Было , может быть или возможно и будет .

В этот критический момент Шэнь Цинцю видел лишь ребенка, находящегося на грани жизни и смерти, и не поколебался, сделав шаг вперед, чтобы прикрыть ученика своим телом. Ванцзи тоже встал перед Ло Бинхэ и вытащил свой меч Бичэ из ножен. Меч Бичэ снова оказался в руке, и его ослепительно белоснежный свет пронзил могучее тело Старейшины, не оставляя ему ни малейшего шанса на спасение. Однако Тяньчуй, движимый злой яростью и упрямством, продолжал наступать вперед, не желая сдаваться. На его лице появилась странная, почти безумная радость, когда великан сделал еще один шаг, позволяя Бичэ пройти сквозь себя. С искаженной ухмылкой на губах гигант внезапно изменил направление и протянул руку к Шэнь Цинцю. Лорд Цинцзин, мгновенно осознав замысел своего противника, поспешно начал отступление, однако было уже слишком поздно. Его правая рука была пронзена мучительной болью, которая накатила неожиданно и безжалостно. Вдобавок ко всему, по всему телу пробежала волна холода, оставляя в сердце горькое осознание того, что произошла незавидная ситуация. Лань Ванцзи, с полной концентрацией, ловко управлял своим мечом и в конечном итоге сумел вытащить его. Тяньчуй упал на землю, и из его рта фонтаном брызнула кровь. Демон, наблюдая за этим зрелищем, злобно расхохотался, затем, глядя на Лань Ванцзи и Шэнь ЦиньЦю, произнес: — Теперь ты умрешь вместе со мной, Шэнь Цинцю! И что, если я умру? Это того стоило! Ло Бинхэ быстро подхватил своего наставника, увидев, что тот держится за израненную руку. — Учитель! Учитель, вас ранили ядовитыми шипами?! Шэнь Цинцю, потянув руку к себе, сдержанно ответил: — Ничего страшного. Это меня не задело. Не верь чужим словам, он просто пытается поднять панику. — Говоря это, мужчина опустил голову, намереваясь осмотреть себя. Ванцзи, который уже подошел ближе, схватил его за поврежденную руку и заметил, как изорванная ткань одежды на обратной стороне руки стремительно пропитывается черной кровью. К счастью, Шэнь Цинцю оказался не из тех, кто теряет сознание при виде подобной картины. Однако, Ло Бинхэ выглядел значительно хуже: и без того бледное личико ребенка стало еще более серым. Конечно, никто не мог услышать нарастающую волну ярости, охватившую его бедного наставника: «Черт возьми, Лань Ванцзи, нужно ли было выставлять это напоказ?» Лань Ванцзи, казалось, почувствовал его мысли и слегка сильнее сжал руку, пытаясь остановить кровотечение, которое, тем не менее, всё ещё продолжало течь. Старейшина Тяньчуй, наконец-то получивший возможность отомстить за свои унижения, с радостью оскалился. – Я уже слишком стар для пустых угроз. Если вам кто-то сказал, что от яда не существует antidota, то это действительно так, – произнес он с насмешкой. – Лорд Цинцзин, смиритесь с судьбой и ожидайте своей смерти! Хавхахахахахахахах!!!!! Мальчик, который до этого находился под опекой учителя, быстро поднялся на ноги и, подхватив Сюя, направился к старейшине. Клинок, сверкая, описал плавную дугу. Ло Бинхэ приставил меч к шее демона. Это движение было настолько стремительным и гладким, что Шэнь Цинцю едва успел его заметить. Лань Чжань лишь слегка приподнял бровь, но не остановил мальчика. Он, вероятно, понимал, что в состоянии сильных эмоций парень способен на серьезные поступки, но также осознавал, что они, в сущности, чужие друг другу и он не вправе вмешиваться в обучение ученика, у которого уже есть свой мастер. Мальчик, казалось, трансформировался в совершенно иного человека. Его глаза стали походить на два черных, бездонных провала, излучающих смертельный холод: – Ты, конечно, знаешь, какое есть решение, не так ли? А я, в свою очередь, решил позволить тебе умереть первым. Ша Хуалин, до этого молчавшая, неожиданно тихо произнесла: – Тяньчуй не обманул тебя, молодой герой. Этот яд называется «Неисцелимый», и, если говорить о человеке, противоядия для него действительно не существует. Кроме того, старик уже близок к смерти; так в чем же смысл торговаться с ним, когда речь идет о жизни и смерти? «Неисцелимый»! Ванцзи изучал информацию о данном яде, который производился исключительно в царстве демонов. В одной из книг указывалось, что в первую очередь у жертв, пострадавших от «Неисцелимого», нарушается циркуляция духовной энергии в области ранения. Со временем этот эффект распространяется на всё тело, и в конечном итоге не только останавливается проявление силы, но и прекращается движение крови по сосудам, что приводит к смерти. Размышляя об этом, он произнес свои мысли вслух. Хотя его голос был тихим, после упоминания имени яда вокруг воцарилась абсолютная тишина, и все присутствующие смогли ясно услышать его слова. Услышав его слова, все вокруг вновь погрузились в тишину. После небольшой паузы Ша ХауЛин первой решила вмешаться в атмосферу. — Судя по всему, вы неплохо осведомлены о нашем мире, господин Лань, — произнесла она с многозначительной усмешкой, заметив, как трудно ей было представить это, и как она стремилась извлечь из этого выгоду. На её слова Лань Ванцзи лишь бросил мимолетный взгляд и ответил: — В какой-то степени. Тем временем у Ло Бинхэ, который внимательно слушал описание «Неисцелимого», задрожали губы от волнения. С быстрой скоростью в его сознании угасали воспоминания о Шэнь Цинцю, который в прошлом был для него совершенно не мил. Эти воспоминания одно за другим исчезали, пока в итоге не осталось ничего. Учитель понёс серьёзные потери в борьбе с демонами, истратил свои силы и оказался настолько измотанным, что его жизнь могла бы угаснуть, даже будучи бессмертным! И все это произошло из-за него. Шэнь Цинцю, заметив на лице мальчика множество переплетённых эмоций, мягко коснулся его, стараясь его успокоить: – Не переживай. И, величественно подняв голову, он зловеще рассмеялся: — Я непременно постараюсь ударить посильнее, но не бездумно. Дева Ша, вы устроили беспорядок на Цюндин, и моё терпение наконец исчерпалось. Я изменил своё решение; теперь никто не позволит вам просто так покинуть это место. Неужели мы собираемся стать объектом для насмешек? Так почему бы нам не устроить поединок с вами, который будет не на жизнь, а на смерть? И вся ответственность за исход бой ложится на проигравшего, который не смог защитить себя, в то время как победителя никто не будет преследовать. Как вы на это отреагируете? В данный момент этот человек не имел права на проявление слабости! Хотя казалось, что рядом с ним находится еще один могущественный заклинатель, на самом деле он не принадлежит к этой секте. В данный момент каждая душа на Цюндин надеется на него, единственного из лордов, оставшегося под рукой. Если Шэнь Цинцю потерпит поражение, Ша Хуалин, верная своим намерениям, со своими демонами устроит погром, сожжет целую гору, а гравированную надпись, принадлежащую первой из вершин, уведет в Царство Демонов, тем самым опозорив всю школу Цанцюн. Более того, она вырезает всех присутствующих до последнего человека! Он не уверен, что даже Лань Ванцзи в одиночку сможет остановить эту огромную армию демонов. Эта девушка, без всяких сомнений, способна на всё что угодно. Лучше рискнуть и сделать ставку на что-то значимое – в худшем случае, даже находясь в таком состоянии, он сможет её устранить! Размышляя об этом, Шэнь Цинцю совершенно забыл, что больше не воспринимает этих беспокойных и упрямых, сердитых и колеблющихся – таких разных детей – как обычных героев из книг. Ша Хуалин, смущённая, прикусила губу. Если бессмертный Шэнь Цинцю на самом деле не был отравлен, он сможет одним лишь движением руки одолеть Священную Демонессу в бою, и она умрет, так и не успев сделать ни одного вдоха. Однако, если он всего лишь блефует и старается выиграть время, не начнет ли она сожалеть об упущенной возможности на протяжении всей своей жизни? В этот момент она подняла глаза на Лань Ванцзи, который по-прежнему спокойно стоял рядом с Шэнь Цинцю. Этот заклинатель, кажется, также представляет собой серьезную помеху и, похоже, не собирается оставаться в стороне в этой ситуации. К тому же, он очень силен, вероятно, даже сильнее самого старейшины горного пика. Шэнь Цинцю уверенно стоял на ногах, даже не задумываясь о том, чтобы упасть или впасть в панику. Он спокойно ждал ответа, ощущая при этом уверенность рядом с другим заклинателем. Однако ему было бы гораздо спокойнее, если бы здесь присутствовал кто-то из горных мастеров. Ло Бинхэ осторожно дотронулся до рукава мужчины и тихо произнес: – Учитель, ваш ученик просит позволения занять ваше место в этом бою. Шэнь Цинцю, не проявляя никаких эмоций на лице, резко отдернул свою одежду и холодно ответил: – Куда ты собралась? Яйца кур не учат. У нас есть человек, который подходит для этого дела больше, чем ты, даже если я не буду драться. Ло Бинхэ произнес тихо: – Учитель пострадал из-за ученика, и этот человек не обязан вмешиваться – это дела нашей секты... – сказал он и отвел взгляд к Лань Ванцзи, который в ответ также посмотрел на него. Именно в этот момент их глаза встретились: один был золотым, словно чистейшее золото, а другой – черным как обсидиан. Лань Ванцзи продолжал смотреть на него, сказал : - Если ты осознаешь, что сегодняшний инцидент произошел по твоей вине, позаботься о том, чтобы в будущем бережно относиться к своей жизни. Храброе сердце Ло Бинхэ снова неожиданно подверглось сильному испытанию. Юноша хотел что-то сказать, но не смог произнести ни единого слова; его глаза наполнились слезами и покраснели еще больше.