Воздушный, словно круассан

-Вот та-ак, доедай. Нет, Чонгук. Доешь всё. - Сокджин бросил строгий взгляд на младшего, попытавшегося улизнуть из-за стола, не выдерживая пикантности ситуации. Нет, Юнги - не извращенец и не мудак. Он не поглаживает его ногу своей под столом, не бросает каких-то двусмысленных взглядов на парнишку, и не старается касаться его рук своими "совершенно случайно" во время завтрака. Юнги вообще ничего не делает. Он продолжает разговаривать с Сокджином на тему расширения теплицы и посадки голубики в два длинных ряда, общим количеством для начала - вроде как шестьдесят саженцев. Джин кивает , дожёвывая булку из его ресторана, намазанную клубничным вареньем собственного производства, и хмыкает задумчиво, рассчитывая свои силы и отказываясь от навязчивого "я хочу приставить к вам помощника, сам всё оплачу, вам надо отдохнуть". Юнги порой слишком добр, и слишком часто желает им отдыха, а для гордой души Сокджина это - окей, не подачка, а ощущение жалости к себе, которое пинает его в самое сердце. -Я привезу в следующий раз с маком, - улыбнулся Юнги, ловко подкладывая вторую булку Чонгуку в тарелку, хотя тот ещё и первую не доел. И Чонгук понимает, что ему не сбежать, ведь это небольшой намёк: останься за столом подольше. Взгляд Юнги - нечитаемый. Железный мужчина, которого не выдаёт ни голос, ни румянец на щеках, так как по жизни он - бледный, и Чонгук в принципе увидел этот очаровательный румянец впервые сегодня, у себя в спальне. Молча кивнув и опустив взгляд в тарелку, он осторожно разрезал булку напополам, и намазал её маслом, внимательно слушая разговор старших, словно вообще планирует вникать в него. Да какая разница, шестьдесят будет корней голубики, или сто шестьдесят, если сам Мин Юнги ему сегодня...ну, ладно, не в любви признался, а...с рук его клубничкой накормил. Чонгук этот день умрёт, но не забудет ни за что. -Гуки, мы хотели поговорить с тобой кое о чём важном. Чон тут же отложил булку, сжав те, которыми сидит на стуле, и по привычке сложил ступню на ступню под столом, поджимая пальцы в кедах и округляя глазки. Не станет же Юнги вот так вот...с места в карьер?! А что, если Сокджин его заподозрил? Что, если это было проверкой его ориентации от брата? Что, ес... -Чонгук? Гук, ты в порядке? Чонгук?! -Чёрт, воду, воду неси, - Юнги отреагировал скорей, с грохотом откинув стул, на котором сидел,и обошёл в два шага стол, тут же подхватывая обмякшего и потерявшего сознание Чонгука на руки. Джин бросился на кухню за водой, возвращаясь уже к дивану, на который Мин уложил Чонгука, похлопывая его по бледным щёчкам с тихим , -ну же, ну, крольчонок, ты чего... -Я тебе говорил, вот такое у него. -Часто? - Юнги плеснул немного воды ему в лицо, продолжая по нему похлопывать, и обернулся обеспокоенно к Сокджину лицом, заиграв желваками нервно. -Ну чтобы прямо сознание терять - впервые. -Вот же... Джин, так не пойдёт. С этим надо что-то делать. Чонгук приоткрыл глаза, краснея постепенно, и сжимаясь в комочек на диване, прижимаясь к его спинке затравленно, когда столкнулся взглядом с Сокджиновым взволнованным, взвинченным. -Х-хён, я...я....я.... -Тише, Гуки, всё-ё в порядке. Всё хорошо. Правда, всё хорошо, - уверил его Юнги, мягко огладив его щеку, пользуясь моментом, и улыбнулся ласково, стараясь успокоить, - Мы просто испугались за тебя. -Братиш, я так концы отдам и тебе в наследство вся клубника достанется раньше, чем мы голубику высадим, - с облегчением выдохнув, Джин приземлился рядом с Чонгуком, который посмотрел на него из-под кудрявой чёлки огромными глазками, которые тут же заслезились, - Ну чего ты , как рёва? Ну всё же хорошо было, мы просто завтракали, что тебя напугало-то? -Я...я н-не...я...я правда-правда не виноват, оно само. Джинни-хён, прости меня,прости, что я такой, прости! - заверещал Чонгук, набросившись на брата с крепким объятием и содрогаясь от нахлынувших слёз в его руках, когда Сокджин перевёл непонятливый, уставший взгляд на Юнги, беззвучно, одними губами выдавая "вот так каждый день". -Всё хорошо, ты просто немного напугал нас, только и всего. Ты не виноват, оно само, Гуки, давай, давай, крольчонок, тебе надо немного успокоиться, - Джин погладил его по дрожащей спине, шипя успокаивающе, словно ребёнка убаюкивает, и улыбнулся более-менее спокойно, когда Чонгук немного расслабился в его крепких руках, поддавшись ласковому тону, и поняв, что никакого разоблачения не было. Сокджин и не догадался. -Я просто хотел спросить, хочешь ли ты научиться готовить под моим руководством, чтобы немного...отвлечься, - подобрал слово Юнги, тактично присев на край дивана рядом, и не прикасаясь к Чонгуку, который захлопал слипшимися ресницами в его направлении, заёрзав внутри объятия Сокджина и перебегая взглядом с одного на другого: -Это...это ш-шутка? -Нет, крольчонок, Юнги серьёзно, - улыбнулся Сокджин, заводя непослушную прядку волос за его ухо и солнечно улыбаясь братишке, у которого в глазах чуть ли не лампочки загорелись. -Это...и это...и я...и... -Ну, если ты не против, конечно. Буду забирать тебя в город на пару дней, и возвращать обратно, чтобы не тратить полдня в дороге. Мой дом Джин знает, если хочет - может остаться тоже. -О, нет-нет -нет, я тут с хозяйством кого оставлю? - деловито фыркнул Джин. Ну а правда, кого? Кур кормить надо, между прочим. И козу доить тоже кто-то должен уметь. - Гуки, что скажешь? Доверишься Юнги? Доверится ли он...ЮНГИ?! Так, срочно надо сделать вид, что он не умирает от счастья,и не готов писаться кипятком от радости, срочно! Глазами, полными надежды и трепета посмотрев на брата, повиснув у него на шее, Чонгук приоткрыл рот, словно котёнок, которому на носик приземлилась бабочка. Боясь спугнуть удачу, он лишь коротко кивнул, задрожав всем телом, и Джин усмехнулся с выдохом облегчения, прижимая его к груди и целуя в макушку счастливо. Он-то справится с хозяйством. А вот Чонгук...Он не ожидал, что братишка согласится на такой большой шаг, на то, чтобы выйти из зоны комфорта, чтобы ещё и остаться где-то вне дома, где он всегда может запереться. -Тогда, может...заберу на следующей неделе в город? Успеешь собраться, там, не знаю, - совершенно ровным тоном произнёс Юнги, хлопая невинно ресницами, и вставая с дивана. Прочь, прочь, прочь надо убираться, пока Сокджин не рассекретил его чувства, пока не увидел , как Юнги покусывает изнутри щеку от волнения, считая до трёх и стараясь дышать в привычном, размеренном темпе. - Я поеду, если всё окей? -Окей. Я провожу, - Джин выпустил из объятия брата, который сглотнул тяжело, не веря своей удаче. Встав с дивана, Ким потянулся, размяв шею, - Идём, упакуем клубнику. -Пока, крольчонок, - улыбнувшись Чонгуку приветливо и коротко, Юнги развернулся, не дожидаясь ответа, в своей привычной манере, и быстрым, нервным шагом направился вслед за лучшим другом, не размениваясь на сладкие слова о любви. Это не в его стиле. Он не извращенец. Он не педофил. Юнги просто любит. Просто хочет его видеть. В своём доме. Как можно чаще. Всегда. -Гук, хватит уже ковырять рис, или я его курам брошу, честное слово! -Прости , хён, - Чонгук, забывший о том, что надо доесть рис, вместо него последние добрых двадцать минут задумчиво и рассеянно пожёвывает свою нижнюю губу, уже треснувшую от истязаний и издевательств крупных передних зубов, так схожих с кроличьими. Сегодня Юнги приедет. Сегодня. Чонгук уже два дня не спит, дожидаясь встречи с ним. Сам не свой, на месте не сидит, работает , чтобы было, куда сплавить свои нервы, и Сокджин его всё никак остановить не может, ссылаясь на то, что добросовестный братишка пытается сделать всё, что успеет, чтобы ему было легче во время отсуствия Чона. Нет, по факту, Чонгук этим и занимается, но с дополнительными причинами, естественно. Он уже успел выполнить и перевыполнить все домашние дела, даже трижды полы в спальне своей помыл,хотя вообще непонятно, зачем. -Если ты так боишься, может, повременим немного, Гук? - осторожно поинтересовался Джин, отложив палочки и подперев кулаками подбородок. Полные губы его , блестящие совсем немного от масла, которое он смешал с рисом, растянулись в добродушной, тёплой улыбке, и Чонгук замотал головой, отправив добротную порцию риса в рот, лишь бы не пришлось разговаривать: голос выдаст. - Ты так взволнован...но ты не бойся. Город - это не так страшно. Ты не будешь один. Можешь даже не выходить из дома, чтобы для начала привыкнуть к одному месту. Всё получится, если делать потихоньку. Акктивно закивав и потянувшись обеими руками к стакану с апельсиновым соком, Чонгук отпил немного, тщательно прожёвывая рис, которым набил свои и без того хлебные щёчки, и Джин не удержался, ущипнув легонько за одну. -Не бойся так, это ведь просто Юнги. Кому ещё мы можем так довериться, если не ему? -Никому, - хмыкнул Мин, войдя в дом, и небрежно, костяшкой указательного пальца постучав по дверному косяку, привлекая к себе внимание. Чонгук так и замер оленёнком, с огромными глазками, набитыми рисом и соком щёчками, вмиг порозовевшими. Вскинув бровь, Юнги хмыкнул, привлекая всё внимание Сокджина к себе, чтобы Чонгук успел прийти в себя, - Джин, я там саженцы голубики привёз. Не высаживай ничего , пока мы не вернёмся. Продавец сказал, что там какое-то лекарство залил, надо обождать около трёх-четырёх дней, чтобы саженцы выжили. -Ясненько, - кивнул Джин, встав из-за стола со своей тарелкой, - Рис будешь? -Нет, я думаю, заберу Гука сразу, чтобы день не терять в дороге. Ты готов? Чонгук кивнул коротко, с трудом проглотив рис, вытянув шею, и встал из-за стола, опираясь ладошками о его края для равновесия. Был бы девчонкой, уже бы визжал, честное слово. Юнги сегодня слишком красив. Нельзя таким быть! Парнишка развернулся круто, скрипнув тапками по полу, и пустился бегом в свою спальню, за рюкзаком, который уже собрал ещё неделю назад, каждую ночь запирая дверь в спальню и вытаскивая всё обратно. Выкладывая всё бережно на постель, Чонгук оглядывал вещи критичным взглядом, пытаясь понять, мог ли он что-нибудь забыть. Но нет. Вроде как всё собрал. Только эти боксеры полудетские, с дурацкими круассанчиками, которые он посчитал невероятными в прошлом году... не внушают уверенности, одним словом. Но это лучшее, что у него есть, на самом -то деле. -Уверен, что не хочешь ? Может, хоть в дорогу положу? -Джинни, хватит суетиться. Это просто поездка, - улыбнулся Юнги, понятливо похлопав друга по плечу и хмыкнув, облокотившись о стол поясницей, - Нечего бояться. Мой дом с сигнализацией, ты сам знаешь. -Я положил ему в рюкзак зайчика плюшевого, - прикусил губу Джин, приподнимая брови задумчиво и взволнованно бормоча, натирая вымытые палочки и откладывая их на место, - Он просто боится...ну, спать. Иногда бывает у него такое. -Это как? - заинтересованно оторвавшись от стола, Юнги сунул руки в карманы, внимательно наблюдая за другом, который пожал плечами: -Ещё с детдома такой. Нам сказали, его родители его один раз спящего на улицу вынесли по пьяни, и он чуть не замёрз в минус двадцать. Ты прикинь, босиком в минус двадцать на мороз. Убил бы их , честное слово, - Сокджин стиснул челюсти, буквально выплёвывая с яростью последнюю фразу, и Юнги сглотнул тяжело, темнея взглядом и непроизвольно дёрнув челюстью от шока. - Так что Гуки боится спать. Иногда приходит спать ко мне в спальню, когда совсем никак не может. И грозы боится. В ту ночь гроза была. -Что мне сделать, если он не сможет уснуть? -Думаю, просто побудь рядом, и заговори его до усталости, чтобы он сам не заметил, как уснёт. Иногда такое работает, хоть и редко. -Понял, - кивнул Юнги, заиграв желваками. Увидел бы родителей Чонгука- сам бы лично их уничтожил. Чонгук откашлялся скромно, застряв в двери с рюкзаком на перевес: -Я готов. -Пошли тогда, крольчонок, - улыбнулся Юнги, натягивая маску добродушия, хотя внутри рвёт и мечет от желания прижать к себе настрадавшегося зайчишку, которому выпало столько ужасов на его молодую , кудрявую голову. Счастье, и только, что он сумел выжить, и попал в семью Сокджина. -Пиши мне, хорошо? И звони, пять раз в день! -Джин, он не на фронт отправляется, а просто в город на два дня. -Какая разница! - Махнул рукой Сокджин, прижимая к себе Чонгука, который улыбнулся счастливо , стеснительно и неловко приобнимая его в ответ. Насколько лицемерно пользоваться подобной возможностью побыть рядом с Юнги, ещё и в его обители, где он никогда не бывал? Насколько лицемерно с его стороны смотреть в глаза брату, и за его спиной ждать прикосновения к своей руке от его лучшего друга? - Будешь звонить? -Буду, Д-джинни-хён, разда-авишь, - пискнул Чонгук, услышав хруст в позвоночнике от объятия Сокджина, и Юнги нетерпеливо глянул на часы, цыкнув: -Джин, не хочется попасть в пробку по дороге. -Который час? -Час пик уже почти на трассе. -Чёрт, ладно. Ладно, я ...Гуки, я тебе упаковал твоё печенье, и твой сок, и вот тут ещё рисовые пирожки, и... -Джинни-хён! - пискнул Чонгук, выпучив глаза, - Я не ребёнок! -А что, взрослые не едят? - тут же возмутился Сокджин, уперев руки в бока и кинув на него строгий взгляд, - Не успел уехать в город, а уже городским стал? Тебе не нужен рисовый пирожок от бра... -Та-ак, это ещё на полго-ода, - закатив глаза, Юнги приобнял за плечи Чонгука, разворачивая его в сторону машины, и легонько подтолкнул вперёд, - Топай, крольчонок. Пристегнись. Сейчас приду. Чон засеменил в сторону машины под их пристальными взглядами, и Юнги развернулся к Сокджину, вскинув бровь: -Ты забыл, что я шеф-повар? -Но это совсем другое. У него будет частичка дома, чтобы он получал комфорт, если вдруг испугается, и будет приступ, - шмыгнул носом Сокджин, и Юнги понятливо улыбнулся, вздохнув и приобняв друга. -Может, ты всё-таки с нами поедешь, а? -Нет-нет, я сейчас соберусь, сейчас , - Джин утёр навернувшиеся на глаза слёзы, дрожа губами, и сглотнул тяжело, разглядывая Чонгука, который пристёгивается внутри машины суетливо, что-то шепча беззвучно, явно взволнованный. - Моя крошка...Я так боюсь, что ему станет страшно... -Тебе сейчас по факту страшно больше , чем ему. Расслабься, я позвоню, если что случится. -Ты не оставляй его одного в комнате, ладно? Он может испугаться , - прошептал Сокджин сбивчиво, и Юнги закивал активно: -Буду сам лично тебе докладывать, как он, и скидывать его фото. Идёт? Только не раскисай. Это шанс его расшевелить, Джинни. Если не попробовать, он может совсем закрыться в себе. Давай не спугивать удачу. -Я...ты прав. Всё! - Ким похлопал себя по щекам, кивая активно, - Всё, я в порядке. Давай, хорошей дороги вам. Я буду на связи. Всё будет хорошо. Ты прав, я просто не привык его отпускать от себя после родителей. -Я позабочусь о нём. Не переживай ни о чём. Верну в целости и сохранности, ни один волосок не упадёт. Обещаю, - Мин похлопал друга по плечу, и тот закивал благодарно, облизнувшись с волнением: -Я доверяю тебе, как себе, Юн. Пусть эти поездки ему пойдут во благо. -Пойдут. Куда денутся, - Юнги вздохнул с лёгким волнением, размяв шею, и направился в сторону машины. Дойдя до неё, он медленно сел за руль, помахав Сокджину, поджавшему губы, и Чонгук повторил его движение,улыбнувшись брату широко, явно успокоив его, судя по тому, как Ким трогательно приложил ладонь к сердцу, выдыхая так, словно мамочка , отправившая первенца в космос и получившая весточку. -Готов? - голос Юнги дрогнул, и Чонгук прикусил нижнюю губу, коротко кивнув и не осмелившись посмотреть ему в глаза, глядя вперёд. - Хорошо пристегнулся? - Очередной кивок, и Юнги , выдохнув глубоко, тронулся с места, с тихим , - ну, в добрый путь. Чонгук затопал ногами по полу автомобиля, доверчивыми глазками разглядывая трассу, по которой едет машина, и Юнги бросил короткий взгляд на полноватые ляжки, трясущиеся в такт движениям Чона. Улыбнувшись добродушно, он снизил скорость, включив обогреватель. -В туалет не хочешь? -А? - Чона будто выдернули из мыслей. Обернувшись в его сторону лицом, он захлопал ресницами,выражая полную рассеянность, и Юнги кивнул в сторону бесконтрольно трясущейся ноги: -В туалет хочешь? Тут заправка неподалёку, могу остановиться. -Н-нет, я...нет. Я просто... -Я тоже волнуюсь, - признался Юнги, стиснув руль обеими руками и вперившись взглядом вперёд. Втянув щёки, он сосредоточился на дороге, облизнув губы и на выдохе выдав, - Всё будет хорошо. Это просто поездка. -Да. Да, это...это просто поездка, - согласился Чонгук, опустив взгляд и прикусив губу, которая закровоточила, не выдержав утреннего напора и лопнув ровно посередине. -Год. - начал из ниоткуда Юнги, кое-как собирая мысли в кучку, и чувствуя непонятливый взгляд Чонгука на себе, - У меня уже год так. -Г-год? - шокированно распахнув глаза, Чон приоткрыл рот, тут же его захлопнув. -Год. Я...Чонгук, я не извращенец, правда. Я не собираюсь приставать к тебе. -С-совсем? -Что? - Юнги снизил скорость, в замешательстве посмотрев на раскрасневшегося Чонгука, и тот, поняв, что ляпнул, отвёл взгляд в другую сторону, отворачиваясь к окну и бормоча: -Я...забудь. -Я не собираюсь. Я...Чонгук, я не извращенец и не педофил. Я друг твоего брата. И так сложилось, что я старался подавить это в себе, но у меня не вышло. Это не значит, что я собираюсь развращать тебя и как-то пользоваться твоим молчанием. Это просто поездка. Я не сволочь, - попытался оправдаться Юнги, то и дело облизывая пересохшие губы, и чувствуя внимательный , влюблённый взгляд на своих руках. Чонгук боится поднять взгляд выше, и вновь от волнения дёргает ногой. Юнги бы тоже дёрнул, только тогда он будет гнать на неприемлемой скорости.- Я не собираюсь так поступать. Ни с тобой, ни с лучшим другом, ни с собой. -Ясно. -Это не значит, что я не хочу тебя обнять. - коротко признался Юнги, едва краснея, смущённо потупив взгляд, и , перевесившись через Чонгука, доставая из бардачка какой-то шоколадный батончик. Положив его на сомкнутые ляжки Чона, не прикасаясь к ним пальцами, он вернул всё внимание на дорогу, - Я буду рад, если ты просто примешь мою заботу. -С-спасибо. В салоне послышался шорох фольги, и Юнги улыбнулся с облегчением, немного прибавив скорость: -Тебя не укачивает в машине? -Нет. -Хорошо. Я немного ускорюсь, чтобы мы не застряли в пробке. Напиши Джину, что мы будем на месте через час. -Хорошо, - Чонгук засуетился, залезая в карман за телефоном, и, не желая пачкать автомобиль, прикусил батончик, смыкая вокруг него губы и печатая быстро брату. Получив ответ менее, чем через секунду, Чон улыбнулся, всё также держа во рту батончик ,и Юнги усмехнулся, в очередной раз умиляясь невинному парнишке. Сокровище, а не крольчонок. -Что говорит? -Скучает. -Уверен, что не хочешь обратно? -Да, - шепнул Чонгук, пряча телефон, и полноценно откусывая батончик. Странно. Он столько раз ел этот батончик, но никогда не знал, что он может быть настолько вкусным. Вероятно, это всё потому, что батончик родом из бардачка Юнги. -Я хочу сказать тебе всё начистоту, чтобы ты не переживал и не стеснялся меня, если позволишь, - откашлялся Юнги, тактично глянув на него и коротко улыбнувшись, когда Чонгук закивал, шурша фольгой и прикрывая недоеденную часть батончика. Уж лучше от греха подальше, чтобы не подавиться и не сдохнуть в столь знаменательный день, знаете ли. - Я не сказал ничего Сокджину. И не дам ему знать. Я знаю, что твой брат- гомофоб. Мне тяжело от него подобное скрывать, особенно учитывая ситуацию, в которую вовлёк те... -Я сам. - насупился Чонгук, нахмурив брови уверенно, и Юнги , оторвавшись на долю секунды от дороги, посмотрел на него непонятливо, - Ты меня не в-не вовлекал, х-хён. -В любом случае, это наша ситуация. Я хочу дать тебе образование, и хочу дать тебе всё, к чему ты стремишься. Тебе не надо бояться о том, что я причиню тебе вред, или попрошу что-то взамен. Я просто имею возможность это сделать, и хочу это сделать. Поэтому, не считай себя обязанным мне. Никогда. Договорились? Чонгук распахнул рот от подобного откровения, так и застыв, слушая его внимательно, и забывая дышать. Интересно, а Юнги вообще в курсе, насколько он красив в профиль, особенно- когда так сосредоточен на дороге? -Гук? -А? -Ты меня слушал вообще? -Да. -И что я сказал? -Н-на дороге. -Что на дороге? -А? -Чонгук, ты точно в порядке? - обеспокоенно спросил Юнги, вновь снижая скорость ,и разглядывая парнишку, который закивал заторможенно, пытаясь сложить услышанные слова: -Д-дать тебе на дороге. -Что? Нет, Чонгук, это не то, что я сказал! -Н-наоборот, значит. -Да, - вздохнул Юнги, подъезжая к светофору, и останавливая машину. Оттарабанив пальцами по рулю, он исподтишка посмотрел на Чонгука, замершего зайчиком и уставившегося доверчиво на него своими невозможными глазками-пуговками. - Чонгук, если будешь на меня так смотреть, ты сам же и выдашь нас брату. Советую не привыкать. Моментально, словно по команде, Чонгук опустил робко взгляд на свои руки, зажатые между ляжек, и поджал губы-бантики, нижняя из которых выпятилась. Вздохнув обречённо, Юнги прибавил скорость, поигрывая пальцами по рулю в неловкой тишине и вслушиваясь в шумное сопение младшего. -Опять ринит после работы в теплице? -Мгм, - буркнул Чонгук, краснея пуще прежнего, и отвёл взгляд в сторону, словно мелькающие за окном деревья могут быть хоть немного интересней человека , сидящего напротив. -Взял с собой лекарство, или купить по дороге? -Взял. -Хорошо. Мы уже почти доехали. -Юнги-хён? - Чонгук осмелился повернуться к нему лицом, прикусив полную губу в ожидании ответа, и Юнги хмыкнул мурлыкающим гортанным звуком, неотрывно наблюдая за дорогой, проезжая уже перекрёсток на пути к дому. - Я ещё никогда ни с кем. Вот. -Я заметил, - усмехнулся Мин, бросив в его сторону полный любви взгляд, и Чонгук раскраснелся, расправив плечи, словно красуясь. - И не надейся. Ничего не будет. -Да я и не... -Чонгук, до твоего восемнадцатилетия, если ты до этого дня, конечно, не влюбишься к кого-нибудь ещё, я тебя и пальцем не трону. -И п-поцелуй?- на глаза Чона навернулись слёзы, когда Юнги строго отрезал, подъезжая к дому и останавливая машину. -Ну вот и приехали, - проигнорировав его вопрос, Юнги отстегнул ремень безопасности, и вышел из машины, - давай, крольчонок, рюкзак в руки и вперёд. -Но-н-но ты не ответил, Юнги-хён! - крикнул ему вслед Чонгук, поспешно вылезая из машины с рюкзаком наперевес и семеня рядом. Юнги заблокировал машину с тихим характерным звуком, даже не удосужившись обернуться, и Чонгук сглотнул тяжело, чувствуя, как кровь приливает к местам не столь отдалённым от поджавшихся в волнении ягодиц от такого простого, уверенного жеста. -Чувствуй себя, как дома, - улыбнулся Юнги, пропуская парнишку, разинувшего рот, в свой дом. Чонгук замер у порога, потоптавшись на месте неуверенно, не зная, стоит ли ему в своих старых вещах пытаться вписаться в эту местную роскошь, но Юнги опустился на корточки, тут же принявшись развязывать банты на его кедах и снимать их с аккуратных , подростковых ног, усмехаясь невинности носочков. - Станет холодно - бери любые мои вещи. Мужчина поднялся на ноги, и поставил в обувницу кеды Чонгука, мимолётно огладив его порозовевшую щёчку подушечкой большого пальца, после чего нахмурил брови, словно отгоняя от себя посторонние мысли, и быстрым шагом направился в сторону машины вновь. -Т-ты куда? -Клубнику выгружу. -Я помогу! -Просто подержи дверь, этого достаточно, - мягко возразил Юнги, не желая заставлять его таскать тяжести, и Чонгук закивал активно, понимая, что спорить бесполезно. Юнги непробиваем, только время потеряют зря.