Пышечка

      Чимин всегда был стройным и сексуальным, но стрессовая работа в журнале мод и малоподвижный образ жизни из-за той же самой работы привели к тому, что сейчас он стоял перед зеркалом и ненавидел собственное отражение. За прошедшие два года он набрал около тридцати килограммов и морально был в полном раздрае. Ему удалось сбросить пять из них с помощью отказа от газировки и пива, но остальные двадцать пять упрямо оставались на его руках, боках, животе, бёдрах… Да практически на всём теле, за исключением лица, кистей рук, голеней и стоп — те всегда оставались изящными, что бы он ни делал. Он никогда не был из числа тех, кто осуждает полных людей, однако в то же время не горел желанием быть одним из них. Это как минимум дискомфортно и вообще-то в Корее довольно сложно найти красивую одежду больших размеров. Но, как известно, человек предполагает, а жизнь располагает. И Чимин был бы искренне счастлив назвать причиной набора веса гормональный сбой… но по правде говоря, всё было не совсем так.       Чимин набрал первые десять лишних килограммов всего за один месяц и сам того не заметил. Просто однажды проснулся и понял, что с наступлением весны ему придётся менять гардероб — ни одни лёгкие джинсы и шорты не застёгивались на талии, а толстовки и худи смотрелись некрасиво. Да и талия почему-то исчезла, превратив его точёную фигурку из песочных часов в квадрат. Радовало, что не круг, иначе Чимин совсем бы приуныл. Тогда, пожалуй, и случился гормональный сбой, потому что омега первым делом пошёл к эндокринологу — в крови обнаружилось лёгкое повышение гормонов щитовидной железы. Врач прописал соблюдать все принципы здорового образа жизни и диету. Чимин, конечно же, нарушил все рекомендации, поскольку на тот момент он состоял в отношениях, которые потихоньку изживали себя. А потому связь с телом была потеряна на некоторое время. Фоновый стресс, тревога и некачественный секс привели к тому, что Чимин перестал чувствовать себя привлекательным. Эти обстоятельства, в свою очередь, заставляли организм запасаться лишними килограммами, даже когда Чимин ничего не ел сутками, усугубляя ситуацию. Таким образом он набрал ещё двадцать килограмм к имеющимся лишним десяти.       А потом… просто настало расставание. Бывший бросил его безо всяких слов, исчезнув из его жизни так внезапно, словно и не было тех трёх лет отношений. Чимин раньше считал, что шутки про горе-отцов в стиле «вышел за хлебом и не вернулся» были смешным преувеличением, но практика показала, что такое вполне может случиться в реальной жизни. Осталось только порадоваться, что он не связал себя узами брака с этим человеком и ни разу не забеременел. Повезло-повезло. Конечно, Чимин до сих пор задавался вопросом, как такое могло произойти? Ведь они знали семьи друг друга, адреса, даже жили вместе какое-то время, пока учились по обмену в Японии… Просто как? Отец Чимина даже порывался поехать в родительский дом бывшего и устроить большой скандал. — Ты ему отдал всё, что мог, заботился, создавал уют, поддерживал, пока он искал себя… Ты даже невинность свою отдал этому мерзавцу! — Чимин на этих словах отчаянно покраснел. Это было правдой, да только их поколение уже не ценит девственность омег. По крайней мере, бывший уж точно не оценил оказанные ему честь и доверие. — И для чего? Чтобы он просто исчез, даже не объяснившись?! Ну уж нет, я это так просто не оставлю, — настрой отца Чимина был серьёзным.       Его папа же не разделял это мнение. — Дорогой, остынь, пожалуйста, — Чимин чуть ли не впервые в жизни слышал, чтобы папа в чём-то не согласился с отцом. По крайней мере, в его присутствии. — Ну пойдёшь ты туда, «разнесёшь» их дом, закатишь скандал. И что мы получим? В лучшем случае родители этого труса принесут извинения — да только толку от них? — а в худшем заставят их пожениться. Чимин в этом браке будет несчастным, поверь мне. Вон как его раздуло от стресса в этих отношениях. В счастливых отношениях так не полнеют, поверь моему опыту. — Чимин стыдливо поправил свободную чёрную футболку на непривычно большом животе, глядя на всегда стройного папу. Эта ненавистная привычка пришла к нему с лишним весом. Как и привычка одеваться во всё чёрное, чтобы казаться визуально меньше. — К тому же, альфа был не самым лучшим. Нереализованный, мало зарабатывает, а от того слишком требовательный. Зажравшийся. Пусть папочка о нём заботится. А Чимин-и оставит в покое. Впрочем, спасибо ему, что не женился. Не хватало ещё внукам объяснять, что их отец трус и больше не вернётся. Сынок, — он прижал к себе Чимина, — так будет лучше. Поначалу будет грустно, а потом станет легче. Поживи с нами, пока не будешь готов жить один. У тебя только-только нормализовался уровень гормонов щитовидной железы. Представляю, какой дикий стресс испытывал твой организм. Ужас какой-то. Что с этим поколением не так? В наше время было по-другому.       Папа был прав: его действительно раздуло за последний год отношений. И стоило им расстаться, как спустя несколько месяцев анализы Чимина действительно пришли в норму. Позже он понял, что буквально кожей чувствовал невысказанные претензии со стороны бывшего молодого человека — ему не нравилось всё, что бы ни делал Чимин в быту и по жизни, однако вербально, словами, альфа ничего не говорил. Лишь проявлял пассивную агрессию — это растолковал Чимину психолог. Отсюда и гормональные изменения. От постоянного неразрешённого внутреннего напряжения. А ещё благодаря терапии стало ясно, что бывший просто завидовал первым успехам омеги в карьере.       И всё же вся эта работа с психологом не особенно помогла Чимину сбросить ненавистный лишний вес. Дело в том, что он привык заедать негативные эмоции. До кризиса в отношениях он был довольно безразличен к нездоровой пище, а пару лет назад открыл для себя кондитерские и понеслось… Он буквально не мог уснуть, если не съел ничего сладкого с чаем или кофе. Любые ограничения неизбежно приводили к срывам и ещё более сильной ненависти к себе и своему «новому» телу.       Несмотря на то, что Чимин уже два года как считался полным, он до сих пор не мог этого принять. На «рынке любви» он, можно сказать, стал невидимкой. Но это не столько из-за лишнего веса, сколько из-за пошатнувшейся самооценки. Когда он был стройным и даже худым, от поклонников не было отбоя, он буквально крутил ими как хотел. Прелести pretty privilege, пусть он и не осознавал их в то время. Для него привилегированное положение всегда было чем-то естественным, и он даже не подозревал, как живут омеги с "обычной" внешностью. Но после первого разочарования в любви он словно оброс защитой от альф, посягающих на его сердце и тело… По большей части на тело, наверное, раз он даже не может найти для себя постоянного полового партнёра. Секса в его жизни не было очень давно. Впрочем, Чимин даже не старается его найти до сих пор. Считает, что дело не стоит свеч. Зачем стараться кого-то найти, если существуют секс-игрушки для соло-игр в постели? И… зачем кого-то искать, если человек может просто исчезнуть без слов спустя много лет отношений? А с «игрушками» безопаснее как для здоровья (ведь никто не застрахован от измен и разных заболеваний), так и для сердца. И с лишним весом тоже безопаснее, ведь тебя больше никто не хочет…       В итоге, отстрадав свои законные два года — примерно столько страдают люди после развода, а совместное проживание с альфой и последующее расставание проживаются психикой как развод, — Чимин решает поставить на этом точку. К тому же, ему окончательно надоело срываться по десятому кругу после безумных диет, на которых он, кстати, никогда прежде не сидел. К стрессам на работе он привык, да и после недавнего повышения дела пошли в гору — он даже начал высыпаться, что уже хорошо сказывалось на его внешности. Он хотя бы стал меньше отекать. Как же Чимин скучает по временам, когда был нереальным красавчиком, от привлекательности которого альфы складывались штабелями в его «Директе», отправляли подарки, а омеги постоянно делали ему комплименты… И теперь он твёрдо намерен вернуть то время и стать лучшей версией себя. Пусть ему уже двадцать семь лет, но ведь не тридцать семь — тело должно восстановиться быстрее. Двадцать пять лет же оно было в идеальном состоянии без каких-либо усилий, так что у него обязательно получится вернуться к себе настоящему.       Смотря на «нового» Чимина сейчас, довольно трудно поверить, что в свои двадцать лет он подрабатывал танцором в элитном клубе — он научился танцевать на пилоне ещё в пятнадцать и даже участвовал в чемпионатах, где занимал призовые места. Он мог бы даже сделать карьеру в танцах, но… Но случился первый альфа в жизни Чимина. Который, очевидно, не понимал подобные танцы и подобную работу, заставив омегу уволиться из «неприличного» заведения. И ему было плевать на тот факт, что омег там прекрасно охраняли и не допускали непозволительного поведения в их сторону.       Теперь же Чимину хотелось вернуться к пилону и, может, даже к чемпионатам, пусть и любительским; но прежде он должен сделать мышцы рук и кора сильными, как раньше. Сейчас он не способен сделать даже самую простую связку, поэтому для начала он записался на аэростретчинг и йогу в гамаках, чтобы постепенно достичь своей цели.       Он выбрал студию йоги для омег возле дома и она оказалась на удивление шикарной — просторной, светлой, с несколькими залами. В раздевалке были все необходимые гигиенические предметы, включая тампоны, чтобы омеги спокойно могли посещать занятия в предтечный период, и препараты, способные облегчить спазмы в животе, — для этого была даже отдельная программа занятий для тех, у кого слишком болезненно проходит течка. Чимин влюбился в эту студию с первого посещения и сразу приобрёл абонемент на полгода. Было видно, что в это место вложена душа. Оказалось, что это довольно популярная сеть студий с более чем двадцатью филиалами по городу. Ещё и приложение собственное имелось, через которое легко было записаться на любое интересующее занятие, не связываясь с администратором. В век лёгкой социофиобии отсутствие необходимости записываться на занятие вручную здорово облегчало жизнь.       В приложении можно было выбрать тип тренировки и самих тренеров, а также почитать отзывы. Что Чимин и сделал, прежде чем записаться на аэростретчинг к омеге по имени Ким Тэхён.       Первое занятие Чимину очень понравилось, так что он с удовольствием записался на второе через день. В особенности после сумасшедшего рабочего дня, во время которого омеге казалось, что его мозги вскипят от умственной нагрузки. Быть правой рукой главного редактора известного журнала нелегко, зато даёт хорошие перспективы на будущее. Растяжка всего тела с помощью гамака же здорово расслабила его. Тэхён оказался доброжелательным, но строгим тренером, который не позволял своим подопечным отлынивать от нагрузки. Чимину это тоже понравилось. Он старался изо всех сил и тренер это видел и даже похвалил. Далеко не каждый омега выкладывался на все сто на тренировке. Казалось, некоторые ходят сюда для галочки. Чимин этого искренне не понимал, ведь это же им нужно в первую очередь, разве нет? Однако спустя час «каторги» до него дошло, почему же здесь было столько народу в семь-восемь вечера.       Всё дело в том альфе, который выглядел как корейский Аполлон. Он стоял у ресепшена и мило о чём-то болтал с омегой-администратором по имени Феликс. Чимин редко позволял себе, что называется, пялиться. Но на этого мужчину невозможно было не смотреть. Он словно сиял на весь мир. По крайней мере, в глазах Чимина. У него только слюни не текли от одного только взгляда на незнакомого альфу. Высокий, мускулистый, с волосами до плеч, собранными в небрежный низкий хвостик… Да ещё и с вытатуированным «рукавом», рисунки которого хотелось изучить. Желательно, после жаркого секса… Этот альфа был первым за два года, кто вызвал у Чимина такое желание. Он даже почувствовал, как стал влажным южнее и к интенсивной тренировке это никак не относилось. Словно почуяв его возбуждение, «Аполлон» обернулся и посмотрел Чимину прямо в глаза. И улыбнулся, непроизвольно оглядев пышного омегу с головы до ног. Чимин готов был провалиться сквозь землю. Между ними было около четырёх метров, а потому альфа никак не мог уловить, что называется, «аромат заинтересованности» омеги. Но Чимин всё равно смущался даже такого мимолётного внимания. Казалось, этот красавчик осудит его, увидев, сколько сантиметров вокруг когда-то тонкой талии он наел. И сразу же отведёт взгляд. Но тот отчего-то продолжал смотреть на него и улыбаться, пока Феликс что-то рассказывал ему. Чимин же сразу прервал зрительный контакт, понимая, что у него нынешнего уж точно нет никаких шансов заинтересовать такого статного альфу. Даже на одну ночь. А вот если похудеть… может, у него появился бы шанс?       Оглядевшись по сторонам, Чимин понял, что у него на альфу вполне нормальная реакция. Окружающие омеги тоже пялятся, а самые смелые здороваются с ним и даже тянутся, чтобы поцеловать в щёку. Самые смелые те, что самые красивые. Конвенционально красивые. Подтянутые, высокие, длинноногие и с идеальным макияжем. Несколько из них тоже были на аэростретчинге и даже ни разу не запыхались, в то время как сам Чимин мало того что мучился от одышки, так ещё и сильно вспотел. Его серая футболка была мокрой в зоне декольте и под ставшей объёмной из-за лишнего веса грудью. Да, теперь он гордый обладатель третьего размера, хотя всю жизнь у него был первый, чему он когда-то очень радовался. Он сделал в уме пометку больше никогда не надевать серую одежду на тренировки. Слава богу, что лосины у него были чёрного цвета. Их он удачно урвал на каком-то рынке в Мексике, когда летал в отпуск пару месяцев назад. Чимин вздохнул, чувствуя отвращение к себе и побрёл в раздевалку. — Тоже впечатлился Чонгуком?       Из тяжёлых мыслей его вытащил шикарный омега модельной внешности с большими глазами и пухлыми губами. Прямо под стать «Аполлону», разве что был он несколько старше. И, кажется, замужем, что отчего-то обрадовало Чимина. Он был с этим омегой на занятии у Тэхёна — несмотря на все усилия, с растяжкой у этого красавца была беда. Даже Чимин тянулся куда лучше, несмотря на то, что давно не занимался спортом. С генетикой и танцевальным прошлым в этих делах не поспоришь. А вот высокие омеги субтильного телосложения, как правило, «деревянные». — Простите? — он решил сделать вид, что ничего не понял и открыл свой шкафчик, чтобы снять наконец мокрую футболку огромного размера. — Я про альфу на ресепшене, который и обеспечивает полную посещаемость студии по крайней мере по вечерам, — подмигнул омега. — Я Джин, кстати. — Чимин, — он протягивает Джину руку в ответ. — А что, это новая маркетинговая стратегия? Если так, то это довольно эффективно. Полагаю, накаченные альфы хорошая мотивация следить за телом.       Джин тихо рассмеялся. — Как видишь, это работает. Чонгук шалунишка. Отлично знает, что делает, — Джин продолжает улыбаться. — Из-за него я ненавижу тренироваться в такое время в этой толпе, но другого времени у меня просто нет. — Я тоже не особо люблю толпу, — признаётся Чимин.       «Но таким социофобом я стал из-за двадцати пяти лишних килограммов, а не потому, что не люблю людей». — Тогда советую приходить в утреннее время перед работой, в этом районе народ любит поспать подольше. Если, конечно, ты тоже не вступил в фанклуб Чонгука, — Джин снова рассмеялся. Похоже, он очень весёлый.       Чимин почему-то не мог перестать улыбаться, глядя на Джина. Если по отношению к другим красивым омегам в студии Чимин стал испытывать лёгкую неприязнь — отголосок давно забытого ощущения соперничества, то Джин негатива не вызывал абсолютно. — Ну уж нет, красивые альфы, конечно, зрелище приятное, но я сюда не за этим хожу. — А для чего же? — Вопрос Джина прозвучал так искренне, будто он не видел у Чимина никакого лишнего веса. — Разве таким молодым и упругим нужен спорт?       Чимин чуть не подавился на слове «упругий». На качество тела он не жаловался, поскольку в его возрасте ничего ещё не успело обвиснуть, но и упругим назвать себя не мог. Его беспокоил целлюлит на попе и бёдрах и рыхловатые плечи — он совсем перестал носить открытые и короткие вещи, хотя погода уже становилась невыносимо жаркой. — Ну… я хочу стать сильнее, у меня сидячая работа и я чувствую, что стал менее выносливым, — уклончиво ответил Чимин. Почему-то так стыдно признаваться, что он записался на тренировки, чтобы похудеть. — Ах, это всё капитализм и хасл-культура виноваты в том, что мы стали меньше двигаться в обычной жизни, — с сожалением вздохнул Джин. — А я хожу на тренировки, чтобы сбежать от детей, пока супруг сидит с ними после работы. Я и без того с ними целый день. Ну и чтобы задницу подтянуть, а то после тридцати пяти она начала заметно обвисать. — Тебе тридцать пять? — ошарашено спросил Чимин. — Я бы не дал тебе больше тридцати. Выглядишь ты просто потрясающе!       Джин смущённо улыбнулся, тряхнув волосами. — Не так красиво, как ты. Всё-таки молодость это самое-пресамое красивое время. Жаль, что нельзя стать вампиром и остаться навсегда молодым, — философски протянул новый знакомый.       Чимин мысленно усмехнулся. Пару лет назад он бы согласился с Джином. Но конкретно сейчас он чувствовал себя жирным и страшненьким и точно бы не согласился стать вампиром, чтобы «законсервироваться» в этом теле. Нет-нет-нет… ни за что.       Когда он ушёл из студии, красавчика-Аполлона уже не было. Чимин почувствовал огромное облегчение от этого. Никакого смущения и стыда за свой внешний вид, потому что ему пришлось ещё и макияж стереть, так как толку от него уже никакого не было — подводка и тени размазались, сделав его похожим на панду, а тон скатался и ощущался тяжелее из-за пота. Правда, омега не ожидал, что встретит Чонгука в лифте, который тот любезно придержал, услышав чьи-то шаги, а потом и умопомрачительный запах роз с едва различимой ноткой сирени. У Чонгука было острое обоняние, угодить ему в этом отношении всегда было трудно. А этот омега мало того, что невероятно красивый, так ещё обладает настолько изумительным ароматом... Чонгук в своём воображении уже несколько раз взял его в разных позах — не мог ничего с собой поделать, он любил пышненьких омег. Таких, как этот незнакомец — он будто материализовался из самых смелых фантазий Чонгука. Красивое лицо с губами-подушечками, светлая гладкая кожа, а фигура просто загляденье. Сочная, есть за что подержаться. Чонгук не мог оторвать взгляд. Да и долгое воздержание давало о себе знать. Слава богу, он давно уже не мальчик и умеет контролировать свои "физические реакции", а вместе с ними и феромоны. — Спасибо, — пробормотал Чимин, мысленно чертыхнувшись. — Пожалуйста, — хмыкнул Чонгук и нажал на кнопку «закрыть».       Альфа выглядел расслабленным, в то время как Чимин чувствовал себя натянутым как струна. Живот его стал твёрдым от напряжения и его теперь было не втянуть. Да и был ли смысл в этом? Не так давно Чимин понял, что как живот ни втягивай, а стройнее от этого казаться не будешь. Чонгук вдруг повернулся к нему лицом и спросил: — Как вам студия?       От неожиданного вопроса сердце Чимина забилось чаще. Хотя кого он обманывает… Это всё из-за голоса альфы. Он такой… такой… мягкий и в то же время околдовывающий. Глубокий, но в то же время какой-то озорной. И мелодичный. Почему-то казалось, что Чонгук наверняка хорош в пении. — Х-хорошая, — ответил Чимин. — Я только недавно начал сюда ходить. — У Тэхёна занимаетесь? — После того, как омега кивнул, Чонгук продолжил: — И как? Не сильно гоняет? — Сильно, — честно сказал Чимин. Чонгук тихо рассмеялся и звук этот вызвал мурашки. — Но мне подходит, люблю интенсивные нагрузки.       Чонгук перестал улыбаться и вновь оглядел омегу с головы до ног. Чимину очень хотелось сказать что-то грубое, потому что этот взгляд он принял за обидную насмешку… Но Чонгук вдруг облизнулся, будто подумал о чём-то неприличном. Чимин даже растерялся, не понимая, как расценивать это всё. Слава богу, лифт наконец проехал положенные двадцать пять этажей и Чимину больше не придётся думать об этом шикарном альфе. Он быстро прошмыгнул мимо Чонгука и выбежал из здания, даже не попрощавшись.       А потом стал записываться на тренировки к семи утра, как и посоветовал ему Джин. Он готов был пожертвовать дополнительным часом сна, лишь бы больше не испытывать противоречивых эмоций. Безусловно, Чонгук взволновал сердце омеги. И ему искренне хотелось… всякого. Но смотря на себя в зеркало каждое утро, Чимин понимал: он не из его лиги. По крайней мере, пока. Надо худеть. Надо вернуть своё красивое тело с шикарной круглой задницей, над которой раньше даже работать никак не приходилось, достаточно было пилона и ходьбы. Сейчас она у него большая, конечно, но форма… кажется, Чимин начал терять мышечную массу из-за гиподинамии, поэтому форма ягодиц была не самой лучшей. Так что в качестве следующей тренировки он выбрал программу «Pro Ягодицы», которая была невероятно трудной. Но Чимин проявлял стойкость и старался изо всех сил. Когда через неделю он увидел прогресс — ягодицы заметно подтянулись, пусть и не стали идеальными — он решил продолжать посещать данную программу по меньшей мере раз в неделю. Бонусом у него перестала болеть поясница, за что он был благодарен себе вдвойне.       А потом в один прекрасный вечер его сердце снова взволновалось и стало биться чаще. Он не мог поверить своим глазам, когда открыл приложение, чтобы записаться на следующую тренировку и увидел там яркую рекламу с… Чонгуком.       «Тренер Чон Чонгук снова возвращается с новой программой занятий!» — гласила надпись рядом с фотографией Чонгука в спортивной майке, хвастливо демонстрирующей его бицепсы. И трицепсы. И дельтовидные мышцы. И вообще всю его красоту.       Конечно же, Чимин первым делом нашёл в расписании его занятия. Любопытства ради, не более. Как ни странно, Чонгук вёл силовые тренировки всего два раза в день — в семь утра и семь вечера. До чего же удобно! Чимин как раз посещал занятия именно в эти часы. Вечерние тренировки спасали его в те редкие дни, когда он хотел подольше поспать утром. После них он чувствовал себя на вершине мира, а когда находил в себе силы, чтобы отказаться от позднего ужина, то его самооценка и вовсе доходила до небес в такие прекрасные дни. На неизменно приходящего по вечерам в студию Чонгука он по-прежнему старался не смотреть.       Как бы то ни было, к альфе всё равно было не попасть. Как только открывалась запись на его занятия, места разлетались как горячие пирожки буквально за пару минут. И Чимин даже был рад, что ему не придётся позориться перед Чонгуком и находиться рядом с шикарными омегами.       Спустя всего пару месяцев занятий он перестал чувствовать себя неполноценным. Движения его стали лёгкими, тело более пластичным, он перестал качаться из стороны в сторону, когда резко наклонялся или стоял на одной ноге. Вместе с аэростретчингом и программой на ягодицы в арсенал занятий добавился и пилатес на подвесных петлях, что сыграло ключевую роль в укреплении мышц-стабилизаторов и быстро подтянуло его тело. Конечно, он ещё не начал носить одежду на размер или два меньше, но чувствовал, что и это уже не за горами. Такой прогресс за короткий период времени и прекрасное самочувствие вселяли в него силы и оптимизм.       Единственной «проблемой» Чимина было то, что Чонгук всегда проводил свои силовые занятия в классе напротив. А поскольку стены в пространстве для омег были стеклянными, то временами Чимин всё же посматривал на горячего тренера. Единственного тренера-альфу. Но потом взгляд Чимина начинал скользить по его красивым клиентам-омегам, которые выглядели идеально даже в самых нелепых позах. Когда он представлял себя, прыгающим и активно приседающим под громкую музыку перед Чонгуком с целью поднять пульс и разогреть мышцы перед силовой нагрузкой, то немедленно заливался краской. Но не от смущения или возбуждения, а скорее от стыда за свой внешний вид. От одной мысли о том, что все увидят, как трясутся при активных движениях его грудь и живот, становилось плохо. Ну уж нет, Чимин никогда не пойдёт на занятия к Чонгуку. Ни за какие коврижки. Не-а. Ни-ког-да.       И стоило только пообещать себе это, как обстоятельства вынудили его нарушить это обещание.       Чимин мысленно застонал от досады, когда пришёл на йогу в гамаках в семь утра, а вместо Тэхёна у зеркал стоял… Чонгук. — Здравствуйте… А Тэхён сегодня в другом зале будет? — с надеждой в голосе спросил Чимин.       Чонгук приветливо улыбнулся ему. Боже, его улыбка такая тёплая… — Здравствуйте, Чимин! — Чонгук, казалось, был так счастлив видеть омегу. — А Тэхён сегодня не придёт. Ему ребёнка надо в детский сад отвезти. Обычно это делает его помощник, но он приболел. Так что сегодняшнее занятие буду вести я.       Чимин сглотнул. В горле моментально пересохло. Он бросил мимолётный взгляд в зеркало — ему не хотелось откровенно "любоваться" собой при (Чонгуке) чужих людях — и понял, что попал.       Дело в том, что вчера Чимин настолько сильно устал после работы (это была сумасшедшая неделя), что поленился постирать оба комплекта спортивной одежды. Свободной спортивной одежды, то бишь огромные футболки и пару удобных леггинсов. Так что собираясь на тренировку этим утром, ему пришлось надеть старую футболку из прошлой стройной жизни от своего любимого спортивного бренда. Старую в смысле старого размера. Она была ему впору, однако очень уж подчёркивала все изгибы фигуры. За пару месяцев его талия наконец-то обозначилась, но до исходного состояния было ещё далеко. И Чимин даже не осознавал, насколько сексуально выглядел в тот момент. А вот Чонгук это заметил и довольно улыбался в предвкушении продуктивного занятия. Он заставит этого омегу принять самые откровенные позы через йогу и налюбуется вдоволь его прекрасным лицом и не менее прекрасным телом.       Чимин ещё подумал, мол, что такого, если он наденет обтягивающую футболку вместо привычной огромной? Ничего ведь не случится. И тут сработал закон подлости. Случилось ещё как. Перед Тэхёном щеголять в обтягивающей одежде было не стыдно — омега никогда не осуждал за внешний вид и лишний вес, это чувствовалось. Именно поэтому Чимин раз за разом всегда выбирал его как своего тренера. Но вот перед Чонгуком… Чимин очень корил себя за то, что не закинул вчера свои вещи в стиральную машину.       Не то чтобы Чимин плохо выглядел в своём сегодняшнем костюме. Вовсе нет. Его талия стала немного уже за прошедшие месяцы, а животик заметно подтянулся и в нейтральном положении даже выглядел плоским. Но стоило Чимину наклониться, как он снова видел эти раздражающие складочки, которые всё ещё были большими в его глазах. Он очень мечтал увидеть вместо них привычные складочки кожи.       Чонгук же откровенно восхищался этим омегой. И хвалил его во время всего занятия. Чимин был полностью в его вкусе. Это был буквально омега из его грёз. Чонгук всегда любил таких пышечек. Он с самого детства знал, что женится именно на таком омеге. А Чимин определённо был самой сладкой пышечкой. С красивым лицом, ясными глазами, носиком-кнопкой, пухлыми губами, белоснежной кожей и абсолютно идеальной фигурой. Мягкие изгибы Чимина манили. Чонгук еле сдерживал себя, чтобы не зажать его в раздевалке или — ещё лучше — душевой. Желательно после тренировки, когда естественный запах его тела будет более насыщенным, концентрированным. У таких омег, как Чимин, никогда не бывает неприятного запаха тела, сколько бы они ни потели. В этом Чонгук разбирался хорошо. В своих фантазиях он жадно вдыхал аромат роз с едва уловимой ноткой сирени, уткнувшись носом в запаховую железу омеги, в то время как руки альфы давно уже были бы под его футболкой. При одной этой мысли член в штанах Чонгука заинтересованно дёрнулся. Останавливало его от этого безумства только мысль о том, что он может спугнуть Чимина своим маньяческим поведением — именно так он себя ощущал, когда думал о Чимине одинокими вечерами. Также его сдерживал потенциальный иск о домогательствах с последующим запретом на приближение, про который постоянно шутил его племянник Феликс, когда Чонгук восхищался красотой омеги при нём. К слову, именно он как раз и подал гениальную идею, как же обратить внимание Чимина на себя.

***

(Неделю назад)

— Да пригласи ты его уже на свидание! Как же ты достал меня со своим Чимином, — сказал ему как-то Феликс. — Он мне, конечно, нравится, но ты меня реально раздражаешь. С каких пор ты стесняешься приглашать омег выпить? — Я не могу-у-у, — жалобно протянул Чонгук. — Не могу и всё тут! Он такой… он такой красивый. Идеальный. Словно из моих фантазий. Ты видел его милые глазки? А эти миниатюрные ручки, которыми он берётся за гамак? А… — Чонгук хотел сказать пару слов об идеально пышных бёдрах омеги, но сдержался. Ни к чему смущать племянника. — По мне этого не видно, но я так нервничаю, когда просто смотрю на него. Я не знаю, как с ним заговорить. И тем более не знаю, как пригласить его на свидание. Он не ходит на мои тренировки, а я ведь специально для него — и только для него — начал их вести. Если честно, в гробу я это всё видел. Мне куда больше нравится управлять бизнесом, а не работать тренером в своей же студии.       Феликс закатил глаза. — Ты запись на свои тренировки видел? Чимин скорее всего просто не успевает записаться к тебе. В отличие от других твоих поклонников.       Чонгук тоже закатил глаза. — Скажешь тоже. У меня просто очень эффективные тренировки, я их гоняю похлеще Тэхёна, а им нравится. — М-м-м, как знаешь, — Феликс махнул рукой на своего бестолкового дядю. — Ну и тренируй своих моделей и дальше. Только Чимина тебе в таком случае не видать.       Чонгук же чувствовал, что не сможет выдержать ещё одну тренировку, на которой не будет вожделенного омеги. Он задумчиво произнёс: — Может, мне сделать так, чтобы для Чимина всегда оставалось место на занятие? Вдруг он действительно хотел бы записаться? Надо поговорить с программистом об этом… Вот только как это сделать технически, чтобы отражалось это свободное место только с аккаунта Чимина? Звучит довольно сложно… — Господи, боже мой. — Феликс готов был пробить себе лоб ладонью. Какие же альфы порой глупые… — И кому из нас семнадцать, а кому тридцать, дядюшка? У кого из нас айкью выше? Кто сказочно богат и успешен? — Что ты имеешь в виду?       Омега тяжело вздохнул. — Ты обязан будешь повысить мне зарплату после этого. Вдвое! — Чонгук активно закивал, побуждая его продолжить мысль. — Ладно. Просто замени Тэхёна пару раз, когда Чимин будет к нему записан, раз так хочешь «потренировать» его, — подал гениальную идею Феликс, и Чонгук готов был в эту же секунду выписать ему ещё и премию сверху. — И перемани Чимина на свои занятия, скажи, что для него всегда будет место. Если сможешь переманить, конечно. Такой, как Чимин, скорее всего, не придёт к тебе всё равно.       Чонгук уже успел представить себе всё это, как Феликс омрачил его фантазии. — С чего вдруг он не будет ходить ко мне? — Альфа нахмурился, искренне не понимая, к чему клонит Феликс. — Ну… как бы тебе сказать… — Феликс поджал губы. — Чимин наверняка будет стесняться. — Кого? Меня? — Чонгук был ошеломлён. — Меня что, стоит стыдиться? — Ну вообще да, — на лице Феликса появилась хулиганская улыбка. — Ты довольно кринжовый. А если серьёзно, то… Чимин, конечно, очень красивый омега, у него великолепное лицо. Но… Чонгук, его фигура… — У него идеальная фигура, — перебил Чонгук. — Но она отличается от фигур твоих фанатов, — прямо сказал Феликс. — И не смей этого отрицать. Я тут работаю больше года и заметил, что омеги вроде Чимина очень закомплексованные. Не чувствуют себя красивыми, даже когда их красота очевидна. А на фоне тебя и твоих моделей… даже я бы не пошёл на твои занятия, потому что в отличие от Чимина, я наоборот чувствовал бы себя сушёной воблой по сравнению с ними. А у нас в обществе, заметь, вообще-то больше любят таких худых как я. — Какой бред ты несёшь, — ответил Чонгук и скрестил руки на груди. — У Чимина наверняка отбоя нет от поклонников. — Всё возможно. Но ты слишком хорош для омег вроде него. — И пока Чонгук не разозлился на эти слова и не отменил прибавку к зарплате, Феликс поспешил добавить: — В его глазах, конечно же. В его глазах. Он же не знает, что тебе нравятся полненькие омеги. — Пышненькие, — поправил племянника Чонгук. — Ага, я так и сказал. Кстати, не боишься, что Чимин заметит твой интерес и подаст на тебя в суд? Узнает, что ты богатый, и подаст. А что, я бы так и сделал, — пошутил Феликс.       Чонгук немного стушевался. — Ну… я ведь аккуратно. Не буду сильно показывать своё влечение к нему.       Феликс расхохотался. — У тебя только слюни на него не текут, когда ты говоришь о нём. Боюсь представить, что будет, когда ты его потренируешь. Надень самые свободные штаны на всякий случай. Помнишь те бомжатские от Баленсиага? Вот они идеально скроют твой… интерес к Чимину.       Чонгук дал подзатыльник Феликсу, чтобы тот знал края. Пошутить он, конечно, не против, но обсуждать свою эрекцию с племянником он точно не будет. А эрекция действительно иногда появлялась, особенно когда Чимин появлялся в его поле зрения взмокшим после тренировки…

***

      Вот так Чимин и оказался на занятии с Чонгуком. Сбегать под каким-нибудь глупым предлогом было не комильфо, они ведь взрослые люди. Так что Чимин просто решил выдохнуть и принять ситуацию.       «Успокойся, это всего лишь симпатичный альфа, не более. Тебе всё равно с ним ничего не светит, так что забей», — мысленно приказал себе он.       И это сработало. До тех пор, пока Чонгук не начал касаться его.       Это была тренировка, посвящённая растяжке спины. То есть данный вид активности подразумевал прикосновения тренера с целью улучшить растяжку и не только. Чимин обожал работать со спиной и плечами, потому что именно после этих занятий у него пошёл видимый прогресс. После снятия зажимов с мышц спины у него быстро уходила отёчность с живота, появлялась большая свобода в движениях, а также наконец-то начали расти ягодицы благодаря снятию спазмов с поясницы. И если мягкое надавливание на спину со стороны Тэхёна вызывало только облегчение и долгожданное пробуждение неактивных ранее мышц, то прикосновения Чонгука возбуждали.       На занятии было всего четыре омеги, так что тренер уделял каждому из них довольно много внимания. И каждый раз, когда чуткие руки Чонгука оказывались на спине или талии Чимина, он ощущал себя словно в ловушке. Сладкой ловушке, к слову… — Сделайте вдох, — шептал Чонгук чуть ли не в ухо омеге. Мягко надавил на грудной отдел позвоночника. Место, к которому он прикоснулся, начало гореть. — И медленный выдох. Отлично, Чимин… вы такой гибкий. И осанка у вас великолепная. Занимаетесь танцами?       У Чимина спёрло дыхание. Откуда Чонгук узнал? Когда он выпрямился, то ответил тихим голосом: — Да, когда-то танцевал на пилоне.       Теперь была очередь Чонгука задыхаться от восторга. В голове его пронеслись сцены, где Чимин танцует для него одного вокруг шеста… И плевать, что стриптиз и танцы на пилоне это разные вещи. В конце концов, стриптиз — это ведь тоже искусство. — Это чувствуется, — сказал Чонгук, прежде чем перейти к следующему упражнению. И тихо добавил, глядя омеге в глаза через зеркало: — Наверняка вы были очень хороши в этом.       Чимин зарделся. И практически забыл, что на нём сейчас такая обтягивающая футболка. Правда, повторно бросив взгляд в зеркало и увидев, как собрались ненавистные складки на животе и боках из-за того, что он согнулся в три погибели над полом, настроение его мгновенно испортилось. Наверняка Чонгук сказал это просто с целью подбодрить Чимина. Чтобы он не забрасывал тренировки. Правда, днём на работе он всё равно частенько вспоминал, как идеально руки Чонгука ложились на его спину и талию. И краснел.       Сам же Чонгук ненавидел себя за робость. Дорвавшись наконец до вожделенного омеги, он не смог заставить себя заговорить с ним после окончания занятия. Он… стеснялся. И боялся, что омега откажет ему в свидании и перестанет ходить в этот филиал. И даже откажется посещать всю сеть студий. Так что следующим вечером, увидев, что Чимин записался на следующее занятие с Тэхёном, он снова позвонил другу и попросился заменить его. — Господи, Чонгук, и долго ты собираешься переманивать моих дорогих омежек к себе? Я ведь большинство из них с самого открытия студии веду, у нас уже такой прогресс! Просто позвони Чимину, если он так тебе нравится! — возмущался Тэхён. — К слову, у него тоже большой прогресс, так что даже не знаю, захочет ли он тренироваться именно у тебя. — Я оплачу тебе эти занятия, — заверил его Чонгук. — Да дело же не в деньгах, — Тэ закатил глаза. — Просто… прекрати бояться. Ты ведь славный альфа и хорош во всём, чем бы ни занимался. Вряд ли Чимин откажет тебе во встрече в другой, романтической обстановке. По крайней мере на первое свидание он точно согласится. — Я не… Я не знаю, как себя вести, — смущённо признался Чонгук. — Чимин даже на меня не смотрит, когда я прохожу мимо него. Я ему будто совсем не интересен. — Так заинтересуй, — просто сказал Тэхён. — Или ты ждёшь, пока кто-то другой это сделает за тебя? — Нет! — Глаза Чонгука округлились. — Я подменю тебя ещё один раз и точно приглашу его на свидание. Честно, это последний раз, когда я прошу тебя об услуге.       Слова Тэхёна о «другом альфе» здорово подстегнули Чонгука. Его прикосновения к Чимину во время выполнения асан — на этот раз это была йога в гамаках — стали куда смелее. Чонгук специально выбирал более сложные элементы, чтобы иметь возможность потискать помочь омеге. Чимин же, увидев Чонгука снова, почти не удивился. Какая-то часть его разума знала, что так и будет. И на этот раз он был рад, что надел свободную футболку. Скрыв свою фигуру от глаз Чонгука, он почувствовал себя куда увереннее и стал больше улыбаться, когда у него получались трюки в гамаке, которые он не мог совершить ранее. Увидев себя в зеркале в красивой позе феи с обёрнутой тканью гамака ножкой, он искренне гордился собой. И это растопило сердце Чонгука окончательно. — Хотите, сфотографирую вас? Вы так красиво выглядите в этой позиции, — восторженно сказал он.       Чимин, чувствуя, что силы покинут его через пару минут в этой позе, покачал головой. — Мой телефон в раздевалке.       Чонгук же был настойчив. — Давайте сделаю пару кадров на свой телефон, а после тренировки перекину вам. — Что ж... давайте, — смущённо сказал Чимин, молясь, чтобы Чонгук успел поймать его в случае чего. Но взглянуть на фотографии действительно было бы любопытно. В последний раз он фотографировался в отпуске, но по понятным причинам не выложил в социальные сети ни одной фотокарточки с собой. Только еду и красивые закаты на берегу моря.       Сделав по меньшей мере двадцать кадров с разных ракурсов и даже одно видео с улыбающимся Чимином, Чонгук наконец удовлетворил свою главную потребность — иметь возможность созерцать этого прекрасного омегу в любое время суток. Хотя бы на экране телефона. Чимин же изо всех сил держался одной рукой за гамак, старался выпрямить свободную ногу, тянул носочек и в то же время удерживал нейтральное выражение лица. — Самая красивая феечка, — еле слышно пробормотал Чонгук и широко улыбнулся. — Фотографии готовы!       Затем он подошёл к Чимину вплотную и обхватил его руками за талию. — Давайте я помогу вам спуститься, — альфа уже не контролировал себя и просто сам снял омегу с гамака.       Чимин же был так изумлён происходящим, что даже пискнуть не успел. Чонгук поднял его словно пушинку… И это так взволновало его душу… Да и не только душу. В воздухе вокруг них начал сгущаться аромат сирени, что означало только одно — Чимин, почувствовав силу рук Чонгука, был, так сказать, взбудоражен. В голове его отчего-то пронеслись сцены, где альфа бы взял его на весу… — Спасибо, — смущённо сказал Чимин, оказавшись ногами на полу. Он бросил взгляд в зеркало и прикусил нижнюю губу. Руки Чонгука, стоявшего прямо за его спиной, всё ещё удерживали его талию и мягкий животик, а сам он часто дышал ему в ухо — аромат омеги буквально сводил с ума. Они заворожённо смотрели друг другу в глаза через зеркало и ещё чуть-чуть... и они бы поддались обоюдному желанию соединить губы в поцелуе.       Но не судьба. Со стороны раздался кашель другого омеги. — Чонгук-щи, а можете мне тоже помочь слезть?       Чимину казалось, что Чонгук несколько раздражённо выдохнул перед тем, как отстраниться и направиться к тому омеге. Судя по тому, как уверенно он закрутился в гамаке, оба подумали, что на самом деле тот бы и сам прекрасно справился… Как бы то ни было, Чимин с удовлетворением подметил про себя, что Чонгук почти не касался того омеги. Он просто страховал его и давал инструкции, куда вставить ногу и в какую сторону двигаться.       В конце занятия Чимин слегка задержался — после шавасаны в гамаке трудно было собрать себя в кучу, да и приближение течки делало его немного вялым. Может, это именно из-за неё Чимин такой легковозбудимый? Чонгук сдержанно попрощался с другими омегами и повернулся к Чимину, чтобы поговорить. Но тот, увидев, как быстро опустел зал, прибавил скорости и бросив высоким голосом «Спасибо, до свидания!», тоже поспешил покинуть комнату. Про фотографии он напрочь забыл. Чонгуку не удалось поймать его и на ресепшене. — А я говорил, что он стесняется тебя. Или себя. Не верит, что может тебе нравиться, — сказал Феликс. — Обычно он не так быстро убегает.       Чонгук не смог ничего сказать в ответ. Неужели... неужели это может быть правдой и такой красавчик, как Чимин, стесняется? Он ведь чувствовал усилившийся аромат сирени... неужели всё так, как говорит Феликс? Чонгук был уверен в своей привлекательности, однако этот омега окончательно его запутал. И это настолько раззадорило его, что он решил сменить тактику для следующего их занятия. Тэхён будет злиться на очередную отмену, но это не самое страшное. Чонгук весь день просматривал фотографии Чимина и восхищался. У него было огромное желание выложить самые удачные кадры в свои социальные сети и в то же время не хотелось никому показывать эту красоту. В нём боролись его горделивая и собственническая части. Он не представлял, какой сильной была бы внутренняя борьба, если бы ему удалось завоевать сердце этого омеги... Также от выкладки фотографий его удерживало количество подписчиков — их было около ста тысяч. Чонгук слишком ревнив, чтобы показывать им Чимина. Вот после помолвки или — ещё лучше — свадьбы, ещё можно... И эта мысль прошила Чонгука неописуемым восторгом. А затем и удивлением — никогда в своей жизни он не испытывал настолько сильного желания жениться в более осознанном и взрослом возрасте... Изумительно. Он даже не знает Чимина, но уже хочет заполучить его в свою жизнь. Значит, нужно действовать как можно быстрее.

***

      За последние годы Чимину стало сложнее сближаться с людьми. На работе атмосфера была немного токсичной, поэтому завести друзей среди коллег было практически невозможно. Старые университетские приятели разъехались кто куда, а с оставшимися в городе он встречался примерно раз в полгода — в Сеуле все были занятыми. Поэтому для Чимина было большой неожиданностью, когда Джин пригласил его выпить кофе или чего покрепче. Они обменялись номерами не так давно, но давно были подписаны друг на друга в социальных сетях. — Признаюсь, мне нечего делать — мой супруг и дети уехали к дедушкам в Ильсан, а мне оставили возможность отдохнуть от них, — признался он. — А ты, Чимин, кажешься мне славным. Хочу познакомиться с тобой поближе.       Атмосфера в ресторане, где можно шёпотом попросить официанта добавить виски в кофе, располагала к откровениям. Джин рассказывал о своей семье — как оказалось, он весьма удачно замужем, и дело не только в деньгах. Казалось, его брачный союз был заключён на небесах. Джин и Намджун поженились практически сразу после школы, но предпочитали не торопиться с детьми, а подождать несколько лет. Джин за это время проверил супруга во всех возможных ситуациях и только потом надолго выбросил противозачаточные таблетки. Чимин даже почувствовал лёгкую грусть из-за того, что его личная история не была такой вдохновляющей. А ведь он тоже мог быть беременным сейчас… если бы его бывший альфа оказался надёжным. В низу живота заныло, стоило ему только подумать о потенциальных детях. Точнее, о способах их зачатия. Желательно, с альфой, похожим на... Чонгука. — А у тебя как на личном фронте? — поинтересовался Джин с улыбкой, которая погасла, стоило ему увидеть реакцию Чимина на данный вопрос. — Извини, если задаю слишком интимные вопросы. — Всё в порядке, — Чимин был уже достаточно пьян, чтобы с лёгкостью в душе вспоминать о бывшем. — Сейчас у меня нет никакой личной жизни. — Но почему? — Искренне недоумевал Джин. — Ты же такой красивый. Если бы я был тобой, то у меня наверняка было бы несколько любовников.       Чимин рассмеялся. — Все удачно замужние омеги так говорят. На деле же проще сказать, чем сделать. — Почему же? — Джин еле заметно указал подбородком на столик справа от них. — К примеру, вон тот альфа с длинными волосами весь вечер от тебя взгляда не отводит. Судя по всему, он музыкант или что-то вроде того. Может, диджей. Наверняка хорош в постели. И видно, что при деньгах.       Чимин бросил мимолётный взгляд на альфу, которого описал Джин. И с удивлением отметил, что тот действительно смотрит на него с желанием в глазах. Этот альфа был хорош собой, чёрные волосы до плеч красиво обрамляли его лицо с шикарной фарфоровой кожей. Он казался таким нереальным, будто был срисован с какого-то персонажа из манхвы... Чимин быстро возвращает свой взгляд на Джина и пожимает плечами. А через пару минут официант приносит пару разноцветных коктейлей. — Вас попросили угостить.       Джин победно улыбается. — А я говорил тебе. Можешь оставить ему свой номер на салфетке и передать через официанта. — Так вот как это делается? — Чимин со смешком достаёт ручку из сумочки и действительно нацарапывает свой номер на цветном стикере. Официант послушно забирает его и передаёт альфе. — Ты правда ничего не знаешь о культуре знакомств на одну ночь? Серьёзно? — Джин не мог поверить своим глазам и ушам. — Это не мой стиль общения, — просто говорит Чимин. — Не то чтобы мне было стыдно за это, но у меня никогда не было секса на одну ночь. Я как-то… мне не по себе от такого. Я даже не знаю, о чём буду говорить с этим альфой за соседним столиком, если он мне позвонит. — Да о всякой ерунде будете болтать. Необязательно ведь сразу переходить к сексу, можно просто сходить на пару свиданий, может, на концерт какой-нибудь группы, да и в целом просто развеяться, — сказал Джин. — Как бы то ни было, так ведь нельзя, Чимин. Ты действительно ни с кем не видишься? Чем ты вообще занят? — Я работаю, тренируюсь и сплю, — со смешком ответил Чимин. — А ещё недавно посмотрел третий сезон “Бриджертонов”.       Чимин умалчивает о том, что ему тоже хочется такой любви и страсти, как у главных героев, один из которых полный. — То есть ты вот так просто сдался. Тебе один раз разбили сердце, и ты решил больше никому не открываться?       Чимин вздохнул. — Не то чтобы мне разбили сердце… Я просто несколько разочарован во всей этой концепции отношений. Даже если они на одну ночь, для меня это всё равно отношения… А если они долгосрочные, то меня пугает тот факт, что сегодня вы любовники, а завтра можете стать друг другу никем. Такая потеря времени… — Согласен, это очень обидно. Особенно когда вы долго в браке и у вас есть дети, — трезво заметил Джин. — Но… это ведь всё равно всё не зря, верно? Эти отношения дали тебе что-то ценное. Отчасти сделали тебя таким, какой ты есть… — И всё же это было немного зря, — упрямо сказал Чимин и сделал небольшой глоток виски, проигнорировав привлекательный с виду коктейль. Понижать градус уже было нельзя, чтобы чувствовать себя хорошо утром. — Не все отношения способны обогатить твою душу. Некоторые приносят лишь разочарование.       "И лишние килограммы". — И тебе совсем-совсем никто не нравился с тех пор? — Эм… — В голове Чимина пронеслись воспоминания о руках Чонгука на его талии. Джин принюхался. — О боже, судя по твоим усилившимся феромонам, ты явно влюблён в кого-то, — он игриво подмигнул Чимину. — Не могу назвать это влюблённостью… — Но ты его хочешь, — безошибочно угадал Джин. — О боже, — повторяет Чимин. На его щеках выступил яркий румянец. — Знаешь… его невозможно не хотеть. И его хотят многие. Так что здесь вообще никаких шансов на отношения нет. — Бывают такие альфы, да, — согласился Джин. — Хорошо, шансов на отношения может и не быть, сейчас многие альфы не ищут чего-то серьёзного… Но как же секс? На него шансы есть всегда. Если уж он такой популярный, почему бы не использовать его в своих гедонистических целях? Он наверняка довольно опытный. Ах, был бы я молодым, красивым и свободным, как ты, я бы так и делал. Зато будет что рассказать внукам.       Чимин был уверен, что Чонгук действительно опытен в постельных делах. Если одни только руки были такими чуткими, точно знающими, что делать, каким же был сам альфа в более романтической обстановке? — Джин, ну что ты такое говоришь? Я не… я не использую людей. Я не умею. — Ну хорошо, хорошо, не буду на тебя давить, — примирительно сказал Джин, улыбаясь. Чимин умилял его. Всё же молодость и толика наивности во взгляде так украшают… Это невозможно подделать. — Но пообещай подумать о свидании с красавчиком, который угостил нас коктейлями. — Если он мне напишет, я подумаю, — согласился Чимин, будто решаясь на что-то.       Ему вдруг подумалось в конце вечера: может, Джин прав и пора выбираться из своей скорлупы?..

***

      Тэхёну досаждать очередной отменой утренней тренировки не пришлось — к его везению, Чимин записался на совершенно другой вид активности в этот раз. Чонгук выглядел взволнованным, когда просил другого тренера “отдохнуть”. А поскольку Чимин был пока что единственным омегой, записавшимся на “йогу перед цветением” — так завуалированно называли в их обществе течку — то Чонгук быстро закрыл запись через личный кабинет администратора, чтобы другие омеги не успели записаться на восемь вечера. И на этот раз альфа был настроен решительно. Его уже не пугала вероятность отказа или потенциальный иск о домогательствах — Чонгук прекрасно помнил яркую реакцию Чимина на его прикосновения в прошлый раз. Так что он был твёрдо намерен пригласить омегу на свидание, на которое они сходят после того, как пройдёт его течка. Чонгук ведь в конце концов приличный альфа и не станет пользоваться уязвимым состоянием Чимина.       Но, как говорится, сказать легко, а вот сделать…       “Йога перед цветением” относилась к типу расслабляющих практик, включающих в себя лёгкие асаны, растяжку спины, а также дыхательные упражнения. Особенное внимание уделялось низу живота омег, нередко применялись и техники самомассажа, чтобы снять спазмы и уменьшить болевой синдром. Данный вид занятий был популярен у одиноких омег, поскольку пусть и немного, но снижал их либидо путём воздействия на парасимпатику. Впоследствии они становились расслабленными, а приходя домой, легко и надолго засыпали после горячей ванны с аромамаслами, которые обычно рекомендовал приобрести учитель.       Чонгук с волнением в сердце ожидал Чимина в зале, который находился чуть поодаль от остальных. Там, как правило, проводились и другие практики для омег. Правда, они были более… эзотерическими, направленными на исполнение желаний или привлечение своего альфы. Чонгуку магическое мышление было не свойственно, но как бизнесмен он понимал популярность и необходимость подобных направлений. В конце концов, такие практики положительно влияют на ментальное здоровье и успокаивают нервную систему, так что угрызениями совести Чонгук по этому поводу не страдал. Потому и выделил в каждой своей студии по уютному залу, где можно было приглушить свет, зажечь ароматические свечи и просто позволить себе расслабиться. В неспокойном двадцать первом веке омегам это было просто необходимо.       Чимин появился в помещении вовремя — он всегда был пунктуальным. И когда увидел Чонгука, его дыхание сбилось, а между ног стало горячо и влажно. Он сделал пару шагов назад и вдруг осознал, что это, возможно, не просто совпадение… Неужели... Но каковы шансы? — Добрый вечер, Чонгук, — вежливо поздоровался он. — Вы… вы снова заменяете тренера? — Здравствуйте, Чимин, — Чонгук широко улыбнулся омеге, не скрывая, как рад его видеть. — Да, так сложились обстоятельства. Надеюсь, вы не против?       Возможно, всему виной подступающая течка, но Чимин вдруг ощутил готовность пофлиртовать. Он сделал глубокий вдох, вобрав в себя лёгкий аромат хвои, исходящий от альфы, и томно произнёс, глядя на него из-под ресниц: — Ну что вы, я очень даже за… — чем приятно удивил Чонгука. Он думал, что омега всегда такой строгий и официальный, но как оказалось, его голос может звучать ещё более нежно и... эротично.       Затем он подошёл к стеллажу с ковриками для йоги и выбрал тот, что на самой нижней полке. Чтобы соблазнительно прогнуться в пояснице, явив Чонгуку виды на его аппетитную пышную задницу. У альфы в горле пересохло, когда он заметил своим зорким глазом крошечное мокрое пятнышко на серых леггинсах в зоне промежности. Чонгук уверен, что они совсем новые, ведь Чимин обычно был в чёрном. Он прикрыл глаза на мгновение и приказал себе собраться. — Что ж, начнём…       Чимин послушно сел на коврик по-турецки, повторяя за Чонгуком, чтобы сделать несколько дыхательных циклов и настроиться на практику. Голос альфы будто бы растекается по его телу, стимулируя выработку феромонов. До течки оставалась целая неделя, однако Чимин начал чувствовать возбуждение уже сейчас. Рядом с таким альфой трудно сдерживаться. И… и надо ли? Чимину вспомнился недавний разговор с Джином, который в какой-то степени помогал раскрепоститься перед Чонгуком… К чему бежать от своих желаний и, возможно, судьбы? Ну и что, что он сейчас полный? Полные люди разве не занимаются сексом? Судя по тому, что многие его коллеги с лишним весом счастливо замужем и имеют по несколько детей, с сексом у них проблем явно нет. Как и с самооценкой. Так что то ли подступающая течка, то ли недавний телефонный разговор с альфой из бара по имени Юнги (который, к слову, забросал его комплиментами своим чарующим низким голосом), то ли невероятно притягательный запах Чонгука изменили самоощущение Чимина. А может, повлияло всё вместе. К тому же, он начал видеть результат от тренировок и даже стал немного нравиться себе без одежды, так что... Возможно, он попробует соблазнить Чонгука. А если тот откажет в свидании или просто в близости, то расстраиваться Чимин не станет. А возможно, он не станет этого делать — пытаться соблазнить этого чертовски привлекательного альфу. Голос разума всё ещё силён и не позволит так просто повиноваться своим инстинктам, силясь защитить и без того хрупкую омежью психику.       Чимин постарался расслабиться, повторяя лёгкие асаны за альфой. И у него получалось — Чонгук всё же превосходный тренер. — Сейчас мы сделаем несколько упражнений на растяжку всего тела, прежде чем перейти к работе над малым тазом, — сказал альфа после короткой разминки. — Таким образом у вас улучшится кровообращение в этой зоне и ваше “цветение” пройдёт не так болезненно.       Хотелось бы Чонгуку улучшить кровообращение в малом тазу Чимина другим способом, более действенным и приятным… Да только не осмелится он предложить нечто подобное даже хорошо знакомому омеге — не в его принципах заводить взаимовыгодные отношения на одну ночь. Или неделю. Ему ведь не двадцать, такие связи ему давно не интересны. Почему-то многие в окружении Чонгука поначалу считали, что он не проводит ночи один, что всегда есть кто-то, кто согревает его постель. Однако альфа был не из таких. Видя трепетную любовь отца к папе, Чонгук хотел, чтобы у него в жизни было так же. Они дали сыну не только прекрасную внешность, но и образцовое воспитание.       Практика длилась чуть больше часа. Чонгук знал, что к этому времени все обычно покидают студию. Пока Чимин отдыхал в позе младенца после очередной связки асан, альфа быстро сбросил Феликсу сообщение о том, что тот может уйти домой пораньше. Чонгук планировал остаться вдвоём в студии с Чимином, чтобы пригласить наконец на свидание. Чтобы омега не успел затеряться в толпе и убежать. Или сегодня, или никогда. Такие омеги, как Чимин, не остаются одни долго.       К концу практики в воздухе витало странное напряжение, и на мгновение Чонгук даже пожалел о своей затее. Обычно он мог похвастать способностью сдерживать себя и своё возбуждение рядом с омегами даже в состоянии предтечки, однако Чимин одним своим присутствием словно выключал рычаги контроля один за другим, затуманивая разум альфы. При очередной смене положения при переходе из одного комплекса асан к другому Чимин вдруг издал громкий болезненный стон, чем заставил Чонгука изрядно поволноваться. — Что-то не так, Чимин-щи? — Альфа тут же подошёл к нему. — Вам больно?       Чимин издал ещё один стон, но имеющий уже несколько иной оттенок. Чонгук почувствовал, как концентрация феромонов внезапно стала выше некуда. Запах сирени словно заполнил его лёгкие до отказа — видимо, когда омега возбуждается, сирень начинает сильно выделяться в его естественном аромате роз. А разум… разум почти покинул обоих. Это было похоже на первобытное влечение альфы и омеги, когда у людей было сильное животное начало. По всей видимости, у этих двоих была идеальная совместимость. — Это… это был спазм внизу живота, — с придыханием ответил Чимин голосом, больше напоминающим нежное мурлыканье. По спине Чонгука прошёлся табун мурашек от одного лишь этого звука. — Не очень больно, просто неожиданно. Я… — Чимин пытался собраться с силами, чтобы принять сидячее положение, но его руки отчего-то ослабли, оставив его лежать на животе. Он чувствовал, как промежность медленно начинает намокать. — Я думаю, лучше мне пойти домой… Кажется, я переоценил свои силы сегодня.       Чонгуку же так не показалось. — Давайте я отвезу вас домой, — предлагает он. — Кажется, это из-за меня у вас такая реакция.       Чимин резко повернул голову к нему, продолжая лежать на коврике. — Вы уверены? Боюсь, у меня не осталось сил на то, чтобы принять душ и переодеться. Должно быть, от меня сейчас сильно пахнет... — У вас прекрасный природный аромат, — перебил его Чонгук. — Да и вы сами сказали, что сил у вас не осталось. Отказа не приму. Я в какой-то степени отвечаю за вас сегодня.       С этими словами он просто подошёл к омеге и с лёгкостью взял его на руки. Чимина приятно удивило то, каким Чонгук был... большим. Большим и сильным. — Вам не тяжело? — всё же поинтересовался Чимин, пусть и прекрасно чувствовал, что Чонгук не испытывает ни малейшего дискомфорта. — Не-а.       "Своя ноша не тянет", — добавил он мысленно. Если бы он сказал это вслух, Чимин бы, вероятно, насторожился. — В каком шкафчике ваши вещи? — спросил он, опустив Чимина на пуфик в раздевалке.       Закрыв студию, они устремились на парковку. Передохнув несколько минут и выпив воды, Чимин снова был в состоянии передвигаться самостоятельно, а потому молча шёл рядом с Чонгуком, ощущая себя... странно. Будто это всё происходит не с ним. Его жизнь ведь совершенно не такая. Так не бывает. В его нынешней версии жизни не бывает красавцев-альф, так просто предлагающих подвезти до дома. И не бывает сильных альф. Сильных настолько, что тащить на своём плече восемьдесят килограммов не является чем-то сложным. В голову вновь взбрели бурные фантазии о сексе на весу... Даже когда Чимин был стройным, у него такого не было — у бывшего была слабая спина и никакой речи не могло быть даже о том, чтобы просто покружить омегу на руках ради красивого видео в "Инстаграм".       Чимин отгонял мысли о сексе с Чонгуком всю дорогу до дома. Он избегал даже бросать дежурные взгляды на альфу и молчал, словно воды в рот набрал. Даже рука Чонгука на руле казалась ему самым сексуальным зрелищем на свете. Впрочем, позже Чимин придёт к выводу, что манера вождения альфы была такой сама по себе и вдохновляла на спонтанный секс, а иногда и на более экстремальные эксперименты. Он не знал, что желанный им мужчина проходил через то же. Через борьбу с самим собой.       Когда машина наконец подъезжает к дому Чимина, концентрация феромонов становится нестерпимо высокой и оба еле сдерживают желание наброситься друг на друга с поцелуями. Чимин на грани того, чтобы открыто предложить себя, но его останавливает только одно: страх, что Чонгук откажется от столь щедрого предложения за ненадобностью. Кто знает, может, у него уже есть омега? И если сердце Чонгука занято, это было бы не так обидно, как... как отказ из-за несоответствия его личным предпочтениям. Наверняка как тренеру ему нравятся стройные...       Чимин не успел поблагодарить альфу и попрощаться, как Чонгук сам нарушил молчание: — Чимин, простите меня, — его голос звучал взволнованно. — За... за что? — удивлённо спросил омега. — За это, — он неловко развёл руками. — За то, что я, по всей видимости, спровоцировал приближение вашего цветения. Я... на самом деле тот, другой тренер, не болеет. Это я сам вызвался провести это занятие, чтобы... чтобы пригласить вас на свидание. Не смог дотерпеть до следующей недели, когда ваше цветение пройдёт. Боялся, что вас заполучит кто-то другой. — Эм... — Чимин непонимающе хмурится. А потом до него начинает доходить... — Что?! — Я думаю о вас каждую ночь, — отчаянно продолжал Чонгук, неумолимо краснея. Впрочем, краснел в эту минуту не он один. — Не могу выкинуть вас из своих мыслей вот уже несколько месяцев с тех пор, как впервые увидел. Я ради вас всё это затеял. Ради вас вернулся к проведению групповых тренировок, ради вас просил Тэхёна не приходить на ваши тренировки. Чтобы увидеть вас, чтобы... чтобы просто подышать одним воздухом с вами. Чимин, я очарован вами. И мне невыносимо от одной только мысли о том, что я не увижу вас в ближайшие пару недель. — Чонгук-щи... я... стойте. Так я вам нравлюсь? — Чимин, казалось, до сих пор не осознал происходящее в полной мере. Практически начавшаяся течка туманила разум.       В иной ситуации Чонгук бы, возможно, сделал какое-нибудь саркастичное замечание в стиле Тони Старка, но видя состояние Чимина, он просто продолжил признаваться в своих чувствах: — Очень нравитесь. Я хочу вас. И не только физически, но и в свою жизнь.       Чимин сознательно пропускает мимо ушей вторую часть фразы и просто кладёт свою миниатюрную руку на крепкое бедро Чонгука, чем окончательно добивает альфу: — Тогда займитесь со мной сексом, Чонгук-щи. Проведите со мной эту течку.       Альфа выглядел ошеломлённым. Предложение провести течку вместе — последнее, что он ожидал от этого неприступного омеги, который бегал от него уже который месяц. — Чимин... вы уверены? Потому что я не смогу вам отказать. Я и сейчас еле сдерживаю себя, чтобы не наброситься на вас.       С этими словами он накрывает ручку Чимина своей горячей ладонью и ведёт её вверх к своему паху, чтобы омега почувствовал, насколько сильно Чонгук им очарован. — Уау, — восторженно выдыхает Чимин и слегка сжимает член альфы через джинсы, чем окончательно сводит того с ума. Толщина внушительная. Чимин уже представил себе, как будут саднить уголки рта, когда он попробует обхватить его своими пухлыми губами. И как приятно этот член будет распирать его внутри... — По поводу того, уверен ли я... — Да? — Чонгук, — Чимин переходит на неформальную речь, — у меня не было секса два года. Я... я довольно консервативный человек. И вы первый, кто вызвал у меня желание. Поэтому да, я уверен в том, что хочу провести с вами течку. Соблюдая все надлежащие правила, конечно, — имея в виду презервативы в качестве защиты, минимальное количество сцепок за течку и нежное уважительное отношение к себе, даже если их не связывают официальные отношения. В обществе большинство благоразумных альф старались бережно относиться к омегам, однако в жизни каждого из них всё равно случались некрасивые ситуации. — Понимаю, что в глазах альф всё это выглядит не очень, но если честно, мне всё равно. Мне всё равно, что сейчас я выгляжу доступным. Надоело сдерживаться. Я хочу, чтобы вы, Чон Чонгук, овладели мной во всех мыслимых и немыслимых позициях. Прямо сейчас.       Чимин буквально воспламенил Чонгука своими словами. Большего и не требовалось. Да и разговоры о чувствах — не самая лучшая идея, когда омега думает только о том, как бы заполучить вожделенный узел как можно скорее. Чонгук даст ему всё, что он хочет. И не только этой ночью. — Тогда перейдём на "ты"? — риторический вопрос, стирающий границы между ними окончательно.       Улыбнувшись друг другу, они быстро покидают машину. Чонгук еле блокирует машину трясущимися руками с помощью пульта, пока Чимин набирает код на двери подъезда со второго раза. Они начинают целоваться ещё в лифте. Чонгук прижимает омегу к стене и впивается в желанные пухлые губы горячим поцелуем. На камеры им плевать. Пусть охрана смотрит и завидует их страсти. Чимин с непривычки замирает — два года без альфы дают о себе знать. Но мышечная память возвращается уже на втором поцелуе, и вскоре он сам перехватывает инициативу и втягивает язык Чонгука в рот, провоцируя того на неожиданно громкие стоны. Чимин обожает целоваться даже больше, чем трахаться. Он готов ласкать губы альфы сутками напролёт. Чонгук такой приятный на вкус. Его губы хоть и не очень пухлые, но такие мягкие, тёплые и чувственные, а изгиб их слегка капризный. Они идеально сочетаются с губами Чимина, напоминающими дольки спелого мандарина.       Омега готов отдаться Чонгуку прямо в лифте — можно ведь просто повернуться к нему спиной и приспустить леггинсы, прикрыв стратегически важные места длинной футболкой, а его партнёру достаточно расстегнуть ширинку и соединить их тела; однако остатки разума и звуковой сигнал лифта всё-таки убеждают их дойти до квартиры. Правда, дальше коридора они не двигаются — слишком долго ждали этого момента и наконец дорвались. Проходит минута — и их одежда с сумками оказывается на полу. Они стоят голые вплотную друг к другу, наслаждаясь объятиями и поцелуями и даже не думают останавливаться. Чонгук наконец получает доступ к шикарному телу Чимина, о котором мечтал одинокими ночами. Он с наслаждением проходится широкими ладонями по мягким плечам омеги, слегка сжимает его грудь пальцами, спускается ниже по лопаткам к талии, сминает в руках пухлые бока, сочные ягодицы, затем возвращается наверх и скользит по самой любимой омежьей части тела — к мягкому округлому животику. Чонгук любит, когда животик есть. Ему нравится переход от милой складочки под пупком к лобку. И не нравится, когда там слишком плоско. Впалые животы и вовсе кажутся ему жутковатыми. В его вселенной так не должно быть. Он вообще не понимает, зачем омеги мучают себя диетами, изнуряющими тренировками, болезненными инъекциями и даже операциями в попытках избавиться от самой красивой части их тела. Чонгук может принять всё — впалые щёки, худые ноги, руки, маленькую грудь, отсутствие жира на боках, слишком тонкую талию. Но плоский живот и плоские ягодицы — никогда. На омег этого типажа он даже не смотрит. Если говорить откровенно, у него на таких и не встаёт при условии, что между ними нет духовной близости. К тому же, у худеньких омег и так слишком много почитателей, поэтому Чонгук не считает, что дискриминирует кого-то по внешнему признаку. Ему просто нравятся пышные омежки с красивыми лицами и сочными губами. Если бы его поставили перед выбором между стройным омегой и чрезмерно полным — он без сомнений выбрал бы второй вариант. Исходя из собственного опыта в отношениях, сделать из по-настоящему полного омежки просто восхитительно пышного намного проще, чем заставить худого омегу набрать в весе. Да и кто Чонгук такой, чтобы заставлять кого-то толстеть, чтобы понравиться ему? Он всего-навсего не одаривает таких вниманием и всё. Это нормально, у всех разные предпочтения. Он ведь не во всеуслышанье говорит об этом, у него нет цели кого-то задеть или заставить измениться под свои стандарты. Более того, он избегает отвечать на вопросы о предпочтениях в личной жизни в социальных сетях и интервью, говоря лишь простое:       "В омегах я прежде всего ценю красоту души".       Конечно, это ложь во благо. Абсолютно каждый альфа смотрит в первую очередь на внешность и способен сразу понять, нравится ему омега или нет. Чимин зацепил Чонгука с первой минуты именно внешностью и дивным запахом, а не хорошим покладистым характером. Впрочем, омег с покладистым характером Чонгук тоже никогда не любил. И хотя в обществе весьма популярен миф о том, что пухлые омежки самые послушные и добрые, он не понаслышке знал, что это далеко не так. Пышечки обычно самые капризные и требовательные. И самые-самые страстные, если их раскрепостить как следует. Именно пышечкам — если они не стесняются своей роскошной красоты и умеют себя украшать — крайне редко изменяют. Пышечки покоряют своим весёлым нравом и умением окружить альфу заботой, а потом, когда "капкан" уже захлопнулся, показывают зубки. И это Чонгук обожал в них больше всего. Также именно у пышных омег, как правило, самые красивые лица и идеальная мягкая кожа. И если бы Чимин был худеньким, Чонгук вряд ли заметил бы его. Он и тренером стал только потому, что общество заставляло пышечек худеть и это было прекрасной возможностью окружать себя самыми красивыми омегами. Правда, его программы тренировок были настолько эффективными, а сам он интуитивно понимал, как именно работает организм пышных омег и в чём отличие их метаболизма и других процессов от стройненьких, что практически все его клиенты становились тонкими-звонкими спустя шесть-двенадцать месяцев после начала работы с ними. Чонгук мысленно вздыхал каждый раз, когда "выпускал" очередного сильно похудевшего омегу — в мире стало ещё на одну "невидимку" больше. Но омеги отчего-то становились такими счастливыми, когда сбрасывали "лишний" вес, поэтому Чонгук тоже находил в себе силы радоваться вместе с ними. Карьера его шла в гору, денег становилось больше, он становился известным в своей сфере, а вот в личной жизни наступило затишье. Почему-то люди считали, что если альфа тренер с впечатляющими мускулами, то ему обязательно нравятся такие же помешанные на спорте омеги. Таким образом Чонгук незаметно загнал себя в ловушку. "Директ" его был переполнен сообщениями от "инста-моделей", а вот по-настоящему красивые в его глазах омеги обходили его стороной.       Так что сейчас, стоя на коленях между ног Чимина, прижатого спиной к стене в коридоре его уютной квартиры, Чонгук принял твёрдое решение не упускать возможность завоевать сердце того, кто полностью в его вкусе. Таких катастрофически мало. Тело Чимина такое отзывчивое, а стоны его — настоящая музыка. Когда Чонгук приспускает нижнее бельё омеги и целует его клитор, тот вяло сопротивляется. — Чонгук, может, вначале сходим в душ? — слегка оттягивая альфу за волосы и приподнимая его подбородок, чтобы посмотреть в глаза. Чимин уже был в душе перед тем, как пойти на йогу после работы, но освежиться ещё раз никогда не мешает. — Ни за что, — мотает головой из стороны в сторону Чонгук и зарывается лицом в промежность Чимина. — Ты, м-м-м, такой вкусный. Ну же, расставь свои прекрасные ножки, позволь мне распробовать тебя как следует.       Не дожидаясь ответных действий, он сам берётся за бёдра Чимина и раздвигает их, наслаждаясь изумительным вкусом влагалищного секрета и мягкостью кожи под ладонями. — Боже, Чонгук... — стонет омега, запрокинув голову. Ноги дрожат и еле держат его. Не остаётся другого выхода, кроме как вцепиться в крепкие плечи альфы пальцами и полностью довериться ему. Если упадёт, то его точно поймают. — Чонгук-Чонгук!       Он громко вскрикивает, испытав первый оргазм за этот вечер. Язык альфы продолжает терзать его клитор, а затем спускается ниже и имитирует движения члена во влагалище. Через несколько мгновений Чонгук наконец отрывается от сладкого омеги и смотрит ему в глаза. Чимин поражается тому, что его возбуждает открывшаяся ему картина: красивый альфа, нос, губы и подбородок которого покрыты естественной смазкой и сверкают в свете луны, а чёрные, как ночь, глаза блестят от возбуждения и... голода. Чимин чувствует, как начинает течь сильнее, и побуждает Чонгука подняться на ноги, одним лишь взглядом умоляя трахнуть его.       Их губы вновь сливаются в поцелуе, Чимин чувствует, как собственная смазка оказывается на его лице, губах, языке, в то время как Чонгук хватает его правую ногу под коленом, чтобы открыть доступ к вожделенному лону. Несмотря на то, что у омеги было самое начало течки, естественный секрет был густым и его было много, Чонгук всё равно не спешил сразу войти в него. Он медленно проводил головкой члена по припухшим от возбуждения и ласк половым губам, размазывая смазку так, чтобы проникновение было приятным и безболезненным. У Чимина два года не было секса, поэтому нужно быть осторожнее, даже если он регулярно ублажает себя игрушками для взрослых — у Чонгука довольно толстый член, так что он привык быть осторожным, пока влагалище омеги не адаптируется под его размеры. Наконец он начинает медленно погружаться внутрь Чимина короткими возвратно-поступательными движениями, пока ещё не осмеливаясь войти на всю длину. — Боже... — Чимин поднимается на носочек опорной ноги, чтобы отрегулировать угол проникновения и побудить Чонгука войти глубже. — Боже-боже-боже, как же я скучал по этому... смелее, Чонгук, пожалуйста...       Чимин умоляет-умоляет-умоляет и спустя несколько невыносимо долгих минут Чонгук наконец вошёл в него полностью. На мгновение омега даже перестаёт дышать и только теперь понимает, почему альфа так осторожничал и не поддавался мольбам и провокациям. — Сейчас, потерпи, малыш, я кое-что сделаю... — с этими словами Чонгук подхватывает Чимина и под второй коленкой, заставив его оторвать носочек от пола.       Чимин по-прежнему прижат спиной к стене, крепко обнимая Чонгука за плечи, но теперь колени его широко раздвинуты, а альфа держит его обеими руками под ягодицами и... и делает первое движение, поднимая его и вновь насаживая на свой член. Громкий стон наполняет пространство между ними, и Чонгук вновь впивается в губы Чимина страстным кусачим поцелуем. А затем делает второе движение, и третье, четвёртое... а потом Чимин сбивается со счёта, потому что ему так хорошо-хорошо-хорошо, как никогда в жизни не было. Второй оргазм прошивает его не только от правильных движений большого члена альфы внутри, но ещё и от осознания того, что его, полного омегу, трахают на весу так, будто всегда только этим и занимались. Ещё одно сладкое мгновение, в котором альфа нежно целует его, и он отключается.       Приходит в себя Чимин уже на кровати в спальне. Между его ног снова снует туда-сюда голова Чонгука, юркий язык которого быстрыми движениями слизывает густую смазку с такими громкими чавкающими звуками, что это неизбежно делает щёки Чимина пунцовыми. Да этот альфа же натурально пожирает его! Кажется, его никогда прежде так не хотели...       Что ж, кажется, ночь обещает быть долгой и полной удовольствий... Даже жаль, что подступает первая волна течки и Чимин, вероятно, не всё запомнит. Но то, что он, такой раскрепощённый в эти часы, испытал перед ней, было лучшим опытом в постели. Неужели так бывает?.. Как же жаль будет расстаться со столь идеальным сексуальным партнёром, когда погаснет огонь течки, сведшей их этой ночью...       Но об этом Чимин подумает через несколько дней. А пока время сполна насладиться близостью с лучшим альфой в стране. Или в мире. Чимин больше склоняется ко второму. Последнее, что он отчётливо помнит перед тем, как впасть в эйфорию "цветения" — это чёрные глаза Чонгука, смотрящие на него с таким восхищением и желанием, что он окончательно отпускает себя и расслабляется в объятиях альфы.

***

      Пока Чимин был в душе, где приводил себя в порядок после бурно проведённой течки — по правде говоря, он просто хотел побыть в одиночестве и прийти в себя после осознания, что это всё был не сон — у него зазвонил телефон. Чонгук, перекатившись на сторону Чимина в кровати, потянулся за ним и, увидев на дисплее яркое “Юнги (бар)”, не смог удержаться. Животное начало в нём всё ещё было слишком сильным, чтобы внять голосу разума и не становиться невыносимым ревнивым бойфрендом. — Да? — он приложил все силы, чтобы звучать спокойно и уверенно. Но альфа на том конце провода не дал ему ни единого шанса на это. — Привет, Чимин, — был бы Чонгук омегой, точно растаял бы от приятного низкого голоса некоего Юнги. — Как поживаешь, красавчик? — Спасибо, конечно, но я не Чимин, — с усмешкой оповестил Чонгук. — Ты говоришь сейчас с его парнем. — У Чимина есть парень? — удивлённо спросил Юнги. — Признаться, мы не обсуждали личную жизнь в прошлый раз. Но парень это же ещё не муж, верно? — шутливо произнёс он. — Тебе жить надоело? — Чонгук же был предельно серьёзен. Его голые инстинкты не позволили ему спокойно отреагировать на шутку. — Знаешь, я думаю, нам надо встретиться, чтобы кое-что тебе прояснить.       Они договорились о "стрелке", а потом Чонгук, услышав, как звуки воды в ванной стихли, сбросил звонок и положил телефон на место. Чимин проснулся раньше и сразу убежал купаться. Его течка закончилась этой ночью и, кажется, их ждёт серьёзный разговор. Чонгук сел в постели, думая, что сказать. И нужны ли вообще слова? Ведь всё и так ясно.       Чимин же в это время не решался выйти из ванной. Грешным делом он даже подумывал не выходить вовсе и подождать, когда Чонгук догадается уйти сам. Омега не мог заставить себя посмотреть ему в глаза, будучи в ясном сознании. Ему было... стыдно. Стыдно, неловко, странно. И как-то... нереально, что ли. Омеги обычно крайне редко запоминают свои течки во всех подробностях. Если проводят её без альфы, принимают подавители с сильным снотворным эффектом, чтобы инстинкты не взяли верх. Эти препараты выдаются бесплатно в клиниках и некоторых аптеках по всей стране. А если "цветение" проходит с альфой, то после его окончания в голове остаются смутные отрывочные воспоминания. В случае же с Чонгуком... Чимин запомнил необычайно много. Перед глазами так и проигрывались горячие сцены, пока он стоял под тёплыми струями воды. Чимин не девственник, в прошлых отношениях секс был регулярным и вполне разнообразным, однако вспоминая то, что делал с ним Чонгук, он чувствовал, как горят щёки. И не только они. Внизу всё ныло и даже щипало из-за интим-геля. Кажется, альфа не оставлял его ни на секунду, пусть и старался быть осторожным. Но большой член есть большой член. Чимин чувствовал: ему, точнее его гениталиям, нужен перерыв по меньшей мере на три дня. Если Чонгук захочет повторить... он прямо скажет это. А если альфа уйдёт — в том числе и из его жизни — так даже лучше, ничего не придётся объяснять. Почему-то Чимин был уверен, что он уйдёт. Ну не может быть такого, чтобы такой идеальный, галантный, а главное, нереально красивый альфа был всерьёз увлечён Чимином. Пару лет назад он, быть может, поверил бы в это, но не сейчас. Так что почти смирившись с этим фактом, Чимин укутался в полотенце и, бросив последний взгляд на свои покрытые засосами и следами укусов шею и ключицы, покинул ванную комнату.       И... застыл, глядя на Чонгука. Дыхание его вмиг участилось, а сердце, казалось, бьётся теперь где-то в горле. — Доброе, кхм-кхм, доброе утро, — даже голос его охрип.       Чонгук широко улыбнулся ему. Слава богу, в глазах нет ни капли отвращения или чего-то подобного. Чимин облегчённо выдохнул и смущённо улыбнулся в ответ. Взгляд альфы вновь стал плотоядным — увидеть такого Чимина было самым лучшим вознаграждением. После утреннего душа, без макияжа и укладки, без своей прелестной одежды омега так... так вкусно выглядит. Такого Чимина хочется подолгу обнимать, целовать в макушку, смешить, кормить, заботиться и никуда не отпускать. Чонгук именно для этого встал с кровати, как был, голый и тихо рассмеялся, когда Чимин стыдливо отвёл глаза от его тяжело покачивающегося эрегированного пениса. Омега даже сделал пару шажков назад. — Не бойся, Чимин, я не... я знаю, что ты сейчас не в состоянии заниматься этим, — Чонгук продолжал подходить ближе, в глазах его плясали чёртики. — Я сам вчера наносил мазь на твою прекрасную ву... — Чонгук! — перебил Чимин и закрыл лицо руками. Полотенце он зажал подмышками, поэтому оно не упало. Иначе было бы ещё более неловко. Когда он был в душе, то чувствовал, что между ног будто бы что-то нанесено, однако думал, что это влагалищный секрет застыл и стал более вязким, а оказывается, Чонгук ещё и поухаживал за ним прошлой ночью. — Ну же, не зажимайся, всё ведь было так прекрасно, — Чонгук подошёл к Чимину вплотную и отнял его руки от лица. Полотенце всё-таки упало на пол. Чимин судорожно вздохнул, когда член Чонгука коснулся его мягкого живота. Сам же альфа поцеловал его в щёку. Он наслаждался тем, как Чимин смущённо смотрит вниз, избегая зрительного контакта. До чего же мило — только вчера подмахивал ему, насаживаясь на член, и выкрикивая не самые приличные фразочки в процессе, а сейчас он сама невинность. Идеальный. — Боже, так бы тебя и съел. Ты такой красивый.       Чимин не стал отрицать этого, пусть и был не согласен с комплиментом. Он прикрыл руками грудь и низ живота и посмотрел Чонгуку в глаза. — Я закажу завтрак. Вы в душ? — Вы? — неверяще переспросил Чонгук и усмехнулся. — После всего, что между нами было, ты хочешь снова перейти на "вы"? Ладно, Чимин-щи, как скажете. Я приму душ и встретимся на кухне. Закажите мне айс американо и что-нибудь съестное на ваш вкус. Я в целом всеяден, правда, любимым моим блюдом являются вкусные омежки. Прямо как вы.       Он легко обошёл обнажённого Чимина, готового провалиться сквозь землю от смущения, и будто случайно коснулся кончиками пальцев его бедра перед тем, как скрыться за дверью ванной. Чимин стоял как вкопанный несколько мгновений, но потом стряхнул с себя наваждение, снова укутался полотенцем, взял телефон и поспешил на кухню, попутно делая заказ в приложении. Когда всё было готово, он прошёл в гардеробную и наконец оделся в свободную длинную футболку с логотипом любимой группы. Не хотелось мучить своё тело неудобной официальной одеждой, да и Чонгук всё равно уже всё видел, какой смысл прятаться?       Курьер с завтраком приехал аккурат к моменту, когда Чонгук закончил водные процедуры. Он сам и открыл дверь, стоя на пороге в трусах. Оплатил заказ картой и понёс пакеты на кухню, где его ждал Чимин. Чонгук, увидев его в одной футболке, чуть было не обезумел. Эти восхитительные пышные белоснежные бёдра, едва прикрытые тканью, так и манили бросить всё и просто припасть к ним своими губами. Чимина хотелось испить до дна. Стоять у него между ног на коленях, сминая в руках мягкую кожу на внутренней стороне бёдер, наслаждаться его вкусом, слушать музыкальные стоны... Чонгук едва заметно тряхнул головой, заставляя себя думать о чём-то менее возбуждающем. Он и так затрахал Чимина в буквальном смысле этого слова так, что к концу течки тот не мог даже просто свести ноги вместе. Его половые губы так распухли и покраснели, что полностью закрыли дырочку между ними, а клитор стал слишком чувствительным, настолько, что даже куннилингус стал болезненным. Чонгук испытывал лёгкое чувство вины за это, потому что не слезал со своего омеги все эти четыре дня. Чимин даже спал с членом Чонгука внутри, пока тот обнимал его со спины. Неудивительно, что омеге сейчас нужна продолжительная пауза в половой жизни. Когда течка пошла на спад прошлой ночью, омега даже не мог принять в себя член, но хотел доставить Чонгуку удовольствие — и тогда они попробовали межбедренный секс. Именно поэтому сейчас он еле сдерживал себя, разглядывая Чимина, что-то нарезающего в одной футболке. Хотелось подойти к нему сзади, смазать внутреннюю часть бёдер и... — О, ты встретил курьера, — Чимин обернулся и наградил Чонгука своей лучезарной улыбкой. — А я не услышал, как он пришёл, надо же. — Ага, за эти дни я не раз это делал, — Чонгук наконец-то отвис и улыбнулся в ответ. — Давай помогу накрыть на стол. И да, мы снова перешли на "ты"?       Чимин тихо рассмеялся, прикрывая губы ладошкой. Его милые глазки практически исчезли, а крошечный носик слегка разъехался. Очаровательно. — Извини, но мне было так неловко! — признался Чимин, выхватывая пакет с круассанами и раскладывая их на тарелки. Чонгук же расставил стаканчики с кофе — холодным айс кофе для себя и горячим кофе с солёной карамелью для Чимина — и сел на один из стульев прямо в полотенце. — Я не каждый день просыпаюсь с любовником на одну ночь. Ну, технически это было несколько ночей, но суть одна.       Чонгук, уже откусивший огромный кусок круассана с шоколадной глазурью, подавился, услышав это. — Прости, что? — откашлявшись, спросил он. Чимин обеспокоено посмотрел на него. — Мне показалось, или ты сказал, что я твоя интрижка на одну ночь? Тебе настолько не понравилось? — В больших глазах Чонгука появилась вселенская печаль. — Что?! — Теперь была очередь Чимина давиться. Правда, он подавился воздухом. — Я... напротив, мне очень понравилось! Хоть я и не помню всего, но то, что я помню, мне очень нравится... Очень. — Тогда почему ты не хочешь продолжать это? — непонимающе спросил Чонгук. — Почему же не хочу? Хочу... — Вообще ничего не понимаю. Тогда почему ты назвал меня любовником на одну ночь? — Я думал, что это я для тебя омега на одну ночь... — признался Чимин. — Я просто... я просто очень взаимный.       Чонгук понимающе усмехнулся. Очень взаимный, значит. Деловой какой. Это умиляло. — В таком случае я не намерен тебя отпускать, Чимин-щи. — Его проникновенный взгляд сводил омегу с ума.       Этим утром Чонгук не удержался и всё равно попробовал Чимина на вкус. Наслаждение с лёгкой ноткой боли было чем-то необычным. И всё равно хотелось ещё. Чимин позволил Чонгуку остаться с ним ещё на пару дней, и они даже решились снова заняться сексом — настолько их тянуло друг к другу. Правда, они сделали это всего один раз и после этого приняли твёрдое решение дождаться, пока Чимин не будет полностью готов к следующему секс-марафону.

***

      Чимин и сам не заметил, как быстро у них закрутились отношения и как быстро он в них растворился. Поначалу после течки ему было неловко показывать своё обнажённое тело альфе, он игнорировал некоторые позы, в которых его живот образовывал ненавистные складки. Чимину было до жути стыдно за них, в то время как Чонгуку они наоборот нравились. И если раньше омега любил вариант миссионерской позы, где его ноги закинуты на плечи альфы, то теперь он эту позу ненавидел за то, что она его уродовала. И ладно бы Чонгук в этой позе наклонялся и целовал Чимина в губы — это было бы просто чудесно, ведь он не видел бы его внешнего несовершенства — но как назло, Чонгук просто обожал отклоняться корпусом назад и смотреть, как его член скрывается во влагалище омеги, а ещё ему нравилось, как эта прелестная тяжёлая грудь вздымается вверх и вниз при каждом толчке. И, конечно же, он обожал смотреть, как пружинят складочки на животе Чимина. Осознание, что под ним такой пышный красивый омега, который наслаждается процессом, сносило ему крышу.       Наслаждаться близостью в этой позиции Чимин начал далеко не сразу. В первый месяц их отношений они занимались сексом без света, пока Чонгук не напросился к омеге в душ и не оттрахал его со всей страстью. Но со светом Чимин практиковал ограниченное количество поз. И чаще всего выбирал колено-локтевую — в ней у него появлялась возможность красиво выгнуться. Таким образом бёдра выглядели шире, а талия становилась тонкой. А ещё в этой позиции Чонгук порой перехватывал его запястья одной рукой и тянул на себя, одновременно лаская его клитор другой рукой; тем самым угол проникновения приносил куда больше удовольствия, да и сама мысль о том, что альфа держит его в своих руках, быстрее доводила до оргазма. И всё же у Чонгука были вопросы. — Чимин, а тебе нравится моё лицо? — спросил он на второй месяц после начала их отношений. Они наслаждались послеоргазменной негой в объятиях друг друга. Чимин даже недоуменно нахмурился и привстал на локтях, чтобы заглянуть альфе в лицо. В прекрасное, к слову, лицо. — Конечно, нравится, — честно ответил Чимин. — Как такое лицо может не нравиться? — А тело? Тебе нравится моё тело?       Чимин напрягся. Может, у Чонгука есть какие-то претензии к нему? Может, он хочет на что-то намекнуть? От смущения он даже накрылся простынёй, хотя до этого спокойно лежал голым на руке Чонгука. Тому это не понравилось, и он просто смахнул простыню в сторону, а сам лёг на живот, чтобы смотреть на Чимина. Потянувшись губами к его пышной груди, он несильно куснул омегу за сосок, услышав тихий стон. Чимин подложил под голову подушку, чтобы его лицо казалось более точёным, а не расплывшимся из-за горизонтального положения. — Конечно, твоё тело тоже очень красивое, — тихо сказал омега и погладил Чонгука по щеке, кончиком большого пальца оттянув нижнюю губу вниз. — А... а что?       Чонгук легко куснул его и за палец, а затем зализал укус. — Тогда почему ты не смотришь на меня, когда мы занимаемся любовью? Ты всегда поворачиваешься спиной ко мне... Не пойми меня неправильно, мне очень нравится, но я так люблю делать это лицом к лицу... Я хочу видеть тебя всего, ты так меня заводишь, твоё тело такое восхитительное со всех сторон, но твой взгляд с поволокой — то, что способно завести меня с пол-оборота.       О. О-о-о. Чимин сильно удивился данному заявлению. И думал, стоит ли поделиться тем, что он просто-напросто комплексует по поводу того, как выглядит его тело в других позах? Не выставит ли он себя омегой с заниженной самооценкой? А может, Чонгук каким-то магическим образом не замечает его очевидную полноту? Хотя... как можно не заметить, что омежка, с которым ты спишь, пухлый? Они встречались всего пару месяцев, и всё же у Чонгука ведь прекрасное зрение. Почему он продолжает с ним спать? Он ведь может соблазнить любого омегу модельной внешности из своей студии. Чимин вздохнул. К сожалению, ни травмы, ни комплексы, не лечатся одним только хорошим сексом. — Я просто... Чонгук, а тебе нравится моё лицо? Тело? — откровенно спросил Чимин и невольно задержал дыхание. — Да, конечно! — горячечно выпалил Чонгук, даже не раздумывая. — Мне всё в тебе нравится, ты — мой идеальный тип, Пак Чимин.       С этими словами он приподнялся и навис над омегой. — Займёмся любовью лицом к лицу? — Только если ты будешь постоянно целовать меня...       "Чтобы тебе не бросилось в глаза то, как некрасиво складывается живот в миссионерской, каким большим он выглядит, когда ты берёшь меня на боку, чтобы после сытного ужина ты не видел, какой широкой становится моя талия к вечеру, чтобы не заметил, как некрасиво я выгляжу сверху"...       Чимин не стал развивать тему и обсуждать свой лишний вес с Чонгуком. В конце концов, таких альф, как он, вероятно, в первую очередь привлекает уверенность в себе. А быть неуверенными в себе могут даже шикарные модели. Ещё Чимину не хотелось показывать, что он ненавидит своё тело. Вдруг это бы повлияло на отношение Чонгука к нему? Вдруг он тоже бы увидел, какой Чимин некрасивый в этом несуразном теле? Почему-то в отношениях проблемы восприятия и (не)любви к себе стали ярче. В особенности после того, как Чонгук активно начал демонстрировать их отношения на людях и в социальных сетях.       Это началось на третий месяц их отношений. Поначалу они ходили на свидания в свободное от работы время, а после неизбежно засыпали обнажёнными в объятиях друг друга. В студии никто не знал об их отношениях. Лишь Феликс загадочно улыбался Чимину, когда видел его, и мило интересовался, как у него дела. Чонгук практически сразу рассказал омеге, что администратор — его племянник. Чимин даже почувствовал какое-то иррациональное облегчение от этой информации, потому что Феликс был невероятно красивым, как айдол. Также Чонгук сразу рассказал, что он не совсем тренер, а владелец этой сети студий. И это расставило всё на свои места. Стало ясно, зачем он приходил в студию вначале и почему у него было такое странное расписание занятий.       Чимин продолжал ходить на тренировки к Тэхёну. И поскольку у него появился половой партнёр, он был особенно заинтересован в приведении фигуры в порядок. Старался изо всех сил, порой оставался на две утренние тренировки подряд. Урезал сладости и мучное. И поначалу результат ему очень нравился, тело заметно подтянулось. Но когда Чонгук стал демонстрировать свою симпатию перед всеми... тогда и началась эта чертовщина.       В первый раз Чонгук открыто поцеловал своего омегу в щёчку перед своими моделями, когда Чимин собирался выходить из студии. Это была одна из редких вечерних тренировок в день, когда он поленился рано встать. Альфа просто поймал его за руку, притянул к себе и обнял за талию. — Ты решил не ждать меня сегодня? У тебя планы, Чимин-и?       Поцелуй в щёку, а потом и в губы застал Чимина врасплох. Он мгновенно ощутил на себе завистливые взгляды омег-фанатов Чонгука. Но в тот день этот поцелуй увидел и Джин. Вначале лицо его выражало приятное удивление, а затем он одобрительно улыбнулся. Позже Чимин получил сообщение:

"Так вот кто занимал твои мысли! Вы такие красивые вместе *_* Я очень рад, что у вас всё серьёзно. Чонгук хороший парень, надёжный. А как он смотрит на тебя! Моя интуиция подсказывает мне, что ты выйдешь замуж к концу этого года ;)"

      Чимин не особенно верил в эти слова про свадьбу, но... но стоило признать, что ему немного этого хотелось. Конечно, брак больше не занимал его мысли, карьера шла в гору, финансовое состояние улучшалось, но он знал, что когда-нибудь захочет создать свою семью.       Как бы то ни было, с момента того поцелуя Чонгук стал показывать, кому принадлежит его сердце, намного чаще. Иногда он заходил на занятие к Чимину просто чтобы спросить, как у него дела. И "случайно" прикоснуться к нему или сделать комплимент. Или попросить зайти к нему в офис после тренировки — Чимин даже не знал до недавнего времени о его существовании, — где они неизменно подолгу целовались, пока студия не опустеет. Иногда они позволяли себе занятия любовью в душевой, когда не хватало терпения доехать до чьей-нибудь квартиры.       Потом Чонгук познакомил его со своими лучшими друзьями. А затем и вовсе начал влезать в финансовые обязательства Чимина, интересуясь стоимостью арендной платы за квартиру, средние затраты на машину и прочие моменты. Спустя три месяца отношений, когда Чимину необходимо было обновить договор аренды, Чонгук вызвался оплатить ему квартиру на полгода вперёд. Просто потому, что ему так захотелось. Чимин искренне не ожидал этого — ему хватало ухаживаний со стороны Чонгука, приятного общения и шикарного секса — но кто он такой, чтобы отказываться от помощи? Интуитивно он чувствовал, что Чонгуку будет очень приятно, если он примет его помощь. А делать приятно Чонгуку ему нравилось. Во всех смыслах этого слова.       Поначалу Чимин думал, что после течки его влечение к Чонгуку пройдёт. Но проблема была в том, что оно стало лишь сильнее. И всё было бы неплохо, если бы дело ограничивалось одним только физическим влечением. Но нет. Ситуация стала очень... сложной.       С течением времени Чимин влюбился по-настоящему. Влип в эти чувства как мальчишка, и, кажется, это было навсегда.       Чонгук оказался альфой мечты Чимина, поэтому у него просто не было шансов не очароваться в ответ. А когда появляются настоящие глубокие чувства, появляется тревога. Страх потерять любимого человека. Особенно в ситуации, когда вдобавок ко всему тебя гложет жуткая неуверенность в себе из-за лишнего веса. И ситуация обострилась, когда Чонгук выложил совместное фото с Чимином в "Инстаграм" спустя четыре месяца отношений, подписав:

"Свет очей моих"

      Фотография излучала неподдельное счастье и нежность — футбольный матч, разрисованные довольные лица болельщиков, Чонгук, крепко прижимающий Чимина к себе за талию и целующий его в висок. Глаза у альфы прикрыты от удовольствия. Чимин же широко улыбался и действительно излучал свет. Который увидеть были способны такие же светлые личности. К сожалению, таких было мало. Омега успел прочитать множество негативных комментариев о себе, прежде чем они оказались удалены. Люди, прикрытые анонимностью, осмелели настолько, что перестали видеть границы. ✦ "А глаза закрыл, чтобы не видеть ЭТО перед собой" ✦ "Его бывшие были такими красивыми, что это недоразумение делает рядом с Чонгуком?" ✦ "Наверняка этот омега из богатой семьи, недаром говорят — деньги к деньгам. Наверное, его отец инвестирует в бизнес Чонгука" ✦ "Наверное, у него действительно красивая душа )))))))))))))" ✦ "А как его зовут? Скиньте его инсту" ✦ "Какой же этот омега уверенный в себе, захомутать Чонгука... завидую, это надо уметь" ✦ "Интересно, что же этот омега умеет такого, что Чонгук не видит, с кем встречается" ✦ "Ха-ха, ну вы даёте! Такие токсичные ккк. Ору с коммента про закрытые глаза" ✦ "Этот омега, должно быть, спас планету в прошлой жизни"             ↳ "Если он спас планету, то почему бог не подарил ему красоту?"                         ↳ "Его душа выбрала красивого богатого альфу, я бы тоже на его месте выбрал этот вариант вместо красоты. Чонгук шикарный ^^"                                     ↳ "Хм, ну так-то да" ✦ "Жирдяй" ✦ "И почему рядом с такими красавчиками всегда ТАКОЕ? Это несправедливо" ✦ "Он недавно родил ребёнка?" ✦ "Его зовут Пак Чимин, он бывший одноклассник моего друга"             ↳ "И какой он был в школе? Не дразнил никого?"                         ↳ "На самом деле он был славный! И очень популярный. Жаль его, он раньше был стройным и очень даже красивым. Мой знакомый был без ума от него"                                     ↳ "Эх, лишний вес так всех уродует. Я тоже сильно набрал за последний год. Так жаль его"       Больше сил читать это у Чимина не было.       Естественно, фотография была опубликована с разрешения Чимина. Ему даже польстило, что Чонгук хочет показать его своим подписчикам — это не знакомство с семьёй, конечно, но тоже признак серьёзных намерений. Хотя... прочитав комментарии, он задумался. А действительно ли Чонгук относится серьёзно к нему? Кто-то писал про его красивых бывших. Выходит, он и раньше публиковал фотографии с ними? Неужели для него это было в порядке вещей — открыто встречаться, а потом так легко расставаться, словно ничего и не было?       Чимин не был одним из тех омег, которые способны узнать бывших пассий по, к примеру, отражению в ложке на старых публикациях. Но пользоваться "Навером" умел. И введя простейший запрос "Чон Чонгук тренер личная жизнь", нашёл несколько интересных кадров из архивных статей о спортивных достижениях альфы. Чонгук на этих фотографиях всё такой же красивый и мускулистый, а вот омеги рядом с ним сильно отличались от Чимина. Они были очень стройными и эффектными, прямо как он сам в двадцать лет. И это, именно это сильно расстроило Чимина тем вечером. Не злобные комментарии, выражающие малодушие и зависть, а сам факт того, что он у Чонгука первый пухлый омега. Теперь Чимин запутался окончательно и решил узнать о тех омегах больше.       Всего омег было три. По крайней мере, засветившихся в интернете. Чимин наивным не был и понимал, что такие альфы, как Чонгук, крайне редко бывают одни. Всех омег он нашёл в "Инстаграме". Двое из них были инфлюэнсерами с модельной внешностью и эстетичной жизнью, у третьего же омеги страница была закрытой, но на аватарке он был стройный. Выходит, Чонгук лукавил, когда говорил, что Чимин его идеальный тип? Или же... или же он всегда отрицал, что ему нравятся полные, а с ним наконец признал это? Или...       Чимин загнался. И из-за этого решимость похудеть стала сильнее обычного. Но он обещал себе применять только здоровые методы.       Для начала он перестал есть после шести вечера. Чонгуку нравилось водить его в интересные рестораны два-три раза в неделю и смотреть, как аппетитно ест Чимин. И хотя они обычно не переедали на свиданиях, омега всё равно урезал этот приём пищи, заменив его на зелёный чай. Чонгук очень расстраивался, когда Чимин перестал посещать с ним рестораны, ведь это было не только вкусно, но ещё и очень весело. Поход в ресторан означал, что они найдут повод принарядиться, сделать кучу фотографий для их совместного альбома, прогуляться после ужина, узнать друг друга получше и просто побыть вместе. Также Чонгук любил фотографировать Чимина. Буквально каждое свидание сопровождалось его авторской фото- и видеосъёмкой. Особенно удачные кадры он выкладывал в "Инстаграм". Чимин, видя старания Чонгука и действительно хорошие кадры, не мог отказать любимому, когда тот спрашивал разрешения на выкладку. — Ты настолько прекрасен, что я не могу сдерживаться. Хочу сохранить эти кадры навсегда... И чтобы весь мир знал, что этот шикарный омега мой.       Альфа тоже влюблён без памяти, и Чимин интуитивно это чувствовал, пусть и боялся это признать. Боялся отдаться этому прекрасному ощущению себя любимым. И ему так хотелось, чтобы рядом с таким шикарным мужчиной был такой же шикарный омега...       Вторым шагом к более быстрому, но здоровому похудению стало усиление интенсивности тренировок и их длительности. То есть он начал посещать по три тренировки в день, одну утром и две вечером либо наоборот. Ходил он так же к Тэхёну, который удивлялся, зачем ему нужно столько тренироваться. Зато Джин радовался, что теперь он чаще видит Чимина. Однако минусы тоже были — Чимин теперь меньше времени проводил с Чонгуком. И если бы он получил хороший видимый результат, эта жертва была бы оправдана... Вот только эффект от этих мучений был противоположный.       Чимин стал очень сильно уставать и отекать. У него был такой сильный стресс из-за негативных комментариев, которые неизменно оставляли подписчики Чонгука. Он успевал прочитать их до того, как они будут удалены, и расстраивался. В итоге у него даже нарушился сон, а сам он впал в отчаяние, видя в зеркале омегу, который стал ещё толще.       Чимин встречался с альфой своей мечты вот уже полгода и за последний месяц набрал ещё пять килограммов. У него было ощущение, что он раздулся как шар. Впрочем, в какой-то степени так и было — из-за гормонов стресса его живот увеличился, вода в организме нещадно задерживалась, талия снова начала исчезать, а целлюлит на бёдрах стал выраженнее. Моральное состояние стало хуже некуда из-за того, что весь прогресс от тренировок исчез так быстро. Так что когда Чонгук пригласил его на ужин в новый рыбный ресторан, Чимин согласился безо всяких сомнений, чем здорово удивил своего альфу. Удивил и, конечно, осчастливил. Чимин же думал: какой смысл отказываться от ужинов, если он не похудел ни на грамм?       Чего Чимин не учёл, так это того, что он сорвётся. Смотря на Чонгука, он, конечно, был очень рад его видеть. Но... ещё большее счастье ему в этот момент принесло чтение меню и выбор блюд. Он с горящими глазами заказал себе три новых блюда, чем здорово удивил Чонгука. Обычно омега не выбирал больше одной позиции. Впрочем, ему было радостно на душе от того, что у Чимина наконец-то появился аппетит. Он готов был заказать своему любимому омежке всё меню, лишь бы он был в прекрасном настроении. — Как дела на работе? — поинтересовался Чонгук. — Нормально, — отозвался Чимин. Правда, нормально не было. Весь этот месяц он мучился от головных болей и быстрой утомляемости. А ему на работе нельзя быть вечно уставшим. — А у тебя? — Всё как всегда: стараюсь балансировать между ведением бизнеса, спортом, ведением тренировок и встречами с тобой, — с улыбкой ответил Чонгук и разлил им вино по бокалам. Чимин почтил его согласием и на алкоголь этим вечером. — Вроде получается неплохо, раз ты согласился пойти сегодня на настоящее свидание. — А наши встречи у тебя или у меня дома ты за свидания не считаешь? — кокетливо спросил Чимин и сделал глоток вина. — Считаю, конечно. Однако здесь у нас другая атмосфера. И ты... такой прекрасный, как и всегда, — восхищённо проговорил Чонгук и привычно достал телефон. — Позволь мне запечатлеть сегодняшний вечер.       Под "вечером" он обычно подразумевал самого Чимина. Обычно он снимал на видео основное блюдо, а затем — его "личный десерт". Так было и в этот раз: он направил камеру на бокалы с вином и перевёл объектив на Чимина, но тот закрыл лицо руками. — В чём дело? — обеспокоено спросил альфа. — Я... я сегодня не в настроении, — сказал Чимин. — Давай в другой раз?       Чонгук выглядел несколько расстроенным, но камеру убрал. В душе же у него разразилась самая настоящая буря. Он что, разонравился Чимину? Чимин больше не хочет быть с ним? Не хочет показывать всему миру, что они вместе? — Хорошо, милый, — внешне же он звучал миролюбиво.       Вскоре принесли заказ. И Чонгук, который так любил хороший аппетит Чимина, в этот раз был не просто удивлён. Он был поражён. Чимин ел так, будто голодал несколько дней. И это был не просто хороший аппетит и истинное наслаждение едой, это было беспорядочное поглощение пищи. Чонгук любил Чимина любым, однако сейчас перед ним был совсем другой человек. Он тактично промолчал, не желая смущать омегу — мало ли какие стрессовые дни бывают. Возможно, Чимин просто не захотел рассказывать о неприятностях на работе. Чонгук тоже порой не сразу делится чем-то, что огорчило его. Или же... или же Чимин хочет расстаться, но не знает, как это сказать, вот и отвлекается едой. Чонгук не собирался помогать ему, если это так. Пусть набирается смелости и бросает его, глядя ему в глаза и по собственной инициативе. Возможно, это эгоистично и малодушно, но Чонгук и вправду не собирался заводить этот разговор сам. В этот раз точно нет. Чонгук был уверен, что Чимин не изменял, не предавал его, в отличие от бывших... Поэтому он подождёт до какой-нибудь критической точки. Чимин — его любовь, он в своих чувствах уверен. Более того, он так долго ждал именно этого омегу в свою жизнь... В нём он видел своего будущего супруга. А Чимину, возможно, просто нужно время, чтобы разобраться в себе?       Как бы то ни было, наблюдать за активно жующим Чимином всё равно было одно удовольствие. Отогнав тревогу за отношения на второй план, Чонгук, съев свою рыбу с салатом, опёрся подбородком о сложенные седлом руки и просто любовался им. Когда все тарелки были опустошены, в Чимине словно переключилось что-то. Он вернулся в реальность, и она ему очень не понравилась. Вот что он имел: следы соуса на лице, потому что ел он быстро и неаккуратно, жуткий дискомфорт в животе, и... внимательно наблюдающий за ним Чонгук. У Чимина челюсть отвисла от осознания. Его альфа всё видел! Какая же стыдоба! Но выходить из любой ситуации нужно достойно, поэтому он, удерживая зрительный контакт с Чонгуком, быстро стёр жир и соус с уголков рта и рук несколькими влажными салфетками и... расхохотался. Громко, заливисто, а главное, искренне. Это и вправду было смешно на самом деле, если не драматизировать. Чонгук тоже заулыбался. Наконец-то у Чимина поднялось настроение. — Господи, я всё тут смёл! Ты не представляешь, каким голодным я был! — подметил очевидное Чимин. — Рестораны для этого и существуют, чтобы голод утолять, — поспешил успокоить его Чонгук. Мягкий взгляд альфы пуховым облачком обволакивал и расслаблял Чимина. — Твоя правда, — закивал омега, — но ведь этот ресторан такой изысканный. Я чувствую вину за то, что не наслаждался медленно каждым кусочком так искусно приготовленной рыбки. Боже, никогда больше не буду сидеть на диете! — вырвалось у него. Он прикрыл рот руками, поняв, что сболтнул лишнего.       Теперь же что-то переключилось и в Чонгуке. Что-то тёмное выбралось на поверхность его души, и он спросил, нахмурившись: — Ты сидишь на диете? — упавшим голосом спросил он. — За... чем? Для чего? Для кого ты это делаешь? Ты встретил кого-то другого? Кто это?       Теперь всё будто встало на свои места. Отказ от вечерних свиданий в ресторанах, слишком частые и активные тренировки, ставшая такой редкой близость в последний месяц... Если раньше они и дня не могли прожить порознь — Чонгук постоянно придумывал поводы для встреч хотя бы для того, чтобы получить страстный поцелуй омеги, — то теперь Чимин избегал его. И близость... секс стал странным. Даже в самом начале их отношений он таким не был, а потом и вовсе стал крышесносным, когда Чимин раскрепостился, но сейчас... сейчас омега просто закрылся от него. Всё встало на свои места. У Чимина просто появился другой! — Что? — ошарашено воскликнул Чимин. — Что ты такое говоришь? Я сел на диету для себя!       "Точнее, для тебя в первую очередь, но тебе о моих комплексах знать вообще не обязательно!", — мысленно добавил он. — Я тебе не верю, — упавшим голосом сказал Чонгук, и прозвучал он чертовски серьёзно. — С чего бы такому шикарному омеге садиться на диету для себя? Ты себе не нравишься? Да нет, я, вероятно, несу какой-то бред, — он решительно помотал головой, словно пытаясь вытряхнуть эту мысль из головы. — Ты не можешь не нравиться себе и не можешь не нравиться другим альфам. Это невозможно. Твоё лицо, тело... У тебя ведь кто-то появился, да? Ты не можешь не сводить с ума.       Чимин поверить не мог своим ушам. И это длилось уже полгода. Ему просто трудно поверить, что Чонгук действительно искренен в своих комплиментах. Кажется, ему снова пора к психологу. — Чонгук... всё не так... — пытался оправдаться он, но в ту же секунду совершил фатальную ошибку.       Ошибку, практически стоившую ему отношений с Чонгуком.       Он обратил внимание на другого мужчину в присутствии своего альфы. Конечно, в этом нет ничего такого, если ситуация обычная. Но если дать Чон Чонгуку веский повод для ревности — а диета Чимина и его необычное поведение таким является — то пощады ждать не стоит. У каждого альфы есть свой предел. Свои границы, в рамках которых он держит своего внутреннего зверя под контролем. Но момент, когда Чимин беззаботно помахал рукой в знак приветствия тому самому Мин Юнги, который когда-то активно приглашал его на свидание, вывел Чонгука из себя. Юнги же, чувствуя агрессивный настрой неудавшегося в прошлом соперника, намеренно решил позлить его. — Здравствуй, Чимин, — он невозмутимо подошёл к столу влюблённой пары и поцеловал руку омеге. Трюк сработал — щёчки Чимина стали очаровательно розовыми. А в тёмных, почти чёрных глазах Чонгука будто вспыхнули языки пламени. — Как же ты прекрасно выглядишь. Ощущение, что ты проводишь дни напролёт в спортзале и у косметолога.       Вместо очаровательного смущения на лице Чимина расцвело такое же очаровательное, но... отчаяние. В какой вселенной вообще возможны настолько неудачные совпадения? Чонгук ведь точно подумает невесть что о нём! — Боже... — прошептал он. И почему он чувствует вину за то, чего никогда не делал? Может, потому, что Чонгук так на него смотрит? — Спасибо, Юнги, мне очень приятно. Но мы... мы сейчас уже уходим с Чонгуком, нам нужно идти. Не так ли, милый?       И хотя Чонгук сильно злился на Чимина, он всё равно не мог подвести любимого человека. В этом ведь и есть смысл любви. Как бы любящие друг друга люди ни ссорились или обижались, для внешнего мира они всё равно останутся одним целым. — Верно, мы уже уходим, — Чонгук сделал знак официанту, чтобы тот принёс счёт. — Как же так, мы даже не поговорим, Чонгук-щи? — усмехнулся Юнги. — Признаться, мне так не хватало наших разговоров о том, кто кому принадлежит. — Что? Вы что, знакомы? — удивился Чимин. — Как тесен мир.       У Чонгука на этот вопрос была интересная реакция, чего не мог не заметить Чимин, — он заиграл желваками, а кулаки его то сжимались, то разжимались. — Ага, благодаря тебе и познакомились, — сказал Юнги. — Или ты не знал, что твой орангутан назначил мне встречу, где угрожал физической расправой, если я ещё раз тебе позвоню?       Чимин удивлённо посмотрел на Чонгука, пытаясь понять, правду ли говорит его случайный знакомый из бара. Чёрные глаза альфы по-прежнему поблёскивали недобрым огнём. Неужели Чонгук способен на такое? Он настолько ревнивый? Не опасно ли это?.. Решив разобраться с этим позже, омега поднял взгляд на Юнги: — А-а, ты об этом? — спросил Чимин с улыбкой и накрыл кулак Чонгука рукой. — Это я его попросил.       Юнги явно не ожидал такого ответа. Лицо его вытянулось в удивлении. — Ты серьёзно?       Чимин мило рассмеялся и посмотрел на Чонгука. Взгляд альфы мгновенно потеплел, а кулаки разжались. И в следующую секунду он сам взял Чимина за руки и нежно погладил каждую из них. — Да, Юнги, ты уж извини, — голос омеги звучал особенно мягко и чарующе. Практически мурлычаще. — Мы с моим альфой начали встречаться практически сразу после того, как я дал тебе свой номер. Я тогда не знал, как сказать тебе об этом. Я ведь тебе свидание обещал, помнишь? А потом у нас так быстро всё закрутилось... Я просто... я не силён во всех этих вежливых отказах и... в общем, я скинул ответственность за это на моего альфу. Его, кстати, зовут Чонгук и никакой он не орангутан. Знаешь, это даже мило, что он угрожал убить тебя. Ради меня никто такого не делал... — мечтательно заключил Чимин, с любовью глядя в глаза Чонгуку.       Юнги был поражён в самое сердце. Чимин смог разбить его одним своим ответом. Надо же, как он предан своему альфе. Судя по искреннему изумлению во взгляде, он ведь абсолютно точно не знал об угрозах Чонгука по отношению к Юнги! И как можно считать милой нездоровую одержимость человеком? Они оба точно ненормальные. Впрочем, альфа не был плохим или вредным, поэтому быстро оставил пару в покое. Просто всё равно ему было как-то обидно, а случайно встретив их в новом заведении, он не мог не попытаться поставить их в неловкое положение. — Вы ненормальные, — заключил Юнги. Было неясно, пытался ли он так успокоить себя или действительно так считал. — Точно ненормальные. Оба. — Влюблённость всегда похожа на лёгкое сумасшествие, — беззаботно отозвался Чимин.       И когда Юнги покинул их поле зрения, он отпустил руку Чонгука, но тот не дал этого сделать и сжал ладонь омеги сильнее. — Давай прогуляемся, — попросил Чонгук. — Пожалуйста. Я всё тебе объясню.       Чимин согласился. Ему хотелось развеяться, да и ощущение чрезмерной сытости приносило дискомфорт. Прогулка по набережной реки Хан была хорошей идеей. К тому же, дом Чонгука был недалеко от ресторана, а альфа жил в одном из самых спокойных и комфортабельных районов. Иногда, когда у Чимина не было тренировок, они катались на велосипедах, а потом проводили жаркие часы в объятиях друг друга. Чонгук делал омеге массаж ног и спины, непременно заканчивавшийся массажем его пышных ягодиц, а затем и близостью. — Чимин, я... — Чонгук попытался объясниться, однако омега перебил его. — Давай помолчим немного, — мягко предложил Чимин. — Мне надо подумать, в моей голове всё перепуталось. — Как скажешь, милый... — Чонгук всерьёз забеспокоился. — Если хочешь, ты можешь идти домой, — вдруг сказал Чимин. Беспокойство в душе альфы стало сильнее. — Я имею в виду... не хочу тебя задерживать. Район ведь безопасный, со мной ничего не случится. Как доеду домой, я отправлю тебе смску. Я всё равно переел, хочу подвигаться и подумать. — Я бы хотел прогуляться с тобой, если я тебе не мешаю, — ответил альфа. — Обещаю, что не буду ничего говорить, пока ты думаешь о своём. — Хорошо. — Только, Чимин... — Чонгук взял омегу за руку. — Давай после прогулки зайдём ко мне? Когда нагуляемся. Выпьем чаю, согреемся. Переночуешь у меня, чтобы не ложиться слишком поздно.       Маска серьёзности Чимина чуть не пошла трещинами. Он не помнит и дня, когда они с Чонгуком рано ложились спать у него дома. Всё всегда начиналось с чая или кофе, продолжалось невинными поцелуями, а потом... Несмотря на путаницу в голове, Чимин всё равно почувствовал лёгкое возбуждение, вспомнив, что они вытворяли с Чонгуком в постели. До того, как... как уверенность омеги в себе пошатнулась. — Хорошо, Чонгук. Чай так чай.       Чонгук облегчённо выдохнул и переплёл свои пальцы с чиминовыми. Какое-то время они гуляли в полной тишине. Чонгук знал, что отреагировал в ресторане немного неправильно. Чимин, судя по всему, ему не изменял. Более того, желание Чонгука жениться на нём стало сильнее некуда. Вначале он думал, что сошёл с ума, потому что мысли о свадьбе начали посещать его с первой проведённой ночи с Чимином. Не было помехой для этих мыслей и замутнённое феромонами течки сознание. С Чонгуком такое было впервые. Ему было всё равно, что он совершенно не знал омегу. Он чувствовал его, и этого было достаточно. А когда Чонгук узнал Чимина получше, то и вовсе стал одержимым им. Это даже пугало. Хотелось забраться Чимину под кожу, чтобы всегда быть с ним. Всё в этом омеге было прекрасно. Одержимость дошла до такой степени, что альфе хотелось даже уборную посещать вместе, чтобы не расставаться ни на секунду, точнее, он не видел в этом ничего такого. Чимин, правда, это желание быть рядом все двадцать четыре в сутки не разделял, предпочитая ухаживать за собой и делать другие личные дела в одиночестве. И всё же Чонгук понимал, что перегнул палку, угрожая Юнги. Но он бы сделал это снова и снова с каждым, кто посмеет посягнуть на его омегу.       Чимин же был в замешательстве. В его голове была война. Одна часть — рациональная — говорила ему, что Чонгук идеальный альфа, а главное, он любит Чимина. Иначе зачем ему выполнять все три пункта из книги про психологию альф? Чимин когда-то читал подобную литературу и запомнил из неё, что серьёзно настроенный альфа будет заявлять об их отношениях друзьям, семье, всему миру. С семьёй он пока Чимина не познакомил, зато познакомил с друзьями-альфами. Те, конечно, оценивающе разглядывали омегу, однако тактично молчали, когда Чонгук называл Чимина самым прекрасным омегой в мире. Да и чёрт с ними на самом деле. Чимин дружить или близко общаться с друзьями альфы не собирался, а уж считали ли они его достойным Чонгука в плане красоты... да плевать вообще на это. У каждого свой вкус, он не может угодить всем в этом мире. Вторым пунктом в книге было закрытие материальных потребностей омеги. Чимин уже и забыл, когда тратил свои деньги в последний раз. Поскольку Чонгуку нравилось сопровождать его во время шопинга или похода за продуктами, то он не позволял омеге расплачиваться, даже если сумма была поистине внушительной. Чимин как-то раз обновлял кое-какую технику в доме и решил прикупить себе телефон последней модели, о которой грезил с самой презентации. Он даже подумывал тайно заказать её, но Чонгук запомнил его предпочтения и купил его сам. Чимин, не привыкший к тому, что альфа закрывает все его материальные потребности, не сразу осознал, что... его обеспечивают. Чонгук его обеспечивает! И делает это настолько естественно, словно делал это всегда. Третьим же пунктом была защита. Чонгук не позволял никому обижать Чимина. Он исправно удалял негативные комментарии об омеге у себя на странице и даже подал в суд на пару жёлтых газетёнок за некорректные слова в его адрес, добившись удаления статей. Чимин не знал об этом доподлинно, но... догадывался. Он по-прежнему избегал разговоров на тему комментариев в интернете и был благодарен Чонгуку, что тот не говорил ничего об этом, а молча разбирался с ситуацией. Но можно ли расценивать его тайную встречу с Юнги актом защиты своего омеги? Чимин не знал, но отчего-то не испытывал тревоги по этому поводу.       Вторая же часть Чимина — более неуверенная в себе — говорила ему не верить в сказки. Его бывший тоже в какой-то степени выполнял эти пункты. Чимин знал его семью, друзей. Это не гарант того, что отношения действительно серьёзные. И вообще... всем ведь нужны идеальные омеги. В нём говорила травма, связанная с прошлыми отношениями. В конце концов, так совпало, что Чимина бросили, когда он располнел. Да, располнел он из-за отсутствия стабильности, ощущения безопасности рядом с бывшим, но так ли важны причины? Факт ведь в том, что его бросили, как только он растерял свою внешнюю привлекательность. Да, никто не говорил этого вслух, но не всегда ведь нужно озвучивать такое? Бывший просто не хотел его обижать. Кто знает, вдруг и Чонгук такой же? Может, он поразвлекается с ним и тоже бросит? Вдруг встретит какого-нибудь стройного омегу и решит, что хватит ему позорить себя отношениями с пухлым омегой? Вдруг комментарии в интернете повлияют на него? Если сказать человеку что-то пять тысяч раз, он может поверить в это. И... эти чонгуковы бывшие. Они как раз и запутали Чимина, заставили усомниться в себе. И ужасно раздражали своей идеальностью. Чем больше Чимин смотрел на них, тем больше пухло его тело. Чем больше он сравнивал себя с ними, тем неувереннее чувствовал себя рядом с Чонгуком. Ещё немного, и у него будет нервный срыв. И он решает наконец сделать тот самый шаг, который нужно было предпринять ещё два месяца назад — откровенно поговорить с Чонгуком о них. И если — Чимина даже дрожью проняло при мысли об этом — если альфа прямо скажет, что было бы славно Чимину похудеть, то... придётся расстаться.       Потому что Чимин официально устал от всех этих мыслей, которые съедают его каждый день. Он, чёрт возьми, так сильно устал от этого всего! А вдруг он никогда в жизни не сможет похудеть? — Ну что, пойдём домой и выпьем чаю? — спрашивает он у Чонгука, остановившись на набережной и склонив голову набок. В глазах его Чонгук словно видит всю вселенную. — Только если ты поцелуешь меня.       Когда их губы соприкасаются под лунным светом — прямо как в их первую ночь, — Чимин даже готов отказаться от своей затеи. Но нельзя... надо либо вырвать всё с корнем, либо... Чимин старается не думать о положительном исходе предстоящего разговора. Не хочет тешить себя надеждами.       Чайник закипает необычайно быстро. Чимина прошибает холодный пот, а язык словно приклеивается к нёбу. Но нужно решиться. Когда Чонгук ставит перед ними две кружки с изумительной матчей, которую они недавно привезли из мини-отпуска в Японии, Чимин начинает разговор: — Чонгук, я должен тебе признаться... я тебя не понимаю.       Альфа удивлённо смотрит на него, делает первый глоток и спокойно отвечает: — Полагаю, это нормально, я ведь тоже не могу читать твои мысли. Что именно ты не понимаешь? Я отвечу на все твои вопросы, если они у тебя есть. — Я... боже, это так тяжело, — с натянутой улыбкой говорит Чимин. — Хорошо, давай начнём с самого... важного. Какие омеги тебе на самом деле нравятся? — Какие ещё омеги? — недоумевает Чонгук. — Мне нравишься ты. — Нет, я... я про твои настоящие предпочтения в целом. Физически. — Мне нравятся такие, как ты, — этим ответом Чонгук практически доводит омегу до белого каления. — Это какие?       Экран телефона Чимина вдруг загорается и раздаётся короткая вибрация. Но он не обращает внимания на уведомление, сейчас есть дела поважнее. — Красивые, — ещё один слишком лаконичный ответ. — А подробнее? Скажи мне правду, — Омега почти закипает. — Чимин, в чём дело? Ты подозреваешь меня в чём-то? — В том, что ты мне лжёшь! — Чимин повышает голос.       Впервые за полгода отношений он повысил голос на своего альфу. И Чонгук искренне считает это несправедливым. Другое дело, если бы он действительно хоть в чём-то солгал Чимину, — пожалуй, такая реакция была бы самой правильной. Несмотря на это, Чонгук сдерживает себя и не повышает голос в ответ. Пока что. — Можешь привести хотя бы один пример, когда я тебя обманывал? — Я не... — Чимин запинается, пытаясь подобрать слова. Телефон снова вибрирует. — Я не говорю, что ты обманываешь. Скорее, просто недоговариваешь... — Что именно я тебе недоговариваю? — Чонгук, я всё знаю, — Чимин идёт ва-банк. — Мне кажется, я не совсем нравлюсь тебе внешне... знаю, что ты предпочитаешь других, просто... ты, наверное, влюбился в мою душу и стараешься не обращать внимания на мою внешность.       Брови Чонгука сходятся на переносице. Он поверить не может, что его омега несёт такой бред. Он делает глубокий вдох, чтобы не выйти из себя. — И кто же сказал тебе такое? Кто-то из моих друзей? Мои подчинённые? Феликс?       Чонгук готов испепелить любого, кто заставил Чимина засомневаться в себе. Время от времени раздаётся короткая вибрация телефона, что раздражает его ещё сильнее. — Никто не говорил, я сам... сам так подумал. — Почему?       "Потому что я чёртов сталкер и нашёл твоих бывших!"       "А ещё потому что мой бывший бросил меня, когда я стал жирным!" — Потому что я выглядел лучше раньше. Поэтому я тебя не понимаю. — Лучше это как? — Лучше — это стройнее, — наконец-то прямо говорит Чимин и поднимает решительный взгляд на альфу. И чувствует наконец, как с его плеч падает тяжесть этого мира. — Я был стройнее раньше, Чонгук. Я был очень стройным, мне даже спортом не приходилось заниматься. Я был прекрасным. Прямо как твои... — "Бывшие". — Прямо как твои клиенты. Меня это удручает, если честно. Ты всегда окружён такими шикарными омегами, а встречаешься со мной... И люди говорят то же самое. Я читал все те комментарии, Чонгук, и пойму, если ты согласен со своими подписчиками. Я видел, как разочарованно твои друзья смотрели на меня. Я имею в виду, что ты не обязан делать это — встречаться и спать со мной — просто потому, что ты хороший парень, который однажды провёл со мной течку и теперь чувствуешь себя обязанным быть моим парнем. — Правильно ли я понимаю, — вкрадчиво начинает Чонгук и от его низкого голоса у Чимина ползут мурашки по задней поверхности шеи, — что мнение моих друзей и каких-то ничтожеств из интернета для тебя важнее моего?       Чимин сглатывает и отставляет кружку с матчей в сторону от греха подальше. — Нет...       Чонгук резко встаёт со своего стула и обходит стол так, чтобы оказаться прямо над Чимином. — Правильно ли я понимаю, что ты считаешь меня бесхребетным альфой, не способным самостоятельно решить, с кем мне встречаться, а с кем нет? — Чимин опускает голову, словно пытаясь спрятаться от недовольного Чонгука, но тот не даёт ему это сделать. — На меня смотри! — Чимин вздрагивает, но слушается. — Ты действительно считаешь меня таким? — Нет, я... — Правильно ли я понимаю, что ты охотнее поверишь словам других альф о том, какой ты красивый, нежели моим? — Чонгук шепчет это в губы Чимину. — Я видел твою реакцию на комплименты Юнги. Он тебе нравится? — Нет! — Чимин находит в себе силы оттолкнуть Чонгука с его провокационными вопросами и тоже встаёт со стула. Но это не помогает. Чонгук вынуждает его попятиться назад прямо к панорамному окну. — Что ты такое говоришь? Не нравятся мне ничьи комплименты! Я просто не верю, что могу нравиться тебе и всё! — То есть ты всё-таки считаешь меня бесхребетным? Думаешь, меня можно заставить встречаться с тем, кто мне не нравится? — Телефон Чимина снова вибрирует. Чонгук оборачивается и бросает разъярённый взгляд на него. — Господи, да кто тебе написывает в два часа ночи?!       Он берёт телефон в руки, наводит его экраном на лицо Чимина, чтобы разблокировать и читает сообщения. Тот даже пискнуть не успевает. Альфа делает такое впервые. — Кто такой Соджун? — спрашивает Чонгук. — Это... — Чимин выхватывает свой телефон из рук альфы и сам читает сообщения. Как же это всё невовремя! — Это мой босс. — У тебя что-то с твоим боссом? Какого чёрта он беспокоит тебя ночью? — Ничего у меня с ним нет! У нас просто... мы готовимся к неделе моды и всё. Дел много. Мне часто пишут среди ночи коллеги, я просто обычно ставлю телефон на авиарежим, чтобы нам никто не мешал. И вообще, мой босс омега. Тебе не о чем беспокоиться. — Это не меняет того, что ты всё ещё сомневаешься во мне и моих чувствах, — возвращается Чонгук к прежней теме. Чимин почти скулит, зажатый между чонгуковых рук. — Я не сомневаюсь ни в ком, — говорит он и выпутывается из объятий Чонгука. — Я... я понял, что нравлюсь тебе. Думаю, мы слишком устали, чтобы разбираться в этом и дальше... Нам нужно лечь спать. Мы можем завтра поговорить... — Ну уж нет, — говорит Чонгук и просто закидывает Чимина себе на плечо. Через пару мгновений они оказываются в спальне альфы. — Ты меня разозлил, Чимин-и. Сильно разозлил...       С этими словами он мягко опускает Чимина на постель и нависает над ним. Раздаётся треск ткани — и вскоре омега остаётся без одежды. — Значит, мы с тобой трахаемся уже полгода, а ты всё ещё не чувствуешь себя привлекательным? — Чонгук втягивает Чимина в кусачий поцелуй. — Что я делаю не так, если мой омега не верит, что он самый красивый в мире? — Дело же не в тебе... — прошелестел Чимин в перерыве между страстными поцелуями. — Это просто мои мысли и всё... — У тебя вообще не должно быть никаких мыслей, когда я целую тебя, — строго говорит Чонгук. — Чимин, ты, кажется, совсем не понимаешь, как действуешь на меня, да?       Чимин молчит. И молчание это становится ответом. Нет, не понимает. Совсем.       Чонгук берёт омегу за руку и проводит ею по своей груди, плавно спускаясь по животу к паху. Яркая реакция ниже пояса для них не в новинку, однако это всё равно волнует сердце Чимина. — Смотри на меня, Чимин, — говорит Чонгук и раздевается. А затем слегка отстраняется. Чимин же приподнимается на локтях, всё так же оставаясь спиной на постели. — Понаблюдай за реакцией моего тела и ты увидишь, как сильно я тебя хочу, просто находясь рядом с обнажённым тобой. Ты думаешь, я только твоё лицо нахожу красивым? Конечно, меня возбуждают твои тонкие черты, я обожаю твои пухлые губы, которыми ты целуешь меня и которыми ты даришь мне и другие удовольствия. У меня встаёт при одной мысли о них.       Чимин скользит взглядом по телу Чонгука вниз и понимает, что это правда. Ему не терпится ощутить альфу в себе, но он не позволяет себе сдвинуться с места. И не позволяет себе накрыться одеялом, как делал обычно. Кожей чувствует, что Чонгуку это сильно не понравится. — Причины моего влечения к тебе не заканчиваются только на твоём лице или, — он усмехается, — на твоей красивой душе. Впервые я увидел тебя со спины через стекло во время занятий, и ты мне сразу понравился. А когда повернулся лицом, я вообще пропал. Сейчас, когда я разглядываю твоё роскошное тело, твои изгибы, которые я просто обожаю, твою прекрасную мягкую грудь, твой восхитительный животик, в котором когда-нибудь будет наше дитя, — на этих словах у Чимина по телу пошли мурашки. Он тоже этого хочет. Очень хочет. — Я не могу не упомянуть твои пышные бёдра, между которыми я люблю проводить свои ночи, и твои нежные стопы, которые я так люблю видеть на своих плечах.       По мере того, как Чонгук описывал тело омеги, его феромоны заполняли комнату. Чимин даже подумал на мгновение, что у того начался гон. Стоило ли упоминать о том, что и южнее дела обстояли очень и очень... впечатляюще? А Чимин ведь даже не делает ничего, не прикасается, не целует, не ласкает, как старался делать это обычно. У него был всего один мужчина до Чонгука, но Чимин знал, что такое сумасшедшее влечение бывает не во всех парах. Даже когда альфа делал ему куннилингус, эрекция его не спадала ни на секунду. Анализируя всё это, Чимин начинает верить, что Чонгук действительно считает его красивым. Так же как другие альфы считают красивыми омег модельной внешности. И самое интересное, что Чонгук действительно делает его счастливым и вне постели. Если отбросить все комплексы... то в этом теле он счастливее в отношениях, чем когда был в идеальной форме. Может, сдаться и оставить всё как есть? — Чонгук, — зовёт он тихо и тянется к любимому мужчине, — иди ко мне. И не выключай свет.       Секс выходит жёстче, чем обычно. Чонгук словно оголодавший — впрочем, так в какой-то степени и было, — рычит на каждой фрикции, покрывает тело Чимина кусачими поцелуями, оставляет засосы на нежной коже, куда получается дотянуться. И всё это время осыпает омегу комплиментами, открыто выражая, как сильно он восхищается каждым сантиметром этого красивого тела. Говорит, какой Чимин идеальный, идеально-мягкий, о том, как сильно он обожает своего омегу, о том, что вот она, настоящая красота, здоровье, омежья энергия! Параллельно с комплиментами Чонгук повторяет, что Чимин довёл его... довёл до сумасшествия своей недоступностью, своим отказом от страстной близости в последний месяц, а Чонгук ведь так скучал, так скучал... И действительно оголодал, потому что не мог сполна насладиться этим восхитительным обнажённым телом. Чимин же неожиданно для себя оказывается в восторге от такого Чонгука... Да, он любит его мягким, обходительным, нежным как в постели, так и в обычной жизни, но и эта сторона — ревнивая, собственническая, немного жёсткая, горячая, обжигающая даже — ему по душе. Особенно когда он такой... открыто и эмоционально выражающий свои чувства и восторг по отношению к Чимину! Это подарило ему такое облегчение! Обычно альфа показывает своё расположение и любовь действиями. Кто же знал, что Чимину просто не хватало этих искренних слов? Слов и... столь эмоциональной реакции. Интересно порой устроена любовь. Она усиливается, когда оба открывают свою душу и не боятся быть уязвимыми.       Чонгук не прекращает двигаться в омеге даже после того, как довёл его до оргазма. Чимин на грани того, чтобы попросить его остановиться, потому что ощущения слишком интенсивные и необычные, но почему-то не делает этого, получая мазохистическое удовольствие от быстрых-быстрых движений члена внутри. Внезапно Чонгук сильно надавливает на низ живота омеги и на них обоих обрушиваются неописуемые ощущения. Чимин практически отключается, настолько ярким было послевкусие от первого в жизни сквирта. А Чонгук тяжело дышит ему в шею, пытаясь совладать с желанием уснуть прямо так, оставаясь внутри омеги. Но страх, что он задавит Чимина, заставляет собраться с силами и перекатиться набок, заключая того в объятия. Их не смущает, что они мокрые от пота и не только, сменить постельное бельё не проблема. Но те мгновения после оргазма, которые можно провести в обнимку, поистине бесценны. Ни один из них никогда не брал в руки телефон сразу после секса, не отвлекался на внешние факторы, будь то новая серия любимого сериала Чимина, футбольный матч Чонгука или работа. Пусть весь мир подождёт, пока эти двое наворкуются, а остальное неважно. — Я тебя люблю, Чимин, — признаётся Чонгук, глядя в глаза омеге. — Я так тебя люблю... Ты стал для меня всем. Причём... причём давно стал центром моего мира.       Рот Чимина приоткрывается в лёгком удивлении и на несколько секунд он забывает, как дышать. И понимает, что ему впервые в жизни признались в любви. Теперь всё, что было до Чонгука в личной жизни, перестаёт иметь смысл. Вот оно, настоящее. Вот какой должна быть любовь. Внезапно ему в голову приходит мысль, что многие люди, вероятно, обманывают и обманываются сами, думая, что умеют любить. Это дано не каждому. Им — Чимину и Чонгуку — дано. Это благословение свыше. Наконец к омеге возвращается способность говорить. — Я... Чонгук, я тоже тебя люблю. Очень-очень люблю.       Чонгук чувствует себя самым счастливым на свете. И делится этим счастьем, улыбаясь в поцелуй, в который втянул Чимина. Он целует всё лицо омеги и говорит: — Повтори. Любимый, повтори, что ты только что сказал. Особенно эту часть с "очень-очень". — Я тебя очень-очень-очень люблю, Чонгук, — нежно повторяет Чимин своё признание.       Нацеловавшись, они наспех принимают душ. Вместе. Чонгуку очень хочется повторить их близость, но он видит, что Чимин еле держится на ногах, а им ещё нужно сменить постельное бельё. Конечно, есть вариант трахнуть его на весу, а потом уложить на диване, пока Чонгук приведёт спальню в надлежащий вид... но он хочет сделать кое-что ещё этой ночью, поэтому проявляет терпение. — Я хочу наказать тебя за то, что посмел сомневаться в своей красоте, — ошарашивает Чимина Чонгук, пока обтирает его полотенцем. По коже омеги ползут мурашки от предвкушения. Чонгук ведь имеет в виду наказание, связанное с сексом? — Ты хочешь меня отшлёпать? — Чимин сам не ожидает, что в его голосе будет столько надежды. Чонгук не выдерживает и смеётся, притягивая его к себе. Целует в носик и отвечает: — Отшлёпаю. Но не сегодня.       Чимин чувствует твёрдый и горячий член Чонгука, прижимающийся к его животу и возбуждается сам. А затем проводит рукой по груди альфы, спускаясь ниже к цели. Крепко обхватывает член пальцами и опускается на колени. — Что же тогда ты хочешь сделать сегодня? — спрашивает Чимин, согревая эрегированный пенис своим дыханием. И как бы случайно легонько бьёт себя им по губам. Его пухлые, словно дольки апельсина, губки слегка пружинят от этого простого действия.       Чонгук не сопротивляется. И никогда не мог сопротивляться губам Чимина и его ласкам. — Боже... — выдыхает он и прикусывает ребро ладони, чтобы не застонать в голос. — Какой же ты... — Какой? — спрашивает Чимин и целует головку его члена, который тут же дёрнулся от приятной стимуляции. — Невероятный, — так же тихо отвечает Чонгук и слегка толкается бёдрами вперёд, чтобы ощутить то, по чему так скучал. Он был не из тех альф, кто открыто просит об оральных ласках омег, чтобы они не чувствовали себя обязанными это делать. И всё же это всегда приятно. И в глубине души Чонгук рад, что Чимин действительно любит дарить ему разного рода удовольствия. — Но нам нужно сменить постельное бельё.       Чимин прерывается — услышав характерное "чпок", когда омега вынимает член изо рта, Чонгук почти сдаётся, — и говорит: — Уверен, что ты таким образом меня наказываешь, а не себя? — с усмешкой на идеальных губах. — Я ни в чём не уверен, если честно... — признаётся Чонгук и поглаживает омегу по голове.       И Чимин пользуется этим, продолжив начатое. Он обильно смачивает член Чонгука слюной и помогает себе руками. Спустя несколько пробных движений у него получается расслабить горло. Он берёт руку Чонгука и ставит её себе на шею, чтобы тот ощутил движения члена снаружи. Чимин это обожает, даже курсы специальные когда-то проходил. Главный секрет так называемой "глубокой глотки" — это много слюны и искреннее желание получить и доставить удовольствие. Раздразнив Чонгука так, что, кажется, сейчас из его глаз посыплются искры, он выпускает член изо рта, целует головку, поднимает свои блестящие от слёз глаза на альфу и говорит: — Трахни меня у зеркала, Чон Чонгук...       И Чонгук окончательно сходит с ума. Вид поистине завораживает — Чимин с влажными ниспадающими на лоб волосами, абсолютно разбитый вид, который пробуждает в нём самые тёмные желания, распухшие губы и раскрасневшиеся от усилий лицо и шея и этот томный взгляд с поволокой, который срывает все тормоза в сознании Чонгука. Он заставляет омегу продемонстрировать все чудеса своей растяжки прямо перед зеркалом, затем сажает его на столешницу и ласкает пальцами и языком, а после велит смотреть на себя, пока входит в него сзади. Чимин наконец-то смог отпустить себя и перестать думать о том, как он выглядит. Теперь он сосредоточен не только на удовольствии Чонгука, но и на своём собственном. Самым эротичным во всём этой действе был не сам секс, а то, как они встречались взглядами через зеркало. И это оказалось для него откровением. Все барьеры действительно в голове.       Они снова принимают душ, точнее, Чонгук омывает Чимина, заботливо кутает в халат и относит отдыхать в гостиную, пока сам занимается приведением постели в порядок. А затем заказывает еду из круглосуточного ресторанчика неподалёку и идёт за Чимином. — Не спишь? — с нежностью в голосе спрашивает Чонгук, когда заканчивает все дела.       Чимин сонно потягивается. Полы халата слегка расходятся, демонстрируя его пышные бёдра. Чонгук сглатывает ставшую вязкой слюну, борясь с желанием снова окунуться с головой в незабываемое ощущение близости со своим омегой. Причём во всех смыслах. — Не-а, тебя жду. Но да, я очень устал за сегодня. Приятно устал, — с улыбкой добавляет он. — Тогда я отнесу тебя в нашу постель.       Они лежат молча в обнимку до тех пор, пока не привозят заказанную острую курочку. Чимин вдруг осознаёт, что он тоже голодный. — Конечно, ты столько калорий сжёг у зеркала, показывая свои успехи. Ты ведь столько тренируешься, — хвалит Чонгук и кормит Чимина кусочками куриного филе в кляре с рук. Тот облизывает его пальцы и блаженно жмурится. — Но ноги у меня всё равно дрожат, — смеётся омега. — Ты практически меня на шпагат разложил!       Чонгук тоже заливается смехом. — Что сказать, — он пожимает плечами, — я люблю такие активности.       Чимин вмиг грустнеет. Вот почему Чонгук встречался только с худыми омегами. С ними наверняка можно попробовать больше сложных поз. — Я сказал что-то не то? — спрашивает Чонгук, заметив реакцию Чимина на его слова. — Ты опять загрузился из-за того, чего нет? — Я... — Чимин опускает взгляд и больше не ест. — Я просто... признаться, эти пару месяцев я постоянно чувствовал себя не очень привлекательным. Точнее, совсем не привлекательным для тебя. На самом деле я с самого начала так себя чувствовал. Просто никогда не говорил этого вслух. А в эти месяцы всё то, что беспокоило раньше, будто обострилось. — Чимин... — Чонгук вытирает руки влажными салфетками и тянется к своему омеге. И указывает взглядом вниз на свой пах. — А это что, по-твоему?       Чимин послушно смотрит туда и понимает, что... — Это... — Да, Чимин, — кивает Чонгук, — ты просто сидишь напротив меня, а я уже тебя хочу. Я не знаю, как заставить тебя перестать сомневаться в своей красоте, но если ты загрузился из-за меня — то вот тебе подтверждение, что волноваться вообще не о чем. — Чонгук чувствует, как снова становится слишком эмоциональным. — Но если честно, я вообще не понимаю, как тебе в голову пришли такие мысли? Особенно относительно меня? Да стоит тебе просто подышать рядом со мной, как у меня сразу возникают разные... желания и реакции! Удивительно, как я вообще могу соображать и понимать, что ты говоришь! Я как будто в свои семнадцать лет попал — постоянно хочу трахаться! Точнее, я постоянно хочу трахать тебя, ласкать, вылизывать с ног до головы. Да была бы моя воля, мой член находился бы в тебе сутками! Я бы... я ненормальный, я помешан на тебе, Пак Чимин! Ты... да ты не только снаружи идеален, ты меня и как личность зацепил! Признаю, я вначале повёлся только на твою красоту, но быстро понял, что дело не только в твоей идеальной внешности. Я влюбился как сумасшедший, меня даже мои родители спрашивают, когда же я тебя с ними познакомлю? А я хочу, но боюсь, что ты откажешься! — Но... — Какие тут могут быть "но"?! — Чонгук возмущён до глубины души. Он душу изливает, пытается доказать, что Чимин самый лучший омега в мире, а ему не верят.       Чимин же жмурится от стыда и всё-таки выпаливает: — Я видел твоих бывших! И они все чёртовы модели! Я поэтому тебе не верил! — Что? — Сказать, что Чонгук изумлён, это не сказать ничего. — Где это ты их видел? — Где-где... — грустно говорит Чимин. — В интернете. Сделал пару запросов на "Навер" и вышли архивные статьи о тебе и там были и они. Идеальные омежки. И в голове моей зародился вопрос, что ты вообще забыл рядом со мной.       Чонгук вдруг рассмеялся. Расхохотался. Да даже не так — он заржал как конь. Чимина это покоробило и даже немного оскорбило. — Ну ты даешь. — А что? Будешь отрицать, что твои бывшие омежки чёртовы модели, две из которых еще и популярные блогеры, пропагандирующие спорт и здоровый образ жизни? — обиженно спрашивает Чимин. — Да, я буду это отрицать, Чимин, — посмеиваясь, отвечает Чонгук, чем злит омегу ещё сильнее. — Чонгук... — Чимин вообще не понимает, что происходит. И что ему делать.       Чонгук же идёт в ванную комнату за забытым там телефоном, моет руки и возвращается. Затем он открывает галерею и ищет что-то. — Надеюсь, ты не будешь обижаться за то, что храню фотографии с бывшими... это все "Айклауд" восстановил удаленные фотографии из-за того, что я недавно сменил телефон. Я ещё гадал, почему восстановились именно эти фото, я ведь их давно удалил. Выходит, у этого всего была глобальная цель — спасти мои отношения с тобой. И твою самооценку, — усмехается он и протягивает Чимину телефон...       ...на котором открыта фотография Чонгука с... очень пухлым омегой с невероятно красивым лицом. Чимин тут же открывает "Инстаграм" на своём смартфоне, находит сохранённый в поиске аккаунт и выхватывает телефон из рук Чонгука. Этот омега на фото куда полнее Чимина и он этого омегу узнал. Это один из инфлюэнсеров, который сейчас носит размер ХS! Пока Чимин отходит от шока, Чонгук открывает ещё одну фотографию со вторым пухлым омегой. А потом и с третьим. Таким же пухлым. И все они сейчас конвенционально красивые. — Я... Чонгук! — В голосе Чимина сквозит как удивление, так и осознание. Осознание, что он идиот. — Так значит... — Да. Когда я встретил каждого из них, они были пышненькими. А потом... потом они просто похудели. Видимо, когда окружаешь омег любовью, они начинают худеть. К сожалению, — с неподдельной грустью в голосе говорит он. Чимина даже пробивает на смех. — Как видишь, со мной это работает вот так, — он пожимает плечами. — И вы расстались, потому что твои бывшие похудели? — с ужасом в голосе спрашивает Чимин. — Что ты, нет! — смеётся Чонгук. — Первый омега бросил меня, потому что не хотел выходить замуж — мы были слишком молоды, а я тогда не был состоятельным, нам было по двадцать один; второй ушёл, потому что встретил другого, а третий... боже, я только сейчас понимаю, что это всё было к лучшему — третий забеременел от своего любовника, пока был в отношениях со мной. — Чимин снова в шоке. — Ты не думай, он не пытался выдать этого ребёнка за моего, он просто запутался и не знал, как сказать... — И ты так спокойно об этом говоришь и оправдываешь его? — Конечно, я сильно злился. Отходил от этого разрыва около года, если не больше, — серьёзно отвечает Чонгук. — Но сейчас — да, сейчас я спокойно говорю об этом. Сейчас я понимаю, что у жизни действительно свой, особенный замысел. И что всё действительно к лучшему, ведь я в итоге встретил тебя. Но не сказал бы, что я спокойный сегодня, а? — Чонгук улыбается и целует омегу. — Я ведь слишком ярко отреагировал на тебя рядом с Юнги. Я просто... Чимин. Я многое пережил за эту жизнь, меня дважды предавали омеги, и всё же я смог сохранить свою веру в любовь. Веру в то, что встречу того самого омегу, с которым буду всю жизнь. Прямо как мои родители. Но знаешь, что я понял сегодня? Я понял, что... — он вздыхает и берёт руки Чимина в свои. И омега может поклясться, что видит слёзы в его глазах. — Чимин... если и ты уйдёшь к кому-то получше, чем я... я не думаю, что выдержу это. Я знаю, что так нельзя говорить, это сейчас, вероятно, считается манипуляцией и я не буду удерживать тебя силой, если ты захочешь уйти... Но чёрт, я так сильно влюблён в тебя! Это то, что я чувствую, когда смотрю на тебя. Ты — свет очей моих. И ты моё всё. Мне весь этот мир не мил без тебя. — Чонгук... — Чимин часто дышит и чувствует, что и его глаза на мокром месте от счастья, он сильно сжимает руки Чонгука в ответ и... И набрасывается на него с горячими поцелуями. Ему хочется показать и доказать своему альфе, как сильно он важен. — Чонгук, мой дорогой, любимый Чонгук! Я чувствую то же самое! Ты такой невероятный, знаешь, даже думать не смей, что я могу променять тебя на кого-то другого! И с тобой такой секс! У меня такого никогда не было... — Значит, ты со мной только из-за секса? — забавно дует губы Чонгук. Но смешинки в его глазах выдают притворство. — Ну... — Чимин задумывается в шутку. — Ты ещё довольно обеспеченный и щедрый. Но в основном из-за секса, да.       Они заливаются смехом, Чонгук начинает щекотать Чимина, нависает над ним, целует в губы со всей нежностью, переплетает их пальцы. Чимин же смотрит ему в глаза секундой позже и говорит: — Я люблю тебя, Чон Чонгук...       И Чонгук интуитивно понимает, что время пришло. Вот он, лучший момент, чтобы сделать то, что он хотел сделать ещё полгода назад. — А я люблю тебя, Пак Чимин. Не желаешь ли поменять свою фамилию на Чон? И быть со мной в богатстве и бедности... — Ах... что?! Ты же не... — Ещё как делаю. Да, я делаю тебе предложение в нашей постели, пока мы обнажённые не только телом, но и душой друг перед другом. Ты в слезах, да и я тоже успел поплакать от своей любви к тебе. Лучше момента, чем сейчас, нет, не находишь? Так ты выйдешь за меня замуж?" — Я... — Чимин еле собирает себя в кучу и восклицает: — Да! Да-да-да, Чонгук! Да! Но... — Но? — хмурится Чонгук. — Но возьми свои слова про бедность обратно...       Чонгук снова начинает щекотать Чимина. Отсмеявшись, они долго целуются и снова занимаются любовью. Чимин чувствует себя наиболее желанным в этот момент. Его окончательно отпускают глупые комплексы, неуместные мысли. Всё вроде по-прежнему и в то же время совершенно по-другому. Лучше в тысячи раз. Чимин теперь не думает, как он выглядит, а думает, как доставить себе и любимому ещё больше удовольствия. Он отключает голову и полностью отдаётся процессу. Единственное, о чём он позволяет себе думать, это о том, как еще можно выразить любовь к этому прекраснейшему альфе. Он сам перехватывает инициативу, перейдя в позу наездника и больше не сомневается в своей красоте. Она и вправду в глазах смотрящего. Смотрящего на него с такой любовью, восхищением и самым настоящим желанием. На Чимина стройного никогда так не смотрели. И как же приятно отдаваться настолько привлекательному альфе! Чимин ощущает себя словно на вершине мира. Ему не надо из кожи вон лезть, чтобы нравиться Чонгуку, не надо худеть и подстраиваться под стандарты, не надо уметь готовить и всячески угождать альфе! Он любим такой, какой он есть сейчас и это такое облегчение! Именно вот так все в жизни и должно быть — через лёгкость бытия! Завтра он, может, изменится в лучшую сторону, а может, и нет. Но то, что Чонгук будет рядом — в этом Чимин может быть уверен. И если они когда-нибудь расстанутся, это случится не из-за того, что кто-то располнел.       После очередного за эту ночь оргазма они лежат в обнимку липкие от пота, но очень счастливые. Чонгук спохватывается и тянется к прикроватной тумбочке. — Совсем забыл про колечко. Когда смотрю на тебя, обо всём на свете забываю, — говорит он и наслаждается восторженным выражением лица Чимина. Омеги такие омеги. Любят всё красивое, дорогое, кричащее о собственной значимости в жизни их альфы. Особенно пышные омеги такие. И это одна из причин, почему они всегда очаровывали Чонгука. При всей этой внешней скромности они так любят себя. — Я... я долго выбирал. Но если оно тебе не понравится, мы сходим поменяем его.       Чонгук надевает колечко с голубым бриллиантом, которое стоило целое состояние, на безымянный палец Чимина. Идеально подошло и по размеру, и к миниатюрным ручкам омеги. Бриллиант крупный, но не слишком. Форма его в виде капли. И Чимин догадывается, что сам камень довольно редкий. Чонгук... он такой. Он лучший во всём и выбирает только лучшее, при этом искусно угадывает желания Чимина, о которых тот порой и не подозревал. — Оно такое красивое... — Ты красивее, — тут же делает комплимент Чонгук.       И Чимин ему верит. Он теперь всегда ему верит. — Кстати, и не влюблялся я ни в какую душу, Чимин, — говорит вдруг Чонгук, портя всю романтику момента. — Что?! — Чимин может поклясться, что альфа точно решил прокатить его на эмоциональных качелях. Как это сейчас называется? Абьюз? Эмоциональное насилие? — То, — усмехается Чонгук. — Ты ведь сегодня сказал, что я с тобой только из-за красоты твоей души начал отношения? Так вот, это не так. Я запал именно на твою внешность. Если бы ты не был таким красивым, я бы и недели с тобой не провёл. Ушёл бы сразу после течки. Я не такой святой и осознанный, каким ты меня порой считаешь. В юности лет до двадцати я был тем ещё... сердцеедом. Тогда было модно встречаться с худенькими омегами, и хотя я знал о своих истинных предпочтениях с самого детства, всё равно пробовал встречаться с ними. Но не выходило. Дальше одной ночи мне с ними быть не хотелось. А когда я попробовал пышного омегу впервые, то для меня открылся абсолютно новый мир. Я даже не знал, что будет такая разница. Пышные омеги лучшие во всём.       И хотя Чимин знает, что его не должны радовать эти слова, но он чувствует себя иррационально счастливым, услышав это от Чонгука. — Выходит, если я похудею, мы расстанемся? — Ни. За. Что, — с той же усмешкой продолжает Чонгук. — Изначально я, конечно, запал на твою внешность и, может, первые пару месяцев я был немного одержим больше твоим телом и внимательно слушал тебя, только чтобы продолжать раздевать тебя по ночам, — на этих словах Чимин чувствует, как возбуждается. Чонгук говорит такие грязные вещи, но это так ему льстит! Его никогда в жизни так не хотели, до одержимости. Тем временем Чонгук продолжает: — Но за полгода ты покорил меня полностью. Мы смогли сблизиться и на других уровнях. Сейчас я действительно жить без тебя не смогу. Хочу не только иметь твоё тело каждую ночь, но и слушать тебя, узнавать все грани твоей души, решать твои проблемы, заботиться. Хочу от тебя детей. Хочу состариться с тобой на одной подушке. Так что ты от меня никогда не отделаешься. Я люблю тебя всего.

Шесть месяцев спустя

      Чимин просматривает фотографии на ноутбуке, чтобы выбрать лучшие и распечатать их для фоторамок и семейного альбома. Ему нравится собирать воспоминания с Чонгуком. Кажется, жизнь обрела больше смысла с появлением этого мужчины. Одному быть хорошо, но с правильным партнёром счастья становится в два раза больше.       Отправив на распечатку около сотни фотографий, Чимин подумывает обновить свою страничку в "Инстаграм", куда не выкладывал ничего около года. Вчера он поменял настройки конфиденциальности и теперь она открыта для всех желающих посмотреть на него и его жизнь хотя бы онлайн. У него уже несколько тысяч запросов на подписку, которые были автоматически приняты, как только он решил перестать закрываться от этого мира. Сегодня на него подписалось ещё несколько сотен человек. Видимо, это были верные фанаты Чонгука, которые каждый божий день сгорали от любопытства, кто же, чёрт возьми, такой @parkjiminie, покоривший сердце завидного холостяка Чон Чонгука. А когда альфа отметил его аккаунт с новым ником @jeonjiminie пару недель назад, то "Директ" Чимина просто взорвался от поздравлений и просьб принять запрос на подписку. Смена семейного статуса действительно одно из самых ярких событий в жизни и босс омеги сказал, что грех этим не воспользоваться. Тем более, в момент, когда Чимину дали возможность вести одну из самых популярных колонок журнала о стиле и моде на постоянной основе и предоставили штат собственных сотрудников для ведения социальных сетей. — Всё думаешь, какую фотокарточку выложить? — Чонгук подходит к нему со спины, обнимает, кладёт голову на плечо и целует в шею. Привычный паттерн поведения. У Чимина уже рефлекс — он поворачивается лицом к альфе и ловит его губы своими. — Ага, все кадры такие хорошие, я даже не знаю. Весь вечер буду выбирать и снова ничего не выложу, — сетует Чимин.       Чонгук, известный как мастер быстрых и верных решений выбирает нужное фото за минуту. Именно эта его черта позволила ему сделать целое состояние за короткий период времени. И именно она привела его к браку с самым прекрасным омегой в мире. Одна секунда — и его подсознанию всё стало известно ещё в тот вечер, когда Чонгук принял спонтанное решение навестить именно тот филиал, в котором тренировался Чимин.       Ведь всё начинается со взгляда. Всегда. — Вот, выложи это. Здесь ты особенно прекрасен, — Чонгук тыкает в экран. — И прикрыто здесь больше, чем на других фото.       Чимин тихо смеётся. — Ревнивец. Если хочешь, я выложу фото, где мы полностью одеты, — омега хочет пойти на копромисс. Когда любишь, всегда думаешь о чувствах другого человека. — Хочу, — Чонгук этого не скрывает. — Но я знаю, как долго и упорно ты трудился над своим телом и как сильно хочешь показать это всему миру. — Я... — Чимин смущается. Неужели его намерения так очевидны? Да, ему хочется утереть нос всем тем, кто говорил гадости про него и называл жирдяем. И хочется продемонстрировать, как сильно Чонгук его любит, несмотря на "недостатки". — Это... — Это нормальный период, — мягко говорит Чонгук. — Я уже привык к такому. Показывай столько кожи, сколько хочешь, пока не надоест.       Чонгук знает, что такие периоды после похудения на двадцать-тридцать килограмм длятся около полугода. Максимум год. Потом Чимину снова захочется быть одетым на фотографиях, когда он привыкнет к своему новому — или хорошо забытому старому — телу. Главное, не сопротивляться и не ревновать. Первое Чонгук сможет, а вот второе... Нелегко ему придётся. Он уверен в супруге, он доверяет ему, но старые раны иногда дают о себе знать. Конечно, они давно затянулись, а после знакомства с родителями омеги Чонгук и вовсе убедился, что Чимин не из тех, кто способен на предательство. В семье с такими крепкими семейным ценностями это невозможно. Так что альфа постарается ревновать как можно меньше.       Чимин с лёгким волнением в сердце нажимает на кнопку "Опубликовать" и, пока ждёт реакцию подписчиков, снова разглядывает фотографию. На ней он с Чонгуком среди пальм в одних лишь купальных шортах — на альфе свободные плавки, на омеге же они обтягивающие и очень короткие. Чонгук стоит сзади и закрывает своей мощной рукой небольшую грудь Чимина, другая его рука покоится на тоненькой талии супруга. При этом они смотрят друг на друга и целуются. Миниатюрные руки Чимина тянутся к лицу и шее Чонгука. Словом, фотокарточка излучает неземную любовь... А сам Чимин чувствует глубокое удовлетворение и искренне гордится собой за весь этот проделанный путь.       На многочисленные вопросы о своём похудении он отвечает следующей публикацией. Он выкладывает фото "до/после", используя один из тех кадров, что снял Чонгук когда-то, вызвавшись запечатлеть позу "феечки" в гамаке. Прогресс и изменения к лучшему очевидны. Если "до" бедро Чимина сильно пережималось гамаком и было ограничено в движениях, то "после" он даже может согнуть ножку и эта поза выглядит ещё более эстетично. Да и чувствует он себя в этом теле куда комфортнее и легче. Он отмечает Чонгука и подписывает фотографию:

"Мой личный тренер самый лучший"

      На что Чонгук ему отвечает:

"Мой омега прекрасен всегда"

      Чимин и правда резко похудел только после того, как начал заниматься именно у Чонгука. Альфа поначалу предлагал индивидуальные тренировки, но Чимин, вспомнив, чем кончилось то единственное занятие тет-а-тет, загадочно улыбнулся и сказал, что хочет попробовать его программу в группе с моделями. В конце концов, нужно преодолевать себя и чувствовать уверенность рядом с людьми вне зависимости от того, насколько они красивы. К слову, подопечные Чонгука оказались самыми славными омегами, которых только встречал Чимин. Он ни разу не почувствовал себя некрасивым рядом с ними. Единственное, о чём он пожалел на этих занятиях — это о том, что не начал посещать их раньше. Чонгук и вправду понимал, как работает организм омег, склонных к пышности — альфа запрещал Чимину называть себя полным.       Как ни странно, Чимин не растерял ни грамма привлекательности в глазах Чонгука после того, как вернулся в свою старую форму. Более того, когда омега поделился своим желанием похудеть перед тем, как выйти замуж, Чонгук вызвался сам его тренировать и поддерживать на каждом этапе, если это сделает Чимина счастливее. И у них всё получилось. Всего полгода — и они достигли цели. В первый месяц Чимин скинул семь килограмм, большая часть которых приходилась на отёки. Помимо привычного графика тренировок они провели лёгкую коррекцию рациона и добавили медитации перед сном, чтобы Чимин худел даже во сне. Альфе давно пора написать книгу о правильном и здоровом похудении для пышечек. Но делать он этого никогда не будет, хотя редакторы неоднократно связывались с ним по этому поводу, — нечего лишать этот мир красоты.       Чонгук любит Чимина любым. Конечно, пышный Чимин — это предел его мечтаний и он не может дождаться момента, когда его омега забеременеет, чтобы отёки и физиологичный набор веса снова сделали из него того "вкусного" Чимина, в которого он влюбился с первого взгляда. Они обсуждали момент появления детей и решили подождать несколько лет. Чимин хотел укрепить свои позиции в карьере и просто насладиться размеренной комфортной жизнью с Чонгуком. Впрочем, альфа всё равно был доволен новой (старой) фигурой Чимина — дело в том, что задница омеги осталась такой же круглой и пышной, а низ его живота был довольно упрямой зоной и слегка выпирал вперёд. Чонгук не запрещал Чимину худеть, однако был принципиальным в вопросе его животика. Пусть этот крошечный валик останется. Чимин с лёгкостью согласился на это, потому что искренне не хотел делать липоредукцию или же болючие инъекции липолитиков, да и ему тоже не мешала эта "жировая ловушка". Все условия для сохранения их взаимного полового влечения соблюдены. К тому же, Чимин больше не боялся набора трёх-пяти килограммов за зиму, да и в целом не боялся разочаровать альфу своим внешним видом. С возрастом практически все так или иначе становятся немного крупнее, так что альфа всё равно получит своё.       Интересно порой складывается жизнь, думает Чимин, когда возвращается к архивным фотографиям из своей прошлой жизни. Порой тебе просто необходимо набрать много-много килограммов, чтобы снова научиться любить себя и на этот раз окончательно и бесповоротно. По-настоящему. Без условий вроде "Я люблю себя только стройным и с идеальной кожей". Тело чувствует всё. Тело чувствует, когда ты начинаешь предавать себя. Когда перешагиваешь через свои приоритеты ради кого-то другого. Когда перестаёшь заниматься танцами на пилоне только потому, что твой альфа это не одобряет. Когда закрываешь глаза на его финансовую несостоятельность, думая, что деньги и успех не главное. Когда стесняешься себя. Когда отказываешься прожить свою боль и отпустить, предпочитая запечатать свои эмоции и никому больше не открываться. И слава богу, что тело чувствует всё, думает Чимин. Если бы он не располнел, он бы никогда не пошёл в эту студию йоги и не познакомился с Чонгуком.       Просматривая фотографии в постели поздней ночью на макбуке, Чимин вдруг ахает, чем привлекает внимание лежащего рядом супруга. — Что такое? — тут же спрашивает Чонгук. — Боже мой... — Чимин поворачивает ноутбук. — Смотри, это мы четыре года назад! — Серьёзно? — оживляется Чонгук и подползает к яркому монитору. Глаза его округляются, когда он видит фото. — Надо же, и правда мы.       С экрана ему улыбается Чимин, сидящий на расстеленном по траве светлом пледе. Чонгук помнит тот день. То был вечер просмотра старых фильмов под открытым небом. Он был тогда со своим бывшим, а Чимин со своим. И между их местами было всего несколько метров... Но они смотрели в разные стороны и не заметили друг друга. Чимин помнит, как возмущался из-за того, что бывший сфотографировал его с каким-то незнакомцем на заднем фоне, который испортил ему единственный красивый кадр. — Боже, я помню, как дулся на это целый час, — смеётся Чимин. — Так хотел выложить это фото, но даже замазанный ты слишком отвлекал от меня. А пользоваться фотошопом я тогда не умел. Выходит, мы могли познакомиться раньше. — Да, — соглашается Чонгук и обнимает любимого. — Но, если честно, я бы тебя вряд ли заметил. Ну... на тот момент. К тому же, я был в отношениях, так что хорошо, что мы тогда друг друга не знали. Кстати, спустя месяц после этого вечера я узнал, что мой бывший ждёт ребёнка от другого альфы. Не то чтобы я сейчас серьёзно грустил из-за этого, так что не вздумай говорить, как тебе жаль. — И не собирался, наоборот, я желаю ему счастья и вообще, спасибо ему большое, — дразнится Чимин и Чонгук кусает его в шею за это. — К слову, и мои отношения на тот момент дали трещину. Я только начал добиваться первых успехов на работе, меня повысили, а он этого не выдержал. — Но мы всё равно не смогли бы сразу начать встречаться, — говорит Чонгук. — Мне нужно было время, чтобы отойти от расставания. Тебе лучше не знать, каким я был в то время. Я не делал ничего ужасного, просто был в лёгкой депрессии. Но... я тогда не был альфой, с которым хочется строить семью. Мне нужно было время, чтобы стать прежним. — У меня был похожий период, — понимающе говорит Чимин. — И мне тоже нужно было время, чтобы... — он вздыхает. — Чтобы располнеть. — И стать ещё красивее, — с мечтательной улыбкой говорит Чонгук. Он спит и видит, как Чимин снова становится пышным. — Ага, чтобы ты меня заметил, — смеётся Чимин. — Что могу сказать... мы встретились и познакомились в идеальное время, — подытоживает Чонгук и нежно целует омегу в губы. — Спасибо за то, что выбрал меня, любимый. Но знаешь, Чимин... — Что? — Думаю, судьба свела бы нас, даже если бы ты не был пышечкой. Как-нибудь по-другому. — А я уверен, что нет, вселенная многовариантна, — возражает Чимин. — И это абсолютно нормально. Но знаешь, мне эти изменения в теле нужны были не только для встречи с тобой. Я рад, что всё сложилось именно так, ведь я таким образом встретился с самим собой. Узнал другую сторону жизни. Более... прекрасную. Полную замечательных событий. Я лучше узнал себя. И в награду за это мне достался ты. Спасибо тебе, Чонгук. Спасибо за то, что добивался меня, настойчиво ухаживал и показывал свою любовь. Я так... так люблю тебя. — И я тебя, — Чонгук дарит ему ещё один поцелуй. — Но я всё равно убеждён, что мы бы точно встретились в третий раз. — Что же заставило тебя так думать? — Брось, да это же судьба, — Чонгук поиграл бровями. — Сам посуди, мы однажды уже были очень-очень близко друг к другу четыре года назад. Потом мы встретились спустя три года. Уверен, ты бы всё равно пошёл на тот же стретчинг или йогу. К тридцати у всех начинает болеть спина или колени, это каноническое событие. — Чимин смеётся над этой фразой. Они оба обожают вселенную "Марвел" и нередко цитируют шутки оттуда. — И даже если бы ты никогда не пошёл на спорт, мы бы наверняка встретились, скажем... завтра? — Почему именно завтра?       Чонгук многозначительно улыбается. — Вообще это был секрет, но я не могу долго утаивать от тебя что-то. Дело в том, что твои сотрудники пригласили меня на интервью для канала на "Ютубе" с подкастами. Интервью на тему спорта и бизнеса, конечно же. Так что мы с тобой всё равно бы встретились лицом к лицу и я бы абсолютно точно влюбился в тебя рано или поздно. Но знаешь, я так счастлив, что это произошло год назад. Я сейчас жизнь до тебя и представить не могу. — И я, — признаётся Чимин и тянется за поцелуем.       Жизнь действительно интересная штука. Ещё через пару лет эти двое будут просматривать детские и школьные фотографии в доме родителей Чимина и тот снова обнаружит себя на них совсем рядом с Чонгуком, правда, уже на выпускном. Много лет назад они сидели за соседними столиками в одном ресторане. И тогда Чимин, любовно поглаживая округлый животик, окончательно убедится, что Чон Чонгук — его судьба. И этот ребёнок внутри, решивший появиться так неожиданно для них обоих, — тоже. Но это уже другая история.