу, скорее с безобидным замечанием типа "ты опять плохо питаешься?", потому что это с его уст "еще немного" означает как минимум 11-20 свитков каждый длиной в 2 метра. Она двумя пальцами потирает точку между бровей тяжело вздыхая. Он знал что так пахая работы меньше не станет, но пахает. –У нас не осталось чайных листьев с мелиссой и другими травами которые ты предпочитаешь, их доставят сюда только через неделю. Попросить чтобы слуга приготовил и принес тебе оставшуюся с ромашкой? Предупредила заранее Линвэнь, зная Ци Жуна что тот начнет голосить от возмущения, что почему чайные листья доставляют мало, а заканчиваются они быстро. Но тот настолько тоже устал что как обычно у него нет энергии чтобы возмущаться. Ци Жун ещё с детства помнил, как его мама собирая, развешивая на стены заготавливала травы для чая из диких трав, и заваривала. Запомнил и обожал этот вкус, и приятный аромат даров природы. А после как он вместе с мамой стал жить во дворце разнообразие разных высококачественных сортов чая не как не мог заменить этот вкус горькой бедной жизни под одной крышей с отцом пьяницей, и слегка треснувшей чаркой по краю ароматного чая из кипрея. И вот он и в нынешнее время особенно не может жить без чая на травах, которые расслабляют после всей этой макулатурно-бюрократической работы. –Ничего страшного, я сейчас закончу и сам подойду. И да с ней. Ну то есть с ромашкой. И еще меду ложку. Передай пожалуйста приготовить. Последние два предложения он отвлекшись от бумаг с пестреющими иероглифами, отложил и наконец посмотрел на Линвэнь, которая направлялась к выходу. Уголки её губ чуть поднялись и она тихо усмехнулась прикрывая уголки губ в кулак, потому что он выглядел в этот момент как ребёнок, и вышла из комнаты юноши в лазурных одеждах. Как только богиня литературы покинула комнату, почему-то усмехнувшись напоследок он откинулся на спинку кресла запрокинув голову назад взявшись за голову, вздохнул. Да-а-а-а, работая так два дня и столько же ночей, а сейчас уже раннее утро, как тут так не вздохнешь. Но он живучая мразь поэтому даже ярко нецензурно выражаться у него появляются силы. Медленно приподнявшись с сиденья Ци Жун сделал потягушки до хруста всех двести восьми костей, как будто он встряхнул мешком костей. Если б кто-то был рядом то испугался бы, услышав такой звук от него, а не падающих бесконечных стопок бумаг во дворце Линвэнь. Размяв также затекную шею постучал по ней кулаком. Взяв за пазуху несколько законченных свитком он щёлкнул пальцем потушив свет в небольшой комнате которую освещали лампады в виде цветов и покинул свою рабочую каморку комнату. Выйдя он проорал войдя. –Не доброе утро! Обмороки! Дотопав князь Сяоцин оказался в центре зала работы богов литературы, мимо только так пробегали духи с горой бумаг толстых томов на хрупких руках. Учетники бормотали цифры кому сколько нужно отдать заработанной добродетели, то разбирались с новой информацией и куда её записывать и так можно перечислять бесконечно. –Господин Сяоцин! Всего на минуту, тут к западно-восточному богу ремесла пришла молитва в виде письма, сколько раз этот достопочтенный не пытался прочесть, почерк не разобрать! Обратился к нему маленький дух держа в руке свиток. Цикнув, Ци Жун произнес тихое "Бляяя" и потребовал в обычной своей манере. –Ну-кась дай сюда! Переложив свитки из одной руки на другую одна рука освободившись выхватила у духа свиток что тот даже не успел пискнуть, посмотрев чуть сощурившись он произнёс: –Мдее, мало того что почерк просто отвратный, будто он у Хуа Чена учился каллиграфии так еще в трех местах наделал ошибки, ладно не четыре, а то так и тянет убить. Итак в конце всё съехало будто времени не осталось и того поторопили. Дай листок и чернила чтоб написал перевод и где исправить ошибки! Ему передали что он просил и быстрым движением кисти бледной рукой он написал то что нужно и отдал духу, того как ветром сдуло. Про себя Ци Жун подумал с сарказмом «Не доброе утро, ни здрасьте ни пожалуйста не спасибо и до свидания. Как всегда мне благодарны.» Не успел он сделать пару шагов и переложить поудобнее в руках ношу. Его опять дернуть успели по мелким проблемам. Он не то зашипев, не то цикнув закатил глаза не хуже Му Цина. Ему даже показалось что он увидел свой мозг, и даже успел пересчитать все извилины на двух полушариях. Подошёл быстро устроив тем невдупленышам мозговой штурм и ушёл. Только вот опять ему снова встретились на пути еще три духа от которых он в итоге сбежал и наткнулся на своего знакомого в чёрном ханьфу. –Я ВСЕ видееел, предатель! Мало того что ты стоял рядом и не вмешивался так ты все равно наблюдал, а мог помочь и выручить! У сук, и мы находимся на одной работе! – Обвиняюще зашипел как кот и указательным пальцем тыкнул в сторону своего знакомого. –Я наблюдал как ты прекрасно со всем справляешься сам.– Равнодушно произнёс Хэ Сюань жуя очередную плюшку. –Ладно, пошли чаи гонять пока эта давка опять не началась! Услышав чай, а там и заветное слово "поесть" бог в чёрных одеждах также бодро помчался за юношей в лазурных одеждах дожевывая свою плюшку и доставая из кармана новую. Хэ Сюань являлся таким же богом литературы как и Совершенный Владыка Линвэнь. У того есть свои последователи и ему также молятся, но все боги были направлены под командованием Линвэнь из-за вечно требуемой вакансии, поэтому он и торчит тут а не в своём дворце. Да и в этой системе так легче для небесной столицы. А так по сути он мог бы открыть свое бюро. Но он упоминал что готов к этому, да только надо закончить с нынешней работой и добродетели накопить. Хахах, а как накопишь если он все быстро съедает, так ещё работа не убавляется? Один замкнутый круг. Ци Жун же являлся генералом из Сянлэ, но по своим причинам сам он не выполняет работу генерала по простой причине, что это не его попросту место, и что пользы от него будет больше работая у Линвэнь у которой как раз недоставало рук и приняла его, покрыв этим большую часть работы которой накопилось. Добравшись до их общей чайной, излюбленное место во дворце Линвэнь, и его тоже, кстати, если бы только столько людей не толпилось. Ци Жун быстро нашел глазами и её саму. К нему подошел слуга с подносом на котором были чашки с чаем и печеньем, пирожными из асмантуса (лунные пряники) и дуриана с небольшими конфетами, он взял одну чашку с его обожаемой ромашкой и мёдом по заказу и наслаждаясь чаем блаженно прикрыл глаза. Что нужно ещё для небольшого счастья? Сяо Хэ, которого в тихушку называет Ци Жун, потому что сам Хэ постоянно хмурясь говорил чтоб не называли его так, как он старше. Ну вознесся он позже, но он был практически младше Линвэнь когда она сама вознеслась в этом возрасте. Про Хэ кстати интересная история. Однажды оракул предсказал о его судьбе, что он вознесётся и станет небожителем, его ждала блистательная дорога. Но как же без традиционного "но", услышав грандиозное будущее Сяо Хэ за ним и за его семьей привязалась противная нечисть как Божок-Пустых-Слов. Который по своей природе любил появляться на праздниках, пророчить плохое и ужасное и питался страхом только что радующегося человека. Изводил он так чуть ли не до самой смерти и только тогда, когда жертва не настрадается и не умрет доведя до ручки, не перейдёт на другую жертву. И вот вся семья Хэ Сюаня подверглась из-за него несчастьями и страданиями, что вся его семья погибла вместе с невестой, а самого его заключили в тюрьму по несправедливому обвинению (ага, он там демонстрацию устроил с вдохновляющими пламенными речами, стресс сказался) и голодал в холодных стенах камеры. А тут уже хорошее "но"! Видимо удача Хэ была сильнее и он вознесся прямо в четырех стенах камеры как бог литературы, как и предсказывал оракул. По его делу провели расследование по просьбе Сяо Хэ из-за преследуемых неспроста несчастий, сначала все трындели что он просто неудачник вот и все, но как узнав что в дело была замешана нечисть и что чуть не сработал обряд обмена судеб все всполошились что типа "почему они чуть не лишились очередного небожителя да еще и такого талантища"!? Ага лицемеры сами же черной завистью плюются и думают лучше бы этот конкурент не возносился. Ци Жун кстати тоже был одним из тех кто наблюдал за расследованием со стороны, хоть и был еще в учениках Линвэнь. И узнав в деталях оказалось у Хэ Сюаня хотели подменить судьбу с одним человеком, чьи имена и дата рождения были похожи, чтоб его счастливая судьба небожителя перешла к неудачливому которого ждала смерть от мук привязавшегося к нему Божка-Пустослова. И вот так к Хэ Сюаню привязался этот "божок" и что его могло ждать, если бы эту тему счастливым стеченем обстоятельств он не вознёсся? Потом раскрыли этого бога который возомнил себя выше статуса простого божества (ну или наверное самим небесным владыкой возомнил) которого звали Ши Уду. А того с кем Хэ поменялся судьбами оказался его младший брат. Всё разрулили быстро, на Ши Уду налетело сто ударов небесной молнии в наказание, и тех потом пинком низвергли с небес, НО по сути решать как отомстить боги должны были дать Сяо Хэ, потому как он имел полное право что стало с его близкими, и это он собственно попросил помощи, но старые небожители считали себя умнее высокомернее поэтому все решили не давая слово и право Хэ Сюаню. После же он как и Ци Жун был на квалификационной практике. И еще эта умная зараза РАНЬШЕ него завершила квалификацию, что Ци Жуну сначала тоже подумалось, а точно ли он правильно выбрал сменить ремесло с военного дела на эту всю макулатуру. Или это до него так долго доходит? Ци Жун мог поклясться, что видел не человека в черном с ярко янтарно-золотистыми глазами, а вечноголодного чёрного кота, как только он увидел что тут есть поесть – сразу видно как на этой унылой физиономии глаза как раскаленные угли загорелись. Как вознесся голодным, так вечноголодным и остался. Постоянно таскает перекус который больше напоминает в количествах обед, ланч полдник и ужин и ночной ужин. Работает только за счёт еды и может бесконечно торчать в свой комнате над документами, если опять же будет чем занять рот. Еда ровняется подзарядке и сну. –Ты вообще хоть ел? Что ты этим чаем питаешься, думаешь насытишься им?–Сделал замечание Хэ Сюань лазурному, ворча как дед. –Мне можно, я ж не смертный, а то что на меня повесили само собой не сделается. Ну если хоооооочешь могу половину работы отдать тебе хе-хе. – Присев сложив нога на ногу попивая чаёк промурлыкал Ци Жун, пряча ехидную улыбку за чашкой и беря печеньку.– Ках фсе ошнесу пофем нормально (Как всё отнесу поем нормально). –Кстати тебя и меня вызвали прийти ко дворцу к Шеньу, так что если надумал сбежать, то тебе всё равно вернут обратно. –Вот блин, а так хотел! –Саркастично произнеся он драматично поднял руку к небу. –Захочу и съебусь, никто меня не удержит. –Ставлю десять тысяч добродетели на то что ты упадешь в обморок от двух плохих новостей которые я подслушал в кабинете Линвэнь. –Сяо Хэ, ты итак по уши, что там по уши, ты полностью в долгах так что я как твой друг принимаю вызов но не возьму ни одну монетку. Так что валяй что там за новости. Да и какой обморок, наших здесь толкни они попадают как карточные домики. И глотнул чая. – Первая, у нас увеличится объём работы в 5 раз из-за предстоящего праздника Дня середины осени. –Хэ увидел что Ци Жун побледнел. – Вторая... Тебя и меня вызвали в помощники к генералу Хуа Чен... Тут Ци Жун не только побледнел, посинел но и подавился чаем выплевывая его себе большую часть на одежду и меньшую на пол. –Небеса... Только не он, и почему именно он... И ПОЧЕМУ ИМЕННО НАС ЧТО БОЛЬШЕ НЕТ В АССИСТЕНТЫ ДРУГИХ БОГОВ ВОЙНЫ!? Хоть он и есть бог войны, хоть ушедший по собственному желанию и сидит на скамейке запасных. –Я тоже без понятия почему именно богов литературы и именно нас, я до сих пор не могу расплатиться у него с долгами, а тебя он гоняет не за что. Тут должна быть весомая причина, помимо того что ты являешься позором небес. Вытирая рот рукавом ханьфу от чая, бог в лазурном достал небольшую колбочку с пилюлами и высыпав одну себе на ладонь проглотил ее и запил еще чаем, и лицо постепенно вернулось в нормальное состояние. –Нет... Он гоняет меня по всей поднебесной в первую и единственную очередь потому, что я дешёвая копия моего божественного братца Се Ляня, копируя его я тип очерняю его своим жалким существованием. –Твой брат это тот самый бог войны которого низвергли ? –Кузен. –Поправил Ци Жун.– Псина красная считает себя его самым первым последователем, хотя по счёту он не первый и не последний.–С помощью своей духовной энергии он очистил ткань одежды от чая. – ... Его теперь знают как Непревзойденного демона Собирателя сердец в кровавом раю, это даже пересказывать не нужно какой он шум поднимает здесь. Сначала даже никто и не догадывался, что тот самый Бог в короне из цветов это один из Четверки Непревзойденных. Потому что у этого Бедствия было развлечение менять себе имена и облик. Он развлекался вводя небожителей в заблуждение, как охотник играясь и маскируясь он настигал свою жертву неспеша и тихо и неожиданно вырывал её сердце из грудной клетки. Он носил свое истинное имя, не скрывая его просто добавляя псевдонимы, но все думали что это совпадение, и что демон насмехаясь взял имя бога чтобы позлить Небесный чертог. Спустя пятьсот лет Собиратель сердец проник в столицу бессмертных вырезав нескольких богов войны используя тот же метод и обезглавливая чёрным мечом Фан Синем. Урон в числе богов это не нанесло, потому что боги войны смертным всегда нужны и много кто еще вознесётся. Но непревзойдённый нанес урон ещё и нескольким старым и молодым поколениям богам литературы за что началась настоящая суматоха на работе, он же благо тем временем к счастью отсутствовал в столице бессмертных по поручению в мире людей. Отойдя от воспоминаний и сплетен, что он услышал тогда когда только вернулся в столицу и услышав от своих, он был конкретно тогда в шоках. Достав из рукава тёмную прозрачную ткань на двух завязках он надел её как вуаль скрывающую лицо. И отправился вместе с Хэ и другими на собрание Верхних небес. *** Придя во дворец Сяоцин вместе с Линвэнь и Хэ Сюанем стояли рядом у трона где сидел Владыка Цзюнь У. Небесный Владыка что-то рассказывал уставшим и скучающим голосом, троица литераторов же стояли как его доверенные лица. "Че глазеете, привыкнуть должны уже к моей вуали. Потому что глаза мои вас нихотят видеть. Так интересно смотреть на измотанного юнца в зеленом с растрепленной косичкой?" Он то стоял потому что считается вторым по важности у Линвэнь, поэтому, вот поэтому то и не понятно, в чем его важность стоять тут такому юнцу которому даже восемнадцать не исполнилось. Честно Ци Жун и сам не понимает, в какой именно день его сюда занесло. Стоять. Тут. Линвэнь что-то успевала записывать из отчётов. Хэ же потом стал подходить к каждому из небожителей смотря на каждого из них так, как на грешников, бросивших недоеденную еду с обрыва. "Хе-хе-хех, Хэ просто прогульщикам напоминал о должке-е-е-е-е, напоминая прийти во дворец Линвэнь." "Спасибо, моего лица под вуалью не видно, могу кривить лыбу и бесшумно ржать над этой ситуацией." Присмотревшись через ткань, вуаль кстати зачарованная поэтому через неё можно отлично все видеть, даже кажись зрение улучшается, и солнце глаза не слепит, а остальные не видят его лица, хахах. И тут он увидел, угадайте кого? Фигуру в бело красных одеждах и повязкой на глазу с розой. Это был как никто иной как Хуа Чэнчу, он стоял с непроницаемо серьёзным лицом скрестив руки слушая всё без особого интереса. *** Пять часов... Пять! ПЯТЬ ГРЕБАННЫХ ЧАСОВ у нас проходит это беседование, о-о-о-о-о о-о-о-о-о это просто пиздец. Господа товарищи. Цзюнь У, сколько можно слушать воду? Скоро как рыбки будем плавать тут. На рыбок интереснее смотреть и наблюдать за ними, чем слушать воду. Владыкааа, а может аквариум сюда притащим? Хах, Хэ смотрящий на рыб, поймает без утонувшей удочки Ши Уду и съест сырыми. Эээх, не перекусить, не чаю бухнуть, как назло сегодня в рукав не положил невидимую соломинку для чая, так бы пил без палева. –... И тут Сяоцин увидел что Сяо Хэ падает в голодный обморок. Ци Жун бежит со всех ног к тому молча на помощь откачивать, расталкивая на пути небесных чиновников которым по фен-шую, потому что они не в первый раз это видят. В итоге донес до ближайшей скамейки на улице и принес похавать, ел молча и со злостью как говорится, даже с прудовыми карпами Ван Лиана решил не делиться падающими крошками от хлеба. И так подзарядившись мы пошли опять нырять в море нудятины. *** За фигурой в зеленом бегут еще несколько фигур которые отчаянно кричали. –Дорогу! – Господин Сяоцин НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО!!!! Никто естественно не понял, когда это началось. И почему. –ПРОШУ ВОЗДЕРЖИТЕСЬ ОТ ЭТОГО МЫ БЕЗ ВАС НЕ ВЫЖИВЕМ!!! А тот напевал. –А Я ЛЮБЛЮ ВОЛЬНЫЙ ВЕТЕР! Ци Жун стоял в окруженный с одной стороны толпой, а с другой был конец небесной земли, и только облака видны. –РАЗБЕЖАВШИСЬ ПРЫГНУ СО СКАЛЫ!!! И побежав со всех ног он балансируя раскачался и быстро скрылся, падая спиной вниз в позе звёздочки он быстро уменьшался до небольшой зелёной точки, а затем и вовсе исчез. Хэ Сюань же вместе с Линвэнь стояли спокойно спрятав руки в рукава. Они то спокойны, потому что знают что Ци Жун не любит сидеть на одном месте и заниматься одним и тем же делом. –Как всегда выбрал не черный вход, а именно этот.–Сказал и достал булку Хэ. –Он и через окно как-то выходил. –Ага. –И до крыши доходило, скоро и до пола дойдёт.