Эй, на том берегу

Эй, на том берегу,

Здесь тепло, а у вас все в снегу -

Я могу сказать вам тайное слово, но

Как до вас докричаться?

От стены до стены

Вы все молитесь богу войны,

А над всем купол злой тишины;

Ох, легко доиграться…

(Б.Гребенщиков, «Чкалов»)

Новости разносились по Киркволлу быстрее, чем зловоние из Клоаки в ветреный день, и ни стены богатых особняков Верхнего города, ни многократно запутанные улочки Нижнего не могли сдержать напора версий, сплетен и пересуд. Грядущий визит Инквизитора Тревельяна в Киркволл обсуждали везде: в гостиных аристократов, в душных людских, на рынке и конечно же в «Висельнике». Именно там, в головах, изрядно разогретых дешевым пойлом, новости о приезде самой обсуждаемой (ну кроме, разве что, новой Верховной Жрицы) персоны в Тедасе, неконтролируемо раздувались и обрастали множеством невероятных или, по крайней мере, весьма сомнительных подробностей, которые кто-то слышал от друга, который знает все от «лица, близкого к Левой Руке» или, к примеру, самолично узнал, подслушав ненароком разговор городских стражников. Одни клялись, что рассказанное ими между глотками дешевого эля — чистейшая правда, вторые, вскакивая с расшатанных стульев, колотили по столешнице кулаками, обвиняя первых во вранье, потом яростное по накалу обсуждение перетекало за соседний стол, потом — за двери, в угол темного переулка, откуда спорщики вскоре возвращались, украшенные свежими ссадинами и синяками, но весьма довольные тем, что по-настоящему интересно провели этот вечер. — Говорю тебе, остановится в Крепости Наместника, — сыто икнув, утверждал бородатый литейщик с руками, навсегда черными от тяжелой работы. — Мой кузен служит там уборщиком. Клянется, что слышал все самолично, пока чистил полы в кабинете Наместника Брана. Комнату там ему гостевую приготовят, все чин по чину. Инквизитор, как-никак. — Врет все твой кузен, — покачал головой его собеседник, болезненно худой мужчина с зачесанным набок редкими светлыми волосами, который, несмотря на бледный вид, лихо заливал в себя один кубок дешевого вина за другим. — Я слышал, что целый особняк ему подарят. Кто-то из богачей расщедрился, надеясь заработать инквизиторскую благосклонность. Мой приятель с утра на рынке подслушал, как пара эльфийских слуг просили у текстильщиков самые дорогие ткани, дескать, чтобы дом убрать. Не просто же так, согласись, такое затевают? Кто в наше время просто так начнет антиванский шелк на стены натягивать? — Жаль только, что где бы он ни остановился, в «Висельник» пропустить кружечку он не зайдет, — разочарованно протянул третий, вытирая широкой ладонью пивную пену с рыжих жестких усов. — В кафе Д’Ор будет трапезничать ходить, с купцами и аристократами сидеть, лучшие вина по капельке пробовать. — Да… — согласно кивнул первый. — Не с простым народом же ему пиво жрать. Инквизитор, как-никак. «Владычицу» ему, поди, налей, не какое-то там. Или что там у них в Оствике пьют? — В каком-таком Оствике? — озадаченно переспросил рыжий. — В таком, дубина. Откуда Инквизитор наш родом, — гордо ответил первый, заметно приосанившись от осознания собственного превосходства. — А он чего, тоже из Марки, что ли? Я думал, из Орлея. Все эти важные шишки из Орлея бывают, — ответил рыжий. — Ну что ты издеваешься, я новости оттудова не шибко часто получаю. Первый горделиво фыркнул и отмахнулся, всем своим видом показывая, что продолжать тратить слова на невежду не желает. Второй пожал плечами, выискивая что-то на дне своей кружки. Третий задумчиво поскреб затылок. — Да и Создатель с ним, — сказал он. — Просто посмотреть бы на него хоть разочек. Рука там эта магическая… В жизни ничего подобного не видал! — А может, он еще и это сможет… ну того самого… — второй сделал страшные глаза. — Не-е-ет, что ты! Не думаю, что кто-то вообще сможет… ну это… того-этого — туда пойти и вынести… Все на мгновение испуганно замолчали. Даже в шумной и разудалой атмосфере «Висельника» вспоминать о Безумной Мерри, так и стоявшей истуканом посреди Казематов, было жутко. Нельзя просто взять и начать обсуждать Безумную Мерри, не боясь… разного. — Вот ежели поселится все-таки в Крепости Наместника… — снова начал первый, но вскоре разговор потонул в гуле других горячих бесед и споров, звоне кружек и стуке донец о столы, потрескивании масляных ламп и скрипе старых стульев. Все в городе так или иначе пытались догадаться, куда и зачем отправится важный гость, что станет делать и как это отразится на и без того трудной жизни Киркволла. И, ясное дело, что доподлинно никто ничего не знал. А Инквизитор в городские пределы даже и не въехал. Неподалеку от городских ворот, у дороги, ведущей в сторону побережья, в единственную ночь вырос шумный лагерь, отмеченный черными штандартами с золотым оком, осиянным солнцем, на них. Входы и выходы из лагеря охраняли солдаты в приметной зеленой форме, но сильнее всего выделялся высоченный кунари, что разгуливал с оголенной грудью, отмеченной лишь потертой портупеей, будто ледяной ветер со стороны Гавани ничуть его не беспокоил. С видом заправского военачальника гигант отдавал солдатам короткие четкие команды, чем привел в решительное недоумение смену городских стражников, дежуривших тем утром у ворот. Киркволл хорошо помнил, что приносят с собой эти проклятые кунари. А здесь что? Солдаты Инквизиции ему вот так повинуются? — Где он сам-то? — прошептал стражник Бренсон своему товарищу, с которым нес караул на одной из башенок. — Инквизитор Тревельян? — Как знать, — пожал плечами тот и широко зевнул. — Еще б понимать, как он выглядит… Я думаю, Бренсон, как рука засверкает, так и поймем. Смотри в оба давай. А то случись что, монна капитан с нас лично головы снимет.

***

—…кстати, о капитане стражи, Инквизитор, — осторожно начал Варрик, убедившись, что собеседник оторвался от лежавшей на походном столе карты и обратил взгляд на него. — Боюсь, что это будет первым важным визитом, который нам с тобой придется пережить. В полутемной штабной палатке, наполненной ящиками с какими-то свитками, картами и странными запечатанными бутылями, они пока что были одни. В такую рань на ногах мог оказаться только сам Инквизитор. Ну или один любопытный гном, который не желал пропустить ни секунды исторического визита делегации Инквизиции в Киркволл. Заснуть накануне ему так и не удалось. — Что же в нем такого страшного, Варрик? — Тибо Тревельян, Вестник Андрасте и глава Инквизиции, который провел в седле, а после того — на палубе корабля, с трудом пересекшего бурное Недремлющее море, множество долгих дней, устало потер пальцами переносицу, густо усыпанную веснушками. Нос Инквизитора покраснел и облупился от яркого морского солнца, глаза казались больными из-за пронизавших белки алых жилок, а рыжие волосы были взъерошены, придавая самой важной персоне Тедаса вид всклокоченного воробья. Если бы Варрик прямо сейчас достал из походного мешка черновик «Дивной Хрени», он бы описал все именно так. Впрочем, как опытный писатель, он запомнит. И запишет потом, когда выдастся свободная минутка. — Как бы тебе сказать, старина… — задумчиво протянул Варрик. — Не то, чтобы монна Валлен, прости, монна Хендир, по умению устрашать хотя бы немного дотягивала до нашей многоуважаемой Иск… Верховной Жрицы… — Варрик! — процедил Тревельян, бросив на друга сердитый взгляд. — Все-все, — Варрик поднял руки в примирительном жесте. — Прости, босс. Но поверь мне, если Авелин решится навестить тебя — нас всех — лично, то… — То мы узнаем все сразу и из первых рук, — устало оборвал его Тревельян. — Судя по твоим рассказам, монна капитан стражи — женщина четкая и решительная, и тут, слава Создателю, не Вал Руайо. В конце концов, я не собираюсь торчать здесь вечно. Мне нужно вернуться в Орлей как можно скорее. Его губы чуть дрогнули, взгляд на секунду смягчился, и Варрик, конечно, не преминул это для себя отметить. — Она справится и без тебя, старина, — мягко произнес Варрик, понимающе кивнув. — Оголтелые церковницы, конечно, могут устроить знатный птичий базар, если захотят, но поверь, она сумеет призвать их к порядку. В конце концов, никто так не умеет устраша… — Варрик! Договорить Тревельяну не дали. Снаружи раздался звук рога, потом поднялся гул множества голосов, шелест пологов палаток, звон доспехов и оружия. Тревельян бросил на Варрика последний рассерженный взгляд и вышел наружу. Утреннее солнце, поднимаясь из-за горной гряды, слепило воспаленные глаза, и Тревельян прикрылся от ярких лучей рукой в толстой перчатке с сильверитовой накладкой на ладони. У городских ворот происходила какая-то кутерьма. Тревельян ждал, что тяжелые створки вот-вот распахнутся, выпуская какую-нибудь высокопоставленную делегацию под реющим стягом, но открылась лишь калитка внизу, из нее выскочила пара стражников, быстро занявших места по обе стороны выхода, а потом появился еще один, рослый, но чуть более тонко сложенный, осмотрелся и решительно направился в сторону лагеря. Стражники поспешно заторопились следом. — Вот оно, — откуда-то сзади хмыкнул Варрик. Маленький отряд приближался, и Тревельян наконец смог рассмотреть визитеров получше. Первой шла — все-таки — высокая женщина с коротко остриженными рыжими волосами, одетая в чуть более замысловатый доспех городской стражи, чем сопровождавшие ее бойцы. На груди виднелась гербовая бляха, на которой мучительно ярко играло утреннее солнце. Тревельян быстро прочесал ладонью растрепанные волосы и направился навстречу. По обе стороны тропинки меж палаток выстраивались его солдаты, образуя плотный живой коридор. В конце, у самого выхода, отмеченного двумя штандартами, высилась фигура Железного Быка. — Босс, — коротко произнес он, когда Тревельян поравнялся с ним. — Проблемы? — Вольно, Бык, — ответил Инквизитор. — Похоже, мы их ждали. — Да-да, как я и говорил, — пробормотал Варрик, увязавшийся следом. — Монна капитан собственной персоной. Тем временем, отряд городской стражи подошел вплотную к штандартам, солдаты вытянулись наизготовку, а высокая женщина остановилась и подняла руку в кожаной перчатке. — Я — капитан городской стражи Киркволла Авелин Хендир, — сказала она хорошо поставленным, чуть металлическим голосом. — Мне нужно срочно увидеть мессера Инквизитора. Она сверлила Быка неодобрительным взглядом, будто пытаясь понять, представляет ли очередной огромный кунари, прибывший в Киркволл, угрозу или нет. Тревельян решительно выступил вперед, слыша, как за спиной что-то ворчит Варрик. — Я к вашим услугам, монна капитан, — ответил он и инстинктивно чуть поклонился, как это принято в Марке, приветствуя даму, но ответа не получил. «Вроде как она ферелденка», — запоздало вспомнил он рассказы Варрика, но было уже поздно. Единственное, на что он надеялся — что неуместный куртуазный жест остался незамеченным. Капитан стояла прямо и спокойно, разве что взгляд ее смягчился, особенно когда Бык сделал, наконец, пару шагов в сторону, перестав нависать над тропой. — Я ведь говорил, старина, что это будет Самый Первый Визит, который нам придется здесь пережить, — заговорил Варрик. — Авелин, я ведь даже и не сомневался, что ты явишься ни свет ни заря, чтобы напугать Вестника Андрасте лично. — Заткнись, Варрик, — неожиданно мягко ответила Авелин, а потом продолжила все тем же деловитым тоном. — Прежде чем вас начнут одолевать мессер временный Наместник, — от внимания Тревельяна не ускользнуло то, с каким оттенком неприязни она произнесла этот титул, — и прочие высокие гости, я бы хотела, во-первых, поприветствовать вас лично, а во-вторых, как можно быстрее ознакомить с тем, зачем мы, собственно, попросили вашей помощи, полностью осознавая, как вы, мессер Инквизитор, можете быть заняты. Вы позволите мне и моим подчиненным войти? — Бесспорно, монна капитан, — кивнул Тревельян и жестом пригласил ее войти в лагерь. — Прошу вас. Поговорим в моей палатке, там будет спокойнее. Варрик, Бык — вы тоже будете нужны. — И добавил, снова заметив, как Авелин недовольно сжала челюсти при виде кунари: — Железный Бык — мой телохранитель. Прошу вас не беспокоиться на его счет. Уже следуя сквозь коридор из солдат обратно к штабной палатке, Тревельян краем уха услышал, как Бык шепнул Варрику, следуя за ними с Авелин: — А ей бы стоило чуть беспокоиться, знаешь ли. Люблю рыженьких. — Отвали, Малыш, она замужем, — фыркнул Варрик, но остаток их беседы растворился в общем гуле, так и не позволив узнать, готов ли был Железный Бык смириться с подобными обстоятельствами. Солдаты Авелин остались за пологом палатки, а сама она, отказавшись от предложенного Тревельяном единственного стула, достала из висевшего у бедра планшета сложенную вчетверо карту и подошла к столу. — Ты сразу к делу, как водится, — насмешливый голос Варрика раздался откуда-то сбоку. Авелин едва заметно улыбнулась. Похоже, она и сама была искренне рада его видеть, хоть зов долга и не давал им поприветствовать друг друга, как положено друзьям. — Увы, это так, — ответила она, расправила карту на столе и жестом пригласила Инквизитора подойти. — Это — Рваный берег. Место и без того не самое дружелюбное, а после того, как там начали появляться разрывы… — она подняла на Тревельяна глаза. Он понимающе кивнул. — Тем не менее, там проходит одна из важных торговых дорог. В Киркволле сейчас настали тяжелые времена, купцы едут сюда без особого желания, а если ради визита в полуразрушенный, обедневший полис, они вынуждены будут пробираться через места, наполненные демонами, они и вовсе откажутся от идеи сюда приезжать. Путь, например, из Тантерваля стал слишком опасен и сложен, и это только один из примеров. — Она вздохнула и на мгновение замолчала, переводя дух. Тревельян присел на край стола и жестом предложил ей продолжать. — Сами мы не справляемся, на место одного убитого демона из разрывов появляется еще два. Я потеряла множество хороших стражников на этом маршруте, — голос Авелин дрогнул. — Места известных нам разрывов я отметила на карте, но мне кажется, что это далеко не все. Ближе к горам мы подходить не решаемся. У нас не хватает ни лояльных городу магов, которые могли бы помочь, ни стражников, которые не боялись бы демонов. Потому я и написала вашему послу нашу просьбу о помощи, даже понимая, сколько у вас других дел, Инквизитор. Прошу извинить меня за эту дерзость. — А я думал, что письмо писал Бран, — снова донесся голос Варрика. — Слишком уж гладко было изложено. Авелин сердито зыркнула в его сторону, и он, хохотнув, умолк. — Я понимаю, монна капитан, — ответил Тревельян, сопроводив слова легким кивком. — Мы постараемся помочь, особенно, если найдется проводник, знающий здешние места. — Я к вашим услугам, — решительно сказала Авелин и приложила руку к груди. — Лично. — А уж если ты заблудишься, то Соловей обещала, что кто-то из ее здешних агентов сможет помочь, раз уж Хардинг нельзя поделить на несколько частей, — добавил Варрик, протиснулся ближе к столу и тоже наклонился над картой. — Откуда, говоришь, прет основная орда? — Вот отсюда, — Авелин ткнула пальцем в отмеченную на карте вереницу гор и повернулась к Варрику, — Ты сам понимаешь. Варрик кивнул. Тревельян вопросительно приподнял брови, и Авелин поспешила объясниться: — В тех ущельях находится множество старых тевинтерских шахт, где когда-то десятками погибали рабы, и толком никто их не хоронил, как полагается. Иногда тела просто сбрасывали вниз, в штольни. Завеса в тех местах тонка и без того, мы часто были вынуждены заваливать старые входы и карьеры, потому что из них лезла всякая нечисть. А с появлением Бреши стало еще хуже. — Что неудивительно, — пробормотал Тревельян и посмотрел на собственную ладонь. Там, под перчаткой с сильверитовой накладкой, еще с момента, когда они ступили со шлюпки на землю Вольной марки, болело особенно сильно. Зудело, трещало, не давало спать. Он невольно крепко сжал кулак, будто надеясь, что нанесенная Дагной руна так подействует лучше. Самовнушение или нет, но на мгновение ему действительно стало легче. — Нам нужно связаться с тем агентом, о котором говорила Лелиана, — обратился он к Варрику, тот согласно кивнул и сжал перед грудью кулак в подтверждающем жесте. — Монна капитан, когда вы сможете с нами отправиться? — Когда угодно, — покачала головой Авелин. — Хоть завтра утром, если вам хватит времени, чтобы отдохнуть с дороги. — Бран будет недоволен, что ты покинула пост, — усмехнулся Варрик, сложив на груди руки, но Авелин отмахнулась и раздраженно закатила глаза. — Плевать на Брана. Если ему на завтрашнем утреннем совете будет не на кого орать, он, конечно, останется недоволен, но переживет. Это важнее, — она указала взглядом на расстеленную карту. — Я действую в интересах полиса. — Киркволлу давно уже нужен нормальный Наместник, — покачал головой Варрик. — Занялся бы кто-нибудь уже этим вопросом… Что вы тут вообще все делаете, а? — Может быть, ты? — усмехнулась Авелин, и Тревельян невольно заметил, какие славные ямочки появляются на ее щеках, когда она улыбается. За стальным фасадом монна капитан совершенно точно скрывала доброе искреннее сердце. — Андрасте помилуй, еще не хватало, — замахал руками Варрик. — Да и пока Его Милость, — он кивнул в сторону Тревельяна, — нуждается в моей помощи, вам как-то придется разгребать это дерьмо самим. А потом посмотрим. — Кстати, о дерьме, — гулкий голос раздался откуда-то из полутемного угла. — Готов идти с тобой, босс. А если помимо демонов там найдется еще парочка драконов… — Это мы посмотрим, Бык, — рассмеялся Тревельян. — Но топор наточи получше. Значит, решено. Выступаем завтра.