Тёʍнᴏй нᴏчью, я ʙнᴏʙь уʙижу ᴛᴇбя.

Тихие шаги оповещают о приближении кого-то, ковбой, сидящий на подоконнике и смотрящий в окно, всё же отрывается от крайне важного дела и поворачивается в сторону звука. Один лёгкий рывок и космонавт уже оказывается рядом с ковбоем на подоконнике: „Вуди, приятель, ты чего тут?“ Удостоверившись, что это всего лишь его товарищ, ковбой вновь переводит взгляд в окно, смотря на то как мерцают звёзды в тёмном небе: „Не спится чего-то, дай думаю посижу, погляжу, что творится на улице“. Слышится старый звук шарнир, а вскоре на плечо тряпичной кукле опускается рука: „Вуди, если тебя что-то беспокоит, то ты можешь мне сказать, я пойму и попытаюсь помочь“. Ковбой поворачивается, смотря сначала на руку, а потом переводя взгляд уже на лицо космонавта, на лице его слабая, уставшая улыбка: „Всё в полном порядке, Базз, просто не спится“. — повторяет тот и убирает руку с плеча. Наступила неловка пауза, продлилась она, от части, минуты три, но обоим показалось, что - это мгновение протянулось дольше: их время проведённое друг с другом всегда казалось им гораздо длиннее, чем было на самом деле, в каких-то случаях - это прекрасно, но в моменты, как этот, очень неловко. Один из них не выдерживает давления тишины и всё же снова начинает диалог: „Тебя звёзды заинтересовали?“ — он смотрит в ту же точку на небе, что и Вудс в своё время. Ответ не заставляет себя ждать: „Можно и так сказать, — не смотря на космонавта, ковбой продолжает. — Сможешь мне что-нибудь рассказать о них?“ „У многих рейнджеров было принято считать, что после смерти люди становятся звёздами на небе, мне кажется - это дезинформация какая-то. Не может же человек стать звездой!“ — Базз размахивает руками, показывая своё негодование. Вуди возвращает взгляд на космонавта и усмехается: „Они это выдумали, так как, так проще облегчить боль от утраты близкого тебе человека. Понимаешь?“ Базз молча кивает головой, смотря в глаза Вудса: „Я тебя понял, но всё равно считаю, что это странно, проще сразу принять, что твоего близкого больше нет рядом, а не строить странные выдумки о том, что он жив и где-то там в небе, м?“ Ковбой выдыхает, смотря на задумчивого космонавта: „В каком-то смысле я с тобой согласен, но не все могут сразу смириться с потерей близкого, некоторым надо время, чтобы принять это“.

***

Базз сидит на подоконнике и смотрит в темное небо. Вид Вудса потихоньку растворяется в дымке воспоминания: „Рад тебя вновь увидеть, приятель“ — он говорит это в бескрайний космос, обращаясь к определенной звезде, которую сам выдумал, чтобы не прощаться с близким другом слишком рано.