Coup de tonnerre dans un ciel serein / Гром среди ясного неба

— Ну что ж ты так? — Темные глаза смерили его равнодушным взглядом. — Надо поаккуратнее быть. А то в следующий раз и в тебя что-нибудь может въехать. Трамвай, например. Вот в Игоря и въехали. Несколько раз. Сначала подростки на электросамокате, потом — девушка на гироскутере, а затем дядька с открытой банкой пива в руке и на сигвее не пожелал уступить Игорю дорогу — в итоге Якушев был облит вонючим напитком и вынужден под аккомпанемент ругательств, которые сам он вряд ли когда-то сможет повторить вслух, идти в таком виде до дома. Игорь бы продолжал думать, что это просто совпадения, если бы все эти наезды не случились за одни только последние два месяца. Вообще все началось с невинной неуклюжести. В один день Игорь вдруг отметил, что начал чаще обычного спотыкаться на ровном месте, просто-напросто путаясь в своих ногах. Некоторая неловкость и так была для него характерна, но когда дошло до того, что споткнувшись, он упал и больно ушиб колено, Игорь заподозрил, что что-то тут было нечисто. Однако когда он поделился своими подозрениями с Соней, та просто посмеялась над ним и назвала его чрезмерно мнительным. — А чего ты хотел? Ты ж все время за учебниками сидишь, вот и спишь по четыре часа, — со снисходительным смешком напомнила Соня, положив одну ногу на другую и начав болтать ею. — Недостаточно отдыхаешь, вот и не видишь, куда идешь. Но сегодня случился, наверное, апогей его неуклюжести: когда Игорь по пути в школу переходил дорогу, на него наехала машина. Он сам не понял, как это произошло — рано утром спецтехника хорошо очистила проезжую часть от снега и в который раз за зиму посыпала песком и реагентами, а сигнал светофора, при котором Игорь оказался на «зебре», точно был зеленым для пешеходов. Или все-таки нет? Может, Соня права и ему действительно стоило раньше ложиться спать? Как бы там ни было, водитель машины затормозил слишком поздно: спустя несколько мгновений после того, как увидел горящие фары, Игорь уже лежал на земле и потирал ушибленный бок. Несмотря на то, что водитель успел значительно снизить скорость, удар был довольно ощутимым и даже болезненным — Игорь каким-то образом ушиб еще и ногу. — Пацан, ты в порядке? — раздалось вскоре рядом с ним, и Игорь медленно поднял глаза. Над ним склонился молодой человек лет двадцати пяти и взволнованно вглядывался в его лицо. Переведя взгляд вниз и чуть в сторону, Игорь опознал марку машины: «БМВ». И тяжело вздохнул. — Давай вставай. — Молодой человек бесцеремонно схватил его за локоть и поднял его, а Игорь внезапно ощутил сильную боль в ноге и зашипел. — Что такое? Больно, что ли? — Больно, конечно, — изумленно уставился Игорь на виновника инцидента, краем глаза заметив, что вокруг стало больше людей. — Вы в меня на машине въехали. Несильно, но все же… — Слушай, парень, прости меня, — засуетился молодой человек и вдруг полез в карман своего пальто. — Я не специально. Правда! Просто тормоз че-то… В мыслях Игоря тут же всплыла едкая ответная реплика, кто в данном случае был тормозом, но как хорошо воспитанный человек он промолчал. Вместо этого он принялся потирать ногу, которая отзывалась болью, если Игорь пытался сделать ее точкой опоры, а владелец «БМВ» тем временем продолжал: — …В общем, давай договоримся. Не надо полиции, ладно? — Когда он вытащил руку из кармана, Игорь увидел что-то похожее на портмоне. — Скоко хочешь, чтоб я тебе заплатил? — Да не нужны мне ваши деньги, — заартачился было Игорь, но владелец «БМВ» вытащил несколько купюр и молча протянул их. — Уберите, пожалуйста. — Компенсация за моральный ущерб, — настаивал парень и настойчиво тряхнул рукой со сжатыми в пальцах купюрами. — И за небольшой физический. Бери, говорю. Игорь помотал головой и было попятился, но едва не упал. Обернувшись, он увидел, что какая-то женщина подхватила его и тем самым не дала потерять равновесие, и поблагодарил ее. Та кивнула, а Игорь снова посмотрел на водителя «БМВ» и помотал головой. Молодой человек с досадой воскликнул: — Да что ж за упрямец такой! Ему деньги дают, а он — уберите, пожалуйста… — А я считаю, мальчик имеет полное право вызвать полицию, — вступила в разговор та самая женщина, которая помогла Игорю удержаться на ногах. — Видите, он прихрамывает теперь? Это из-за вас! — Женщина, идите куда шли, — рявкнул молодой человек. — Мы сами как-нибудь разберемся! — Вижу я, как ты сам разобраться хочешь, — повысила голос незнакомка и встала прямо за плечом у Игоря как ангел-хранитель. — Пытаешься подкупить мальчишку! Касатик, ты не слушай его, — громко обратилась она к растерянному Игорю в надежде перекричать многочисленные гудки автомобилей, вынужденных кое-как объезжать столпившихся на пешеходном переходе людей. — Ты имеешь полное право написать заявление в полицию. Это же покушение на убийство! — Ой да ладно вам! — прогремел зычный голос с хрипотцой, принадлежащий другой женщине. — С мальчиком же все хорошо. Ушибся немного, но руки-ноги целы, голова тоже. Развели тут мелодраму! Дорогой, — привлекла она внимание Игоря, — деньги-то возьми у него. В знак этой… компенсации. Донельзя смущенный всеобщим вниманием к своей персоне, Игорь машинально взял протянутые водителем «БМВ» деньги и похромал дальше по пешеходному переходу. А сзади молодой человек, не успевший вовремя затормозить, прокричал: — Ты извини меня! Хорошо? Я не хотел тебя сбивать! Игорь кивнул самому себе. Может, правда не хотел, но ведь сшиб. И пострадавшая нога, казалось, начинала болеть все сильнее. Когда Игорь вошел в класс, Соня вытаращила глаза, а затем вскочила и побежала к нему. — Якушев! Ты чего хромаешь? Что случилось? — Да так, — махнул Игорь рукой и продолжил путь к своей парте. — Поскользнулся. Упал… — …Очнулся — гипс? — с усмешкой закончила Соня, едва поддерживая его под локоть. — Якушев, ты в последнее время сам на себя не похож. Что с тобой такое? Влюбился, что ли? Игорь был рад, что Соня была чуть позади него и потому не видела, как вспыхнули его щеки. А вот другой человек, с которым Игорь вдруг встретился взглядом, явно заметил. Оля Морозова сидела на своем обычном месте — самой задней парте среднего ряда — и внимательно смотрела на Игоря. Выражение ее лица в целом было бесстрастным, но ее глаза улыбались. Игорь нахмурился, будто спрашивая, в чем дело, но Оля лишь моргнула и вновь погрузилась в свою книгу о черной магии — судя по рассказам Сони, их новенькая увлекалась этим, поэтому Игорь не удивился бы, если бы Оля читала литературу именно такого жанра. И тут до него дошло. Это ведь Морозова могла навести на него порчу. Соня как-то поделилась с ним опасениями, что если она перестанет дружить с Олей, та просто так не отстанет от нее и вполне может проклясть ее. В общем-то, Игорь был согласен со своей подругой — новенькая была себе на уме: замкнутой, молчаливой, непредсказуемой. Никто никогда не был уверен в том, какие чувства она испытывает и о чем размышляет. За исключением недавно завязавшегося приятельства с Сашей Васнецовым, Оля не участвовала в разговорах и конфликтах, происходящих в классе, а лишь наблюдала за ними безучастными темными глазами, выглядывающими поверх какой-нибудь книги в темной обложке. Да, его тридцать три несчастья действительно могли быть делом рук (ну или мыслей) Морозовой. Вот только зачем это Оле? Прокрутив в памяти события последних нескольких недель, Игорь так и не смог вспомнить ни одного случая, который потенциально мог бы сподвигнуть Морозову отомстить ему за что-то. Их с Соней ссора уже давно была исчерпана, да и с тех пор, как Васильева вернулась на их обычное место, они с Олей никак не взаимодействовали. Игорь решил попытать удачу и поговорить об этом с Морозовой на следующей перемене. Он не был уверен в том, что Оля подтвердит, что действительно прокляла его, но надеялся, что хотя бы по языку ее тела станет немного понятнее, правда ли на нем порча или ему нужно в кои-то веки послушаться Соню и как следует отдохнуть. Несмотря на охватившую Игоря уверенность, была одна проблема: за Морозовой хвостиком ходил Саня Васнецов. А Игорь не хотел, чтобы тот услышал о его подозрениях. Потому что было два варианта возможной реакции Васнецова: либо он начнет на него наезжать — дескать, какого черта ты обвиняешь Олю в таком, не имея никаких доказательств, — либо просто высмеет его. Ни одна из этих опций Игорю не нравилась. Однако, кажется, действие порчи на какое-то время отступило, потому что ему повезло: когда прозвенел звонок и все начали собираться, Игорь случайно встретился взглядом с Олей. Быстро отведя взгляд, Морозова внезапно попросила Сашу подождать ее снаружи — ей нужно было кое-что сделать. Васнецов, конечно же, тут же принялся ныть, что хочет пойти с ней, но Оля была непреклонна. — Я закончу и приду, — настойчиво произнесла она. — Можешь подождать меня на лавочках внизу. Саша с поникшей головой побрел прочь, не забыв перед этим оглянуться. Встретившись взглядом с Игорем, он скорчил гримасу, а Игорь в ответ осуждающе сжал губы. Когда же наконец в классе не осталось никого, кроме их с Олей, Игорь повернулся к ней. — Оль, скажи честно: ты наслала на меня порчу? Морозова выглядела весьма озадаченной. — С чего ты взял? — Последние два месяца я только и делаю, что спотыкаюсь, падаю, врезаюсь во что-то… — Надо быть аккуратнее, — перебила его Оля и принялась искать что-то в сумке. Игорь усмехнулся: — А то в следующий раз в меня трамвай может въехать, да? Не отрывая взгляда от своей сумки, Оля вдруг замерла, и Игорь с удивлением обнаружил, что ее щеки покрылись ярким румянцем. Вместо того, чтобы акцентировать внимание на произошедшей в однокласснице перемене, Игорь лишь спросил: — Надеюсь, это не из-за твоих заклинаний меня сегодня машина сбила? Оля подняла голову и испуганно вытаращила глаза: — Чего? Машина? — А ты что, надеялась, что трамвай? — ответил Игорь с улыбкой, но ему вдруг стало не по себе от ожидания того, что Оля вполне может ответить положительно. Морозова же теперь выглядела по-настоящему сконфуженной. — Нет, конечно нет! — поспешила она заверить его и хлопнула себя ладонью по лбу. — Блин… Это… это же должен был быть приворот, а не порча! Игорь поднял брови так высоко, что, казалось, еще немного — и они улетят в стратосферу. Оля смущенно потупила взгляд. Ее лицо было помидорного цвета, а пальцы нервно теребили друг друга. Немного оправившись от потрясения, вызванного признанием одноклассницы, Игорь негромко переспросил: — Приворот? Оля стыдливо кивнула. А Игорь, который почувствовал, что воздуха в кабинете как будто становится меньше, выдавил: — То есть… я… я тебе нравлюсь, что ли? Морозова снова кивнула, не поднимая глаз. Игорь же озадаченно почесал затылок. — Подожди, — снова заговорил он спустя несколько секунд размышлений. — А как же… ну… Васнецов? — А что Васнецов? — как можно равнодушнее пожала плечами Оля. Игорь удивленно округлил глаза: — Ну вы же это… друзья. Разве нет? — Именно, — вздохнула Оля и снова уставилась на Игоря своими темно-карими глазами. — Друзья. А нравишься мне ты. Теперь настал черед Игоря вздыхать. — Оль… я… я польщен. Честно. Правда, это очень неожиданно — прямо как… гром среди ясного неба. — Он машинально бросил взгляд за окно, на чистое голубое небо и заснеженную землю, сияющую еще ярче из-за солнечного света. — Но мне нравится другая девушка… Морозова невесело усмехнулась: — Васильева, что ли? Глаза Игоря снова едва не вылетели из орбит: — Откуда… — Это очень заметно, — улыбнулась Оля печально. — Только слепой не заметит, как ты о ней печешься. И это при том, что ты вроде как уже встречаешься с кем-то. Игорь растерянно хлопал глазами. Похоже, Морозова и правда ведьма, иначе откуда она узнала о том, в кого он на самом деле влюблен? Оля же невозмутимо продолжала: — Ты мне нравишься, Игорь. И мне так обидно за тебя. Ты готов ради Васильевой на все, а она этого будто не видит. Вот я и подумала, может, мне удастся тебя приворожить… Но я, кажется, пока не очень хорошо научилась это делать. — Она неловко улыбнулась ему, и Игорь не удержался от легкой улыбки в ответ. — Прости меня, ладно? Я не хотела причинять тебе вреда. Мне надо научиться лучше владеть собой: кажется, во мне все еще играет обида за Соню. Ну, еще с той вашей ссоры. — Да ничего, — отмахнулся Игорь в своей обычной дружелюбной манере. Оля же серьезно возразила: — Как это ничего? Из-за моего баловства тебя сбила машина. Я видела, как ты прихрамывал, когда вошел в класс. — Все нормально, — заверил Игорь. — Уверен, что все уже прошло. Когда он поднялся, нога, как и бок, отозвалась болью и Игорь изо всех сил постарался не выдать этого ни голосом, ни мимикой. Однако проницательная Оля покачала головой: — Ну вот, видишь. Все еще болит. — Да пустяки, скоро пройдет. — Быстро скинув книги в рюкзак, Игорь надел его на спину и, снова повернувшись к Оле, добродушно улыбнулся. — Буду рад, если ты все-таки снимешь с меня порчу. А то не хотелось бы, чтобы меня переехал трамвай. — До этого не дойдет, не волнуйся, — позволила себе легкую улыбку Морозова. — Но с Соней постарайся все-таки больше не ссориться, ладно? А то мало ли, вдруг я расстроюсь так же сильно, как и в прошлый раз. И тогда кто знает, может, столкновения с трамваем не избежать… Игорь нервно рассмеялся: — Это угроза? — Да нет. — Оля снова посмотрела на него темным ничего не выражающим взглядом. — Просто предупреждение. Кивнув, Игорь двинулся на выход. Оля же наблюдала за тем, как он хромает к двери, а когда дверь за ним захлопнулась, вздохнула. Она сразу обратила внимание на Игоря, когда пришла учиться в эту школу. Не столько из-за того, что он был рыжим — в их классе рыжеволосых было несколько, — сколько из-за того, что по сравнению со многими другими парнями он был спокойным и уравновешенным, общался вежливо, не сыпал дурацкими шуточками и всегда был готов поделиться домашкой. Оле не довелось пока воспользоваться его услужливостью, но она оценила это его качество. Не меньше она оценила и то, как быстро Игорь пришел к Соне мириться, чтобы она вернулась за их обычную парту, хотя в тот раз скорее Соне надо было пойти на попятную — Оля отлично слышала, как Васильева предъявляла Игорю претензии по поводу того, что он много времени проводит со своей девушкой, а не помогает ей, Соне, с учебой. Оле тогда стало немного завидно, ведь у нее никогда не было друга, который был бы так предан ей. По правде говоря, у нее вообще особо друзей не было. Только в Москве она позволила себе немного раскрепоститься и позволить Саше Васнецову стать ее приятелем. Вот только чем дальше, тем больше Оля невольно сравнивала его с Игорем и понимала, что хотела бы на всех уроках сидеть именно с Якушевым. Игорь, в отличие от Саши, занимался на уроках учебой, а не пересказом в лицах каких-то забавных ситуаций или рисованием карикатур на одноклассников и учителей. Оле тоже хотелось учиться, но Васнецов с завидным постоянством мешал ей это делать. Исподтишка наблюдая за взаимоотношениями Сони и Игоря, Оля вдруг поняла: Якушев испытывает к подруге отнюдь не дружеские чувства. Там что-то большее. Однако Васильева то ли правда не замечала этого, то ли просто делала вид. Зато Оля сразу увидела и все поняла. Поднявшись из-за парты, она подошла к окну и увидела, что Игорь и Соня стояли недалеко от козырька, скрывающего вход в школу. По их жестикуляции Оля сделала вывод, что они о чем-то беседовали. А когда Соня вдруг аккуратно похлопала Игоря по плечу, внутри нее начало подниматься что-то ранее абсолютно ей не знакомое. Вернувшись за парту, Оля принялась листать книгу, которую читала целый день в перерывах между уроками. Действительно надо как можно скорее снять с Игоря порчу, а то повторит не дай бог судьбу Берлиоза из «Мастера и Маргариты». *** — Кстати, а что от тебя Морозова хотела? — вдруг спросила Соня, оборачиваясь к Игорю, который не успевал за ней из-за поврежденной ноги. Игорь замялся на мгновение, прежде чем ответил: — Да так… о Васнецове спрашивала. Ну… не занят ли он. — Серьезно? — с озорными искорками в глазах воскликнула Соня. — Она втюрилась в него? Бедная… Игорь пожал плечами, и внезапно где-то в отдалении раздался шум. Соня резко прекратила смеяться и принялась озираться. Снова повернувшись к Игорю, она настороженно спросила: — Ты это слышал? — Ага, — отозвался Игорь. — Похоже на… — …гром, — с ошарашенным видом закончила Соня, и тут же этот странный звук раздался снова. — Но это не может быть гром! Сейчас же февраль. Игорь был полностью согласен с подругой. Однако то был действительно гром. Гром посреди ясного неба. Пусть и зимой.