Ты больше не можешь называть меня своим сыном!

Слёзы текли по его щекам, растворяясь в пустоте, и каждая капля отзывалась в душе глубоким эхом предательства. Он вспомнил, как, сидя на коленях у отца, чуть ли не в восторге впитывал его слова о судьбе, о другой реальности, о том, как важно быть сильным. А теперь он понимал: это была лишь завеса, за которой скрывался ужасный план. Однажды ему казалось, что он любим, а теперь он осознал, что его лишь использовали. Мир вокруг начал расплываться, как старая картина под дождём. Его мысли метались между ненавистью и горечью. Как мог он не увидеть? Как мог доверять тому, кто говорил о любви, а сам лишь желал поживиться самостью? За каждой улыбкой отца пряталась мерзкая жажда контроля. Ведь он был не более чем сосудом, пустотой, которую можно было заполнить чуждыми мечтами. Внезапно до его ушей донёсся некогда дорогой ему голос. — Лололошка... - голос звучал грустным. Шмыгнув носом и протерев от слёз глаза, мироходец сразу выдал: — Ну что тебе от меня опять надо?! Не достаточно намучил меня?! Зачем ты позволил стать кем-то большим и выше в твоих ожиданиях?! Лучше бы просто поглотил и не дал бы мне жить с такой болью! Зачем ты меня оставил жить с понятиям о том, что самый родной человек для меня, мой отец предатель и воспитывая меня, хотел лишь моего тела?! Как бы пошло это не звучало, но это правда! Что, по наследству перешло? Учитель вот так поглощал тело ученика, или же ты самый первый из той своей веткой который просто воспитывал удобные себе тела а после когда приходило время поглащал их и вставал в их тела? Ну почему, когда именно сейчас, мне нужно моё дурацкое "умение" забывать всё после больших меж пространственных переходов, я научился помнить?! ПОЧЕМУ ИМЕННО В ЭТОТ СРАННЫЙ МОМЕНТ?! — Лололошка... - вновь также повторил голос, но уже глуше, как вдруг перед ним, после яркой ярко фиолетовой вспышкой, появился дух бога времени. — Я не хотел чтобы до такого дошло... - у него были опущенные вниз чёрные заострённые уши а глаза говорили что тому действительно жаль. Но нет, Лололошка больше не тот светлый мальчик которому можно сказать "прости я действительно и искренно извинюсь или бла-бла-бла". Ему уже всё равно на сколько перед ним был прав демиург. — Однако, будь осторожен в своих эмоциях, сы.. Лололошка, - бог времени настолько привык шатена называть своим сыном, ну... Вообще то он и есть его сын, однако в данной ситуации это не самая удачная слово формулировка. — Ты теперь больше не мироходец, а демиург. Поэтому, твоя и так не маленькая сила мироходца возросла до демиургивого уровня. — Может ты что-то перепутал? Ну какой из меня междумирец? — Призови свою маску. - приказал фиолетового глазый, наблюдая как в руку новоиспечённого междумирца послушно прилетала фиолетовая маска. Даже очень быстро. — Это и есть твоё объяснение. Это знаешь, как к королю его корона, понимаешь? - наклонив голову в сторону, уточнил бог времени. — Но как выгляжу я, а как выглядишь ты. - всё равно не доверял этому шатен. — Ты так выглядишь, так как это твоя первоначальная форма. Та, в которой ты родился на этот свет. Ты не выглядишь как междумирец демиург, так как ты не деторождённый. Однако, не переживай, спустя время и объем сил которых ты научишься управлять, ты будешь иметь форму как демируг. — Но ведь Эбардо- - начал было парень, но его перебили. — Лололошка, Эбардо лишь конченный придурок который много стал про себя думать. Он решил что раз смог себе сделать крылышки из пустотной магии и свободно на них летать, то всё! Он бог! Но нет! Стоит ли тебе напоминать, как ты в Даливарике совершенно без магии создал себе крылья? - наклонив голову, смеясь спросил фиолетово глазый. — Ло, наличие пустотной магии и сильной искры, не показатель что ты стал демиургом. К этому во первых, нужен колоссальный труд, который не один из мироходцев не проявил, разве что Фарагонда могла бы иметь шансы на подобное, однако ей это было не интересно и у неё другие были цели, который ей кое-кто дважды смог изменить. - и бог времени лукаво усмехнулся. — Во вторых, - бог сложил руки на своей груди — нужна какая не какая, но предосположеность либо родственники демиурги в роду. Ты стал демиургом, из-за того, что ты мой сын. У тебя есть предосположеность, так что я бы скорее удивился если бы ты, наоборот, не получил бы маску демиурга. Лололошка вжимал пальцы в ладони, ощущая, как внутри него бушует ураган эмоций. Боязнь, гнев и боль смешивались, проникая в каждую клетку его существа. Он не хотел быть марионеткой в руках своего отца, не желал принять этот замысел. По лицу вновь катились слёзы, но теперь они были не только от горечи, но и от воспламеняющегося внутри него гнева. — Я не буду твоим инструментом! - с ненавистью произнес он, глядя в глаза бога времени. — Я не хочу следовать по твоему пути, даже если это значит предать всё, что мне было дано! — Освободись от цепей своего прошлого, - сказал демиург тихо, но с яростью в голосе. — Ты способен на большее. Каждая капля боли, что ты испытываешь, может стать твоей силой. Помни, сила не в ярости, а в умении контролировать её. Старые обиды сжимали сердце, и вдруг Лололошка неожиданно язвительно выдал: — Интересно, ну и какого же, тебе папочка жилось с таким осознанием будущего? Ты ведь будущее умеешь видеть, и наверняка видел во что, это всё, вылилось. — Лололошка... - голос бога неожиданно охрип, а он сам шокировано смотрел на сына. — Я видел много будущего, — ответил бог времени, его голос стал тихим, но настойчивым. — Но ни одно из этих видений не предвещало боли, которую ты испытываешь сейчас. Я надеялся, что ты обойдёшь этот путь, но… судьба часто оказывается жестокой. Лололошка ощутил, как в груди закипает гнев, и его слова прошились острее ножа. — Надежды не спасают от реальности, - произнёс он сквозь стиснутые зубы. — Ты решил за меня, ещё до моего рождения. Моя жизнь – это не игра, а ты, кажется, забыл, что такое ответственность! — Я не забыл, - сказал бог, поднимая руку, чтобы остановить волну ненависти. — Я знаю, что такое потеря. Я знаю, что такое видеть, как твои мечты рассыпаются в прах. Но именно через эту боль мы становимся сильнее. Ты не одинок, Лололошка. Я с тобой, если ты примешь этот путь. На миг тишина окутала их, словно сгущающийся туман, сама пустота нервно переживала и ожидала от них слова к друг другу. Лололошка, стоя перед духом времени, чувствовал, как его сердце колебалось между гневом и желанием понять. — Я не хочу быть частью твоей судьбы, - шепотом произнёс он, — ты просто хотел превратить меня в свинью на убой. Распоряжался мною, как та четвёрка богов со своими детьми. Отправил меня раньше положенного в Видомнию. Чёртов бог, ты хоть понимаешь что та башня смогла найти мой страх?! Знаешь каких усилий мне предостояло отпустить свой страх, до того как башня бы из меня высасала всю мою искру и сделала бы меня погашим даском?! Знаешь сколько ужасов мне пришлось пережить в той башне и спасти "бедных заключённых мироходцев которые попали в тюрьму Видомнии". - шатен скривился после своих слов. — После того междумирья, был ещё один мир, а там хоба! Я встретил своё альтер эго и оно меня забросило в его альтернативную вселенную. Да я еле от туда выбрался! Так и ещё оказывается, моё альтер эго не планировало меня возвращать в мою родную вселенную и он даже разрушил отправление! Врата которые соединяли одну точку в одной вселенной, и другой точку в другой! Ты понимаешь?! Он разрушил то, чего разрушить было не возможно! Бог времени всё так же шокировоно смотрел на своего сына и слушая его. — Лололошка… - наконец, произнёс бог времени, его голос был полон неподдельного сострадания. — Я никогда не хотел причинить тебе боль. Ты должен понять, что я только направлял твой путь, и порой он ведёт сквозь жестокие испытания. Ты стал сильным именно благодаря этим страданиям. — «Сильным»? - Лололошка усмехнулся, его глаза сверкали от ярости. — Это ты так определяешь силу? Жить в страхе, постоянно уходить от темноты, которая охватывает меня, быть мальчиком на побегушках, уничтожать всехс кого как мне покажут якобы «плохих дядей и тёть»? Я не хочу быть инструментом в твоих играх, а ты, похоже, не способен увидеть, что под твоими небесами есть и другая правда. Бог времени опустил голову, осознавая, что его намерения обернулись болью для сына. — Я понимаю, и я вижу твоё страдание, Лололошка. — Может быть, - пробормотал Лололошка, но горячая ярость затихала, уступая место смятению. — Но это не значит, что я прощу тебя. — Сынок... — Стоп, - выставил руку вперёд шатен — не называй меня так больше, ты утратил эту дозволенность. Ты мне больше не отец. Отцы не поступают так со своим детьми. То, что ты меня создал, не даёт тебе права настолько издеваться надо мной! Бог времени внимал каждому слову, словно они были острыми лезвиями, проникающими в его сердце. Он пытался найти правильные слова, но в голове лишь кружились тени их прошлого. — Я создавал тебя не для того, чтобы ты страдал, - тихо сказал он, но в его голосе звучала неуверенность, которая не могла скрыть горечь. — И что же, по-твоему, значит быть "сильным"? - резко ответил Лололошка, его губы дрогнули от эмоций. — Быть марионеткой в твоей игры? Вечно срывать маски с лиц тех, кто тоже страдает? Я больше не буду частью твоих снов, ведя за собой стены страха. Он развернулся, готовясь уйти. Но за спиной раздался тихий шёпот: — Я не оставлю тебя. За каждым твоим шагом будут следовать последствия, о которых ты даже не догадываешься. Лололошка остановился и глубоко вздохнул, внутренний конфликт сжимал его душу. — Я не боюсь последствий, - произнёс он, — я боюсь не изменить себя. Не хочу повторять твоих ошибок. И шатен исчез в зелёных частичках магии, оставляя Демиурга одного с поджатыми губами по правой щеке которой потекла горькая слеза.