stay in a middle

Stay in the middle

Like you a little

Don't want no riddle

말해줘 say it back, oh, say it ditto

아침은 너무 멀어 so say it ditto

      Все идет не так, Авантюрин уже хочет забить на все и играть в онлайн казино уроки напролет. Да и выглядит он сегодня мягко говоря побито: на голове гнездо, под глазами незакрашенные синяки от бессонных ночей, а рубашку будто три коровы сразу жевали! Ужасно хочется спать. Раз в пять минут Авантюрин роняет голову и снова просыпается. Паршивее начала дня просто не может быть. Голос учительницы литературы усыпляет в сто раз лучше всех снотворных и звуков медитаций. Он очень устал. Идти в старшие классы, а не на работу — его самое ужасное решение. — Здравствуйте, извините за опоздание…   А нет, утро все-таки может быть добрым.   Мягкий любимый голос словно выдергивает из транса сразу на небеса, но быстро заземляет, когда его обладатель садится не за свободное место рядом с Авантюрином. Вот специально он что-ли? Хоть на их непрофильном предмете-то можно было не садиться за первую парту?! Авантюрин громко цокает и закатывает глаза так демонстративно, что этот жест неодобрения можно почувствовать и спиной, но Веритас даже не обернулся. Ну и пожалуйста, ну и не очень сильно хотелось…   Невозможность никак обратить на себя внимание очень быстро снова погрузила Авантюрина в сладкий сон, теперь уже конкретный. Нет мягче и уютнее подушки, чем собственная рука на первом уроке. Он уже и не знает, что его убьет первым: недосып или друг с крепкой рукой. — С добрым утром, — щелбан оказался слишком звонкий.   Похоже, Авантюрин только что лишился последних мозгов, зато удостоился приветствия от самого Веритаса Рацио.  — Приветик! — улыбка довольного кота невольно расползается на его лице. Авантюрин быстро кидает останки тетради и единственную ручку в сумку и выходит из класса, не переставая щебетать, какого прогресса в игре добился сегодня ночью.   Он если честно и сам не знает, зачем каждый день рассказывает Рацио о каждой мелкой детали в игре, гиперфиксация на которой не покидает его с начала выпускного класса, но тот ни разу не противился, наоборот, задавал вопросы или вспоминал что-то такое, от чего Авантюрин начинал сиять ярче солнца. Ему действительно интересно! Отмахиваясь от назойливого знакомого из параллели, другой рукой он еще крепче сжимает руку Рацио, словно намекая, что тот от него так просто не избавится.   Сколько бы сплетен ни кружило вокруг Авантюрина, сколько бы девочек не висло на нем на переменах, сколько бы парней не звали “крутого” одноклассника тусить с ними вечером, он всегда смотрел лишь на одного человека.   Он и сам не может ответить на вопрос, как так получилось, что тихий отличник превратился в яркую звезду его маленькой вселенной. Втайне Авантюрин через несколько парт любуется его профилем и вздыхает в непонимании, как можно быть таким идеальным. Умный, высокий, красивый, качается по вечерам — просто мечта! Единственное, что успокаивает Авантюрина, что его друг не видит мира дальше учебников, а значит у девчонок с ним примерно одинаковые шансы, то есть нулевые.   Однажды ночью просто пришлось признаться самому себе, что с Веритасом хочется быть куда ближе, чем просто одноклассники или друзья. Жаль только, что тему отношений и собственных предпочтений им ни разу не доводилось поднимать. Так Авантюрин и оказался в нынешнем положении, дарящим все свое внимание каменной статуе, которая демонстративно делает вид, что ей на него наплевать. Мог бы уже и уйти сто раз, но нет, каждый раз остается рядом.   Этот день ничем не отличается от предыдущего. Авантюрин снова бегает за Веритасом и рассказывает ему обо всем на свете, а тот слушает с напускным скучающим видом, но заинтересованно вставляет свои комментарии и рассказывает свои истории. Самый обычный день, но Авантюрин хочет запомнить его во всех мелких деталях и наконец послать куда подальше этого обнаглевшего в край Сугилита, потому что не друг он ему совсем, и вся его компания ему не близка. Его маленький мир крутится вокруг безумно красивого отличника. — Как ты экзамены сдавать будешь, если спишь все уроки напролет? — его тихий голос слышен даже сквозь шум столовой, потому что ничего другого слышать и не хочется.  — О, так я же защитил на той неделе свой бизнес проект на экономическом факультете, я не рассказывал? — Авантюрин засиял от гордости за самого себя. — Не рассказывал, — Рацио в удивлении вскинул брови, — поздравляю тебя, это действительно очень круто.   Авантюрин готов запищать от радости, что Веритас не скрывает своей истинной радости за него. Этот день просто не может быть лучше! — Спасибо-о, — Авантюрин улыбается во все тридцать два зуба и отодвигает уже пустую тарелку от себя подальше, — а ты все же какой университет выбрал? — Меня пригласили в Академию, выбор очевиден, — спокойно отвечает Рацио, будто не рвал свою пятую точку для поступления весь этот сложный учебный год. — О… — Авантюрин не сразу находит, что ответить. Он безумно рад за друга, но… — так значит, ты улетаешь отсюда? — Что не сделаешь ради хорошего образования, — выдыхает Рацио, не поднимая глаз.   И Авантюрин не может ему возразить, потому что Веритас прав, и потому что он боится сдать себя со своими глупыми чувствами с потрохами. Еще не время… Эоны, а времени-то совсем нет! Он и не заметил, с каким свистом пролетел их последний учебный год, полный учебный и принятия своей ориентации.  — Еще не выбрал пару на вальс на выпускной? — невзначай интересуется Авантюрин после небольшой паузы. — Нет, да и не хочу как-то этим заниматься, зачем вообще это все… — Брось, да ты что! Такому красавцу как ты нужна такая же красавица, — Авантюрин заговорщицки наклоняется через стол, понижая голос, — хочешь, познакомлю тебя с волейболисткой из параллели? Говорят, она уже давно глаз на тебя положила… — Не нужно, — отмахивается Рацио, недовольно сводя брови к переносице. Его такие вещи волнуют в последнюю очередь. Иногда Авантюрин думает, что он и про секс в жизни не узнает с таким сильным стремлением к знаниям. Такая красота пропадает, не дать не взять. Каждый раз что-то в сердце екает, когда вспоминается, что у Веритаса никого, кроме Авантюрина, здесь нет. — Как знаешь, но если кого присмотришь, могу помочь со знакомством, — улыбка Авантюрина становится куда мягче, но выглядит натянуто. За ней и за своими добрыми намерениями он просто старается спрятать себя от Рацио, чтобы тот не отвернулся от него из-за какой-то первой любви.   На это Рацио ничего не отвечает, снова переводя тему на экзамены. И как же сексуальны умные люди, когда говорят на своем заумном с невероятным лицом, полным серьезности и интереса. К своему удивлению, Авантюрин прекрасно понимает, о чем тот говорит, когда в начале общения всегда не мог усидеть на месте, когда Веритас начинал свои лекции из математики или истории. Тому удавалось покорить любые науки, а стремление постичь все тайны этой вселенной поражало. Авантюрин смело может заявить, что дружба с Веритасом хорошо на него влияет, ведь только благодаря ему он смог остановить свою “стремительную деградацию”, как это он сам называет, и найти свое дело. Оказывается, считать денежки вполне себе интересное занятие. Немного муторной теории и очень много ночных часов работы над проектом, и он может не беспокоится об экзаменах. И Веритас гордится им.   Весна на дворе в самом разгаре, им остается совсем немного времени до последних испытаний, но Авантюрин не боится. Наслаждаясь каждым моментом, проведенным с Рацио, он с легкой тоской в душе начинает беспокоится, как же будет оставаться наедине со своими чувствами.

***

  Рацио хочется раствориться в начавшемся вальсе и тусклом освещении спортивного зала. Это мероприятие не вызывает у него ровным счетом никаких эмоций, но отчего-то он все еще здесь сидит себе в уголке, так и не выбрав себе пару на этот прекрасный танец. — Чего в сторонке сидишь? — рядом на стул приземляется Авантюрин — его единственный школьный друг. — Так и не нашел себе пару? — Не вижу никакого смысла делать вид, что мне нравится тут находиться. — Тогда почему ты все еще здесь?   Веритас пожимает плечами, отводя взгляд. — Не знаю.    Попрощаться с тобой..? — А может, просто не умеешь танцевать? — хитро улыбается Авантюрин. Кажется, в его голове только что родился очередной план, как достать Веритаса Рацио, не прилагая при этом особых усилий. Опустим тот факт, что Авантюрин никогда не раздражал его. — И это тоже, — все же сдается.   Авантюрин молча встает, берет его за руку и тащит неосвещенными ходами на улицу. Он столько раз прогуливал физкультуру, что знает все ближайшие выходы как свои пять пальцев. Рацио никак не сопротивляется его действиям, пиля взглядом светлую макушку в непонимании. У него ведь столько друзей, а он снова и снова выбирает скучного душного отличника, даже в такой важных для них день, в последний для них день.   А может, все это внимание, прикосновения, теплые слова и искренняя заинтересованность были не просто дружескими?    Что ж, он получил ответ на свой вопрос, но… он действительно так важен Авантюрину? В сердце что-то екнуло, а в глазах защипало, но он не может подать виду. Не сейчас.    Поток свежего воздуха ударяет в легкие, немного приводя в сознание и отвлекая от собственных мыслей. Авантюрин, как самый уважаемый кавалер, делает небольшой реверанс и протягивает руку ладонью вверх. В ночном свете его улыбка сияет ярче звезд. — Прошу.   Рацио неуверенно вкладывает свою ладонь в его и тут же оказывается в плену чужих рук. И что-то меняется в Авантюрине, показывает его совсем другую сторону, таинственную и такую дорогую сердцу. Даже в жестах и мимике впервые сияет невиданный до этого шарм. И в этом весь Авантюрин, в азарте и загадках, в тихой любви и заботе. — Непрофессиональная, конечно, позиция, но нам и такая подойдет, — он начинает покачиваться из стороны в сторону, легко стуча пальцами по его плечам. Большие ладони Веритаса ощущаются на его талии так правильно. — Смотри, ничего сложного. Правой ногой вперед, левой ногой влево и назад, правой вправо и…   На усвоение базового материала вальса ушло чуть больше времени, чем на усвоение физических формул. Веритаса удивляет, как в таких простых движениях кроется красота. Приглушенная музыка из окна зала сливается с ними воедино. С каждой минутой этот вечер очаровывает все больше и больше, стирая границы и глупое притворство, он открывает им совсем новые черты друг друга. Они ничего не говорят и уже не задумываются о движениях в ногах. Веритас и не замечает, как они опять начинают просто покачиваться из стороны в сторону, а голова Авантюрина лежит на его груди. И это выглядит так непонятно и правильно одновременно… Веритас запутался в действиях своего друга окончательно. — Давай еще постоим немного так, — на грани слышимости просит Авантюрин, — не хочу возвращаться в душный зал. — Тебя же там ждут друзья, — вскидывает бровь Рацио, не удерживая эти слова в слова в себе. — А ты мне не друг что-ли? — в голосе Авантюрина проскальзывает грусть. — Друг… — Ну вот, а им и без меня хорошо, — он словно старается зарыться головой в рубашке Веритаса.   В разговоре повисает пауза. Рацио старается понять, что вообще происходит в этой обычно бешеной голове с бесконечным запасом энергии и идей. Звезда всей школы с огромным количеством друзей и влюбленных девушек, любимец быть в центре внимания сейчас стоит рядом с ним и не хочет никак обидеть или поскорее уйти. Хотя нет. Авантюрин никогда бы так не сделал, но… почему? — Теперь не хочу, чтобы ты отдавал этот танец кому-либо, — бурчит тот, так и не подняв головы, — они не заслуживают тебя… — Тогда кто заслуживает меня? — Никто.   Рацио не находит, что ответить. — Я слышал столько догадок о том, кому ты подаришь свой первый вальс, а в итоге стоишь здесь со мной… почему? — все же решается спросить он. — Потому что у меня нет никого, кроме тебя, — выдыхает Авантюрин, сжимая в ладонях его пиджак. — Они просто причислили меня к группе “крутых” парней, но я никогда таким не являлся. А ты не видел дальше учебников, когда я всегда смотрел на тебя…   О чем он вообще говорит? Что на него нашло? Веритасу не хочется, чтобы этот момент заканчивался. Ведь это их первый и последний вечер откровений, первый и последний вальс. — …я так восхищался тобой, хотел поравняться с тобой, тоже доказать всему миру, что я не очередной идиот с родительскими деньгами. Я тоже хотел что-то из себя представлять. И я всегда смотрел на тебя, когда опускались руки. А ты поддерживал меня как мог… Я рад, что мы познакомились. Это был лучший учебный год рядом с тобой.   В груди завязывается узел тоски. Почему Веритас не замечал этого раньше? Он был центром чьей-то вселенной… Сотни вопросов крутились в его голове, но сейчас хотелось успокоить внутренний голос и просто показать Авантюрину, что он тоже невероятно дорожил их дружбой всегда, хоть и думал, что это просто очередная шутка.   И, впервые не сдержав порыв собственных чувств, на короткий момент Веритас прильнул губами ко лбу Авантюрина. Тот в удивлении поднял на него блестящие глаза невероятного цвета, в которых хотелось забыться, не вспоминать, что уже завтра они разъедутся в поисках своего счастья по разным концам мира. Как поздно к ним пришло осознание, что их счастье заключается и друг в друге. — Ты невероятный и сильный. Надеюсь, наши пути еще пересекутся, — Рацио улыбается так нежно, что Авантюрину окончательно срывает тормоза чувств.   Однако, он так и не решается сказать абсолютно все. — Еще увидимся…   Его первая любовь останется теплым воспоминанием и не осуществленными картинами будущего. Его первой любовью был Веритас, подаривший ему свой первый вальс, оставивший на перроне с разгорающейся любовью на следующий день.

***

   Попытка заполнить пустоту внутри шумом фестиваля и яркими обложками любимых комиксов пока продвигается не совсем успешно. Авантюрин чувствует себя… нормально? Но он вовсе не этого хотел от яркого праздника! Ему уже давно не хватает ярких эмоций, счастья, самую малость бешенства, эта глупая работа заводит его все дальше в полную потерю себя. И вот, когда в плане на день наконец-то оказалось “оторваться по полной”, он стоит совершенно один, не зная, чем себя занять.   Эоны сделали ему невероятный подарок на этот день — два билета на концерт Зарянки без перекупов. Как же он ждал этого! И в самый последний момент Топаз пишет ему, что отправляется в срочную командировку, оставляя его совсем одного. Зарянка была для него не просто очередной популярной певицей, она стала его кумиром. Ее светлая музыка успокаивала душу в темные вечера и разбавляла серые дни яркими красками. Как же хотелось разделить этот важный для него вечер с кем-то еще, не остаться в очередной раз одному, но… видимо, у Вселенной на него совсем недобрые планы. Розовые очки в сотый раз съезжают с носа, но он и не думает их снимать, будто так можно скрыть печальный блеск в глазах.    Растроенному одинокому Авантюрину надоедает слоняться в толпе уже через час, когда в сумке перестали помещаться все купленные на ярмарке перед главным выступлением вечером вещички. Из головы никак не выходит мысль, что он собирается стоять на концерте Зарянки, чьи песни пропитаны любовью и дружбой, в полном одиночестве… просто ужасно! Что может быть хуже?!   Да, ему точно пора что-то менять в этой жизни, если кроме коллеги ему банально некого позвать на концерт. Так и до кризиса средних лет недалеко! Жизнь работа-дом порядком замучала, а как только он решается выбраться из этого вечного цикла, то тут же открывает глаза на проблемы в своей личной жизни, а точнее в ее полном отсутствии. Ни друзей, ни спорта, только комиксы и сериалы по ночам вносят немного красок в его скучную жизнь.   До концерта еще есть время, а вип-билет позволяет ему не беспокоится и не стоять в очереди за несколько часов до начала. Наматывая очередной круг по площадке фестиваля, он замечает яркую рекламу лекции о гик-культуре, которая начнется… через пару минут! Что ж, вот и время убьет не зря.   Открытый уличный лекторий оказывается забит желающими послушать про современную культуру. Авантюрин и не знал до сегодняшнего дня, сколько взрослых людей являются настоящими ценителями нарисованных историй. Так что он не самый олд в фанатской базе братца Хану, удивительно! Едва найдя себе место в самом дальнем углу лектория, Авантюрин не успевает повернуться лицом к экрану, как на площадку выходит высокий молодой человек, видимо, ведущий. В секунду у Авантюрина в голове запускается такой мыслительный прогресс, что он просто перестает слышать гомон толпы вокруг, видеть десятки голове перед собой. Все его внимание приковано к фиолетово-волосому парню в чертовой черной жилетке на голое тело, а там есть на что посмотреть. Где-то он его точно видел. Подзависнув на рельефных руках и самую малость видной груди, он пришел в себя только когда тот заговорил: — Добрый вечер, друзья. Меня зовут Веритас Рацио. И сегодня…   Подождите, ему не показалось?   Голос, до боли родной голос, который неслышно уже много лет, растекается медом в его груди. Он изменился, но не потерял своей особенности завораживать с первых слов. Сам Веритас… у Авантюрина просто отваливается челюсть от того, как тот стал еще прекраснее. От детской припухлости и скованности тела не осталось и следа, Рацио с первых секунд захватывает внимание слушателей и рассказывает все так интересно и доступно, что Авантюрин забывает про ход времени, не отрывая ни на миг взгляд от бывшего одноклассника. Интересно, как он сейчас? Чем занимается? Есть ли отношения?..   Его первая любовь, его идеал находится одновременно так близко и далеко. После долгих лет разлуки, Авантюрин думал, что все забыл, что их путям не суждено было столкнуться. Но мир слишком тесен. Это все похоже на невероятный сон.    Да, Авантюрину действительно нужно добавить что-то новенькое в свою жизнь. Но ведь все новое — это хорошо забытое старое. Он сгорает изнутри от желания дотронуться, улыбнуться, поговорить. Это же Веритас!    Лекция заканчивается незаметно, и не успевает Авантюрин придумать, что сказать Рацио, как того окружают девушки и парни с вопросами как по теме, так и личного характера. Внутри все едва не скручивается от сдерживаемого нетерпения. Наверно, со стороны он скорее сейчас напоминает маленькое дитя, плачущее перед прилавком с игрушкой мечты, но, Эоны, как же ему сейчас все равно.   Скоро толпа вокруг ведущего начинает расходиться, одаривая его напоследок всевозможными комплиментами и благодарностями. Рацио всем улыбается мягко и рекламирует свои другие лекции и курсы, обещая делать еще больше подобных мероприятий в дальнейшем. И наконец он обращает внимание на единственного оставшегося в кабинете Авантюрина, а тот в своих любимых розовых очках улыбается так очаровательно, что сбивает с толку. — У вас тоже есть вопрос? — черт, Веритас не узнал его.   Улыбка Авантюрина становится шире. — Да! — он подходит еще ближе, облокачиваясь о стол. — Мне невероятно понравилась ваша лекция, она достойна намного большей аудитории, чем имела сейчас. Вам бы на стадионы вещать!.. — Благодарю за комплимент, — Рацио выдыхает с нескрываемым недовольством от такой приторно сладкой лести. Его реакции на слова Авантюрина ничуть не изменились, — но… — начинает было он, отчего-то замолкая. Авантюрин чувствует его изучающий взгляд. Однако, пауза длится недолго, — если у вас больше нет вопросов, то можете написать мне пару приятных слов под моими статьями в соц сетях, чтобы сейчас не тратить не мое, не ваше время зря. На этом фестивале еще много интересных событий, которые вы можете успеть увидеть сегодня… — О, не переживайте, — отмахивается Авантюрин, незаметно подходя еще ближе и оставляя между ними совсем мало пространства, — главное событие вечера я не пропущу…   Он замолкает на полуслове, когда Веритас без всяких объяснений тянется к его очкам, снимая их. Несколько секунд на осознание, и… — Авантюрин?..   Сердце готово вырваться из его грудной клетки в любой момент, а на лице расползается самая искренняя и счастливая улыбка. Узнал, узнал!  — И я невероятно рад тебя видеть, Веритас-с, — кокетливо тянет его имя, сияя ярче всех звезд и Эонов в этот момент, — через полчаса будет концерт Зарянки… — У меня нет на него билета. — Поэтому приглашаю тебя на шоу в вип-зону!   Веритас не сразу находит, что ответить, глядя на заветный билет в руках Авантюрина. В его огромных глазах плескался такой спектр эмоций, что хотелось смотреть в них вечно. Эоны, за сегодня у Авантюрина точно разовьется косоглазие, если он хочет насладиться и выступлением Зарянки, и божественным профилем Веритаса. Тот не успевает ответить, как оказывается втянут в очередь на проверке билетов. Это не сон, это их общая реальность, их тесный и такой прекрасный мир. Авантюрин понимает, что ничего не забыто, что сердце все также тянется к Рацио, что хочет быть к нему намного ближе, что роднее него возможно никого и не будет. Авантюрин все еще любит его.   Шоу Зарянки погружает в свой маленький мир с головой. Ее шоу всегда отличались невероятной красотой и волшебством. Срывая глотку под все ее песни, он неосознанно тянется к Рацио все ближе и ближе. А тот вовсе не против, намного тише, но также подпевая практически всему. С его словно выточенного из камня лица не сходит светлейшая улыбка, а сияние сцены в его глазах куда ярче всех бриллиантов этого мира. Авантюрин не может не зависать на ней вновь и вновь. Магия этого вечера открывает их чувства заново с головой.   Будто они снова подростки, еще не встретившие проблемы взрослого мира. Нет никаких проблем кроме экзаменов и первой любви. Они снова делят один воздух на двоих и не знают, чего ожидать от судьбы и друг друга.   В лирической части концерта Авантюрин сдается. Даже воздух, кажется, пропитывается той светлой любовью, о которой так сказочно поет Зарянка. Ничего не важно в этот момент, кроме собственных разбушевавшихся чувств и золотых глаз напротив, что смотрят в самую душу, теряя надежду выбраться прежним окончательно.   И Авантюрин поддается порыву, притягивая Веритаса к себе и целуя так нежно, что захотелось остаться в этом моменте навеки. Горячие руки опустились на его талию, а мягкие губы продолжили целовать с тем же трепетом. Нет, где-то он точно перешел границу реальности. Да и, если честно, не сильно хочется возвращаться обратно. Осознание, что ничто не прошло, ничто не забыто, разгорается пожаром внутри, желая все больше и больше. Но Авантюрин сдерживается. Он неосознанно ждал его так долго, может подождать и еще чуть-чуть, до дома.   Веритас отстраняется первым, чтобы прижаться лбами, и в синем свете сцены он выглядит как мифическое существо с зачаровывающей улыбкой. Эту картину хочется запечатлеть на обратной стороне век как напоминание себе, что бывает и рай на земле. — Останься, — одними губами говорит Веритас.   И Авантюрин уверен, у них еще все впереди.