В лучах заката

Занятия шли своим чередом, приближались экзамены. Ученики старались, несмотря на активную клубную деятельность, не забрасывать учёбу. Ведь после одного события это стало недопустимым. Однажды во время одной из тренировок в зал ворвался Иттэцу Такэда с отличной новостью: нас пригласили принять участие в тренировочном лагере, организуемом командами региона Канто. Этому поспособствовали хорошие отношения с Некомой, именно они и пригласили нас. Но радость нескольких игроков сменилась беспокойством после предупреждения сэнсэя о влиянии оценок на вероятность поездки. Хината, Кагеяма, Нишиноя и Танака были в глубоком отчаянии из-за того, что могут не попасть в Токио, если провалят хоть один тест. Баллы по некоторым предметам правда оставляли желать лучшего. Поймав их щенячьи глаза на себе, пришлось признаться, что круглой отличницей я не была. Я могла помочь лишь с государственным языком и гуманитарными науками: подтянуть географию, всемирную историю и историю Японии. Мы провели несколько занятий у меня дома, просторная светлая гостиная ожила под гнётом усиленной зубрёжки. Подростки пытались не отвлекаться на полку с наградами, но в перерывах мы только и делали, что обсуждали спорт. Неделя не прошла впустую, многие темы перестали быть затруднительными. Остальное же было в их руках. Кроме этого нововведения в команде Карасуно прибыло пополнение — второй менеджер, которого так старательно разыскивала Киёка. Первое впечатление Хитока Ячи оставила о себе как о невинной, робкой первогодке. Излишняя громкость и дружелюбие нашего коллектива беспокоили её душевное равновесие. Девочка первое время держалась ближе ко мне и Шимизу, с осторожностью общаясь с парнями. Несмотря на то, что сначала она была напугана поведением ребят, Хитока быстро подружилась с ними и влилась в команду. Ячи оказала нам неоценимую помощь. Узнав, что клубу не хватает денег на аренду автобуса, она разработала план. И её идея оказалась удачной: на плакаты с изображением «Чудесной быстрой атаки» Хинаты и с воодушевляющим лозунгом откликнулось много неравнодушных. Так мы и собрали деньги на поездку. А новый менеджер официально вступила в клуб. Так, уже в составе семнадцати человек мы отправились в пригород Токио. Пейзажи здесь несильно отличались от видов префектуры Мияги. Всё вокруг было знакомым и в то же время новым. Выйдя из автобуса, мы увидели, как воодушевлённые игроки Некомы встречают нашу группу, предвкушая интересные матчи. Атмосфера уже в самом начале была тёплой и дружеской. Я помахала «котятам», на что они ответили счастливым приветствием: — Наконец-то вы здесь! — Привет-привет! — Хорошо добрались? — Да, без проблем, — игроки начали обмениваться рукопожатиями и короткими фразами. — Аматэрасу, моей команде не хватало вашей похвалы, — сказал Куроо Тецуро, выходя вперёд. — Наши тренера бывают скупы на такие красивые речи. — Думаю, и в этот раз вы заслужите мои добрые слова, — я подмигнула команде в красном. — Очень интересно увидеть ваш прогресс. — Как и нам, — ответил капитан Нэкомы, кивая. — Мы усердно готовились, и я уверен, что мы покажем отличный результат, — Сё вприпрыжку шёл с рюкзаком. — Здесь теперь три девушки! — доигровщик с ирокезом, покрашенный в светлый цвет, упал на колени. Я, Киёка и Хитока замерли в немом удивлении. — Богиня, красавица и милашка! — Ты это видишь, Тора! — Рю встал перед нами и развёл руки в гордом жесте. — Это истинный вид Карасуно! — Давно не виделись, Некомата-сэнсэй, — произнёс Кейшин, махнув рукой главному тренеру Нэкомы. — Да, спасибо, что приехали, — ответил Некомата с лёгкой улыбкой. — Это вам спасибо, — сердечно поблагодарил Такеда. — что позволили принять участие в групповых тренировках. — Да не стоит, что вы. Я сам хотел увидеть, насколько сильнее стали ребята. — Мы вас не разочаруем, — я улыбнулась ему, пожимая руку. — Кейшин не доставлял проблем, «химэ»? — дедушка посмеялся. — Только скажи, и я проучу этого мальчишку. — Что вы, конечно нет! — заверила я. Не поворачиваясь к Укаю, я могла представить его милое хмурое лицо. — Всё хорошо. — Ты слишком переживаешь, старик, — Кейшин положил руку мне на плечо, слегка сжав. — Со мной она под защитой. А я уж тем более её не обижаю. — Ну-ну, сынок. Смотри мне! — он пригрозил пальцем. После того, как все выгрузились, мы сразу направились в большой зал с двумя площадками, что встретили нас шумом. Ведь здесь собрались команды старших школ Некома, Убигава, Шинзен и Академия Фукуродани, представляющие регион Канто. На протяжении многих лет они проводили летние тренировочные лагеря, где обменивались опытом и соревновались друг с другом. В этом году наш клуб Карасуно получил уникальную возможность стать исключением и присоединиться к этим тренировкам. Ребята чувствовали себя немного взволнованно, но в то же время были полны решимости показать всё, на что способны. — Да начнётся летний лагерь, — оповестил Укай, хрустнув шеей. — Вперёд, «воронята»! — обратилась я, не сдерживая улыбки. — Да!

***

7 июля

Наступил тот самый день — «Фестиваль звёзд». Девушка встала по обычаю рано, хоть сегодняшние тренировки и были отменены из-за традиционного праздника. Она сладко потянулась, жмурясь от ярких лучей, что согревали «Солнечную госпожу». Умывшись, Рей посмотрела в зеркало. Она вглядывалась в свои черты, ища невидимые изменения. — Вот мне и исполнилось 23... Одевшись, она сразу заглянула в телефон, вибрирующий от уведомлений. Там в сообщениях были тёплые пожелания от бывших одноклассников и сокомандниц. Радость разливалась в её груди сладким мёдом. Ведь даже спустя столько времени, были те, кто ещё помнил её как школьницу, что бегала по преподавателям, сдавая долги. Помнили её как юную спортсменку, что любила дурачиться на разминке. Среди писем было и поздравление от Такуи Сато:

«Рей, поздравляю тебя! Надеюсь, этот день будет одним из самых счастливых. Проведи его в кругу близких и друзей. Желаю тебе ярких впечатлений и незабываемых моментов. Пусть фестиваль, сопровождающий твой день рождения, станет для тебя началом чего-то нового и удивительного. Ты заслуживаешь только самого лучшего. Пусть твоя улыбка сегодня будет самой счастливой. С праздником, Кагеяма!»

После она просмотрела видеопоздравление от сестры. Рей рассмеялась, глядя на забавную кричащую гирлянду у сестры на заднем плане, и на мгновение ей стало так тепло, словно старшая сестра была рядом. На экране сияющее лицо Мивы подмигнуло ей:

«Ну, привет, сестрица! Самого прекрасного праздника тебя, моя яркая, сияющая звёздочка! Ты всегда затмеваешь всех своим светом, помни, что нет и не может быть никого лучше тебя! Открой сегодня объятия навстречу удаче и поймай своё заслуженное счастье — оно уже спешит к тебе! Хорошо повеселись сегодня!»

Затем раздался звонок. Девушка взглянула на экран и, улыбнувшись, поднесла телефон к уху. — Мама, папа... — Доченька, с праздником! — почти хором прозвучали их голоса, наполненные такой нежностью, что у Рей навернулись слёзы. — Мы любим тебя. — Я вас тоже. — Та стала такой большой… Не вериться… — Ха-ха, я давно уже большая, мамуль. — Мы с твоим отцом только что посмотрели репортаж о «Танабате» по телевизору. Всё так красиво! Давно встала? — Недавно, — ответила Рей, снова потягиваясь и глядя в окно на украшенные гирляндами улицы. — Вечером обязательно надень то самое кимоно, мы его так тщательно выбирали! — настаивала мать. — И сфотографируйся. Мы хотим видеть нашу самую красивую девочку в самый красивый день года. — Хорошо, — пообещала она, взглянув на шкаф. Там бережно упакованное, лежало её кимоно — персиковое, как предрассветное небо, с вышитыми золотыми нитями созвездиями. — И не забудь хорошо поесть перед праздничным шествием, — добавил отец своим спокойным, глубоким голосом. — День будет долгим. Они поговорили ещё несколько минут, и этот простой, обыденный разговор подарил Рей чувство прочной связи и поддержки. Она уже собиралась заварить чай, как в дверь постучали. Тихий, но уверенный стук. Она открыла и увидела на пороге брата. Тобио стоял, заведя руки за спину, его обычно невозмутимое лицо казалось слегка озабоченным. — Ох, моя ранняя пташка, — не удивилась Рей. — Твои любимые сладости, — он, улыбаясь, протянул ей небольшую, аккуратно упакованную коробку. — С днём рождения, — произнёс он обнимая родную кровь. — Спасибо, милый, — она крепко прижала его к себе. — Позавтракай со мной. — Ага, — ответил её брат, закрыв за собой дверь. Вот они сидели друг напротив друга, за столом, где дымился свежезаваренный чай. Рей развязала шелковую ленту на коробке. Под крышкой аккуратными рядами лежали конфеты с начинкой из сладкой бобовой пасты. За окном солнце, набирая силу, заливало комнату теплым светом. Его лучи ловили кружащиеся в воздухе пылинки и тенью играли на щеке Тобио. Он смотрел в окно, а Рей — на него, и по лицу ее бродила спокойная улыбка. Никаких слов не было нужно. Этот тихий ритуал — совместное чаепитие, разделенная сладость, теплое солнце — был наполнен тем самым простым и настоящим счастьем, что являлось для Рей самым желанным подарком. Добив чай, он вдруг он встал и протянул руку сестре. В его глазах мелькнул проблеск чего-то похожего на азарт. — Пошли. — Куда? — Это сюрприз, — Тобио отвел взгляд. — Все ждут. Быстрее, — он бережно взял её за локоть и повёл к выходу из общежития. Едва они переступили порог, как Танака и Ямагучи использовали хлопушки с конфетти. Летний воздух взорвался дружным, оглушительным криком: — С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ! Перед ней выстроилась вся команда Карасуно. Впереди Шоё и Нишиноя с трудом удерживали огромный торт, украшенный клубникой и взбитыми сливками, который угрожающе накренился набок. Савамура, Сугавара, Азумане и Цукишима держали гирлянду из разноцветных воздушных шаров, а сзади, скромно улыбаясь, стояли Киёка и Хитока. Такеда и Укай тоже были рядом. — Ребята! — Рей ахнула, от неожиданности прижав ладони к щекам. Сердце забилось чаще от переполнявших её чувств. — Вы что это? — Мы не могли не отметить день рождения нашей уважаемой Аматэрасу! — провозгласил Дайчи, и команда дружно захлопала, заулыбалась. Они устроили импровизированный пикник прямо на зелёной лужайке рядом с общежитием. Атмосфера была шумной и по-домашнему уютной. — Вот, это от всех нас, — Коши Сугавара протянул ей красивую спортивную сумку. — А это от меня лично! — Хината, выпалив это, сунул ей в руки забавного маленького ворона, сшитого из чёрной ткани, с криво пришитыми бусинками-глазками. — Он приносит удачу! Я сам делал! — Спасибо, Шоё, он прекрасен, — рассмеялась Рей, трогательно глядя на поделку. Иттетсу преподнёс набор канцелярии «для подписания будущих победных протоколов». Даже Цукишима, бурча что-то невнятное «ну, раз уж все носятся», преподнёс книгу по продвинутой волейбольной тактике. — Спасибо, Цуки, — тепло сказала Рей, принимая дар. — Я обязательно её изучу. — Ничего особенного, — пробормотал он, отводя взгляд, но уголки его губ дрогнули. Поздравить её заглянули и игроки других команд. Ребята из других команд вручили ей корзину с фруктами. Атмосфера была настолько тёплой и искренней, что Рей чувствовала себя частью одной большой, разношёрстной и невероятно дорогой ей семьи.

***

Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в персиковые и золотые тона, все отправились на главную улицу городка, погружающуюся в атмосферу Танабаты. Разноцветные бумажные фонарики мерцали, как стайки светлячков, а повсюду раскачивались тандзаку — узкие полоски бумаги с заветными желаниями, привязанные к ветвям бамбука. Воздух был наполнен ароматами уличной еды: сладкой ваты, жареной лапши и засахаренных яблок. Команда Карасуно гуляла большой и шумной компанией. — Ты красавица, — произнёс Тобио, не сводя глаз с сестры. — Спасибо, мой принц, — поблагодарила девушка. Рей в своём кимоно чувствовала себя не просто нарядной, а причастной к чуду, к древней легенде о встрече двух звёзд. Шёлк нежно шелестел при ходьбе, а золотые созвездия переливались в свете фонарей, словно оживая. — Смотрите-смотрите, золотые рыбки! — крикнул Хината, уже срываясь с места. — Куда несёшься, карлик! — тут же последовал окрик Цукишимы. Рей смеялась, наблюдая за неуклюжими попытками Танаки и Нишинои выиграть приз в тире, где они с завидным упорством сбивали всё, кроме мишеней. Девушка ловила на себе восхищённые взгляды прохожих — в кимоно она и правда выглядела как богиня, сошедшая с небес. Но самый тёплый, самый значимый взгляд принадлежал Кейшину, который неотступно был рядом, его присутствие ощущалось как надёжный тыл. В какой-то момент, когда компания увлеклась поеданием такояки, он мягко взял её за руку. — Пойдём, — тихо сказал он. Его глаза светились таинственным огоньком. — Я хочу тебе кое-что показать. Он увёл её от шумной толпы к тихому, тёмному берегу реки. Огни города и праздника остались позади, уступив место благоговейной тишине, бесчисленным звёздам в бархатном небе и мягкому, убаюкивающему шепоту воды. — Что здесь? — тихо спросила Рей, её голос прозвучал особенно звонко в этой тишине. В ответ Кейшин лишь загадочно улыбнулся. И в этот самый момент в небо над рекой взмыла первая огненная россыпь. Небольшой, но невероятно яркий фейерверк, купленный и организованный им специально для неё, расцветил ночь алыми и золотыми цветами. Они вспыхивали и гасли под аккомпанемент её счастливых вздохов. Рей замерла, заворожённая зрелищем, а её отражение в тёмной воде сияло так, будто и правда было вторым солнцем, упавшим с небес. Когда последняя искра погасла, растворившись в дыму и ночном воздухе, Кейшин повернулся к ней. В его руках была небольшая, изящная шкатулка из тёмного дерева. — Это для тебя, Рей. С днём рождения, — его голос был низким и нежным. Пальцы её слегка дрожали, когда она открыла крышку. На бархатной тёмной подушечке, словно ночное небо, лежал кулон — изящное солнце с лучами. — Это... прекрасно, — прошептала она, и в горле встал ком. — Он напоминает мне тебя, — так же тихо сказал Кейшин, его глаза были прикованы к её лицу. — Яркая, тёплая и несгибаемая. Ты — моё солнце, Рей. И я хочу, чтобы ты сияла всегда. Не только на площадке, но и в жизни. Рядом со мной. Он взял кулон, и его пальцы на мгновение коснулись её шеи, вызывая мурашки. Он застегнул цепочку. Металл был прохладным, но почти сразу согрелся от тепла её кожи. В его глазах она видела не только любовь и восхищение, но и ту глубокую, безоговорочную поддержку, от которой она отказывалась все эти годы. Она не смогла сдержать слёз счастья, которые, наконец, покатились по её щекам. — Спасибо, Кейшин. За всё... — её голос дрогнул. Она поднялась на цыпочки и нежно поцеловала его. Это был не страстный, а благодарный, полный нежности и обещания будущего, начало чего-то нового и прекрасного. А вдалеке, притаившись за углом здания, команда Карасуно наблюдала за этой сценой, затаив дыхание. — Я же говорил! — торжествующе прошипел Танака, тыча пальцем в парочку. — Наконец-то, — с облегчением выдохнул Сугавара, утирая несуществующую слезу. — А то у меня уже сердце болело от того, как они смотрят друг на друга. — Взрослые такие странные, всё усложняют! — добавил Нишиноя, сияя во всю ширину своего небольшого роста. — Тихо вы все, — приструнил их Савамура, но и сам улыбался как ребёнок. Тобио же молча смотрел на сестру. Он видел, как она сияет, и это было мягкое, глубокое сияние, идущее из самого сердца. Она была счастлива. По-настоящему. И в этот момент он понял, что её новое солнце только взошло, и оно будет светить ей ещё ярче, чем прежде. Рей прижалась лбом к груди Кейшина, слушая спокойный, уверенный ритм его сердца. Прошлое, с его болью и потерями, окончательно отпустило её. Оно больше не определяло её. Она нашла своё место — не на пьедестале, а здесь, среди этих людей, в любви этого сильного, надёжного человека. Она снова была целой. И готова была сиять для него, для команды, для себя — новой, настоящей и бесконечно счастливой Кагеямой Рей.