Тауэрский воронёнок

— Джейк! — Раздавленный труп маленькой птички, кровь которой впиталась в землю, будто притянула внимание маленькой девочки к себе. Она не могла оторвать взгляд от тельца птички, что оставило после себя тянущуюся по траве связку крошечных органов, которых уже окружил рой зеленоватых, жирных мух. — Джейк, почему?!       Девочка схватилась за штанину парня, а затем стала колотить его ногу маленькими кулачками. В ответ на это он оттянул её от себя за край беленькой рубашки.          — Смирись с этим, плакса. Я сказал тебе что покажу куда он делся — я показал. — Джейк усмехнулся. От этого его лицо, щедро усыпанное прыщами, стало ещё более мерзким.          — Ты это специально сделал!!! — Девочка снова набросилась на него с кулаками. Парень развернулся и толкнул девочку прямиком к трупику птицы.          — Заткнись уже. Мне плевать на твою маленькую птичку. — Он наклонился к Грейси, чье лицо находилось впритык к останкам. Девочка почувствовала смрад, бьющий прямо в нос. Она закашлялась, на глазах выступили слезы. Парень настиг её и схватил за волосы.          — Отпусти меня!          Но Джейкоб лишь усмехнулся, противно облизывая губы. Он вжал ботинок между ног девочки, пачкая её красную юбочку.          — Такая вся из себя миленькая, маленькая. Под ногами путаешься только. — Парень наклонился ещё ближе, срывая с неё белую блузку. Девочка пыталась вырваться из его хватки, пыталась пнуть его посильнее, но Джейкоб окончательно насел на девочку, отчего ей стало тяжелее дышать.           — ПАПА!!! ДЖИММИ!!! ДЖИМ— МФ! — Потная, солёная ладонь накрыла рот девочки.           — ЗАТКНИСЬ! — Вскрикнул Джейкоб. Он жёстко хлестнул по лицу Грейс, отчего та тихо промычала. Заметив слезы на глазах девочки он засмеялся. — И не скажешь что тебе каких-то восемь. Так и работает взрослый мир!           Тучи сгущались. Прогремел гром, заставив девочку вжаться в землю. Трупный запах по прежнему бил ей в нос.           — Это будет быстро.          Джейкоб потянулся к ширинке свободной рукой. Он высунул язык и тяжело дышал, не в силах справиться с замком. Девочка сжалась, не в силах сдвинуться с места. Вес парня очень сильно давил на её ноги, отчего она почти перестала их чувствовать.           — ЧТО УСТАВИЛАСЬ?! ПОМОГИ МНЕ!          Грейс потянула руки к его ширинке. Раздался оглушительный раскат грома, за ним — оглушительный удар по голове Джейкоба. Он потерял равновесие и рухнул с девочки.          Мужской силуэт схватил Грейс на руки, но девочка пыталась ударить державшего её парня по лицу.           — Грейс, Грейс успокойся! — Она узнала его голос.          — Джимми...          — В дом, быстро!          Он опустил девочку на землю, но совсем не заметил, что она не убежала. Грейс осталась в стороне, смотря за тем что происходило дальше.          — Мудила ты ебанная, блять. — Джеймс пнул лежащую неповоротливую тушу Джейкоба.          — Это всё она, она виновата!          — ОНА ВИНОВАТА!? — Парень пнул его со всей силы, пока не услышал как тот завыл от боли.           Небо затянуло. Снова и снова слышались раскаты грома, пока не хлынул дождь. Грейс стояла в стороне, смотря на то как её старший брат, с нечеловеческой, на её взгляд, силой избивал их с Грейс двоюродного брата, Джейкоба, который был в два раза его больше.           Отец вмешался вовремя, и поволок злого Джеймса вместе с полуживым Джейкобом в дом. Мать взяла Грейс на руки, причитая сыну о случившемся. Сестра отца, тётя Мэйбл, устроила скандал.       Джеймс молчал, глядя на женщину с презрением. Грейс слезла с рук матери и подбежала к брату, хватаясь за его штанину.       — Не дам! Не дам Джимми! Джейкоб он...       Все замолчали, девочка искала в себе силы сказать о случившемся.       — Грейс, не надо.          — Джимми защищал меня! — Девочка залилась слезами, хватаясь за брата. Он тут же поднял её на руки, обнимая.          Грейс вскочила с кровати. Услышав раскат грома она громко закричала и отползла назад, пока не ударилась головой об изголовье кровати. Она тут же врубила свет и осмотрелась вокруг.          Её взору предстала самая обычная комната в мотеле. Дверь в ванную была закрыта, Грейс прекрасно помнит что решила закрыть её перед сном.       Потрёпанный календарь в углу по-прежнему показывал июль 1990-го года. Стрелки часов будильника, мирно стоящего на тумбочке у кровати, медленно приближались к шести часам утра. Грейс нужно было вставать через часа четыре и купить себе что-нибудь на завтрак. В её планах было отдохнуть, и уже завтра продолжить свой путь до Денвера.       Девушка сделала глубокий вдох и села на кровати.       — Это был просто сон... Сон. С психологом мы это прорабатывали, успокойся. У-спо-кой-ся.       Раздался громкий стук в дверь, Грейс вздрогнула и тут же сглотнула.       — Эй! — Вскрикнул громко человек за дверью. Судя по всему, это был мужчина, голос был грубым и с хрипцой, обычно возникающей на фоне курения. — У вас там всё в порядке?       Вооружившись книгой, Грейс направилась ко входу. Она всё же медленно открыла дверь, но от увиденного закричала ещё больше. Перед ней стоял огромный мужчина в расстёгнутой форменной рубашке, под которой красовалась серая майка. На его огромных руках, напоминавших лапы медведя, нежели человеческие руки, красовались жуткие татуировки. Грейс уронила книгу и тут же захлопнула дверь номера перед носом мужчины.       — Ну нахрен, уеду сегодня!       Поспав ещё немного, девушка собрала свои вещи, заботливо уложила брошенную на пол ночью книгу Пола Шелдона в сумку, и отправилась на ресепшн.       — О, мисс Шаттерман! — Мужчина средних лет приветливо улыбнулся подошедшей к стойке Грейс. — Уже покидаете нас? У вас же вроде оплачено на два дня.       — Просто решила что лучше продолжу свой путь сейчас. А то так и до Рождества не доберусь. — Шаттерман неловко улыбнулась, глядя на мужчину. Тот понимающе кивнул головой и протянул девушке пару купюр и монет.       — Ваши двенадцать долларов и пятьдесят центов, мисс.       — Спасибо, мистер Больдерой.       Следом за Грейс, на ресепшн подошёл и мужчина с которым она столкнулась ночью. Он положил рядом с ней батончик «Snickers» и поправил кепку.       — За вчерашнее, извини. — Сказал он и ушёл.       Грейс нахмурилась, не решаясь посмотреть ему вслед. Она сунула батончик в карман, затем протянула мистеру Больдерою ключ от номера.       — Только утро, а Вилмер уже тут как тут. — Он усмехнулся, глядя в сторону.       — Вы знаете этого парня?       — Да. Довольно часто останавливается здесь. Я знаю только то, что он работает дальнобойщиком.       — М-да уж, скромняга... Ладно, пожалуй я отправлюсь дальше. Спасибо за гостеприимство, мистер Больдерой!       — Грейс, подождите! По радио передали штормовое предупреждение, я бы не советовал в такую погоду продолжать путь!       — У меня есть дождевик, не волнуйтесь!       После торопливого выселения из мотеля, Грейс решила рискнуть и посетить заправку неподалеку. Там она взяла себе хот-дог, пару банок холодной Coca-Cola, крекеры, названия которой уже не помнит сама, и конечно же пачку излюбленных Malboro. К ним обязательно Wrigley's Doublemint, чтобы не так воняло. Отличный набор юного хитчхайкера.       Времени до вечера у девушки было предостаточно, особенно чтобы предаться воспоминаниям о детстве, от которого она пугающе быстро отдалялась.       Каждый раз путешествуя с всё новыми и новыми попутчиками (которые были преимущественно семейными парами и женщинами) Грейс чувствовала сильную тоску. Множество таких поездок напоминало ей то, как в детстве они выбирались с семьёй куда-то. Обязательно брали корзину для пикника, пледы, крем от солнца, включали магнитолу и пели по пути излюбленные песни. Но сейчас Шаттерман была наблюдателем, изредка подпевая вместе с остальными в машине, если те были не против.        Но это было совсем далеко от того, как обычно происходили поездки в семье Шаттерманов. Особенно Грейс запомнилась самая долгая и нудная поездка, родители очень сильно злились на Джимми за то, что он будучи в гостях у тети Мэйбл (до того злополучного инцидента) нахамил ей, та решила что самым лучшим подарком парню станет книга об этикете.        — Бертольд, я надеюсь вы не против принять этот подарок для Джимми? Ему есть чему поучиться. — Она скорчила недовольную гримасу, протягивая парню книгу.        — Ох, конечно миссис Морец, думаю, это будет полезно. Поблагодари тетю, Джеймс.        — Спасибо. Джеймс неохотно принял из рук тети Мэйбл книгу, однако на его лице читалось явное недовольство. Девочка это заметила, и пока родители не видели она прихватила пару черных маркеров с собой.        В эту поездку в машине висела неприятная, давящая тишина, которую прерывало только шуршание одежды. Джимми опёрся локтем об окно и крутил книжку в руках.        — Псс, Джим. — Девочка толкнула его, пытаясь обратить внимание брата на себя.        — Что?        — Смотри. — Она вытянула из кармана комбинезона два маркера. — Я кажется придумала чем заняться.        Губы Джеймса расплылись в хитрой улыбке. Он охотно принял из рук сестры маркер и открыл злополучную книгу.        Теперь страницы этой книги украшали невероятные карикатуры, среди них было видно и горбатого мужчину преклонного возраста, которым являлся мистер Морец, тетю Мейбл с необъятными размерами, усами и тремя подбородками, и её сына Джейкоба, который был похож больше на рыбу каплю.        — Что вы там смеётесь? — Их веселье прервал голос отца.        — Картинки смешные! — Пролепетала Грейс, не отрываясь от своего совместного с братом творчества, которое осталось приукрасить парочкой матерных стишков.        — Надо отправить дяде Лоуренсу. — Тихо посмеялась Грейс, глядя на книгу.        — Ограниченный тираж!        Девушка прикрыла рот ладонью, скрывая от проезжавших свою улыбку. Это наверное, самое глупое что она могла вспомнить, но даже спустя пятнадцать лет это казалось ей смешным. Надо было всунуть этой жирной бабище обратно эту книгу.        Грейс не заметила как стало темнеть. Тучи снова начали сгущаться, что не радовало от слова совсем. Покинув пустырь, который она до этого прошла вдоль и поперек, оставив даже пару записей в своей тетради, она прошла ближе к трассе. Вытянув руку она снова стала голосовать, оттопырив большой палец.        Мимо мелькало бесчисленное множество машин, фары которых нещадно ослепляли стоявшую девушку, но никто не собирался останавливаться. Надо же, как все торопятся. Мимо промчалась огромная фура, от гудка которого Грейс почувствовала дрожь в коленях. Затем трасса притихла, но между тем послышался раскатистый гром, что совсем не радовало девушку.        — Говорил же мистер Больдерой... Дура... — Она переминулась с ноги на ногу, но руку не убрала.        Погода только ухудшалась, дождь начал накрапывать, постепенно набирая силу. Грейс вытянула из сумки дождевик и быстро накинула его на себя, но пластик не особо спасал её от надвигавшейся вечерней прохлады, что сопровождалась холодным дождем.        Благо для неё, перед ней все же остановилась большая машина. Водитель опустил стекло.        — Деточка, ты куда в такую погоду собралась?! — Голос явно принадлежал женщине, что не могло не обрадовать.        Грейс подошла ближе и прислонилась к двери, однако даже так она не была в силах разглядеть лицо женщины, сидящей за рулём.        — Я еду в Денвер, погода сейчас не очень поэтому... Можете подбросить меня до какого-нибудь мотеля пожалуйста?        — Поблизости тут ничего нет, кроме мотеля старика Больдероя, но я вряд-ли смогу развернуться здесь. Залезай, не то простудишься! Что-нибудь придумаем.        Грейс схватилась за сумку и мигом открыла дверь. Она плюхнулась на заднее сидение, хлопнув дверью.        — Простите, не специально.        — Не страшно. — Женщина тихонько посмеялась, трогаясь с места. — Для моей-то старушки это вообще ничего. Семнадцать лет уже на ходу!        — Неплохо так...        — Ага, покупала ещё в 73-м, так почти ни одной поломки. Умеют же все таки делать машины!        — Ничего себе...        — Тебя хоть как звать, милая?        — Грейс, Грейс Шаттерман.        — Красивая у тебя фамилия, Шаттерман... Немецкая, наверное?        — Да, но дурацкая на самом деле... — Грейс слегка улыбнулась. — Не особо её люблю... А как мне к вам обращаться?        — Меня зовут Энни Уилкс. Однако давай без формальностей, просто Энни.        — Ну хорошо, просто Энни. — Грейс слегка засмеялась, заражая этим и женщину на водительском сидении.       Девушка скучающее смотрела в окно. Холмы, трава, деревья... Все сливалось в темные силуэты, на фоне тёмно-синего неба. Энни вела машину в тишине, иногда прерываемую очередными раскатами грома, но затем сама же и заговорила первая.       — Может, тебе включить радио? Если конечно нормально работает.        — Нет, спасибо.        — А почему ты так спешишь в Денвер? Кто-то ждёт?        — Дядя, он литературный агент, сказал поможет с публикацией.        — Ох. Так ты юная писательница? — в голосе Энни зазвучала еле сдерживаемая радость.        — Ну, можно и так сказать...       Грейс услышала щелчки поворотника. Вскоре они проехали мимо низких домиков и проехали вглубь полесья. Так они оказались у небольшой фермы с темным домиком, освещаемый светом фар машины Энни.       — Пока посидишь у меня дома, как погода прояснится то я довезу тебя до ближайшего мотеля, ты же не против?       — Н-нет, спасибо вам! — Грейс потерла шею, позабыв что она по-прежнему в своем дурацком дождевике. Она схватила сумку и вышла следом за Энни.