Sewn Into You

Луи всё ещё нервничал, пока Гарри вёз их обратно в жилой комплекс. Прошло почти двенадцать часов с тех пор, как он был там в последний раз, но казалось, что произошло так много всего. Особенно это стало явным, когда альфа отпер их квартиру и он вспомнил, что ему здесь больше ничего не принадлежит. — Эйч, — с опаской произнёс Луи. — У меня нет… здесь никакой одежды. Казалось, что альфа нисколько не был обеспокоен этим фактом, поскольку он начал запихивать часть продуктов в холодильник, оставляя остальное на стойке для лёгкого доступа. — Ничего страшного, — просто пожал плечами он. — Ты всё равно ничего не будешь носить. Омега вздрогнул, когда на эти слова последовала реакция его тела, заставив выделить очередную порцию смазки. Теперь, когда он был окружён запахом альфы, гормоны бушевали гораздо сильнее. Он буквально мог чувствовать туман, густую дымку на кончиках пальцев, медленно подползающую к его мозгу и затмевающую разум. Он скрестил руки на груди, пытаясь успокоиться и унять нервы. Но тут не было никакого способа схитрить, его волк начинал перетягивать поводья — он нуждался в своём Альфе. Мальчик жалостливо заскулил. — Хей, хей, хей, — Гарри моментально оказался рядом. — Ты же знаешь, что можешь надеть мою одежду. Я просто… подумал, что в этом не будет необходимости. Луи пытался игнорировать навязчивый туман в попытке удержать хоть какую-то часть самоконтроля. Он обхватил шею альфы и уткнулся носом ему в грудь. — О-о-о… ладно, — пробормотал Гарри, словно только сейчас связал всё воедино, крепко обхватив мальчика руками в защитном жесте. — Так, детка… Я собираюсь убедиться, что дверь заперта… Почему бы тебе не переодеться в спортивные штаны и одну из моих толстовок? Мы можем прилечь и посмотреть телевизор, пока не наступит течка? — Разве она наступит не скоро? — спросил Луи, чувствуя, как накатывает очередная волна возбуждения. Нос Гарри снова зарылся в его шею, на этот раз ближе к месту, откуда исходил соблазнительный запах. — Она ближе. Но нет, она ещё не наступила, — он замер, и его рука скользнула вниз по спине мальчика, тем самым делая того ещё более мокрым. — Я думаю, твоё тело в замешательстве. У тебя уже случались преждевременные течки? — Нет, — быстро ответил Луи. — Никогда. — Хм, — промычал Гарри, задумавшись. — Похоже, твоё тело борется с этим. — Течка вот-вот наступит, — настаивал Луи. — Я чувствую. — Знаю, — прошептал альфа. — Но у нас есть ещё немного времени в запасе. Переоденься в мою одежду, во что захочешь. Хорошо? Луи кивнул и сделал так, как его попросили. Он вошёл в комнату Гарри и с облегчением избавился от костюма, заменив его на спортивные штаны и огромный свитер. Когда он откинул одеяло, пальцы скользнули по приятной прохладе дорогих простыней. Он скучал по этой кровати: той, что пахла его Альфой, той, в которой они могли бы обниматься каждую ночь. На самом деле иронично, что он оказался на диване Лиама прошлой ночью. Между рыданиями он понял, что квартира друга теперь кажется ему больше чужой, чем родной. Дом был там, где был Гарри, как бы сильно тот его ни бесил, он любил этого альфу каждым ноющим ударом своего сердца. Только когда Габи начала готовить его к помолвке, до него начало доходить, какую большую ошибку он совершил. — Я просто не знаю, — Габи потянула его за воротник пиджака. — Мне кажется, мы что-то упускаем, Лу. — Я не хочу об этом говорить, — фыркнул Луи. Он провёл большую часть дня, рыдая из-за того, что находился вдали от своего Альфы, из-за его неверности. — Но Луи, — не сдавалась подруга. — Родственные души могут чувствовать, когда их партнёр близок с кем-то другим… Это довольно болезненно… На YouTube полно видео, описывающих, насколько это мучительно. Даже больнее родов. Луи уставился в пол, пытаясь вспомнить, что было после того, как он увидел их вместе, после того, как Себастьян проскользнул в кабинет. — И, — продолжила Габи. — Когда ты вернулся, ты был расстроен, но не было похоже, что тебе было больно, Лу. Он пытался, но не смог вспомнить, чтобы его тело испытывало хоть какую-либо физическую боль кроме той, что причиняло разбитое сердце. — Ты чувствовал что-нибудь? — снова спросила Габи. В дверях ванной появился Лиам, его собственный костюм висел на вешалке, которую он держал в руках. Весь образ состоял из одних лишь боксеров, позволяя гордо демонстрировать метку родственной души — «Габриэлла» на его ключице. — Пожалуйста, скажи мне, что ты чувствовал боль, Луи, — взмолился альфа. — Ты же не собираешься сказать, что никакой боли не было и я без всяких причин забрал тебя у Гарри, думая, что он мудак. — Он и есть мудак, — настаивал Луи. — Ему не следовало пускать Себастьяна в свой кабинет, даже если я и не чувствовал никакой боли! — Ради всего святого, — вымученно вздохнул Лиам, уставившись в потолок. — Иисусе, Лу, — одновременно заговорила Габи. — Так ты… на самом деле не знаешь, что произошло вчера вечером? — Я знаю, что Себастьян вошёл в кабинет Гарри с букетом роз, — решительно заявил Луи. — Окей… — Лиам растягивал слова. — Множество омег пытаются соблазнить альф… Это же не значит, что от этого мы становимся изменщиками! Габи бросила подозрительный взгляд на Лиама, но в конце концов вернулась обратно к мальчику, которому всё ещё нужно было завязать галстук и правильно сложить нагрудный платок. — Тебе нужно поговорить с Гарри, Лу… Это может быть недоразумением… К тому же для твоего здоровья вредно находиться вдали от него. — Я отвезу его обратно к Гарри сегодня же вечером, — решительно заявил Лиам. — Да к чёрту всё! — взорвался Луи, чувствуя, как его собственная независимость подвергается риску. — Я буду делать то, что мне, чёрт возьми, угодно! Если вы не хотите, чтобы я был здесь, то я перееду в отель! Лиам возразил: — Ты не лишишься своего Альфы только потому, что поспешил с выводами на основе предположения, которое сам же и сделал! Особенно когда я был тем самым глупцом, который поверил и забрал тебя у него, — он тяжело дышал. — Он наверняка разрабатывает планы мести для меня, пока мы тут с вами разговариваем. — Я уже большой мальчик! — Луи не собирался отступать. — И сам могу принимать решения! Его бывший вошёл в кабинет с букетом цветов! Габи и Лиам проигнорировали его, общаясь друг с другом взглядами без слов, затем они оба кивнули в знак согласия, прежде чем Лиам оставил их наедине. — Поговори с ним, — заключила Габи тоном, не терпящим возражений, и дёрнула за галстук на шее с такой силой, что на долю секунды Луи задохнулся. — Или я не буду думать дважды, прежде чем сказать Лиаму запихнуть тебя в машину и силой вернуть обратно. Луи закатил глаза. Его волк ужасно тосковал по альфе, но он никогда и ни за что не признался бы в этом вслух. — Можем ли мы просто позволить этой ночи быть только о Джиджи и Зейне, — умолял он. — Пожалуйста. Казалось, что последние две недели были посвящены исключительно его отношениям с Гарри. Эта ночь была предназначена его друзьям… и он не собирался её портить. Наконец, Гарри появился в комнате, отвлекая Луи от воспоминаний. Он закрыл за собой дверь, заперев их разбушевавшиеся от гормонов тела в замкнутом пространстве. В мгновение ока альфа расстегнул рубашку, неспешно стягивая с плеч, и шёлк плавно соскользнул с его тела. Луи с трудом сглотнул, чувствуя, как каждое движение мужчины усиливает возбуждение стократно. — Альфа, — собственный голос подвёл, отчего его было еле слышно. — Расслабься, дорогой, — за шорохом упавшей рубашки послышалось эхо металла бляшки ремня, и ещё одна волна цитрусовых разнеслась по спальне. Альфа выскользнул из своих брюк, оставив из одежды лишь одни боксеры. Луи мог думать только о пустоте внутри себя, о том, насколько он стал мокрым с тех пор, как улёгся в постель, окружённый манящим ароматом Гарри. Его рот начал наполняться слюной, пока он наблюдал за приближением мужчины и движением его члена, так мучительно несправедливо прикрытого нижним бельём. Мышцы были напряжены, всё тело буквально пылало от потребности достичь разрядки. Рука скользнула под ткань собственных брюк, потянув за ноющий член, в то время как глаза закатились от отчаяния. Затем он почувствовал, как прогнулся матрас, и заметил альфу, который наклонялся всё ниже по мере того, как придвигался к нему. — Нет, Омега, — пальцы Гарри схватили его запястье, отрывая руку от нуждающегося члена. — Альфа позаботится об этом. Окружающее пространство словно было заполонено дымкой, мальчик мог сосредоточиться только на дурманящем запахе альфы и ощущении носа Гарри, плотно прижимающегося к его шее. Затем Луи почувствовал, как мужчина начал нежно посасывать то самое место, которое ранее пообещал укусить. Руки омеги инстинктивно обхватили соулмейта, рот партнёра вытворял вещи, заставляющие его выгибать спину. Он знал, что Гарри пытался таким образом притупить боль, но всё же вскрикнул, когда острые зубы впились в его кожу. — Альфа, — снова позвал Луи, только лишь сама мысль о спаривании всё глубже погружала сознание в блаженную неизведанность, в которую хотело погрузиться и его тело. Задница была влажной и истекала смазкой, чувство пустоты становилось всё более невыносимым, а член оставался таким же твёрдым и нуждающимся. Всё доставляло жуткий дискомфорт, даже одежда, касаясь его кожи, казалась неудобным и ненужным атрибутом. — Вот так, детка, — пробормотал Гарри, задыхаясь. — Почти пора, дорогой. Ты в порядке? Раздался тихий вой, покинувший рот омеги от напоминания о скором начале течки. Его волк медленно, но верно одерживал верх, хотя сам Луи всё ещё оставался в сознании. И именно сознательная часть мозга была невероятно обеспокоена тем фактом, что он проводит свою течку с альфой, который даже не был его Альфой. — Я хорошо позабочусь о тебе, щенок, — пообещал Гарри. — Не о чем беспокоиться. — А что, если, — слова было трудно выдавить из-за волка, который боролся с ним. — А что, если тебе не понравится моя другая сторона? Мой волк? — Невозможно, — твёрдо заявил Гарри, с лёгкостью стаскивая свитер с тела Луи, после чего принялся покрывать поцелуями его шею, спускаясь вниз по груди, продолжая говорить. — Я обожаю тебя, — за словами последовало ещё больше страстных поцелуев вниз к груди, сопровождаемые покусываниями каждого соска. — Всё в тебе. Несколько нежных поцелуев в живот заставили омегу окончательно убедиться в правдивости слов альфы. Затем Гарри медленно стянул с него брюки, выпуская из тисков его очень твёрдый член. — Такой красивый, — пробормотал Гарри, прижавшись губами к красной головке. — Такой готовый для меня. Внутренний волк усилил борьбу за право перехватить контроль над его инстинктами, мыслями и словами. Теперь казалось, что это было всего лишь вопросом времени, когда это случится. — Всё только для тебя, Альфа. В ответ Гарри довольно промычал, проводя языком широкую линию по его члену снизу вверх, тем самым вынуждая Луи вздрогнуть. Резкое движение привлекло внимание альфы, и тот опустил ладони к бёдрам, чтобы крепко сжать их, удерживая в одном положении. Он также вдавил свои большие пальцы в низ напряжённого живота, прежде чем полностью погрузить всю длину в рот, выбивая этим действием из Луи звонкий стон удовольствия. Течка завладевала каждой клеточкой мозга, лишая мальчика всякой возможности сопротивляться. Не то чтобы он этого хотел: рот Гарри творил нечто невероятное, всё глубже погружая его волка в водоворот эйфории. Он был так отвлечён, благодарно принимая всё, что давал ему соулмейт, что даже не заметил, как Гарри добавил пальцы. Когда мужчина принялся медленно ими работать, интенсивность стонов начала нарастать. У Луи не осталось сил на возмущения, все мысли были заняты лишь тем, как отчаянно он нуждался во внимании своего Альфы. — Такой хороший мальчик, — заявил Гарри после того, как член Луи покинул его рот. — Ты близко. Луи мог только кивнуть, покачивая бёдрами, чтобы пальцы Гарри продолжали входить и выходить из него. — Я собираюсь взять тебя прямо сейчас, — прорычал Гарри, поднимаясь вверх, его глаза блестели. Луи почувствовал, как твёрдый член альфы задел его ногу, и не смог вспомнить момента, когда тот избавился от боксеров. — Сделаю тебя своим. — Твоим, — произнёс Луи, и слова застряли в горле, когда мужчина снова присосался к нужному месту на шее, подготавливая к спариванию. Ладони Гарри легко пробежались по дрожащим бёдрам, подхватывая заднюю часть подколенного сухожилия, прежде чем широко раздвинуть ноги для лёгкого доступа. Тело Луи отреагировало мурашками, пот от жара покрыл его кожу, словно клей. Пресс Гарри потёрся об его животик, и головка члена также слегка коснулась его нижней части. Капающий с кончика преякулят в мгновение ока сделал задницу ещё более влажной. — Мне нужно твоё разрешение, Омега, — твёрдо сказал Гарри, выравнивая их тела параллельно. — Скажи мне, что я могу спариться с тобой, скажи мне, что я могу сделать тебя своим. Его тело готовилось отдаться во власть течки и подчиниться альфе на следующие несколько дней вне зависимости от того, укусит он его или нет. Нужда в мужчине теперь была настолько непреодолимой, что было трудно даже говорить. — Да, Альфа… возьми… меня. В тот же момент, когда Гарри вошёл в него, его губы снова коснулись шеи омеги. Кровь забурлила, устремляясь в оба места, где альфа был связан с ним. Смазка, казалось, вытекала из него литрами, смягчая медленные движения Гарри, плавно выходящего из него и нежно возвращающегося обратно. Движения мужчины отличались от тех разов, когда они спали до этого. Гарри словно пытался не спешить, чтобы в полной мере показать младшему волку, как он предан заботе о нём, вечно, любым способом, который ему когда-либо будет доступен. — Альфа, — взмолился Луи, его отчаяние было вызвано необходимостью быть ещё более заполненным. — Нужен узел… пожалуйста. Жар дыхания Гарри вырвался с хрипом, а затем он ускорился, безжалостно вбиваясь. Омега без остатка отдался ощущению, словно его дырочку беспощадно уничтожают, наслаждаясь каждым мгновением и принимая всё, что давал ему мужчина. Он почувствовал, как руки альфы сжимают его бедра для устойчивости. Луи представлял из себя лужицу из ощущений, неспособный по-настоящему уловить хотя бы одно, насквозь пронизывающее его охваченное гормонами тело. Он отдалённо слышал шлепки их разгорячённых тел, соединяющихся воедино, тяжёлое и прерывистое дыхание Гарри. Пот, выступивший на коже, увлажнял простыни под ними, смешиваясь с текущей смазкой. Их запахи переплелись в единую симфонию и заполнили пространство, оседая тяжёлым плотным облаком и ещё больше затуманивая его мысли. Всё, что осталось, — это ощущение Гарри внутри него, ладоней, скользящих по его груди, и слов, которые тот произносил с прерывистым дыханием. — Я так сильно тебя люблю, — Гарри усилил толчки, жёстче, быстрее. Следующие слова вырвались альфа-голосом, и Луи в полной мере прочувствовал власть гона, охватившего его пару. — Не могу дождаться, когда ты станешь моим. Гарри с жадностью присосался к шее Луи, работая бёдрами ещё быстрее, с каждым толчком задевая простату и заставляя его видеть красочные изображения самых ярких звёзд под веками. — Альфа! — вскрикнул он, чувствуя, как член внутри увеличивается в размерах, и достигая собственного оргазма. — Альфа. — Мой! — прорычал Гарри нечеловеческим голосом, запирая внутри свой узел, одновременно с этим разжимая челюсть. В тоже мгновение Луи почувствовал, как острые зубы впились в его шею с шокирующей болью. В ушах звенело, когда он почувствовал, как язык альфы смягчает пульсирующую боль в месте укуса. Он верил, что Гарри позаботится о нём, что он никогда не позволит ему вернуться к страданиям, которые наполняли его жизнь раньше. С этими мыслями Луи добровольно погрузился в дымку.

***

Когда мальчик пришёл в себя, в комнате было темно, простыни были влажными, а его задница была заполнена узлом. Рука Гарри была крепко обвита вокруг него, тихий храп эхом отдавался тишине комнаты, а дыхание мужчины согревало и без того пылающую шею. Луи задумался, как долго он был вне всего этого. Как долго длилась течка. Обычно, когда он возвращался в сознание, мысли которого не были пронизаны похотью, он был голоден, дрожал от холода и почти всегда с ужасной головной болью, которая преследовала на протяжении следующих двенадцати часов. Когда Луи зарылся в тёплые простыни поглубже, то понял, что он всего лишь просто устал. Может быть, немного хотелось пить, но в остальном ему было хорошо. Как ни странно, его тело продолжало выделять смазку, и он предположил, что это из-за того, что они всё ещё были связаны. Поэтому он не придал этому никакого значения. Глаза начали закрываться, ему было комфортно и он чувствовал себя окружённым заботой в объятиях своей пары. Его сердце, душа, разум и тело — всё было в безопасности… рядом с Гарри. Несмотря на то, что омега долгое время провёл без сознания, он чувствовал себя истощённым, его конечности были слабыми, а мышцы горели. Он потянулся, обвив пальцем один из локонов альфы, что танцевали на наволочке. Вдохнул ароматы богатого кедра и инжира, исходившие от мужчины. Луи хотел бы лелеять этот момент и это чувство вечно. Вместо этого его тело погрузилось в столь необходимый глубокий сон.

***

Он резко проснулся от ощущения, будто чья-то рука коснулась его щеки, и от звука глубокого голоса Гарри. — Нуждаюсь в тебе… детка. Затем его телом начали маневрировать, переворачивая на спину и раздвигая ноги. Альфа настойчиво взобрался на него, с силой проталкивая твёрдый член в ноющую дырочку. Всё происходило так быстро, что Луи почти не верил, что это было реальностью. Он был чертовски чувствительным, но всё же его биология делала так, что у мужчины было достаточно смазки, чтобы работать с ней. Именно тогда он заметил ярко-зёленый свет в глазах Гарри, и волна понимания окатила его… Альфа всё ещё был в гоне. Гарри продолжал беспощадно вбиваться внутрь, с пугающей точностью каждый раз попадая в простату. — Эйч! — закричал Луи, чувствуя, как напрягается каждая мышца, отзываясь на прихоть Гарри. Ему это нравилось… он даже возненавидел то, как сильно ему это нравилось. Как его голова покорно склонялась вбок, обнажая шею, как тело перенаполнялось диким желанием. — Вот так, — проговорил альфа сквозь толчки, сосредоточенно рассматривая что-то на животе Луи. Обеспокоенный, он посмотрел вниз и увидел именно то, что, по всей видимости, понравилось альфе. Это была выпуклость, расположенная в нижней части его живота, как раз в том месте, где пульсировал член Гарри. — Щенок, — пробормотал Гарри с удовлетворением. — Прямо здесь. — «Вот дерьмо» — лихорадочно подумал Луи, наконец уловив ход мыслей Альфы. Нет, нет, нет. Они не могли позволить себе забеременеть… абсолютно точно нет. Затем этот его предательский волк подумал о чувстве лёгкого трепета от растущего в животе младенца, о мирно спящем на руках щенке, о звуке его заливистого смеха. Он задался вопросом, будут ли у него кудри Гарри или его голубые глаза — может быть, и то, и другое. Внезапно ему захотелось стать ещё более заполненным, чем он уже себя ощущал, пухленьким и округлившемся, и подготовить гнездо для новорождённого. Гарри подтянул колени Луи к своим плечам. Омега больше не обращал внимание на болезненность в точке их соединения, продолжая чувствовать сильное давление члена альфы, двигающегося в нём с такой скоростью, что он практически задыхался. Луи откинул голову назад, всё ещё подвергаясь напористым толчкам, когда его сперма брызнула на живот горячей, липкой струёй. — Альфа, — простонал омега в ответ на своё освобождение, и внезапно Гарри вышел из него, приподняв так, словно он был пёрышком, и перевернув. В ответ на это безумно горячее действие мальчик выгнул спину, идеально подставляясь своему Альфе, который расположился прямо позади. — Я собираюсь заполнить тебя своими детьми, — пробормотал Гарри, словно в бреду. — Ты будешь заполнен моими детьми. Интенсивность толчков альфы обрушилась с новой силой, полностью лишая возможности связно мыслить. Он почувствовал, как Гарри приблизился к нему, каким-то образом не замедляя бешеной скорости. Затем его руки были вытащены из-под него и плотно прижаты к пояснице, а большие пальцы альфы вдавились в мягкую часть его запястий. Гарри замурлыкал, наслаждаясь этой картиной. — Какой хороший Омега… прекрасный Омега. Луи заливал член альфы своей смазкой, пока комплименты продолжали литься изо рта мужчины, подводя омегу к следующему кульминационному моменту, который быстро приближался. — Принимаешь меня так хорошо… — простонал Гарри. — Принимаешь мой член, как самый настоящий хороший, маленький омега, которым ты и являешься… да, детка? Луи застонал в ответ, пытаясь угнаться за импульсом, за тем, как его дырочку использовали, и это был самый удовлетворяющий опыт, который он когда-либо испытывал. Если бы они могли заниматься сексом так всю оставшуюся жизнь, ему бы больше не понадобились эти холодные силиконовые игрушки-узлы. Не то чтобы это имело значение, он был почти уверен, что Гарри изначально не позволит этим вещам находиться в квартире. Гарри снова вытащил член, оставив его чувствовать себя пустым и одиноким, он был болезненным, но всё ещё желал большего, желал быть заполненным. Вероятно, потому что его волк знал, что его Альфа не был полностью удовлетворён, и он просто не мог этого допустить. Лодыжки начали тереться друг о друга, пытаясь избавиться от накопившегося напряжения, оргазм был так близок, что он мог его чувствовать. Он услышал, как альфа утробно зарычал, после чего его ладони опустились, чтобы поддержать ноги омеги. — Только Альфа позволит тебе кончить, ты меня понял? Луи не должен был отказывать своему Альфе ни в чём… особенно теперь, когда они были связаны. Поэтому он заскулил, надеясь, что альфа простит его. — Да, Альфа… пожалуйста, Альфа, — с надрывом в голосе закричал он. — Ты мне нужен. — Хороший мальчик, — удовлетворённо произнёс Гарри, прежде чем обхватить его задницу, крепко сжав и снова войдя в него до упора. Было действительно впечатляюще, насколько выносливым был альфа. Почти сразу же зрение Луи затуманилось из-за чувства наполненности. — Альфа, — заскулил омега, ощущая, как внутри него двигается член Гарри. Он был на пределе и нуждался хотя бы в минутке покоя, чтобы собраться с мыслями. — Пожалуйста, Альфа… повяжи меня. — Ты хочешь этого, детка? — спросил Гарри, его яйца беспорядочно шлёпали по ляжкам Луи. — Ты хочешь, чтобы моя сперма оказалась внутри тебя… заполнила тебя до краёв? Из рта вырвался вой, и от одной этой мысли его дырочка стала ещё более мокрой. — Это то, чего ты хочешь? — снова спросил Гарри, и его волк вырвался наружу, призывая мальчика ответить. — Да, Альфа, — честно признался он. — Хочу быть заполнен тобой… — ему пришлось сделать паузу, чтобы перевести дух. — Всегда. Гарри громко застонал, когда узел лопнул внутри него, заполняя задницу семенем. Луи чувствовал, насколько он был полон ДНК альфы. Он лишь надеялся, что противозачаточные средства окажутся сильнее генов Гарри. Потное тело мужчины рухнуло на Луи, лениво целуя след от укуса и шепча ему на ухо несвязные вещи, пока он обнимал его, притягивая ближе к себе, защищая. — Люблю тебя, я так сильно тебя люблю. Тело Луи было укрыто тонкой простынёй, когда он почувствовал, как альфа уткнулся носом в его шею, проводя языком по отметине. Омега был полон. Полон спермы и полон узла, но также полон любви, и счастья, и ощущения безопасности. Прошло так много времени с тех пор, как Луи чувствовал себя полностью умиротворённым, но здесь, в объятиях своего Альфы, он был дома. — Я… тоже тебя люблю, — прошептал Луи в темноту комнаты. Он знал, что Гарри услышал его, по тому, как сильные руки сжали его ещё крепче, и тихий стон слетел с губ измученного альфы. Луи надеялся, что они приближаются к концу. Его заднице нужен был перерыв, а его волк после течки нуждался в объятиях и уходе. Его Альфа, всё ещё находящийся в гоне, не мог этого дать. Но теперь, когда дыхание Гарри постепенно перешло в тихое похрапывание, он позволил себе тоже погрузиться в мир грёз.